10. Обстоятельства

Одри  10 лет назад  В нос проникают яркие запахи полевых цветов, скошенной травы и только что сорванной мною мелиссы. Перебирая небольшой зеленый букетик в руках я все дальше ухожу из дома и все глубже захожу в величественные объятия леса. Где же Лидия? Мы должны были встретиться около сломанной сосны - наше тайное место, если у кого-то из нас были проблемы с родителями, ссорились с кем-то из общины, было грустно из-за учебы, то всегда можно было убежать сюда и лесной человек тебя выслушает. Мы придумали его еще когда были детьми – большой, грузный, похожий на дуб человек Лес. Конечно, мы знали и читали страшные сказки про Лешего, но нам хотелось придумать что-то свое, тайного друга для нас двоих. В какой-то степени это означало спасение и безопасность. Мы договорились - если кому-то из нас надо излить душу Лесу, то перед этим нужно дойти до дома другой и три раза постучать в окошко, тогда подруга поймет, что сейчас место занято. Детская игра переросшая в привычку. И вот нам уже по двенадцать лет, а мы все равно несли эту традицию как нечто важное и даже необходимое. Не думаю, что сейчас приходя туда мы представляли человека-дерево, но было легче осознавать, что тебя кто-то слушает. Лидия постучалась в мое окошко два часа назад и до сих пор не вернулась, надеюсь она не льет слезы возле озера, а то я ее побью, зачем так далеко уходить? Тем более перед вечерней молитвой, ее мать будет в ярости, если не придем вовремя. Тяжело вздохнув я свернула от сломанного дерева вправо и направилась к водной глади.  Темнота. Не понимаю, почему в голове так шумно и пусто одновременно. Как я дошла до озера? Как встретила Лидию?  Вспомни, прошу, Одри... Голос подруги словно заполнил собой все вокруг. А что вокруг? Мгла.  Что я должна вспомнить? Сильный поток воздуха больно бьёт в грудь и я падаю. На этот раз открыв глаза и могу разглядеть ночное небо и кроны деревьев, а ещё крики и черный дым. Что происходит?  Моргаю и вот я уже бегу от горящих домов, одежда пахнет гарью а внутри тугим узлом затянулась животная агрессия.  Почему я злюсь, а не боюсь? Что же тогда произошло?  Ноги уносят меня глубоко в лес и я добегаю до озера. Снова закрываю глаза на секунду и теперь я смотрю на себя со стороны: мои волосы спутались и в них застряли листья, когда-то розовое платье теперь залито кровью.  Почему я вся в крови?  Продолжаю смотреть на свою фигуру, которая прячет в кустах небольшой рюкзак и скидывает с себя платье, оставшись только в трусах. Какие странные действия.  Почему я бегу, а не помогаю ликвидировать пожар или хотя бы спасти вещи? Где родители? Слишком много почему, Одри, просто вспомни. И снова голос подруги бьет по ушам и внутри расползается скользкая, вонючая злость. *** Из сна меня вырывает очень быстро и больно. Распахиваю глаза и понимаю, что не могу вздохнуть, а грудную клетку наполняет горячая боль и страх скорой смерти. Страх захватывает меня в свой плен и не понимая, что я делаю начинаю бить кулаком по груди и плечам пытаясь почувствовать хоть что-то кроме животного страха. Глаза выхватывают серое небо в окне, шторы кофейного цвета и спящего Малека рядом. Хватаю его за руку и сжимаю со всей силы, впиваясь ногтями в его горячую кожу. Мужчина моментально открывает глаза и поворачивает голову в мою сторону.  – Одри?  Он сонно хмурится, но увидев как я пытаюсь вдохнуть заветный кислород сразу приобретает бодрость и в глазах появляется ясность. Быстро встав с кровати, мужчина быстро обходит ее и садится напротив меня, сильные руки обхватывают меня под голову и талию и поднимают заставляя сесть.  – Я здесь, с тобой. Ты не умрёшь, это просто страх, милая. Доверься мне.  Тихий и вкрадчивый голос Синнера отрезвляет и я не свожу своих глаз с его глаз – таких глубоких и спокойных.  – Вдохни, ты не под толщей воды – твоим лёгким ничего не угрожает, ты в отеле, в теплой постели, все хорошо. Чувствую, как по щекам бегу слезы и в этот же момент мягкие губы собирают с моей кожи соленые дорожки. Поцеловав по очереди мои щеки, губы Малека перемещаются к уху и его горячее дыхание обжигает, толпы мурашек бегут по всему телу.  – Прошу, Одри, сделай это для меня.  Сердце начинает приходить в норму, боль из груди выходит тягучей жижей и я делаю болезненный вдох запуская кислород в свое тело, звучит может и красиво, но если по факту, то я начинаю жадно хватать ртом воздух и выглядит это так себе.  – Малек… Хватаюсь руками за его плечи и прикрываю глаза все еще не насытившись воздухом. – Идём, надо умыться.  Малек встаёт и берет меня на руки, крепко прижимая к своей груди, закрываю глаза и кладу голову на его плечо, носом утыкаюсь в шею приятно пахнущую естественным запахом, я впервые чувствую запах этого мужчины без нот духов или геля для душа и мне нравится то, что я чувствую. Зайдя в ванну, он аккуратно ставит меня на ноги и я как можно быстрее подхожу к раковине и включив холодную воду умываюсь и набрав в ладони жадно глотаю, полностью наплевав на систему очистки в этом отеле. После нескольких минут проведенных под холодным напором я взглянула на себя в зеркало. Я должна вспомнить то, из-за чего ушла из дома. И я вспомню, Лидия – обещаю тебе. *** Сон полностью заставил меня забыть о произошедшем ночью, а сейчас наспех натягивая платье, меня как молотком по голове огрели. Перед глазами пробежали события прошлой ночи и между ног заныло. Интересно, как скоро Малек заставит меня пожалеть о случившемся? Тяжело вздохнув я опустилась на край кровати и уткнулась лицом в ладони. И вот как понять, что теперь между нами? Снова душевные метания делают меня слабой, тупой малолеткой запавшей на препода. Дура! Ой, да пошел он лесом, ну довел до оргазма и молодец. Народный герой оргазма– Малек Синнер, на этом все, не хочу носится со всем этим.   Собираю свою новую пижамку в пакет, а ещё захватываю из душа все баночки, которые там есть. Ну а что вы хотели? Я студентка все таки, в общаге живу так-то. Сразу забираю из номера сумочку и пакет набитый приятным бьюти-вечером, который нам с Рут благодаря мне будет обеспечен. Малек сидит на том же месте, что и вчера, только на столике перед ним стоят две чашки с кофе и тарелки с разными блюдами, вот блин, я совсем не планировала с ним завтракать. Да и если честно, думала, что он и сам не пожелает делить со мной утро, вызовет мне такси, а сам останется в отеле. Но, Синнер в очередной раз меня удивляет. – О, ты так быстро собралась. – мужчина удивлённо вскинул брови и уставился на меня. Нервно перешагнула с ноги на ногу и кивнула. – Я думала, что мы сразу вернёмся в город.  – Мы рано встали, ещё же восьми нет, куда спешить?  Я нахмурилась и впервые с момента пробуждения включила экран телефона:  пятница, 07:39  – Оу, да… что-то я э...  – Не можешь восстановиться после кошмара.  Малек закончил за меня. Поставив вещи на кресло, я села на диван напротив мужчины и взяла в руки чашку с ароматной молочной пенкой. Запомнил, что я люблю капучино? Мило.  – Это не был кошмар.  Почему-то мне захотелось поделиться с ним этим, да не только сном – если честно. Видимо после этой ночи я доверилась ему как-то по-другому.  – А что это было, Одри?  