Глава 5

Гарри не думал до приезда в эту школу волшебства, что может ненавидеть кто-то сильнее чем Дадли. Но это было явно до встречи с Малфоем. Они вечером сталкивались в гостиной, и на каждом уроке. Но новость которая разнеслась по школе стала сильным ударом для Гарри. Со вторника начинается полет на метлах. Ещё одно место, где Малфой сможет выпендриваться и доставать Гарри. А ещё там будут грифиндорецы, а значит и Рон с Гермионой. Со вторника начинались полеты на метлах — и первокурсникам факультетов Гриффиндор и Слизерин предстояло учиться летать вместе. — Великолепно, — мрачно заметил Гарри. — Как раз то, о чем я всегда мечтал. Выставить себя придурком перед Малфоем — и не просто дураком, а дураком, сидящим на метле и не знающим, как взлететь. Гарри как только приехал в школу, хотел скорее научится летать, но Драко со своей компашкой все удовольствие портил, своими вечными насмешками над Поттером. Ему всегда хотелось прихлопнуть этого белобрысого. А после одной драки с ним, Снейп встал на сторону Драко, и Гарри пришлось оставаться после уроков в наказание. Малфой действительно чересчур много говорил о полетах. Он во всеуслышание сожалел о том, что первокурсников не берут в сборные факультетов, и рассказывал длинные хвастливые истории о том, где и как он летал на самых разных метлах. Истории обычно заканчивались тем, что Малфой с невероятной ловкостью и в самый последний момент умудрялся ускользнуть от магловских вертолетов. Впрочем, Малфой был не единственным, кто рассуждал на эту тему, — послушать Симуса Финнигана, так тот все свое детство провел на метле. Даже Рон готов был рассказать любому, кто его выслушает, о том, как он однажды взял старую метлу Чарли и чудом избежал столкновения с дельтапланом. От этих разговоров Гарри не мог найти покоя. И ночью с пятницы на субботу он решил тихо взять метлу и попробовать взлететь. Он читал в книгах как это делать. Поэтому надеялся, что у него получиться, мальчик даже купил себе метлу перед приездом в школу, поэтому он просто вышел на улицу и сел на метлу. Гарри расслабился и его ноги стали медленно отрываться от земли, а сердце бешено стучало. Всем было запрещено летать без присмотра и разрешения, и выходить после отбоя из комнат своих факультетов. И Гарри сейчас нарушает это всё, и просто молился чтобы что-то не пошло не по плану, и никто его не заметит. Взлетев на высоту 1 этажа Гарри чуть не соскочил с метлы, но смог удержаться. «Если я упаду, то скорее всего меня найдут лишь на утро, — объяснил себе Гарри, чтобы желания падать точно исчезло» Взлетая все выше, мальчик попытался лететь вперёд. Немного под освоившись Гарри стал кружить над Хогвартсом. Он летал вокруг башен, летел в стену, с после резко летел вверх, избегая столкновения. Это чувство полета было незабываемым. Он мог лететь куда угодно, а волосы развивались от ветра. это чувство свободы Он так залетался, что заметив, что из-за горизонта начинают пробиваться лучи солнца, поспешил на землю и в свою комнату. Он старался тихо проскользнуть по коридорам, но возле входа в гостиную Слизерина стоял профессор Снейп. У Гарри не было ни одной возможности проскользнуть мимо. -черт, — тихо сказал себе под нос Гарри. «Чего он тут стоит? — подумал Поттер, стоя за углом, в ожидание когда тот уйдет, — уйди куда-то уже, Чертов профессор.» Простояв около 10 минут, мальчик смирился и пошел в туалет. Он хотел просидеть там до завтрака как ни в чем не бывало. Все равно поспать он уже не сумеет, после таких эмоций от полета на метле. Собираясь уже уходить Гарри услышал шаги, осторожно выглянув из-за угла он увидел профессора Квиррлла, который шел к Снейпу. — Северус, ты ведь слышал, что банк Гринготтс был ограблен. Там ведь хранился философский камень, Хагрид его ведь забрал, — заикающимися нервным голосом спросил профессор Квиррлл. — профессор, вы ведь знаете, что директор не любит распространятся подобной информацией, — голос Снейпа как всегда был груб и холоден. Вдруг Снейп резко повернулся в сторону Гарри, и тот быстро спрятался. Сердце стало биться быстрее, и парень уже придумывал оправдание, и представлял какие ему могут дать наказания, но Поттеру повезло. — мы тут явно не