Глава 12

Моя дорогая матушка делала вид, что это не мое дело, зато словесно отмудохала Шикаку, ведь я должна была узнать о наличии у меня жениха только к шестнадцати. — Но я ведь еще ребенок, ка-сан, — пыталась я привести свои аргументы, — и через год ничего не изменится. — Ками, спаси меня от этого "ребенка", — вздохнула она, возводя глаза к небу, — тебя никто не заставляет выходить замуж в шестнадцать или сразу начать рожать детей. По нашей договоренности свадьба должна быть, когда жениху стукнет восемнадцать. — Ну спасибо хотя бы, что это не какой-то старик, — возмутилась я. — Пожалуйста, моя дорогая дочь, — она перехватила Шикамару и вручила его Ёшино. Мой братец как всегда поступил мудро и свалил, схватив свою жену и сына. Мы с мамой вообще не обратили внимание на их уход. — Ну хоть имя у этого покойника есть? — Не называй своего будущего мужа покойником, негодница, — всплеснула она руками. — Ты много не понимаешь, Ясу-чан, в силу возраста и не желания вовлекаться в традиционные устои, — она злорадно усмехнулась, — когда ты все поймешь, я хочу быть там и видеть твое лицо. — Знаешь что, мама, я тебя прощаю, потому что у тебя по всей видимости деменция. И если я все-таки выйду замуж за кого бы то ни было, обещаю, что превращу его жизнь в обитель шинигами. — Ну уж свою семейную жизнь ты вольна строить по своему усмотрению, а по поводу деменции ты крупно ошибаешься, — она неожиданно расхохоталась. — Ты пугаешь меня, мама, но я не уйду пока ты не назовешь имя. Но, к сожалению, она так и не назвала мне имени. Было понятно только, что он клановый. "Уважаемый клан", — как-то так сказал аники. Хьюга или Учиха. Мать твою, я не хотела ни за кого из них. Шикаку тоже не раскалывался, хотя я доставала его ежедневно. Правда через пару месяцев, когда я успела опросить Сакумо по всей строгости, я подуспокоилась. Инагурация прошла без каких-либо глобальных проблем. Я стояла со своим кланом, наблюдая за Минато Намикадзе — Четвертым Хокаге. Почему Четвертым, спросишь ты, малыш. А потому что на совете джонинов единогласным решением было стереть с лица Конохи (в том числе снести его змеиную морду со скалы) упоминание об Орочимару как о Хокаге. Рядом с новоиспеченным главой стояли его советники: Шикаку, Фугаку, Хиаши и те злобные старики. Учитывая состав новой правящей верхушки, я бы сказала, что это похоже на около демократию с бесклановым во главе и его клановыми советниками плюс еще и консерваторы (просто песня). К концу речи меня, Обито, Гая, Хаяте (который бросился меня обнимать, чем вогнал меня в ступор, и сказал, что думал, что я погибла), двух Хьюга, одного Абураме и трех Учиха (которых я не знала), Хану Инузука, одного дюже знакомого парня (которым оказался Тензо-Ямато, но без привычного "шлема") и еще трех бесклановых попросили встать в два ряда отдельно от остальных людей. Нам присвоили новые звания, назвав фамилии, и вручили джонинские жилеты. Все были счастливы, кроме меня. Я хотела сжечь эту хрень. Во-первых, привет синдром самозванца. Я уверена, что все эти люди сделали овердохрена для этого назначения, я же просто грубо говоря путешествовала и иногда ловила рыбу. Мне просто повезло быть младшей сестрой Шикаку Нара. Во-вторых, это колоссальная ответственность и нагрузка. Ну уж нет, в это пекло пусть идут без меня. У меня нет никаких навыков для того, чтобы быть джонином. Через два месяца, уже после того, как в моей голове улеглась мысль о теоретическом замужестве и когда меня и еще семь джонинов приставили наставниками для команд генинов, я поняла, к чему была такая спешка. Ух, гадкие людишки. Уверена, что это придумал Шикаку. Ну да, ряды джонинов сильно поистрепались за время войны, а новое поколение подрастало. Это потенциальная военная мощь Листа на случай очередной эскалации. Сильные джонины типа Какаши, Шисуи, Гая, всевозможных анбушников, глав кланов и иже с ними занимаются более серьезными вещами. Война еще не закончилась, так что дел было по горло, а людей не доставало. Таких специальных джонинов, как меня и Хаяте, пихнули в няньки. Обито тоже стал наставником, но по другой причине. Его никто не собирался выпускать из деревни в ближайшее время, а тем более в одиночку. Хана Инузука, по одному парню из Хьюга и Учиха и двое бесклановых тоже стали сенсеями.

