Эпилог «Это, определённо, стоило того»

На первое свидание Фред и Гермиона сходили в ресторан. Это было очень милое заведение в магической части Лондона, где пара наслаждалась вкусным ужином под живую музыку, разговаривая исключительно о всяких глупостях и много смеясь. Фред всячески старался порадовать Гермиону, придя на встречу с цветами, одаривая комплиментами и рассказывая забавные истории. Девушка даже не думала, что всё будет так чудесно, поэтому, когда в завершении свидания Уизли проводил её до дома, позволив себе лишь поцелуй, пусть и глубокий, но всё-таки без продолжения, Грейнджер на мгновение пожалела о том, что слишком хорошо воспитана. — Это мне на сон грядущий, — прошептал прямо в губы Фред, с явной неохотой отстраняясь от Гермионы. У девушки на языке так и крутилось приглашение зайти, но она сдержалась. Не хотелось торопить события, шокировать его (да и себя, откровенно говоря) неожиданной настойчивостью. Но когда этой ночью её посетило жаркое сновидение, которое, к огромному сожалению волшебницы, из-за зазвонившего будильника закончилось на самом интересном месте, она начала серьёзно прикидывать, сколько приличной девушке нужно времени, чтобы позволить парню зайти дальше поцелуев. Второе свидание ребята планировали провести гуляя по центру магловского Лондона. У Грейнджер был выходной, а потому она рассчитывала с самого утра отправиться с Уизли в город, чтобы пройтись вместе с ним по паре любимых мест, показать магазины, которые, безусловно, больше понравились бы Артуру, но и Фред наверняка остался бы в восхищении от телевизоров или, скажем, игровых автоматов. Ну а финальным аккордом должен был стать поход в кинотеатр. Гермиона предвкушала удовольствие от наблюдения за шокированным парнем, который о фильмах не слышал ни разу в жизни и наверняка пришел бы в неистовый восторг. Но, увы, всё пошло не по плану. Когда девушка пришла во «Вредилки», из которых они планировали направиться прямо в город, её встретил зелёный с головы до пят Фред. Даже его обычно ярко-рыжие волосы теперь напоминали сочную траву, какая каждое лето колосилась на поляне рядом с Норой. — Что с тобой? — спросила Гермиона, широко распахнув глаза от удивления. В первое мгновение она даже испугалась, что парня прокляли и ему срочно нужно в Мунго. Но весёлый смешок, вырвавшийся из Уизли, стоило ему увидеть её выражение лица, отрезвил Грейнджер. «Будь это что-то опасное, он бы не ходил тут такой спокойный» — облегчённо выдохнув, подумала девушка. — Тестировал новую продукцию, — ответил Фред, смущённо почёсывая макушку. — Точнее, тестировал-то я её вчера, а вот побочка вылезла только сегодня… — И что это должно было быть? — Лимонад, позволяющий по желанию менять цвет волос, кожи и глаз, — объяснил Уизли. Он взял Грейнджер за руку, переплетая их пальцы, и потащил её вглубь магазина. — Что ж, он явно работает, — рассмеялась Гермиона и, проведя свободной рукой по щеке парня, проверяя вдруг зелень мажется, спросила: — И надолго ты такой? — Не знаю, — беззаботно пожал он плечами. — Зеленеть я начал в восемь утра, процесс остановился в половину девятого, и вот я такой хожу уже полтора часа и веселю покупателей. Пока Уизли всё это рассказывал, Грейнджер мысленно прикидывала из чего могло состоять придуманное близнецами зелье, раз вышел такой эффект, и как можно исправить ситуацию. А парня, кажется, всё это не сильно-то волновало. Он с огромным интересом изучал пальцы своей девушки, оставляя почти невесомые поцелуи на костяшках, от чего по позвоночнику волшебницы пробегали приятные импульсы. — Что с антидотом? — спросила Гермиона, титаническими усилиями стараясь держать внимание на зелёной проблеме волшебника, а не его васильковых глазах, смотревших на неё удивительно нежно и совершенно обезоруживающе. — Какое-нибудь контрзаклятье? — Не помогает, — ответил Фред. — Хотя, возможно, учитывая сколько времени ушло на проявление цвета, столько же понадобится антидоту для отмены. — Что ж, если ты