Часть 17

- Встретимся на той стороне, ладно? - Конечно, мы с тобой отсюда выйдем держась за руки. Сумирэ всё же пошла в сторону старта, время от времени поворачиваясь в сторону 222 и 333. Приблизившись к началу, у Сумирэ подкосили ноги, когда она взглянула вниз на окровавленные трупы. - Ничего не бойся, просто иди. - подбодрил с той стороны Ки Хун, внимательно наблюдая за напуганной Сумирэ. - Времени мало, иди! Каждый шаг к краю платформы был пыткой. Страх парализовал волю, сковал движения. Скакалка казалась петлей, а каждый ее взмах – предвестником неминуемой гибели. Она закрыла глаза, пытаясь унять дрожь, вдохнула полной грудью и, собрав остатки мужества, начала прыгать. Каждый прыжок давался с огромным трудом, тело горело от напряжения, воздух обжигал легкие. Когда последний взмах скакалки остался позади, Сумирэ рухнула на колени, обессиленная и оглушенная, и лишь тогда позволила себе выдохнуть. - Вставай, молодец. - подхватил её Ки Хун. Они вместе принялись ждать, пока остальные участники пройдут игру и освободят поле, чтобы Ки Хун успел дойти до Чун Хи. Сумирэ не могла оторвать взгляда от 222, которая эмоционально о чём-то говорила с рядом стоящим 333. Даже на расстоянии чувствовалась злость обессиленной 222, а в глазах больше не было былого доверия по отношению к 333. Вдруг 333 отошёл от Чун Хи и подошёл к платформе, оставив разбитую Чун Хи одну. - Он обещал донести её. - сказала Сумирэ, со злостью наблюдая за прыжками 333. - Почему он её бросил? - Подержи ребёнка. Я за ней пойду. - разочарованно вздохнув, Ки Хун аккуратно передал ребёнка. - Сейчас этот герой дойдёт и я пойду за ней, не бойся. Минуты шли медленно. Казалось, Мён Ги намеренно протягивал свой каждый прыжок, отнимая драгоценное время для спасения Чун Хи. Когда 333 наконец дошёл к финишу, Ки Хун отпихнул его, освобождая себе путь. - Стой там, я иду. - крикнул Ки Хун, жестом указывая 222 остановиться. - Не надо, господин. Вы не можете вернуться сейчас. - дрожащим голосом произнесла Чун Хи, подходя ближе к обрыву. - Если вы погибните - мой ребёнок тоже погибнет. Вы обещали, что спасёте её. Не обращая внимания на слова Чун Хи, Ки Хун всё же пошёл к началу платформы, пока его внимание не привлекли красные цифры на таймере, которые показывали, что до конца игры осталось несколько жалких секунд. Со слезами на глазах, Ки Хун медленно шагнул назад, смотря на Чун Хи. - Прошу вас, помогите мне. Защитите её. - Что ты делаешь? - заорала Сумирэ, подойдя к Ки Хуну. - Иди за ней! Ты же обещал мне. - Мне жаль, Сумирэ. - тихо произнёс мужчина. - Возьми её, я сама пойду за ней. Сумирэ попыталась передать ребёнка в руки Ки Хуну, пока её не отвлёк голос Чун Хи. - Прошу тебя, выберись вместе с ней и стань для неё хорошей мамой, Сумирэ. Не бросай моего ребёнка, прошу. - обратилась к ней Чун Хи. - Спасибо тебе за всё, спасибо вам. Сумирэ не могла поверить своим глазам. Она видела , как Чун Хи , с отчаянием в каждом движении, подошла к краю обрыва. Видела в ее глазах не просто страх, а какую-то мрачную решимость. - Чун Хи, нет. - крик застрял в горле, парализованный ужасом. Она видела, как на лице Чун Хи отражается поражение. Как с каждой секундой угасает надежда. И вдруг – этот взгляд. Полный отчаяния, но в то же время какой-то жуткой решимости. 222 подошла к обрыву, словно сомнамбула. Хотелось бежать, остановить ее, но ноги словно приросли к земле. А потом – прыжок. Время словно замедлилось. Сумирэ видела, как медленно летит ее подруга вниз, как беспомощно развеваются ее волосы на ветру. В голове – пустота, отрицание. Это не может быть правдой. Это не может происходить на самом деле. А потом пришло осознание. Необратимость. Потеря. Слезы хлынули потоком, заглушая крики ужаса, рвущиеся из груди. Она потеряла её. Навсегда. - Чун Хи. - с ужасом заорала Сумирэ, приблизившись к обрыву. Вдруг её резко схватил Ки Хун, потянув обратно. - Это всё ты, мразь. - со слезами заорала девушка, глядя в глаза 333. - Почему ты оставил её там одну? Почему ты не позволил мне её дотащить? Почему?