одни, — декан Слизерина пошел в противоположную сторону. И Гарри с облегчением выдохнул. Собираясь уже по тихому уходить Гарри повернул голову, и увидел возле себя декана Грифиндора. Это было так неожиданно, что сердце Гарри чуть не остановилось от страха, но мальчик был рад, что это был не Снейп. Ведь с его ненавистью к Поттеру, наказание было бы намного сильнее. — Поттер, что вы тут делаете? , спросила гордо подняв голову МакГонагалл. — простите, мне не спалось и я решил прогуляться по коридорам. Утром ведь это не запрещено? — Гарри улыбнулся самой миловидной и невинной улыбкой, которую только мог выдавить. — мистер Поттер, чтобы я вас не видела больше гуляющего и летающего по Хогвартсу в запрещённое время. — во взгляде МакГонагалл была гордость, но и строгость, за нарушение правил. «Летающего? Она видела? Но почему тогда не называет? Даже если мне это выгодно, но я не хочу поблажек — недоумевал и злился про себя Гарри, но вида старался не подавать» — хорошо, такого больше не повторится, — с полной искренностью в голосе произнес Гарри, все ещё не понимаю, она узнала о его ночных полетах, или просто сказала, — извините, профессор, вы что-нибудь знаете о философском камне? Лицо МакГонагалл изменилось, и она грубо погнала Гарри в свою комнату, угрожая рассказать декану. *** Грфиндорцев и Слизеринецев собрали на улице, на площадке перед Хогвартсом, на занятие по полету на метле. Гарри, после ночной тренировке уже не так волновался по поводу занятия, и понимал, что по полной он не опозориться. Стоя в шеренге Гарри заметил у Невилла напоминалку. Прозрачный шарик, который светится красным, когда тот что-то забывал, как сейчас. Мальчик держал шарик в руках и не понимал, что именно он забыл, а Малфой с своей компашкой смеялись с него. Как же это раздражало. И ведь Гарри приходилось жить с ними, и их издевками. Наконец появилась преподавательница полетов, мадам Трюк. У нее были короткие седые волосы и желтые глаза, как у ястреба. — Ну и чего вы ждете?! — рявкнула она. — Каждый встает напротив метлы — давайте, пошевеливайтесь. Гарри посмотрел на метлу, напротив которой оказался. Она была довольно старой, и несколько ее прутьев торчали в разные стороны. Такие метла выдавали детям, когда они учатся, и запрещали брать свои, купленные, уверяя, что шанс сломать их был слишком высок. — Вытяните правую руку над метлой! — скомандовала мадам Трюк, встав перед строем. — И скажите: «Вверх!» — ВВЕРХ! — крикнуло двадцать голосов. Метла Гарри попала ему в руку только с 2 раза, а вот у Драко с первого. И Драко сразу же стал над этим смеяться и хвастаться. — что Поттер, даже метла к тебе не хочет? Не друзей, ни метлы, — смеялся Малфой У Невилла метла вообще не сдвинулась с места, а у Гермионы Грэйнджер метла почему-то покатилась по земле. Гарри подумал, что, возможно, метлы ведут себя, как лошади, — они чувствуют, кто их боится, и не подчиняются этому человеку. Ведь когда Невилл произносил команду «Вверх!», его голос так дрожал, что становилось понятно, что он предпочтет остаться на земле. Затем мадам Трюк показала ученикам, как нужно садиться на метлу, чтобы не соскользнуть с нее в воздухе, и пошла вдоль шеренги, проверяя, насколько правильно они держат свои метлы. Гарри был счастлив, когда мадам Трюк резко сообщила Малфою, что он неправильно держит метлу. — Но я летаю не первый год! — горячо возразил Малфой. В его голосе была обида. Гарри улыбнулся, усмехнувшись. — похоже Драко, ты даже сидеть на метле не умеешь, не то чтобы летать, — взаимно подшутил над блондином Гарри. Тогда мадам Трюк громко и четко объяснила ему, что это всего лишь означает, что он неправильно летал все эти годы. Малфой выслушал ее молча, наверное, поняв, что если продолжить дискуссию, то может выясниться, что он вовсе не такой специалист, каким хотел казаться. — А теперь, когда я дуну в свой свисток, вы с силой оттолкнетесь от земли, — произнесла мадам Трюк. — Крепко держите метлу, старайтесь, чтобы она была в ровном положении, поднимитесь на метр-полтора, а затем опускайтесь — для этого надо слегка наклониться вперед. Итак, по моему свистку — три, два… Но Невилл, нервный, дерганый и явно испуганный перспективой остаться на земле в