покажешь мне рецепт, возможно, я смогу помочь, — заметила девушка, уже предвкушая удовольствие от разгадывания интересной задачи. — Буду только рад. Разве что… — он вдруг запнулся и смущённо улыбнулся. — Что? — Наше свидание. Таким я не смогу никуда пойти. — Ничего страшного, — рассмеялась она, ощущая бешеный порыв поцеловать этого милого парня прямо в его виновато сжатые губы. — Если обещаешь накормить меня вкусным обедом и выделишь самый удобный стул в вашей подсобке, то и такое свидание я посчитаю удачным. — Спасибо, Гермиона, — просиял Фред и поцеловал девушку в щеку. Грейнджер ещё не привыкла к тому, с какой страстью отвечает её тело на полные искренних чувств порывы парня, а потому тут же вспыхнула румянцем. Каждый раз она буквально плавилась, стоило ему просто посмотреть на неё этим своим восхищённым взглядом, а если уж Фред целовал… Одного лишь прикосновения губ к её щеке хватало для того, что внутри всё завибрировало, наполняя каждую клеточку теплом. Было даже страшно представить, что будет, когда он прикоснётся к ней смелее. Наверное, у неё просто остановится сердце. — О, Гермиона, как тебе твой парень? — спросил вынырнувший из-за стеллажей с «Забастовочными завтраками» Джордж, заставив поплывшую Гермиону вздрогнуть. — Скажи же, что он стал ещё красивее? — О, да. Настолько хорош, что я подумываю не помогать вам разобраться с его окрасом, а оставить всё так, — быстро взяв себя в руки, отшутилась девушка. — Ну нет уж, — фыркнул он. — Какими бы странными твои вкусы не были, помоги мне, пожалуйста, вернуть брата в прежнее состояние. — Ладно, — рассмеялась она и кивнула в сторону подсобки. — Показывайте, что за варево вы там наготовили. Ошибку в рецепте Гермиона нашла примерно за два часа. Ещё три ушло на изготовление отменяющего всю эту зелень снадобья. Ну а когда сварилась новая порция лимонада, который должен был выдать нужный близнецам эффект, магазин уже закрылся. Разлив по бутылкам переливающуюся всеми цветами радуги пузырящуюся жидкость, команда изобретателей, к которым неожиданно для себя примкнула волшебница, принялась наслаждаться поздним ужином, принесённым Джорджем из «Дырявого котла», ставшим неплохой наградой за проделанную работу. — Хочешь проверить получилось или нет? — спросил у Гермионы всё ещё слегка зеленоватый Фред, расправившись со своей порцией свиного жаркого. — Нет уж, спасибо, — с улыбкой ответила девушка. — Окрашивайтесь как-нибудь сами. — Эй, Гермиона, ты же говорила, что теперь рецепт правильный и всё должно работать как надо, — шуточно возмутился Джордж. — Сказала. Но проверять правдивость теории на себе не хочу, — произнесла Грейнджер, на что Джордж фыркнул что-то вроде «И это мать моих будущих племянников. Какой кошмар». — У меня завтра первый рабочий день в новом отделе. Не хочу случайно испугать коллег. — Почему же сразу испугать? — спросил Фред, убирая за ухо девушки закрывающую ему обзор на её лицо кудрявую прядь. — Я уверен, тебе подойдёт зелёный. — Или красный, — добавил Джордж, а затем начал размышлять: — Интересно, а получится добиться какого-нибудь узора? Может, в клетку там… — А это любопытно, — тут же поддержал его близнец, и Гермиона с улыбкой покачала головой. — Если хотите экспериментировать, то давайте сами, — сказала она. — Я могу лишь помочь ликвидировать последствия. — Эх, братец, и угораздило же тебя влюбиться в Грейнджер, — печально вздохнул Джордж. — Нет в ней духа авантюризма. За этот комментарий парень получил от близнеца лёгкий толчок в бок, а от девушки шлепок по голове. — Какой кошмар! — крикнул он. — Это групповое нападение! Где ваша совесть? Но никто на обвинения на парня не ответил. Гермиона с Фредом разразились весёлым смехом, а младший близнец, хмыкнув, через мгновение присоединился к ним. — Кстати, Грейнджер, что за новый отдел? — отсмеявшись, спросил Джордж. — Ты так и не рассказала. — Внутренняя безопасность, — ответила девушка, запивая чёрносмородиновым сквошем оставшийся на тарелке кусок