***

Сумирэ не помнила, как вышла из игрового поля, оставив там тело Чун Хи. Наверняка её потащил Ки Хун, строго крича на неё. Всё это было совсем неважно. Сумирэ лишь вспоминала пустой взгляд Чун Хи, перед тем как она сбросилась. В тот момент что-то оборвалось внутри Сумирэ, всё живое осталось там рядом с Чун Хи. - Отдай её мне, ты еле ходишь. - сказал Ки Хун, подошедший к ней со спины. - Я её никому не отдам. - без всякий эмоций сказала Сумирэ, не обернувшись в его сторону. Сумирэ только смотрела на маленькую малышку, что безостановочно плакала, вероятно, тоскуя по своей маме. - Сумирэ, ты еле стоишь, кто бы тебя понёс. Отдай мне её, Сумирэ. С недоверчивым взглядом, Сумирэ всё же аккуратно передала маленькую девочку в руки Ки Хуна. - Ты мне можешь доверять, Сумирэ. - Мне от вас ничего не нужно, просто защитите ребёнка. - холодно ответила девушка с пустым взглядом, после чего аккуратно пошла за Ки Хуном, не отрывая взгляда от малышки. В общем зале Сумирэ столкнулась взглядом с Мён Ги. Ее губы дрожали от сдерживаемой ярости. Глаза сузились, превратившись в узкие щели, полные презрения. Она смотрела на него так, словно видела перед собой не человека, а мерзкое насекомое, которое хочется раздавить. Лицо ее было бледным, как у покойницы, но взгляд – острым, как кинжал. Она не произнесла ни слова, но он чувствовал ее ненависть каждой клеткой своего тела, от чего он скорее отвернулся от неё. - Игрок 218, фронтмен хочет увидеть вас. - сказал подошедший к ней охранник. - Да? А я не хочу. - Сумирэ смеялась, но в этом смехе не было радости - только безумие и пустота. - Игрок 218, он хочет видеть вас. - повторил охранник, от чего Сумирэ засмеялась ещё сильнее. Резко сорвавшись с места, она подбежала к Ки Хуну и взяла маленькую девочку в руки, после чего так же быстро убежала, оставив Ки Хуна растерянно смотреть ей в спину. - Пойдём, раз уж он так желает меня видеть.