***

Мне выдали личные имена детей, которые переходят под мою опеку. Первым был мальчик по имени Нэо Хьюга. Я усмехнулась, проводя аналогию с известным мне Нэо, надеюсь, он не влюбится ни в какую Тринити и не слетит с катушек. Я следила за ним все утро. Мне сразу стало понятно, что пацан из побочной ветви, он с гордостью расхаживал с проклятой печатью на лбу, хитай-атэ он носил на левом плече, из чего я сделала вывод, что он правша. Смотрел двенадцатилетка на всех не Хьюга, как на дерьмо, прилипшее к его подошве. Внешне он был не сильно запоминающимся, каштановые волосы, бело-лиловые периодически закатывающиеся глаза. Будет сложно. Вторым членом нашей команды мечты оказалась девочка по имени Касуми Сарутоби. Обычная, но не простая девчонка, слегка со вздернутым носом. Вот бы клановые перестали вдалбливать своему молодняку, что их клан самый лучший. Эх, мечты, мечты. О ней я знала больше, не будем забывать про мою шпионскую сеть, которую в мое отсутсвие успешно поддерживала ка-сан. Ее отец ничем не отличающийся джонин, мать гражданская. После начала войны все кланы решили обучать своих дочерей искусству ниндзя, чтобы их не убили раньше времени или не забрали на растерзание в медовые куноичи. Касуми очень плохо давалось тайдзюцу, но зато она хороша была в точных науках. Успехи в геометрии помогали ей в просчете траектории полета железа. Ее отец хоть и определил у нее сродство со стихией огня, но ничего из ниндзюцу ей пока не удавалось. Третьим и последним учеником был Исао Учиха. Он оказался сыном почившего Яширо, который я была уверена успел засрать мальчонке всю голову о величии Учиха и остальном тому подобном дерьме. Я как раз сидела на крыше управления полиции, наблюдая за тем, как пацан взаимодействует со своими соклановцами, до этого я слегка заглянула в окно его дома. Кажется, его мать так и не оправилась от потери мужа. Так что дом был мягко говоря запущен, а на сына ей было глубоко наплевать. Типичная жена, не знающая, что ей делать после смерти мужа. Исао оказался более добрым ребенком, чем я подозревала, но то он был с Учиха. Как он будет общаться не с Учиха покажет время. Завтра в академии будет распределение по командам, не знаю, как они отреагируют на то, что их сенсей лишь на пару-тройку лет старше их самих. Будет весело. — Что ты тут делаешь? — спросил кто-то сзади, и я, испугавшись, скинула незваного гостя с крыши. Я склонилась и взглянула не землю, где отряхивался Шисуи. — Очень мило, Ясу-чан, — улыбался он своей пугающей улыбкой, не тронувшей его глаза. — А нечего меня пугать, — прошипела я и вернулся к своему дозору. Шисуи уже через мгновение разместился сбоку от меня, наблюдая за детьми. Через пару минут он нарушил тишину. — Я бы пришел к тебе раньше, но сразу после твоего возвращения нас отправили на миссию и... — А зачем тебе ко мне приходить? — перебила его я, не отрывая взгляда