пирога. — Буду следить за тем, чтобы все работники Министерства чётко выполняли свои обязанности, не превышали полномочия и ничьи права не были нарушены. — Короче говоря, староста Министерства, — констатировал Джордж. — Всё понятно. — Можно и так сказать, наверно. После скандала с начальником ей всё-таки пришлось уволиться, но не сказать, чтобы Грейнджер расстроилась. Ей осточертела эта работа, не приносившая ничего кроме усталости и истерзанных нервов. Поэтому девушка была даже в какой-то мере благодарна, за столь лёгкий и стремительный уход с должности. Как раз в тот же вечер, когда она положила заявление на стол мистера Кеннета, которое он с радостью подписал, пришел ответ из аврората по делу Эйбромсона. Оказалось, подозрения волшебницы в нечестности чиновника были полностью оправданы: мужчина вёл незаконную деятельность на территории заповедника, набивая карманы деньгами за счёт страданий бедных животных. В его досье было всякое, начиная, от организации более-менее безобидных частных вечеринок на закрытой территории, заканчивая продажей животных. Он делал это редко, чтобы никого не смущала внезапная «смерть» какой-либо особи, но достаточно для того, чтобы озолотиться. Мистера Эйбромсона арестовали, поймав во время попытки перебраться в Америку, и сейчас судили. Грейнджер, при желании, могла выступить в качестве свидетеля, но и без её слов мужчине грозило несколько лет заключения, огромный штраф и пожизненное лишение какой-либо возможности работать в аналогичной сфере. Так что она была вполне довольна, особенно, когда увидела, кого назначили на должность смотрителя. Сара Оуен — честная, умная и, насколько Гермиона помнила, въедливая девушка, бывшая студентка Когтеврана, что была на два курса старше, теперь занимала место Эйбромсона. Грейнджер, конечно, никогда с ней близко не общалась, но и шапочного знакомства хватало для уверенности в том, что волшебница наведёт порядок в заповеднике и станет действительно достойным смотрителем. Именно этот случай натолкнул Гермиону на мысль, что такие как Эйбромсон не должны занимать подобные должности. Их вообще не стоит пускать на работу, от которой зависит хоть чьё-либо благополучие. Поэтому, недолго думая, она подала резюме в Отдел внутренней безопасности, чтобы иметь возможность пресекать своеволие всяких Эйбромсонов, а также иметь рычаги воздействия на мистеров Кеннетов, которые из-за своего халатного отношения к работе не только портили жизнь другим работникам, но и незаслуженно получали зарплату. Новая должность обещала быть сложной, но приносящей пользу. Всё как Гермиона хотела. Обсудив немного её новый отдел, близнецы всё-таки выпили лимонад и, убедившись, что всё работает как надо, отпустили уставшую Гермиону домой. Фред, вновь проводивший её до дверей квартиры, попрощался с девушкой уже привычным поцелуем, долгим, распаляющим, а потом ушёл, заставив волшебницу снова подумать о том, чтобы немного сдвинуть границы своего воспитания. В конце-то концов, она уже как-то соблазняла его. По пьяни, но тем не менее. Может, стоит попробовать ещё раз? И вот сегодня, когда они с Фредом договаривались о третьем свидании, Гермиона пригласила парня к себе. А всё из-за того, что пару дней назад она наткнулась на журнал, который зареклась покупать, но всё-таки нарушила обещание, потому что заголовок ключевой статьи, что вынесли на обложку, попросту не оставил ей выбора. «Третье свидание: позволь ему больше» гласило название большой публикации, наполненной советами для девушек, только вступивших в отношения и не знавших, что на каком этапе стоит делать.

«Третье свидание — та точка, когда ты можешь позволить этому случиться. Если парень тебе нравится, и ты хочешь пойти на сближение — сейчас самое время.

Вы достаточно времени провели, прощупывая интересы друг друга, определяясь с планами и взглядами на то, к чему идёт ваше общение. И сейчас, когда вы дошли до третьего свидания, пора понять подходите ли вы друг другу в постели».