***

С малышкой на руках, Сумирэ поднялась в комнату, где её уже ожидал мужчина с маской на лице. - Сними её, я хочу видеть твои глаза. - дрожащим голосом произнесла девушка, наблюдая за тем, как Ин Хо послушно снимал маску. Наконец они вновь встретились взглядами. Разбитая, сломленная, она смотрела на него, как на злейшего врага. В глазах – клубок противоречий: ярость, отчаяние, боль, ненависть… Ей хотелось кричать, бить его, пока не перестанет дышать. Но она лишь смотрела. Смотрела и видела перед собой убийцу. Убийцу Чун Хи. И этот взгляд, полный невысказанных обвинений, был страшнее любого крика. - Взгляни на неё, Ин Хо. - Сумирэ кивнула в сторону младенца, сладко сопящую у неё на руках. - Этот ребёнок сегодня остался без матери, её убили у меня на глазах. Ты был рядом с Чун Хи, ты смотрел на её мучения, жалкий подонок, а сегодня сполна насладился её смертью. - Её голос дрожал, но не от страха, а от сдерживаемой ярости. Каждое слово вылетало словно отравленная стрела, пропитанное ненавистью. Ин Хо без эмоций смотрел на неё, не проронив ни одного слова, чем сильнее взбесил Сумирэ. - Скажи же что-нибудь, не молчи, как трус. - голос, сорванный и дрожащий, хрипел от боли. Девушка со слезами на глазах смотрела на Ин Хо, тяжело вздыхая от собственной ненависти. - Я буду бороться за этого ребёнка до конца. - Я хочу, чтобы вы отсюда сбежали. - наконец послышался спокойный голос Ин Хо. - Вы должны уйти отсюда вместе, ты и этот ребёнок. - достав из кармана ключи, он протянул их Сумирэ. - С чего ты так добр ко мне? - недоверчиво произнесла Сумирэ, не притронувшись к ключам. - За наши ошибки не должны расплачиваться невинные дети, Сумирэ. - равнодушно протянул Их Хо и взяв свободную ладонь девушки, он положил туда ключ. - Посиди тут с ней немного, пока всё не утихнет. После чего мои люди выведут вас. - Ей нужно покушать. - сказала спокойным тоном Сумирэ, наконец умерив свой пыл. - Конечно, скоро вам принесут еды. Покорми её, Сумирэ и уложи в кроватку, ребёнку надо поспать. - вглядываясь в лицо Сумирэ, с беспокойством в голосе сказал мужчина. Сумирэ кивнула, осторожно пройдя на диван, всё так же крепко прижимая малышку к себе. После того, как Ин Хо дал приказ по телефону, к ним в комнату привезли еду для девушки и малышки, вместе с детской кроваткой. Первым делом Сумирэ принялась кормить малышку, с умилением глядя на её довольное маленькое лицо. - Поешь тоже. - сказал рядом стоящий Ин Хо, с интересом наблюдая за ребёнком. - Попозже, сначала она. - тихо произнесла девушка, не отрывая взгляда от ребёнка. Когда сытая девочка уснула у неё в руках, Сумирэ уложила её в кроватку. - Мне нужно идти. - тихо сказал мужчина, глядя на Сумирэ. - Ни в коем случае не выходи из этой комнаты, никого не впускай. На столе лежит нож, это тебе для самообороны. Будь осторожнее, не теряй бдительность. Здесь даже в моей комнате небезопасно. - строго приказал Ин Хо, после чего вышел из комнаты, оставив Сумирэ одну с ребёнком. Подойдя к столу, Сумирэ взяла в руки нож. Разглядывая его, она про себя размышляла, сможет ли она убить кого-то. Закрывая глаза, она на миг видела Чун Хи, с тем же пустым взглядом, принявшим поражение. Воспоминания о ней пропитывали её ненавистью на весь мир, который отнял у неё Чун Хи. Без всяких раздумий, Сумирэ раскрыла нож и и решительно пошла с ним к кроватке. - Я нас защищу, солнышко. - прошептала девушка, аккуратно проведя пальцем по щечке новорожденной. - Нас с тобой никто не тронет. Она стояла, воплощение решимости, с ножом, крепко сжатым в руке. Каждый шорох за дверью отдавался эхом в ее напряженном теле. Она была готова умереть, но не отдать ребенка. Вдруг, Но её враг пришёл не извне. Боль, словно ледяная волна, окатила ее с головы до ног, пронзая каждую клетку тела. Живот скрутило в тугой узел, и она задохнулась от внезапной, невыносимой муки. Слезы брызнули из глаз, обжигая кожу. Она пыталась удержаться на ногах, опираясь за основание кроватки, но боль была сильнее. Осознав, что она вот-вот упадёт , Сумирэ опустила кроватку, не желая потянуть её за собой.