от мальчонки Учиха, чуть дальше я заметила Итачи, за ногу которого держался Саске. Просто умилительно. — Ну официально, чтобы поздравить тебя с назначением, а не официально узнать, откуда ты знаешь про мангеке? — А откуда ты знаешь про мое назначение? — А откуда ты знаешь про мангеке? Это тайна за семью печатями, информация есть только в клановой библиотеке. — И в подвале вашего храма, — я махнула на него рукой. — Спроси у Какаши, кто я. Он знает, — внутренне я прыснула. Воцарилось недолгое молчание. — Я так и не сказал никому про мангеке, — начал снова он, — но Сакумо-сама уже знал об этом, и даже знал о технике моих глаз. И я даже промыл голову Обито. А он между прочим мой троюродный брат. — Ну жизнь вообще жестокая штука, — пожала я плечами. — Значит ты больше не пользовался мангеке? — Только два раза, — нахмурился он. — Но знают об этом только Хатаке. — Какаши тоже? — Ну он же мой командир, — я кивнула. Это логично, они столько всего прошли вместе. — Я просто знала, Шисуи-кун, — я посмотрела ему в глаза, — я вообще много чего знаю о разных кланах. Например, я знаю, где сидит девятихвостый, — Учиха фыркнул. — Это все знают, — эх, значит и в этой версии Наруто будут считать монстром. Но если Данзо кормит крыс, а Хирузен — червей, то кто распространил секретную информацию? — Хорошо, я знаю, что Итачи пробудил шаринган и, — я задумалась о его возрасте, — у него два томоэ. Его обожает младший брат, — я показала на парочку братьев. — Ты следишь за нами? — я прыснула от смеха от того, как исказилось его лицо. — Я слежу только за своим будущим учеником, Исао Учиха. Кстати, что скажешь о нем? — У него был своеобразный отец, — тихо ответил Шисуи, принимая смену темы. — Да-да, я знаю. Он был за военный переворот. Что-нибудь личное о нем? — Шисуи нахмурился еще больше. Он помнил, что ходили такие разговоры, но они быстро сошли на нет. — Он закрылся после смерти отца, матери на него все равно. Братьев, сестер нет. Лишь дальние родственники, коими мы тут все друг другу являемся. — Бе, — скорчила я лицо. — Эй, — возмутился Шисуи, но мы не стали продолжать разговор, а просто наблюдали. Когда начало темнеть и Исао зашел в продуктовую лавку перед тем как пойти домой, я встала с насиженного места. — Знаешь, мы чем-то похожи с Исао, — начал Шисуи, тоже поднимаясь с места. — Моя мать до сих пор не оправилась от смерти отца. — Я буду иметь это в виду, — я ласково улыбнулась, но потрепать по волосам его не смогла, так как он был выше меня, поэтому просто стукнула его по плечу, — Буду к нему снисходительна, не обещаю полюбить высокомерного мальчишку так, как тебя, но буду делать все возможное, чтобы не спланировать его смерть. — Так как меня? Ты меня любишь? — расширились его глаза. — Конечно люблю, как друга, который спас мою жизнь, — потом я просто вернулась домой и тискала до умопомрачения сопротивляющегося Шикамару.