Что ж, Гермиона была готова. Даже не так. Она была полна желания проверить их совместимость и в этом аспекте, потому что всё остальное, что происходило между ними, было прекрасно. А потому с жадностью, какой поглощала новые учебники, Грейнджер принялась изучать опубликованные советы, конспектируя особо важные пункты. №1: бельё. Автор статьи говорила о том, что красивое нижнее бельё, в котором ты будешь чувствовать себя уверенно — это уже пятьдесят процентов успеха.

«Но важно помнить вот о чём: не стоит надевать слишком уж вычурный комплект, который, очевидно укажет на то, что ты готовилась к этому вечеру. Пусть бельё будет чуть красивее обычного, чтобы парень восхитился, впервые лицезрев твоё тело, но у тебя ещё осталась возможность удивить его в дальнейшем».

Из-за этого совета Грейнджер пришлось сходить в магазин и купить бордовый комплект из мягкого кружева, который был достаточно прост в сравнении со многими другими на полках, но являлся, безусловно, самым красивым из её привычного хлопкового арсенала. №2: территория. В этом пункте говорилось о том, что место свидания, на котором ты планируешь продолжение, очень важно. «В идеале стоит пригласить его к себе домой, чтобы у тебя было ощущение контроля, уверенность и возможность скорректировать любую непредвиденную ситуацию». Именно поэтому сегодняшний вечер Гермиона взяла на себя. Она прибралась, заказала ужин в итальянском ресторане, а за полчаса до прихода Фреда сделала макияж, привела в порядок волосы и надела бордовое платье с открытыми плечами и длиной до середины бедра, в котором чувствовала себя достаточно привлекательно, но не слишком вызывающе. №3: соблазнение. Этот пункт Гермионе, пожалуй, показался самым сложным. Автор статьи говорила о том, что девушка не должна действовать в открытую, чтобы парень не понял, что его спутница с самого начала свидания готова к его продолжению.

«Мужчина должен чувствовать себя победителем, завоевателем, добытчиком. Он должен думать, что соблазнил тебя, очаровал, покорил. Позволь ему это. Пусть даже настоящей хищницей сегодня являешься ты».

— Какая чушь, — фыркнула Гермиона, перечитывая этот пункт в своём конспекте. Краткосрочные отношения не наградили её особыми познаниями в области романтических взаимоотношений, поэтому, посчитав, что разумнее будет последовать советам знающих людей, Грейнджер решила довериться журналу. Ей, конечно, казалось, что всё это как-то слишком, но спросить совета у кого-то ещё не было возможности. В публикации советовали невзначай касаться своего партнёра, что казалось вполне логичным. Поправлять волосы, демонстрируя линию шеи, как бы приглашая прикоснуться, поцеловать. Иногда, говорилось в статье, стоит закусывать губы, якобы это сексуально, с чем волшебница была не совсем согласна. Гермиона пробовала кусать нижнюю губу, как говорили в журнале, но это не выглядело ни игриво, ни сексуально, ни томно. Скорее уж глупо, поэтому девушка отказалась от этого пункта в плане. Также автор предлагала время от времени легонько поглаживать себя, проводя пальцами по плечам, ключице, бёдрам, чтобы активизировать желание партнёра, подавая тем самым сигналы для сближения. — Как животные в брачный сезон, — вздохнула Грейнджер, закрывая конспект. Она считала, что будет выглядеть нелепо, делая всё это, но крошечная искра интереса, разгоравшаяся всё сильнее с приближением времени свидания, толкала девушку всё-таки опробовать выписанные советы. Что она теряет, правда ведь? Когда в восемь вечера Фред появился на пороге с букетом ромашек, которые дарил ей каждую встречу, Гермиона была во всеоружии. Она немного дрожала, будто стоя у обрыва и готовясь к прыжку, но одного взгляда, которым одарил её парень, хватило, чтобы понять, что она выглядит как надо и, возможно, свидание пройдёт чётко по плану. Ужин вышел чудесным. Паста с курицей оказалась вкусной. Белое вино, что помог подобрать ей продавец в магазине, идеально подошло не только к блюду, но и Гермионе, разлившись в ней ободряющим теплом, слегка притупив нервозность. Фред тоже был очарователен и, как