***

Маска упала, и вместо с ней рухнул мир Ки Хуна. Перед ним стоял не безликий враг, а его друг. Горечь поражения смешалась с отвращением. Все эти дни скорби, все эти слова поддержки, все это было ложью. Он зря оплакивал живого, скорбя по предателю. Все воспоминания, все моменты радости и печали, теперь казались фальшивыми, пропитанными ложью.  - Вы всё ещё верите в людей, 456? - спокойно спросил Ин Хо, глядя в горящие глаза Ки Хуна. - Зачем ты всё это сделал? - еле дыша от злости, проговорил Ки Хун. Не обращая внимания на вопрос Ки Хуна, он аккуратно достал из кармана нож, подобно тому, что был я руках у Сумирэ. Положив его на стеклянный стол, он пальцем подвинул его ближе к Ки Хуну. - Это ваш шанс на спасение. Убейте всех игроков этой ночью. Вы должны остаться один, потому как одному нельзя играть в последнюю игру. - без всяких эмоций сказал Ин Хо, будто предлагал Ки Хуну что-то лёгкое. - Убить всех? Убить беременную девушку с ребёнком? - переспросил Ки Хун. Игнорируя вопрос Ки Хуна, Ин Хо встал и молча направился к монитору. Чуть помедлив, Ки Хун осторожно пошёл за ним. На большом экране показывали огромную незнакомую комнату. Внимание Ки Хуна привлекла девушка,стоящая к камере спиной, укачивая кроватку. - Она с тобой? - недовольно произнёс Ки Хун, не отрывая взгляда от Сумирэ. - Игрок 218 и ребёнок 222 выберутся вместе, вам не стоит беспокоиться о них. - проигнорировав вопрос Ки Хуна, сказал Ин Хо. - Думайте только о себе, убейте всех участников игры и выберетесь отсюда. - Почему ты ей помогаешь? - в ответ Ки Хун так же проигнорировал слова Ин Хо о его спасении, настаивая на ответах. - Та история про мою жену, это была правда, Ки Хун.- сделав акцент на его имени, Ин Хо будто вернулся во времена их искренних, дружеских бесед, когда ещё никто не знал истинного врага в лицо. - Сумирэ похожа на мою жену, поэтому она сейчас там, ждёт моей помощи. Она не знает, кто я, она не видела моего лица. Мы с ней не были знакомы до игры. - убедительно соврал Ин Хо, внимательно наблюдая через экран за Сумирэ. Вдруг они увидели, как девушка по ту сторону экрана упала на пол, закрыв глаза. Ки Хун, в отличии от Ин Хо, не скрывал своего беспокойства к девушке. - Отведи меня к ней. Я должен быть рядом. - закричал мужчина, обращаясь к равнодушному Ин Хо. - Хочешь ей помочь? Тогда убей всех. - холодно отрезал мужчина, направляясь к выходу.

