Садись на колени. Сейчас.

Когда Хина пришла в сознание, её глаза медленно открылись, и она увидела знакомое лицо. Мито сидела рядом, сдерживая слёзы, и смотрела на неё с выражением глубокой вины. — Хина… — прошептала Мито, её голос был дрожащим. — Прости меня… я не думала, что всё так получится. Я была наивной. Не думала, что они могут так поступить с тобой. Я не хотела, чтобы это всё произошло. Хина чувствовала слабость в теле, её мысли были смутны, но на мгновение она почувствовала нечто тёплое внутри, увидев искренность в глазах Мито. Но потом её глаза потемнели от горечи, и она с трудом села, ощущая боль во всём теле. — Ты не виновата, Мито… — ответила Хина, хотя голос её звучал слабо, как если бы она пыталась убедить себя. — Ты не могла знать… Но это не меняет того, что происходит. Я не могу просто сидеть и ждать, когда они меня сломают. Мне нужно что-то делать. Мито всхлипнула, её руки сжались в кулаки, и она, наконец, не сдержала слёз. Она опустила голову и тихо сказала: — Я бы хотела, чтобы всё было иначе. Но, может быть, ты всё равно можешь сбежать. Я помогу тебе… я не знаю, как, но я что-нибудь придумаю. Я не могу смотреть, как они ломают тебя. Хина посмотрела на неё с усталостью и печалью. Она знала, что Мито не в силах помочь ей в полной мере, но в её сердце всё же была искра надежды, пусть и слабая. — Мито, ты не можешь помочь мне, но я должна сама выбраться отсюда. Я не позволю им уничтожить меня. Я буду бороться. И ты тоже. Мито кивнула, ещё сильнее обхватив Хину за руку, её глаза были полны беспокойства и сочувствия. Система обновлена: Задание: Продолжить борьбу за свободу. Цель: Найти новый способ сопротивления и сбежать от Рэна и его семьи. Награды: •+10% к решимости. •+5% к силе воли. •Получено дополнительное задание: “Секретный союз”. Романтическое влияние: •Рэн:+5% к уважению за её стойкость, но сохраняет свою доминирующую позицию. •Отец Рэна:-5% к уважению, но продолжит смотреть на неё как на “неполную”. •Мито:+15% к отношению, она не может забыть, что сделала для неё Хина, несмотря на всё. Хина посмотрела на Мито и вздохнула. Она знала, что её борьба только начинается, но теперь у неё была не только личная цель, но и поддержка. И, возможно, это будет её шанс вырваться из этого ада. Когда Рэн вошёл в комнату, его взгляд был холодным, а выражение лица — решительным. Он не мог больше ждать. Каждый день, каждый момент, когда она не подчинялась, выводил его из себя. Он был неумолим. — Ты могла бы выбирать, Хина… — его голос звучал как угроза. — Но я понял, что тебе нужно показать наглядный пример. Он  поспешно вышел с комнаты, но через пару минут, дверь в комнату снова открылась, и Рэн вошел, но на этот раз он был не один. За ним, опустив голову и двигаясь с неестественной покорностью, шла молодая женщина. Её волосы были спутаны, одежда висела на худом теле, а в глазах не было ни жизни, ни воли. Рэн грубо подтолкнул её вперёд, заставляя встать перед Хиной. — Хочу показать тебе, что бывает с теми, кто осмеливается не повиноваться, — усмехнулся он, глядя на Хину с явным удовлетворением. Женщина медленно подняла взгляд, но в её глазах не было ни гнева, ни страха, ни даже надежды. Только пустота. Как будто от неё осталась лишь оболочка, а сама она давно перестала быть человеком. — Поклонись, — приказал Рэн. Рабыня тут же опустилась на колени перед Хиной, склонив голову, словно бездушная кукла. — Говори, — добавил он. Её голос был тихим, ровным, лишённым эмоций: — Я принадлежу своему господину. Моё тело, моя воля и моя жизнь — его. Я живу, чтобы служить. Хина почувствовала, как по её коже пробежал холод. Она сжала руки в кулаки, изо всех сил скрывая охвативший её ужас. Рэн довольно ухмыльнулся. — Видишь? Вот что делает кровная печать. Полное подчинение. Без воли. Без личности. Только верность мне. Он склонился ближе к Хине, шепча прямо у её уха: — Ты ведь не хочешь стать такой же, верно? Его голос был сладким, но в