Глава 19. Культивация

— Запретный лес? — переспросил Драко. Он хмуро смотрел на МакДугал, которая держала горшок с белладонной подальше от себя, чтобы капли ядовитого сока не попали на одежду. Он мог слышать исходящее от ягод легкое шипение, а на траве, куда сок падал, оставались мелкие черные проплешины. — Конечно, — с улыбкой ответила МакДугал. — Там, прямо на опушке, есть идеальное местечко. Драко замедлил шаг. Он никогда не питал особой любви к этому лесу, даже в лучшие времена, и не мог забыть тот ужасный вечер на первом курсе, когда видел, как Темный Лорд (хоть он и понял, кто это был, гораздо позже) пил кровь единорога. Там обитали всевозможные твари, а по слухам — еще и маленький великан, и табун кентавров. И огромные пауки… — Шевелитесь, мистер Малфой, — приказала МакДугал. — Это растение будет счастливее среди себе подобных. Драко хмыкнул. Он в этом сильно сомневался. Но это уже не его проблема. Не под его кроватью, и ладно. МакДугал выбрала затененное место у самой опушки леса. Разумеется, пересаживанием растения она занялась сама — достала из сумки перчатки из драконьей кожи и аккуратно расправила поникшие стебли белладонны. Драко отошел на безопасное расстояние и прилег на траву под ближайшим деревом. Вскоре к нему присоединилась Изобель. — Нам стоит немного подождать и посмотреть, приживется ли оно, — сказала она. Их растение выглядело еще более жалким среди крупных собратьев с глянцевыми листьями и ягодами, которые угрожающе нависли над новичком. — Да, давай подождем, — согласился Драко. Он не заметил никаких опасных существ, только белок, а свежий воздух и тень успокоили его нервы. Его рука не задрожала, когда он протянул ее, чтобы убрать прядь светлых волос за ухо МакДугал. — Спасибо, что спасла мое растеньице, — прошептал он, подаваясь вперед. — Всегда пожалуйста? — голос девушки дрогнул на вопросительной ноте. Но она не отстранилась, и Драко достаточно было слегка наклониться, чтобы их губы встретились. Но он не сделал этого. Не поцеловал ее нежно. Не провел рукой по ее синему кардигану и не скользнул под эту целомудренную юбку. Не нашептал ей льстивых комплиментов. Не сделал ничего из того, что планировал. Даже не вдохнул сладкий яблочный аромат ее волос. Вместо этого Драко оставался неподвижным. Земля под ним была холодной и жесткой, сырость пробиралась под одежду. Палочка в кармане брюк впивалась в бедро, и он задумался, который сейчас час. Аппетит постепенно возвращался, и он бы не отказался от легкого перекуса. Не будь идиотом, — отругал он себя. Поцелуй ее. Почему ты думаешь об обеде? — Я не думаю об обеде, — проговорила МакДугал, искоса глядя на него. Драко моргнул. — Что? — Ему срочно нужно было перестать бормотать мысли вслух. Вчера он тоже ляпнул, что Грейнджер — сущий кошмар. Ну, она и правда кошмар, — возразил он (теперь уже про себя). Эта ведьма ходит с видом, будто готова проглотить весь мир и выплюнуть то, что ей не по вкусу… — Нам нужно вернуться в замок, — сказала Изобель, поднимаясь. Драко моргнул и протянул руку, но она уже шагнула к ростку белладонны. — Думаю, оно… Листья справа от нее зашелестели, и из кустов вылетел небольшой предмет, пролетев в дюйме от головы МакДугал и отрикошетив от ствола дерева. Драко вскочил на ноги, выхватив палочку. — Что, ради Салазара… — начал он. Кусты снова зашелестели, и еще один снаряд пронесся в воздухе, нацелившись прямо в Драко, который отразил его палочкой. Предмет упал в кучу красно-золотых листьев, и МакДугал нырнула за ним. — Ты что делаешь? — схватил он ее за руку. — Нам нужно убираться отсюда! Он знал, что в этом лесу бродят кентавры с пращами