***

Девушка медленно возвращалась к сознанию, словно пробуждалась из глубокого сна, где всё было размыто и неясно. Первым её желанием было подойти к кроватке и проверить, что малышке ничего не угрожает. Но внезапно острая боль пронзила её руку, где был закреплён катетер, не давая пошевелиться. Каждое движение вызывало резкий дискомфорт, и она была вынуждена остаться лежать. Слезы наворачивались на глаза от беспомощности и страха. Она безмолвно смотрела на кроватку, сердце сжималось от тревоги за крошку. И вдруг из самой кроватки донёсся тихий плач. Этот звук, такой хрупкий и живой, словно луч света в темноте, позволил ей глубоко выдохнуть, наполнив душу облегчением и надеждой. Когда угроза миновала, и осознание, что с ребенком все в порядке, наконец-то достигло её, напряжение начало медленно отпускать. Она почувствовала, как дрожь, которая колотила ее изнутри, стихает, а дыхание становится ровнее.  - С ней всё в порядке. - сказал тихо подкравшийся Ин Хо, присев в кресло напротив большого дивана, где расположилась девушка. - Зачем мне капельница? Там яд что-ли? - огрызнулась девушка. - Поверь, яд для тебя сейчас был бы спасением. - О чём ты? - нахмурившись спросила девушка. - Что со мной? - Мне жаль. - с непривычной мягкостью в голосе произнёс Ин Хо, глядя на застывший ужас на лице девушки, которая будто в один миг осознала всё, что с ней произошло. Горе выпило ее до дна, оставив лишь бледную тень. Она сидела неподвижно, уставившись в одну точку, и вдруг – улыбка. Тихая, дрожащая, жуткая улыбка. Улыбка человека, который сломался. - Тебе жаль? - засмеявшись произнесла Сумирэ. - Ты меня оставил в живых только ради этого момента. Ты заставил меня наблюдать за смертью моих близких, чтобы я от горя сошла с ума и потеряла ребёнка. И сейчас ты мне говоришь, что тебе жаль меня? Я всё ещё жива, потому что ты хочешь наслаждаться моей болью, ты всё никак не насытишься, да? Сумирэ больше не плакала, не кричала, не злилась. Просто улыбалась. И в этой улыбке было больше боли, чем во всех слезах мира. Это была улыбка безумия. Улыбка человека, который умер внутри. Боль разъедала ее изнутри, выжигая последние остатки разума. Она пыталась сдержаться, но горе оказалось сильнее. Слезы высохли, и их место заняла истерика. Она хихикала, потом смеялась, потом рыдала, и все это – одновременно.  Не в силах терпеть истерику Сумирэ, Ин Хо со строгим взглядом кивнул кому-то, после чего к Сумирэ послушно подошёл один из охранников, который что-то вколол девушке, погружая её в сон.

***

- Сумирэ, вставай. - кто-то отчаянно пытался привести её в сознание, легонько похлопывая её по лицу. - Вставай, Сумирэ. Я тебя прошу. Попытки человека оказались успешными. Глаза открылись с трудом, словно склеенные песком. Сумирэ попыталась пошевелиться, но тело было слабым и непослушным. Постепенно зрение прояснялось. Вдруг… перед ней возникло лицо. Знакомое до боли, до каждой родинки, до каждой морщинки в уголках глаз. Это был он. Тот, кого она любила больше жизни. Тот, с кем ее разлучила судьба. Тот, с кем её разлучили и кого она отчаянно мечтала увидеть снова, даже во сне. - Это не может быть правдой – прошептала она пересохшими губами, пытаясь ущипнуть себя за руку. Боль. Настоящая боль. Значит, это не сон. Его лицо было обеспокоенным, глаза полны нежности и вины за то, что его любимая оказалась здесь. Он смотрел на нее так, словно она – самое драгоценное сокровище на свете, которое он едва не потерял. Разум отказывался верить в происходящее. Это игра воображения. Это галлюцинация от боли. Ей нужно развидеть его. Просто закрыть глаза, и все исчезнет. Сумирэ изо всех сил зажмурилась, крепко-крепко, до звездочек в глазах. Но когда открыла их снова, Джун Хо был все еще там. Реальный. Живой. Перед ней. Не раздумывая ни секунды, она рванулась к нему, протягивая дрожащие руки. Джун Хо подхватил ее, прижал к себе так крепко, словно боялся, что она снова исчезнет. - Это ты. Живой. - Сумирэ уткнулась лицом в его плечо, вдыхая родной запах, запах дома, запах безопасности. Слезы хлынули с новой силой, но на этот раз это были слезы радости и облегчения. Она обвила его руками, цепляясь за него, словно боялась того, что если она отпустит его, то он уйдёт . Сумирэ гладила его по спине, по волосам, пытаясь убедиться в его реальности. - Это ты… это правда ты? – шептала она, захлебываясь слезами. - Я здесь, я правда здесь. - Джун Хо прижал ее еще сильнее и прошептал в ответ. - Теперь я всегда буду рядом.

И в этот момент она поверила. Поверила в чудо. Поверила в то, что после самой темной ночи всегда наступает рассвет. И этот рассвет – он.