нём звучала явная угроза. Хина взглянула на Рэна, её сердце билось учащённо, но внешне она оставалась спокойной. Задержав дыхание, она медленно проговорила: — Хорошо, я согласна. Ты прав, я не могу сопротивляться. Я подчинюсь тебе. Внутри неё бушевали эмоции, но она заставила себя не показывать их. Каждый её жест, каждое слово было лишь маской, скрывающей её решимость. Она понимала, что если сейчас не поддастся на его требования, то не получит ни возможности выбраться, ни шанса на свободу. Но в глубине души она знала — это временно. Она не сдастся. Рэн ухмыльнулся, не замечая её истинных мыслей, его глаза наполнились триумфом. Он был уверен, что её слова — это лишь начало её покорности. [Система обновлена] Романтическое влияние: •Рэн:+15% к одержимости и интересу, его уверенность в победе растёт, он начинает видеть её как более слабую и податливую, чем ожидал. Хина замерла на месте, сердце колотилось, но её глаза оставались холодными. В его приказе не было ничего неожиданного, и тем не менее, в груди всё сжималось. Она понимала, что не может отказать — как бы сильно ей этого ни не хотелось. Рэн, с уверенным взглядом, наблюдал за ней, ожидая её ответа. Он знал, что его власть над ней теперь абсолютна, и хотел ещё больше укрепить это ощущение. Его тон был неумолимым, как и его слова: — Садись на колени. Сейчас. Она не могла себе позволить колебаться, но её тело всё равно пронзило мгновенным ощущением отвращения. Вздохнув, Хина медленно подошла и послушно села на его колени. Тело её напряглось, она заставила себя не вздрогнуть от его близости, но внутренне её душа кричала о сопротивлении. [Система обновлена] Романтическое влияние: Рэн: +20% к одержимости и интересу. Он уверен в своей победе, наслаждается её подчинением и ощущает контроль. Рэн, почувствовав, как её тело сжалось в его руках, ухмыльнулся ещё шире. Он поднимал её, его руки скользили по её телу, а его дыхание становилось тяжёлым, когда он вдыхал её аромат. В глазах горел огонь триумфа, как будто он только что одержал решающую победу. — Хорошая девочка, — прошептал он, прижимая её к себе ещё сильнее. — Я рад, что ты наконец-то приняла правильный выбор. Хина сжала губы, её внутреннее сопротивление не утихало, но она понимала, что здесь, в этот момент, она не могла позволить себе показать ни капли слабости. Это было нужно, чтобы выжить, чтобы выиграть время. Но каждое его слово, каждый его жест заставляли её чувствовать себя маленькой и бессильной. Хина, сдерживая внутреннее негодование, внезапно приняла решение. Её разум стремился к одному — сохранить свою силу и не дать ему полностью сломить её, но в этот момент она поняла, что нужно действовать, чтобы выиграть время и создать иллюзию подчинения. — Обними меня и поцелуй. Она медленно подняла руки и обвила его шею, притягивая к себе. В её глазах было холодное отчаяние, но её лицо оставалось спокойным. — Ты хочешь, чтобы я подчинилась… — её голос был тихим, почти равнодушным, — ну так… я подчинюсь. Она прижалась к нему, её губы встретились с его, но это был не поцелуй, а лишь обязательный жест, нечто механическое. Она чувствовала, как его тело напрягается от удовольствия, но внутри неё горела лишь решимость не сломаться. Рэн, отстранившись, наблюдал за ней с усмешкой. Его взгляд был полон доминирования, он не сомневался в своём контроле над ней. С радостью подметив её внутреннюю борьбу, он медленно наклонился и, без лишних слов, поцеловал её шею. Его губы скользнули по коже, и с каждым движением оставляли на ней метку, которую он знал, что она не сможет скрыть. Хина почувствовала, как её тело напряглось, а на шее горело жаркое ощущение, оставшееся после его поцелуя. Внутри неё бушевала буря эмоций, но снаружи она оставалась неподвижной, пытаясь сохранить лицо. [Система обновлена] Романтическое влияние: Рэн: +15% к одержимости и интересу. Он чувствует, что всё больше управляет ситуацией, и его контроль над ней усиливается. Рэн, схватив