и луками. Драко и Изобель могли стать мишенью — звери способны на что угодно. — Я достала! — торжествующе воскликнула МакДугал, пока он поднимал ее с земли. В ее волосах запутались листья, а в сжатом кулачке она что-то крепко держала. — Мы же их искали! — Берегись! — выдохнул Драко. Еще один предмет слетел с дерева над ними, по кривой дуге целясь прямо в них. — Конфринго! Палочка послушалась, выпустив точным выстрелом заклинание, и Драко уже ждал небольшого, но эффектного взрыва. Но МакДугал внезапно навалилась на его руку, сбив прицел. Заклинание срезало ветку с дерева, озарив воздух оранжевой вспышкой. — Не надо! — воскликнула МакДугал. — Они нам нужны! — Что это такое? — спросил Драко, но ведьма не ответила, лишь толкала его к выходу из леса, пока вокруг них свистели новые снаряды. Оказавшись на лужайке, Драко обернулся и уставился на сжатый кулак рейвенкловки. — Отдай, — приказал он. — Оно может быть опасным. — Оно не опасно, — настаивала МакДугал, подняв руку. — Видите? — Ее тонкие пальцы сжимали что-то маленькое и твердое, что пыталось вырваться из ее хватки, словно маленький квиддичный мяч. Драко моргнул. — Это… маффин? Она закивала. — Часть факультетского исследования о балансе черники и теста. Мы зачаровали двадцать четыре маффина: десять нашли, один съели, остальные все еще в бегах. — Она бросила взгляд на лес. — Говорили, они сбежали из замка. Драко уставился на маффин в руке МакДугал. Зачерствевший, покрытый рытвинами, он был испачкан землей и забрызган ягодным соком. Светловолосая ведьма достала палочку. — Инкарцерус! — произнесла она, и тонкие нити опутали маффин, который продолжал яростно вырываться. Она засунула его в сумку. — Завораживающе, — сказала МакДугал. — Мы хотели, чтобы маффины самостоятельно сортировались по количеству черники, но ягоды пытаются сбежать, катая маффины… Драко никогда не слышал ничего столь абсурдного и бессмысленного. Если это то, чем рейвенкловцы развлекались в свободное время, его привычка напиваться уже не казалась столь ужасной. Ну да, он мог устроить пару поджогов, но бутылки виски хотя бы не вели себя как дикие животные. — Мы возвращаемся в замок, — заявил Драко. Он схватил ее за руку, поморщившись от липкого черничного сока на ее ладони. МакДугал радостно трещала, пока Драко тащил ее через территорию замка. — Только представьте, мистер Малфой, мы могли бы первыми исследовать поведение одичавших хлебобулочных изделий! Образовали ли они стаю? Есть ли у них вожак, Альфа-Маффин? Территориальны ли они? Это объяснило бы их агрессию. Нам нужно будет вернуться и… — Что? — Драко снова остановился. — Мы не пойдем в Запретный лес охотиться на буйные кровожадные маффины! МакДугал надула губы. — Вам необязательно идти. Просто я подумала, вам может это понравиться. — Нет, и ты тоже туда не пойдешь! Она погладила его по руке. — Не волнуйтесь, со мной все будет хорошо, — улыбнулась она. — Одолжу пробковый шлем у Луны. Они спорили всю дорогу до замка, но МакДугал не собиралась ни на шаг отступать от своего безумного квеста по отслеживанию маффинов в дикой природе. Ей осталось найти только блокнот да сачок. — Интересно, можно ли их промаркировать? — сказала она. Стало ясно — Лавгуд не была аутсайдером на своем факультете. Все рейвенкловцы были сумасшедшими. Когда они оказались у статуи Дамблдора, МакДугал наконец заметила нервозность Драко. Она остановилась, изучающе взглянув на него и озабоченно нахмурив брови. — Мистер Малфой? С вами все в порядке? — спросила она. — Да, — рявкнул он. Она отступила. — То есть, да, спасибо за заботу, — исправился он. Библиофилки обожали формальности. Он с