***

— Вы все всего лишь никчемные и бесполезные дети, — ворвалась я в кабинет, так как сильно опоздала. На выходе из квартала меня застал Какаши и поприветствовал меня привычным "Привет, ведьма". Я его проигнорировала, пробурчав под нос что-то вроде "Теперь он со мной разговаривает". — Мне не положено вести личные беседы на задании, — ответил Хатаке, идя со мной нога в ногу. Только сейчас я обратила внимание, что голос у Какаши был почти такой же, как у Сакумо. Боже, его голос сломался, он стал совсем большим мальчиком. — Ну я сейчас тоже на задании, так что мне тоже не положено вести личные беседы, — фыркнула я. — Перестань, Ясу, неужели ты не соскучилась? — он огляделся, — и где Суме? — Соскучилась? Да ты в своем уме. Ты полнейший индюк, Какаши Ты тогда мне поддался, и я чуть не умерла в первом реальном бою. Ты заслужил пендель, — я замахнулась ногой, но он ожидаемо увернулся. — Тогда ты шла будто на смерть, я пытался тебя подбодрить. — Да иди ты, — я развернулась и широкими шагами пустилась в сторону академии. Но вдруг меня кто-то развернул за плечи, и я впечаталась в очень твердую грудь. — Больше никогда, — серьезно сказал он мне на ухо, у меня от этого шепота пробежал холодок по спине, — никогда не ставь свою жизнь выше жизни хранительницы, — Какаши отодвинул меня от себя и выжидающе смотрел в мои глаза. Я чувствовала, что начинаю краснеть, поэтому быстро отпихнула его от себя еще дальше. — А ты больше никогда не прикасайся ко мне, идиот, — я снова развернулась и припустила до ближайшего закоулка, чтобы привести дыхание и сердцебиение в порядок. В спину я услышала лишь хриплый смешок. Ох, я уже и забыла, что такое подростковые гормоны. Красавчик-Какаши напомнил мне о моем вошедшем в силу пубертате. Интересно, есть ли в Конохе что-то вроде борделя и работают ли там мужчины... Мало ли меня скоро убьют, а так и не пошла на поводу у гормонов, как приличный подросток. К тому же в этом мире я считалась абсолютно взрослым человеком. К кабинету я подходила, видимо, самой последней из наставников, поэтому услашала спор своих учеников, чей клан лучше, а чей хуже и так далее по кругу разными словами. — Член моего клана был Хокаге, так что Учиха и Хьюга глотают пыль, — уверенно сказала Касуми. — А мой член больше, чем член Хьюга, так что очевидно белоглазые на последнем месте, — это уже был Исао. — Вы все всего-лишь никчемные и бесполезные дети, — ворвалась я в кабинет. На мое удивление в классе сидело шестеро детей. Видимо я была не самым безответственным наставником. Сразу стало понятно, кто опаздывал больше всех. Все присутствующие затихли. — Так что если я еще раз услышу, как вы тут меряетесь половыми органами, я вашу физическую подготовку доверю Гаю, — они с непониманием переглянулись. — Да, мальчикам не стоит заниматься такими непотребствами, — согласилась со мной девочка Сарутоби. — То, чем занималась здесь ты, Касуми, не сильно отстает от моего видения ситуации. И у девочек тоже есть вполне себе половой орган. — Да и вообще, ребятки, — вальяжно зашел Обито, — не советую я вам попадаться на глаза этому чудику Гаю. — Ты, ты и ты, — показал он на своих учеников, — на выход. Кстати, отлично выглядишь, Ясу-чан, — подмигнул мне Учиха, — пойдешь со мной на свидание? — Таким как ты, Обито, лучше направить всю свою энергию во что-нибудь менее травмирующее. — Ауч, — он развернулся и последовал за детьми. В классе воцарилась тишина, и я не знала, что с ними делать, что говорить. Я должна их наставлять? Я не выглядела, как Обито или Хаяте, я почти (ладно с большой натяжкой) могла быть их одноклассницей. — Итак... — начала я, но была грубо перебита. — И это наш наставник? — скривил высокомерное лицо Хьюга. — Сколько тебе лет? — нагло спросил он у меня. — Вообще-то очень невоспитанно спрашивать о подобном у девушек. — Заткнись, Касуми, — перебил ее Учиха, — так сколько? Я сделала глубокий успокаивающий вдох. — Во-первых, еще раз тыкнешь мне, пацан, и очень сильно об этом пожалеешь. Во-вторых, какая разница сколько мне лет, если я джонин? Представьте, что я могу сделать с вами, если между нами такая разница. Они заметно притихли, обдумывая мои слова. — Полигон 14, кто быстрее туда доберется, тот клан и будет