Синнер все это время не сводил с меня взгляда, а интерес его глазах был скорее профессионального характера нежели личного.  – Реальность или… скорее её обломки.  – Есть что-то, что ты не можешь вспомнить?  – Да. Отхлебнув кофе, я облизнула верхнюю губу и засмотрелась на самой красивый сэндвич в моей жизни. В животе громко заурчало и я захотела провалиться под землю. Сразу же мужская рука придвинула тарелку ближе ко мне и переведя взгляд на Малека я увидела милую улыбку на его лице. Наверное, за все время нашего знакомства – эта была самой искренней.  – Спасибо. *** Улицу заливал сильный дождь, заметно похолодало, но в машине Малека было тепло и комфортно. Завтракали мы в тишине, видимо нам обоим нужно было подумать о своём. Вчерашние ласки затмил тот страшный, жуткий сон я не могла думать ни о чем другом. Всю дорогу до города я по кусочкам собирала обрывки воспоминаний той ночи десятилетней давности, но память только и делала, что отбрасывала меня все дальше от правды.  Подъехав к общежитию Малек заглушил двигатель, но выходить на улицу не спешил, да и я тоже не горела желанием идти внутрь. Меньше всего мне сейчас хотелось пересечься со знакомыми и соседями. – Не хочу туда идти.  Вздохнула и снова окинула взглядом здание, которое во время дождя выглядит ещё ущербнее.  – Проблемы с соседями?  – Нет, просто не хочу сейчас говорить с ними, ну то есть с ней…  Малек сразу понимает, о ком идет речь. – Рут показалось мне приятной девушкой, вы поссорились?  Я поймала себя на мысли, что сейчас особенно чувствуется разница в возрасте: он – такой чуткий, взрослый старательно пытается вникнуть и помочь девочке с её детскими проблемами.  – Я начала отдаляться от неё, перестала многим делиться.  – Почему? Малек  Одри посмотрела на меня, как на придурка и поджала губы.  – Ты хочешь, чтобы я похвасталась ей, что препод по психиатрии заставил меня кончить?  На секунду перед глазами промелькнул её соблазнительной образ на прохладном постельном белье в номере, а в ушах раздался её громкий стон. Член в штанах дёрнулся, я сильнее сжал руку на руле и улыбнулся, глядя Грейсвуд в глаза.  – Я не заставлял, всего лишь довёл по обоюдному согласию.  Одри закатила глаза и на щеках заиграл румянец. Какая скромница, а ночью хотела большего, да я и сам хотел этого, но желание поиграть с ней пересилило. Как и всегда. – Ты понял о чем я, хватит дурачиться!  Я снова улыбнулся её реакции и не сдержавшись дотронулся пальцами до нежной кожи щеки девушки, она не отстранилась – это порадовало меня. – Если ты хочешь, я могу снять тебе квартиру, побудешь одна – обдумаешь все, отдохнешь.  Одри выпучила на меня свои глаза и открыла рот в удивлении. Да я и сам не понял, как из моего рта вырвалось подобное предложение. – Чего?! Как ты себе это представляешь?  Главный минус молодых девушек – скромность, предложи я это девушке за тридцать и через пятнадцать минут мы бы уже смотрели варианты на сайте. Опыт приходит с возрастом – это правда. Но в ее молодой наивности и максимализме есть свой шарм. – Боже, Одри, не ломайся, после всего, что было в отеле мы все равно не сможем вести себя как преподаватель и студентка! Тебе стоит принять это и жизнь станет легче.  Грейсвуд отвернулась к окну и какое-то время молчала.  – Это… все очень быстро, Малек… ситуация просто пиздец, извини конечно, но я не понимаю, как ты довел до этого.  – Что ты имеешь ввиду?  – Ладно я – мне двадцать два и у меня были одни отношения с ровесником, я никогда не жила с парнем и все такое. А ты – капец какой крутой доктор, взрослый мужчина с богатым опытом общения с женщинами и повелся на студентку. Самому не смешно? Спасибо, Одри, я знаю, что накосячил нормально так. Мне предстоит сегодня вечером снова задержаться в офисе, выпить и подумать о тебе, о всем, что происходит.  – Тебе это не нравится?  – Нравится и это пугает меня.  Меня это тоже пугает, милая.  – Ты не думала относится ко всему легче?  – Что ты имеешь ввиду?  – Ну вот я предложил оплатить тебе отдых от вонючей общаги и спокойную жизнь, а ты вместо страха, подумай про то, как здорово будет жить одной еще и не платить за квартиру.  На лице Одри мелькает улыбка и мне становится легче от этого.  – Предлагаешь мне пользоваться тобой?  – Предлагаю тебе мыслить в более широких зонах.  Она снова улыбается и прячет лицо в ладонях, съезжая по сиденью вниз.  – Что ты делаешь?  Одри издает какой-то странный булькающий звук, а потом начинает смеяться и раскачиваться из стороны в сторону. Это вызывает во мне удивление и очарование одновременно. Я очарован студенткой, может это деградация?  – Ладно, ты победил – я согласна.  Нет, Одри – я проиграл. И это будет моя самая сладкая и одновременно жуткая пытка.  Одри  Эмоции переполняют меня и в животе буйствуют бабочки. Я где-то читала, что бабочки в животе – далеко не норма, но как же мне плевать сейчас на это.  У меня словно появилось второе дыхание и это было дыхание свободы, странно, но оно показалось мне смутно знакомым, именно эти несколько минут, что я шла до комнаты. Приятное тепло растекающееся в груди напоминало чашку чая в дождливый день, когда ты сдал сложный экзамен на хороший результат, или даже что-то большее, но что я так и не смогла вспомнить.  Рут не было в комнате и это обрадовало меня – уж очень мне не хотелось объяснять куда я еду. Какая-то часть меня была очень рада за подругу, которая нашла что-то по типу любви, мне сложно об этом размышлять более глубоко – подруга не делилась чем-то конкретным о них с Паркером. Обязательно вечером позвоню ей и придумаю, что сказать. Не думаю, что она будет в обиде – это же шанс водить новоиспеченного бойфренда на постоянной основе в милое, девичие гнездышко. Достав дорожную сумку быстро скидываю туда немного одежды, белья, косметику, книги и другие всякие мелочи. Наспех переодеваюсь в джинсы и свитер, накидываю пуховик и спускаюсь обратно к машине. Малек убрал мою сумку в багажник и предложил поехать к нему в офис, чтобы там спокойно и без спешки подобрать жильё. Я согласилась, хоть и ехать к Синнеру на работу желания не было от слова совсем: не хотела видеть тот стол, снова сидеть в том кресле и раз за разом прокручивать неудавшуюся попытку соблазнения. Я буду гореть от этого стыда еще долгое время. – О чем задумалась? – голос мужчины выдернул меня из потока мыслей.  – О том, какая жизнь странная.  Малек хмыкнул, но продолжать тему не захотел, видимо сам размышлял о своем довольно необычным предложении. А что, если это не первый его опыт? Может он практикует только такую форму отношений? Я не могу представить себе женский силуэт порхающий по комнатам его квартиры и выбирающий новое постельное белье для их спальни. Слишком уж это просто, или как бы сказал Синнер – скучно. А снять квартиру для своего любовного или научного интереса – вполне ему подходит, а самое ужасное, что это выглядит гармонично.  *** В кабинете преподавателя пахло приятным запахом чистящих средств – видимо недавно закончилась влажная уборка. На этот раз мы не сели в те огромные, мягкие кресла, а заняли места за его рабочим столом – Малек сел в свое кресло, а я села на стул для посетителей. Впервые со вчерашнего дня расстояние между нами было таким большим. Достав из верхнего ящика стола планшет, Малек открыл приложение для поиска жилья и отдал его мне, чтобы я могла выбрать подходящий вариант. От цен на квартиры перед глазами появилась бегущая строка:  «Одри, за одну из этих квартир ты должна будешь раздвигать ноги после каждого приема пищи.» Меня пробило на истеричный смех.  – Что ты там такое нашла?  Перегнувшись через стол, мужчина попытался разглядеть причину моего всплеска эмоций, но не заметив ничего экзотического из вариантов, вернулся на место и больше не пытался выяснить у меня подробности, занявшись документацией. Спустя сорок минут поисков я вернула Синнеру планшет с хорошим вариантом: квартира-студия в новостройке на шестом этаже, в 10 минутах ходьбы от работы и относительно близко к учёбе, да и цена не была такой пугающей по сравнению с районом центра города.  – Это окончательный вариант или ты хочешь ещё поискать?  Я пожала плечами. – Мне эта квартира больше всех понравилась.  – Хорошо.  Набрав номер указанный в объявлении Малек договорился о срочном показе и не теряя времени мы поехали по адресу. У подъезда нас встретил молодой человек, приятной внешности по имени Майкл.  – Добрый день, Малек Синнер, верно?  Улыбнувшись в тридцать два зуба, парень приветливо протянул руку и Синнер крепко сжал её, дежурно улыбнувшись. Такая фирменная улыбка – «владелец отеля». – Да, всё верно, это – Одри, она планирует снять вашу студию.  – Здравствуйте, Майкл.  Глядя на его мягкое, с красивой улыбкой лицо я обменялась с ним идентичным рукопожатием и улыбнулась в ответ. – Приятно познакомиться, ну что же давайте зайдем – покажу вам всё.  В жизни квартира выглядела ещё лучше чем на фото: светлое помещение, широкие подоконники, новая мебель и оборудованная всем необходимым кухонная зона. Тщательно обойдя квартиру я вернулась к мужчинам с искрящимися глазами и счастливой улыбкой. Квартира моей мечты, я никогда не хотела огромный дом, мне всегда больше нравились маленькие и уютные помещения. – Ну как вам?  Я даже подпрыгнула от эмоций, которые переполняли меня. – Все просто супер, Майкл!  – Рад, что вам понравилось, когда бы вы хотели въехать?  – Сейчас.  За меня ответил Малек, все это время стоящий у окна и разглядывающий проезжающие мимо машины.  – Ого, неожиданно, но это возможно.  – Отлично, не могли бы вы подождать меня на улице пока мы с Одри обсудим один на один пару моментов.  – Конечно, мистер Синнер.  Оставив нас наедине, Майкл вышел из квартиры с очень довольным выражением лица. Оставшись в помещении без лишней пары ушей и глаз, я подошла к подоконнику и взглянула в серьезное лицо Малека. – Ты правда готов оплатить мне все это? Обведя руками пространство я все ещё не верила в то, что происходит. Мужчина подошел ко мне вплотную и обвил руками мою талию, кажется, на пару секунд я перестала дышать. Уткнувшись носом в мои волосы Малек вдохнул полной грудью и тяжело выдохнул.  – Одри, я хочу, чтобы ты начала ценить себя в полной мере. Ты должна понять и принять, что эта квартира – самое малое из того, что ты заслуживаешь просто по факту своего существования.  Отстранившись от него на несколько сантиметров, я поднялась на носочки и положив ладонь на слегка колючую мужскую щеку прижалась своими губами к его. Такие мягкие и горячие, я совсем не так их представляла, а сейчас целуя по очереди верхнюю, а затем нижнюю губу я поняла, что окончательно потеряла голову от Синнера. Вот только всегда есть блядское, огромное НО! Но, Малек не отвечает на мой поцелуй и мягко, но властно убирает мою руку со своего лица и я в очередной раз разбиваюсь на крупные, неаккуратные осколки.