тоской вздохнул, вспомнив хорошеньких слизеринских шлюшек, которые ценили в мужчинах эгоизм и грубость. Эх, были времена… МакДугал прищурилась, глядя на него снизу вверх. — Почему вы проводите со мной так много времени? — Ты милая, — сказал Драко. У него был готов целый монолог об одиноком, тоскующем сердце, бьющемся под ледяной броней. Никто больше не понимает меня. Никто больше не пытается увидеть настоящего Драко. — Хмм… — Она не выглядела убежденной, но не стала задавать уточняющих вопросов. Вместо этого достала клочок пергамента и коснулась его палочкой — изящной, сделанной из каштана. — Вам нужно навещать белладонну каждый день в течение недели, — сказала МакДугал. — Если другие растения решат, что у нее нет друзей, они на нее нападут. Драко мрачно уставился на расписание. Последнее, чего он хотел, — таскаться ежедневно в Запретный лес, чтобы поддерживать репутацию смертоносного растения. МакДугал закинула сумку на плечо. — Мне нужно отнести этот маффин в лабораторию нашего факультета. А вам явно следует вздремнуть. Слизеринец не сдержал легкий вздох. Его слабые чары гламура улетучивались. Драко потратил все утро впустую и винить мог только себя. Ведьма привела его в укромный уголок леса, села рядом, позволила его губам почти коснуться ее… И что он сделал? Мечтал об обеде, оставив ее в неопределенности? — Вы мнете свой свиток, мистер Малфой, — сказала рейвенкловка. — Драко, — поправил он, сделав шаг ближе. — Мне нужно в лабораторию, мистер… — Он посмотрел на нее многозначительно. — Драко. — А мне нужно поспать, Изобель, — прошептал он ей на ухо. — Уверена, что не хочешь меня уложить? Девушка побагровела и отпрянула. — Точно нет! — огрызнулась она и оскорбленно зашагала прочь. Драко остался стоять, наблюдая, как она скрывается в замке. Прогресс. — Ну-ну-ну, — раздался тошнотворно знакомый голос. — Как мило. Драко обернулся. Теннант развалился на ступенях у статуи, сняв куртку, драгоценный камень в ухе сверкал на солнце. Массивный волшебник поманил его пальцем, и Драко неохотно подчинился. — Сдаешься с Грейнджер? — спросил Теннант. — Мудро. С ней такая нюня, как ты, не справится. Ей нужна твердая рука. — Твоя рука, полагаю? — Драко изо всех сил старался звучать скучающе. Он не был в настроении слушать похабщину соседа. — Почему бы и нет? Поттера-то рядом нет, да? — Теннант откинулся назад, скрестив ноги в грубых ботинках. — Мое предложение все еще в силе, Дрейки. Помоги мне, и ты получишь кусочек… когда я закончу. Драко сохранял маску холодного презрения, но взгляд его невольно скользнул к статуе над ними. Мраморные глаза директора, казалось, выражали осуждение. — Я следил за Грейнджер, надеялся поворковать с ней наедине, но она слишком хитра, — продолжал Теннант. — Клянусь, у нее глаза на затылке. Замечает меня каждый раз. — Задумчивая гримаса странно смотрелась на лице, так напоминавшем Торфинна Роули. — Думал, подловил ее прошлой ночью. — Теннант покачал головой. — Но она свернула за угол и исчезла. Драко не сдержал усмешку. Да, Тенни, она и правда исчезла. Прямо в мою кровать. — Но у меня есть идея, — оживился Теннант. — Грейнджер все время видится с Главным Грязнокровкой. Будем следить за ним. Сегодня после ужина. Ты его задержишь, а я… — Ухмылка волшебника была точь-в-точь как у Торфинна. Драко закатил глаза. — Это твой гениальный план? Таскаться за этим тощим мудаком и надеяться, что они встретятся? — Могу позвать Гаргла. — Гойла. Теннант пожал плечами. — Вроде рвется помочь. — Я помогу, — равнодушно произнес Драко. — Если ты сможешь просто… Резкий свист пронзил воздух, и оба волшебника обернулись — пересекая лужайку, к