считаться лучшим, — ребятишки сорвались с места. А я не спеша пошла в Ичираку. После моего возвращения мы сблизились с Аяме, которая и слышать больше ничего не хотела о шиноби, она ударилась в семейный бизнес и планировала открыть собственное кафе. Я научила ее делать вкусный и до безобразия сладкий кофе с молоком, вот и решила заглянуть за угощением. Попав на полигон ровно через час и четырнадцать минут, я столкнулась с яростными взглядами, но никто не спешил мне выговаривать. — Я пришел первым, — начал Хьюга, но его перебили товарищи, оспаривая. Так что это превратилось просто в гвалт. — Заткнитесь, пока я вас обратно в академию не отправила, — они замолчали. — Какие же вы идиоты, — я поднялась на ближайшее дерево и села на ветку, на которую попадала тень. Надо бы придумать какие-нибудь бумажные стаканчики, чтобы хоть от чего-то получать удовольствие, занимаясь этим дерьмом. — Нэо и Исао, проведите товарищеский спарринг, правила те же. Кто победит, будет колошматить Касуми. Ну и естественно мы будем почитать клан победителя. Начали. Летела пыль, бревна, железо, нерастраченный тестостерон, неуемная энергия и оскорбительные выкрики. Я видела даже пару искр, от неудачного катона. По итогу, так как у этого спарринга не было рефери, оба мальчика завалились без сил, растратив всю чакру. Я спрыгнула на землю. — Итак, по результатам боя, оба великих клана проиграли. Что же делать? Я ткнула носком сандали сначала одного, потом другого. Касуми, можешь добить обоих, у них все равно нет сил, и Сарутоби победят. Она удивленно посмотрела на меня. Так будто я сошла с ума. Мне хотелось расхохотаться. — Я не буду этого делать, — покачала она головой. — Почему? — состряпала я крайнее любопытство. — Потому что это нечестно, — она отошла на два шага. — И все? — я все-таки расхохоталась. — Ты — куноичи. Честь последнее, что должно тебя волновать. Так говорил мне мой наставник в свое время. Для деревни главное, чтобы ты справилась с задачей. Давай выкинем этих оболтусов в академию, а сами будем выполнять миссии, — я ей подмигнула, — только мы, девочки. — Н-но, но как мы будем это делать, команда рассчитана на троих генинов и джонина. — Отличное замечание, Касуми, — хлопнула я в ладоши, — подними товарищей и прислони их к дереву. Девочка так и сделала, мне даже на секунду стало ее жаль, но я держалась и не собиралась ей помогать. Потом я призвала ее сесть рядом с пришедшими в себя мальчиками. — Касуми мне сказала, что команда рассчитана на троих генинов и джонина. Так? — они неуверенно кивнули. — В этой команде мы не Учиха, Хьюга, Сарутоби и Нара. Мы товарищи, у которых одна цель. Это понятно? — еще один кивок. — Если вы не научитесь уважать друг друга, то вас убьют на первой же миссии, а я буду просто стоять и смотреть, потому что не спешу умирать. Кивните, если поняли, — они кивнули. Я встала в полный рост. — Если такие упертые бараны, как Хиаши, Фугаку и Асума смогли договориться, то и вам это удастся. Завтра первая тренировка, но если вы не оставите свое необоснованное соперничество дома, то можете не приходить.

— Ты что действительно собираешься рассказывать это? — выдавил из себя разочаровавшийся охранник, выдыхая. — Да что там рассказывать, я тебя умоляю, — закатила глаза я, поудобнее перехватывая сына. Он хоть и задремал, но класть его на это подобие кровати не собиралась. Судя по виду, клопы там самое меньшее из бед. — Тогда переходи сразу к самому интересному, — уверенно сказал он и придвинул свой стул к нашей клетке. — Ну хорошо, — вздохнула я, — Пожалею тебя, ведь жить тебе осталось совсем немного, — он фыркнул, но я уже чувствовала, что муженек мой где-то рядом, просто как всегда сидит что-нибудь обдумывает. — Расскажу тебе о моем любимом старичке. — Только идиотка будет так называть Белого Клыка. — Сакумо был мне как отец, поэтому я как хочу так и называю его. К тому же если мы переходим на личности, то такому неотесанному куску дерьма слово не давали. Парень взбеленился, сдерживая гнев. Его ноздри быстро расширялись, а я чуть не рассмеялась, но чувство самосохранения — это то, что помогало мне дожить до этого возраста, поэтому я прикусила язык и продолжила рассказ. Слава богу мы уже почти в самом конце.