отмечала волшебница, очень красив. Она то и дело блуждала по его лицу пока парень что-то рассказывал, теряясь в растущем восхищении. Грейнджер отметила, что у Уизли очень красивая линия челюсти, которую так и хотелось легонько укусить. Сеточка морщинок у глаз, появляющаяся стоило парню улыбнуться или рассмеяться, делала его лицо очень приятным, добрым, располагающим. Чуть ассиметричные губы, уголки которых были всегда слегка приподняты, выглядели настолько привлекательно, что Гермиона неосознанно облизнулась. А глаза удивительно голубые, с редкими светлыми капельками, будто роса на лепестках васильков, очаровывали настолько, что оторваться от любования ими было практически невозможно. Доев и убрав посуду со стола, они разлили остатки вина по бокалам и удобно расположились на диване. Фред расспрашивал о работе в новом отделе, Гермиона что-то отвечала, но мыслями была далеко от Министерства. Девушка вспоминала советы из журнала, полагая, что пора бы ими воспользоваться. Грейнджер перекидывала волосы за спину, открывая шею. Периодически трогала плечи, как бы разминая. Пару раз поправила задравшуюся юбку, с удовольствием отмечая, что Уизли, не мигая, следил за её движениями. А также, разумеется, Гермиона касалась парня. То убирала несуществующую шерсть Живоглота с ворота рубашки, задевая кожу на шее кончиками пальцев. То, смеясь над очередной шуткой, проводила ладонью по его плечу. Она точно знала, что её манипуляции производят эффект на Уизли, но он почему-то не предпринимал никаких попыток повысить градус общения, и это начинало злить. Залпом допив своё вино, девушка решила действовать решительно, наплевав на все советы в духе «действуй аккуратно» и «он должен сам тебя соблазнить». Отставив пустой бокал на столик, Гермиона потянулась к Фреду, но, забыв, что у него в руке вино, нечаянно задела бокал и пролила напиток ему на брюки. — Ох, пекло, — под нос себе выругалась девушка. — Прости! Она схватила салфетку и начала промакивать расползшееся в зоне ширинки пятно. Злясь на себя, Грейнджер даже не замечала потемневший взгляд Уизли, задержанное им дыхание, и то, что от её действий выпуклость на его штанах становится всё очевиднее. — Сейчас почищу. Где же моя палочка? — проговорила она, взглядом рыща по комнате, неосознанно продолжая держать руку на его пахе. — Гермиона, — чуть охрипшим голосом позвал Фред. — Может, перестанешь меня лапать? Только после его слов волшебница заметила, что беззастенчиво трогает парня, вызывая у его организма естественную реакцию. Это бы ей даже польстило, не будь Грейнджер охвачена жутким стыдом из-за неуклюжести, в результате которой прекрасный вечер превратился в чёрт-те что. — Ох, прости, — прошептала она, ощущая, как всё тело полыхает от смущения. — Нет, я, конечно, не против, — усмехнулся Уизли. — Мне было даже приятно. Если не считать того, что очень мокро. Найдя, наконец, палочку на полке в книжном шкафу (зачем вообще она туда её положила?), волшебница очистила и высушила штаны парня, диван, промокший за компанию, и, чувствуя себя полной дурой, села обратно. Не в силах взглянуть на Фреда, Гермиона молча рассматривала узор на ковре, пока не услышала вопрос, заданный приятным, звучащим немного ниже обычного голосом: — Что ты хотела сделать до того, как пролила вино? Уизли чуть наклонился к ней, всматриваясь в напряжённое лицо девушки. Его взгляд остановился на разочарованно скривлённых губах, и волшебница заметила, как кадык парня дёрнулся. — Поцеловать, — призналась Грейнджер. Губы Фреда дрогнули в улыбке, и он, прочертив пальцами дорожку от её уха до подбородка, аккуратно развернул лицо Гермионы к себе. Она вздохнула, чувствуя, как сердце оглушительно забилось в груди, грозясь попросту выскочить. — Тогда давай это и сделаем. Следя за тем, как парень наклоняется к ней, всё ещё удерживая подбородок горячими пальцами, Грейнджер даже забыла, где находится. Перед глазами был только Фред, не сводивший с неё томного взгляда, и его приоткрытые губы, которые спустя одно сладкое мгновение коснулись сначала её правой щеки, потом