ним приближалась Уизлетта. Война и год с Кэрроу оставили отпечаток на этой конкретной Уизли. Она выглядела впечатляюще: высокая, атлетичная, в облегающей черной коже. Корона медных кос сияла на солнце. Она уже не была той серой мышкой, над которой его отец глумился в Косом переулке. Панси ненавидела ее лютой ненавистью, а Блейз украдкой наблюдал за ней, когда думал, что никто не видит. Уизли остановилась в паре шагов от Драко. На ее черной перчатке волчком крутился карманный вредноскоп. Она уставилась на них взглядом, который неприятно напомнил Драко о том, что мать этой ведьмы убила Беллатрикс. — Вы что-то замышляете, — выплюнула Уизли. Она бросила взгляд на статую. — Странное место для заговора. — Слова ее звучали резко, словно у того лже-Грюма, с рычанием, которое Драко помнил еще с того момента, когда был крошечным перепуганным хорьком. Теннант поднялся с неожиданной для него грацией и спустился на пару ступеней Уизли навстречу. Его белая рубашка, расстегнутая на пару пуговиц, хлопала на порывистом ветру. — Ну, дорогуша, — сказал он, — ты прямо радуешь глаз... — Что вы замышляете? — Уизли словно физически пыталась унюхать подозрительное поведение. — Я за вами слежу. За обоими. — О, обожаю, когда красивые ведьмы за мной присматривают, — протянул Теннант. — За. Каждым. Вашим. Шагом. — лицо ведьмы буквально светилось маниакальным энтузиазмом, и Теннант заметно напрягся. — Теннант Роули, — сказала Уизли, — сын Пожирателя смерти Торфинна Роули. Переведен из Дурмстранга. Там профессоров арестовывают пачками — школу, возможно, вообще закроют. Умно было свалить. Она окинула его оценивающим взглядом своих пронзительных карих глаз. — И выглядишь сообразительным. Вот это неожиданность. — Ну-ну, Рыжуля, — Теннант попытался смягчить тон, — давай уединимся где-нибудь, мило побеседуем. — Он приблизился к ней. — Ты ранишь мои чувства такими разговорами... — НЕ ТРОГАЙ МОИ ВОЛОСЫ! — вопль Уизли подхватил ветер, заставив Драко вздрогнуть. Ее палочка вонзилась в горло Теннанта, а взгляд говорил, что она готова отправить их прямиком к Дамблдору. — Одурачить меня вздумал, Роули? ПОСТОЯННАЯ БДИТЕЛЬНОСТЬ! Уизли отступила, глаза пылали. — Я слежу за вами обоими, — повторила она, затем развернулась и рванула к замку. Студенты шарахались в стороны. Ошеломленное молчание. Затем Теннант резко развернулся к Драко. — Кто… это... блядь… БЫЛ? — Джиневра Уизли, — ответил Драко. — Уизли, — Теннант смаковал слоги фамилии. — Предатели крови. Драко вспомнил статьи из «Пророка» о ней. — Она встречается с Гарри Поттером, кажется. — Этот очкастый кретин заслуживает ее. — Меня от нее, блядь, в дрожь бросает, — заявил Теннант. Драко не мог не согласиться. — Уизли годами дружит с Грейнджер. Может, пересмотришь свой план, Роули. — Ни за что. Чтобы остановить меня, мало одной психованной предательницы крови. Драко пожал плечами. Теннант действительно любил играть с огнем. — Сегодня после ужина будем следить за этим грязнокровкой-паффом, — прорычал Теннант. Его лицо светилось мрачным упрямством, хотя он не смог удержаться от быстрого взгляда на огромные двери замка. — Блядь. Затем он оценивающе посмотрел на Драко. — Ты выглядишь неважно, дружище. Завязывай с выпивкой. Теннант невозмутимо удалился, снова обретя привычную самоуверенность. Солнце скрылось за облаками, бросая тень на статую Дамблдора. Драко почувствовал тошноту, и дело было не во вчерашнем огневиски. Темные заговоры. Облака в гадальном зеркале. Ливень в Уилтшире. Ведьма в опасности. Простого выхода не было. Драко сжал кулаки. Он был дураком, думая, что война для него закончилась.

КОНЕЦ ПЕРВОЙ ЧАСТИ