её за бедра, прижал её ещё сильнее к себе. Его дыхание стало тяжёлым, а его слова, полные уверенности и доминирования, звучали как приговор: — Скоро ты станешь моей женой. Тогда никто тебя не отнимет у меня. Ты будешь полностью принадлежать мне. Хина ощущала его жаркое прикосновение, которое проникало в каждый нерв её тела, заставляя её чувствовать, как всё внутри неё сжимается. Она чувствовала, что он возбужден. Ставало не удобно сидеть на нем, так как его орган упирался ей в бедра. Но она не позволила себе выдать ни малейшей слабости. Внутри неё кипело сопротивление, но она знала, что сейчас — единственный способ сохранить свою цель. Время ещё не пришло, чтобы сдаться. Хина попыталась слезть с него, но Рэн с силой удержал её, прижимая ещё крепче. Её дыхание сбивалось от близости и ощущения беспомощности, но она не сдавала своих чувств. Она не могла позволить себе показать, как сильно её это унижало. В этот момент раздался стук в дверь. Отец Рэна вошёл в комнату, и, увидев картину, он ухмыльнулся с удовлетворением. Его взгляд был полон гордости за сына, который, по его мнению, наконец-то взял под контроль свою будущую жену. — Ну, Рэн, — сказал он, насмешливо смотря на них. — Рад видеть, что ты, наконец, усмирил свою жену. Это хороший шаг. Но сейчас мне нужно поговорить с тобой. Рэн, не выпуская Хину, повернулся к отцу с уверенным взглядом. — Конечно, отец, — ответил он, его голос был спокойным, но в нём ощущалась сила и власть. — Мы можем поговорить позже. Отец хмыкнул, не скрывая насмешки, и с легким раздражением посмотрел на Рэна. — Игры с своей женой ты можешь оставить на потом, — сказал он, его голос стал более строгим. — Сейчас важные вопросы клана требуют твоего внимания. Рэн, всё ещё крепко прижимая Хину к себе, бросил быстрый взгляд на отца, но затем мягко отпустил её, позволяя ей немного отстраняться. Он знал, что дела клана — нечто важное, но это не отменяло его желания продолжить контролировать ситуацию с Хиной. — Хорошо, отец. — Он взглянул на Хину, будто отмечая, что она всё ещё находится под его влиянием, и медленно поднялся. — Но это ещё не закончено, — добавил он тихо, почти как предупреждение. Он отошёл, оставляя её в комнате, а отец тем временем приступил к обсуждению дел клана. Хина стояла, пытаясь подавить бурю гнева, которая бурлила внутри неё. Каждое его слово, каждый взгляд были словно камни, сдавливающие её грудь. Её тело всё ещё чувствовало его прикосновения, его доминирование, и этот беспомощный страх, который он внёс в её душу, не исчезал. Но она знала, что сейчас нельзя позволить себе сдаться. Внутренний гнев, хотя и переполнял её, должен был стать её силой. Её план был прост: выжить. Сохранять себя. И потом, когда появится шанс, она воспользуется им. Она сжала руки в кулаки, внутренне крича, но внешне пытаясь сохранять спокойствие. В конце концов, она была сильной и умной, и она не позволяла эмоциям управлять ею. Сейчас главное — держать контроль и дождаться момента, когда можно будет действовать. Хина ещё раз взглянула на дверь, за которой остались Рэн и его отец. Её глаза наполнились решимостью. Она не сдастся. Рэн вошел в комнату с уверенным шагом, его глаза все ещё горели тем деспотичным огнем, который не покидал его. Он подошел к Хине, прижимаясь к ней с такой силой, что её дыхание снова сбилось. Он тяжело вздохнул, наслаждаясь её беспомощностью, а его слова звучали холодно и властно: — Что ж, мы с тобой сегодня ещё насладимся друг другом. Но сейчас я вынужден уйти. Будь хорошей девочкой. Его слова проникали в её сознание, как остриё ножа, оставляя следы отчаяния и ненависти. Но Хина собрала всю свою волю в кулак, не позволяя внешне выдать ни малейшей слабости. Он отстранился, оставив её стоять в этом комнате, будто собственность, и исчез. Хина стояла на месте, чувствуя, как её тело, всё ещё дрожащие от его присутствия, требует действия, но она знала, что сейчас главное — выдержать.