спустились обжигающими прикосновениями к подбородку и впились, наконец, в девичий рот, проглатывая едва слышимый стон. Они целовались сначала медленно, тягуче, смакуя каждый сантиметр открытой кожи друг друга. Уизли позволил себе от губ спуститься к шее, проходясь влажным языком по каждой родинке, каждой бледной веснушке. Он блуждал руками по спине волшебницы, сминая платье, заставляя её мечтать о том, чтобы парень, наконец, снял с неё мешающую ткань и дал почувствовать свои чуть шершавые ладони на разгорячённом теле. Потом Фред вновь возвращался к губам, посасывая их, покусывая, проникая требовательным языком внутрь, становясь менее аккуратным, более несдержанным, страстным. Гермиона выгибалась, подставляясь под поцелуи, иногда перехватывала его рот своим, а порой проходилась влажным языком по линии его челюсти, осуществляя то, о чём думала в начале свидания. Держать себя в сидячем положении стало невозможно, и Грейнджер опустилась на диван, утягивая за собой Уизли. Он спускался губами всё ниже, от подбородка к шее, от шеи к ключице, от ключицы к плечу. Одной рукой терялся в её пышных волосах, мягко сжимая их у корней, пуская по телу приятную дрожь. Другой рукой гладил бедро, задрав платье по пояс, но будто намеренно обходил полоску белья, словно опасаясь задеть, будто ещё можно было остановиться. Грейнджер не отставала и, став заметно смелее, решилась выпутать его рубашку из брюк и залезть ладонями под ткань, от чего Уизли вздрогнул. Она, вторя его движениям на своём бедре, наглаживала грудь парня, уводила ладони ему на спину, то надавливая, то царапая, то почти невесомо порхая по коже. Поняв, что в таком положении у неё мало власти, Гермиона осторожно толкнула Фреда, чуть отстраняя, и под пристальным взглядом, в котором из-за расширившихся зрачков уже практически не было видно голубую радужку, села на парня сверху, отчётливо ощущая то место, где натянулись его штаны. Смотря Уизли прямо в глаза, Грейнджер хитро улыбнулась и принялась пуговица за пуговицей, нарочито медленно расстёгивать его рубашку. — Я не надеялся сегодня… — едва дыша, проговорил Фред, остановив её руки, когда те потянулись к, кажется, уже пятой пуговице. — А надо было, — ухмыльнулась Гермиона и, быстро победив мужскую рубашку, стянула её с плеч. Она наклонилась к груди парня, с наслаждением вдохнула аромат конфет, пороха и чего-то древесного, и тут же оставила нежный поцелуй над ключицей. Уизли рвано выдохнул, сжав пальцы на её ягодицах. Улыбнувшись сама себе, Грейнджер укусила парня куда-то под шеей, наслаждаясь его стоном, затем зализала место укуса, поцеловала чуть ниже, потом ещё, перешла на плечо, думая лишь о том, что ей, наверное, понадобится несколько часов, чтобы изучить каждую веснушку на этом теле. Что-то прошептав, Фред оторвал спину от дивана и, глубоко вдохнув у Гермионы где-то над ухом, провёл ладонями по её спине. Отыскав молнию, он медленно расстегнул платье и провёл пальцами по позвоночнику девушки. Тёплый воздух защекотал обнажённую спину, обжигающие пальцы пустили под собой табун мурашек, заставив Гермиону вздрогнуть и посмотреть на парня. Его взгляд был таким шальным, таким жаждущим, что она не сдержала довольной улыбки. Кто ж знал, что ощущать себя желанной — такое удовольствие? Как Грейнджер вновь оказалась под Уизли, вжатая в диван, она не поняла. Как их одежда улетела куда-то в сторону — тоже. Она просто плавилась, терялась, растворялась под этим взглядом, медленно скользившим по её спрятанной в кружево груди, под горячими руками, ласкавшими её талию, руки, бёдра, тонула в глазах, отражавших, вероятно, такое же страстное, всепоглощающее желание, как у неё самой. Кто кого соблазнил, какое это по счёту свидание, чем они вообще сегодня занимались — всё это было не важно. Главное — этот самый момент, взрывающиеся внутри фейерверки и ощущение правильности происходящего. И единственной связной мыслью в урагане чувств было: «Ещё после первого свидания надо было пригласить его домой»