одиночестве, рванулся вверх прежде, чем мадам Трюк поднесла свисток к губам. — Вернись, мальчик! — крикнула мадам Трюк, но Невилл стремительно поднимался вверх — он напоминал пробку, вылетевшую из бутылки. Два метра, четыре, шесть — и Гарри увидел бледное лицо Невилла, испуганно смотрящего вниз. Увидел, как Невилл широко раскрыл от ужаса рот, как он соскользнул с метлы, и… БУМ! Тело Невилла с неприятным звуком рухнуло на землю. Его метла все еще продолжала подниматься, а потом лениво заскользила по направлению к Запретному лесу и исчезла из виду. Мадам Трюк склонилась над Невиллом, лицо ее было даже белее, чем у него. — Сломано запястье, — услышал Гарри ее бормотание. Когда мадам Трюк распрямилась, ее лицо выражало явное облегчение. — Вставай, мальчик! — скомандовала она. — Вставай. С тобой все в порядке. — Она повернулась к остальным ученикам. — Сейчас я отведу его в больничное крыло, а вы ждите меня и ничего не делайте. Метлы оставьте на земле. Тот, кто в мое отсутствие дотронется до метлы, вылетит из Хогвартса быстрее, чем успеет сказать слово «квиддич». Пошли, мой дорогой. Мадам Трюк приобняла заплаканного Невилла и повела его в сторону замка. Невилл сильно хромал. Как только они отошли достаточно далеко, чтобы мадам Трюк могла что-либо услышать, Малфой расхохотался. — Вы видели его физиономию? Вот неуклюжий — настоящий мешок! Остальные первокурсники из Слизерина присоединились к нему. Даже Гарри усмехнулся. Ведь это было и в правду смешно. — Смотрите! — крикнул Малфой, метнувшись вперед и поднимая что-то с земли. — Это та самая дурацкая штука, которую прислала ему его бабка. Напоминалка заблестела в лучах солнца. — может ее закинуть на крышу? Пусть попытается долететь и забрать, если не забудет, — с издёвкой в голове предложил Малфой, садясь на метлу и взлетая в воздух. Гарри посмотрел на Драко, раздраженный взглядом. Он не хотел помогать Невиллу, но мальчик терпеть не может когда сильные издеваются над слабыми. Если слабый попадает в ситуацию, то над этим и не грех посмеятся, но от самим создавать или издеваться. Гарри такое раздражало. — Драко, отдай мне это, — грубо сказал Поттер, быстро беря метлу и взлетая на уровень блондина. Гарри резко развернул метлу, оказавшись лицом к лицу с Малфоем. Вид у того был изумленный. — Дай сюда! — крикнул ему Гарри. — Или я собью тебя с метлы! — Да ну? — издевательски переспросил Малфой, однако, несмотря на тон, на лице его появилась озабоченность. Драко полетел вверх к крыше замка, а Гарри быстро за ним, не отставая ни на миг, и даже догоняя. Когда блондин понял, что его соперник догоняет себя, он кинул шарик в стену. Поттер летел быстро пытаясь поймать напоминалку, он смог схватить шарик, остановившись меньше чем за метр до окна, в котором Гарри краем глаза увидел МакГонагалл. Мальчик постарался быстрее улететь от туда. Но понял, профессор увидел его. Приземлившись, Гарри молча кинул напоминалку удивлённому Рону, и постарался быстрее уйти. Но не успел. — ГАРРИ ПОТТЕР! Сердце его рухнуло в пятки быстрее, чем успел уйти с поля. К нему бежала профессор МакГонагалл. Гарри стоял дрожа от предчувствия того, что его ожидало. — Никогда… никогда за все то время, что я работаю в Хогвартсе… Профессор МакГонагалл осеклась, от волнения ей не хватило воздуха, но очки ее яростно посверкивали на солнце. — Как вы могли… Вы чуть не сломали себе шею… Профессор увела Гарри и предложила мальчику пойти в команду по квидитчу. Но Поттер был не уверен, хочет ли он. -пройдёмте я вам покажу одно место, — МакГонагалл повела мальчика по коридору и привела к стеллажу с наградами по квидитчу. Гарри встал в ступор, увидев кубок, принадлежащий его отцу: Джеймсу Поттеру. — извините профессор, но я не хочу в команду, — голос мальчика показался МакГонагалл обиженным и злым. — хорошо, но у вас в крови, то, что вы будете замечательным ловцом -я не хочу иметь ничего общего со своим отцом. Я не хочу чтобы меня знали и считали похожим на него, — Гарри развернулся и пошел прочь, оставив декана Грифиндора в замешательстве. Дамблдор все эти года уверял всех профессоров, что Поттер любит и скучает по семье, а теперь услышать тут это от самого Гарри, было шоком для МакГонагалл.