***

Традиционный воскресный ужин в Норе был в самом разгаре, когда Фред, сидящий рядом с Гермионой, что почему-то никого не удивило, шепнул ей на ухо: — Когда мы уже им расскажем? В вечер их третьего свидания, что был на прошлой неделе, они с Уизли договорились не затягивать и рассказать рыжему семейству о случившемся меж ними романе. Пара, безусловно, опасалась некоторого осуждения, ведь история с Роном произошла совсем недавно, но наученные его же опытом, они решили, что скрывать будет ещё хуже. День истины Фред и Гермиона назначили на сегодня, но вот уже час, во время которого шёл ужин, они всё никак не могли найти нужный момент. — Не знаю, — мотнув головой, бросая осторожный взгляд на Рона, которой уже какое-то время задумчиво на них поглядывал, ответила девушка. — Может, в другой раз? — Трусишь, Грейнджер? — усмехнулся парень, за что получил от неё тычок в бок. — Эй, сладкая парочка, о чём шепчетесь? — на всю столовую крикнул Джордж, проинформированный о том, что сегодня эти двое собирались раскрыть свою страшную тайну семье, а потому с особым удовольствием наблюдал за их попытками собраться с силами. — Действительно, — поддакнула Флёр. — На что ты весь вечер уламываешь `Ермиону, Фредди? — Ставлю тысячу галеонов, что на свидание, — сказал Джордж. — Она же у нас девушка теперь свободная. — У тебя нет таких денег, братец, — вступила в игру Джинни. — А вот свободная или нет, — она многозначительно вздёрнула брови. — Я бы ещё поспорила. — О чём это ты? — заинтересовалась Флёр. — `Ермиона, ma chère, ты что с кем-то встречаешься? — Да, — понимая, что их загнали в тупик, она смущённо взглянула на Фреда. — Спасибо, любимые родственники, за помощь, — вздохнул парень, и, приобняв девушку, громко произнёс: — Гермиона встречается со мной. — Это шутка? — спросила Флёр, вопросительно взглянув на мужа, но тот только пожал плечами. — Нет, — ответил Фред. — То есть вы серьёзно? — спросила уже мама, настороженно смотря то на обнимающего Гермиону сына, то почему-то на его близнеца, то на молча сидящего Рона. — Да, — уверила Гермиона. — Серьёзно. — Без всякого обмана? — задал вопрос отец. — Да. Без обмана, без игр и без шуток. — вздохнул Фред. — Я, конечно, всё понимаю, но ваши уточнения кажутся уже немного оскорбительными. — Вот это новость, — рассмеялся Билл, которому образовавшаяся ситуация, судя по всему, показалась забавной. Взглянув на ухмыляющегося Джорджа, он спросил: — Ты знал? — Разумеется, — ответил тот, выглядя при этом необоснованно гордым, будто в образовании данной пары была целиком и полностью его заслуга. — И мы с Гарри тоже были в курсе, — вставила Джинни. — Ох, дорогие, как это замечательно, — придя в себя, воскликнула Молли, ткнула в плечо хмурившегося мужа, и, вскочив с места, принялась обнимать поднявшихся на ноги ребят. — Это, конечно, неожиданно, но так чудесно. — А нас с тобой она так не поздравляла, — с ноткой зависти заметила Флёр, на что Билл молча поцеловал её в щёку. Все начали говорить о том, как они рады, и какие эти двое красивая пара. А Фред и Гермиона смущённо переглядывались, не зная куда себя деть от этих неловких поздравлений. — Что ж, — подал голос Рон, и все разом затихли. Его реакция была самой непредсказуемой из всех присутствующих, и именно из-за него ребята боялись рассказывать об отношениях. — Надеюсь он окажется лучшим парнем, чем я. — Ты замечательный, Рон, — сказала Гермиона, смотря на друга с нежностью и долей беспокойства. — Осталось найти ту, которой я смогу это показать, — улыбнулся он, и от этой улыбки с груди девушки будто убрали тяжеленный камень, мешающий дышать. — Найдёшь, — произнёс Джордж, взлохмачивая волосы брата. — И я, пожалуй, займусь этим вопросом. А то, знаешь ли, близнец бросил, и мне теперь совсем грустно. Оставшийся вечер прошёл, как всегда в Норе, шумно, тепло и весело. Гермиона могла открыто держать своего парня за руку, наслаждаться его объятиями и, наверное, впервые в жизни чувствовать, что находится там, где нужно, рядом с тем, с кем нужно. И каждый пройденный до этого момента шаг, каждое действие и сказанное слово, определённо, стоили того счастья, которое она сейчас испытывала.