part. 4

Джин сейчас в домике один, аккуратно расхаживает и подмечает, что здесь очень чисто и светло, а ещё очень много окошек и лучи солнца так и рвутся внутрь пространства. Греют домик, что он готов поклясться – здесь тепло даже ночью, если на улице тоже температуры радует. — Она живёт одна?.. — самому себе под нос задаёт вопрос и замечает точно в цель, что живёт лишь одна эта прекрасная девушка. Ким решает выйти из помещения, посидеть на крылечке, которое состоит из деревянной ступени. У парня глаза разбегаются, когда он видит этакую красоту здешнего места: солнце, лучи которого ласкают деревья, кустарники и травушку; свежий воздух, морской, пробирающийся куда-то глубоко и оседая там, даря воодушевление; высокие деревья, мощные кроны, яркая и такая словно живая листва, которая шепчет, напевает, успокаивает даже неспокойное сердце Джина. «Сказочно красиво...» — пролетает мысль в голове молодого человека, который буквально залюбовался здешим пейзажем. Но его идиллию мыслей и спокойствия нарушил шорох в кустах, а после за этим последовался какой-то тихий рык, похоже на собачий, но собак здесь точно не должно быть, но будто бы что-то кошачье в рыке проскакивает. Джин напрягает все мышцы тела, а мысли потоком вьются, пока внутренний голос вопит о том, что следует вернуться в дом, мало ли какие звери здесь водятся. Тот медленно, стараясь издать меньшее количество звуков и скрипов половиц степени, поднимается с крыльца, наблюдая за шевелением кустов, а после как оттуда выходит яркая фантастическая белая пантера, смотрит за каждый движением новоиспечённой жертвы. Она как хранитель хозяйки леса, пока еще не до конца взошедшей на старшинство соеди других нимф. Эта пантера не терпит, когда какой-то человечешка шастает по острову, она чует опасность от любого немагического существа. — Чёрт... — тихо шипит Джин, стараясь собраться, а не смотреть в яркие бездонные серые глаза белой пантеры, которой в жизни не видывал, не то, что не слышал. «Их же нет... Это остров, здесь недолжно быть таких зверей!» — вопит внутри себя его образованный человек, вопит, что такого быть не может, что это против природы, против какой-либо науки. — Эй, Багира, — спокойно отзывает дикого зверя только что подошедшая к домику девушка, держа в руках корзину с фруктами, собранными с деревьев. — Девочка, спокойно, иди сюда. Не злись на хорошего человека, — Су говорит с ней спокойно, что удивляет ещё больше Джина, заставляя дар речи на мгновение потерять. — Стойте! Она ж опасна, это дикий и хищный зверь, — после ступора срывается с пухлых уст Джина, который смотрит на нимфу, которая еле добрый смех сдерживает, а потом на пантеру, которая смотрит на особу и задорно хвостом большим машет. — Она? Она не опасна, незнакомец, — улыбается Хэсу и ручку выставляет, к которой подходит мягкой и грациозной походкой пантера, которая для начала бросает рык и презрительный взор на Кима. — Она вас кусит, — Ким аж с крыльца ступает, но девушка взглядом успокаивает его. — Джин, стойте на месте, пожалуйста, — прямо по имени к нему нимфа обращается, что парня ставит в ступор, ведь тот своего имени не говорил. Парень глазами расстерянно смотрит, но с тем же блеском интереса на Су и дёргается немного в её сторону, когда белый зверь подобно домашнему коту трётся мокрым номом о ручку особы, а та широко улыбнувшись, наклоняется и целует пантеру меж ушей. — Как вы?.. Откуда вы узнали моё имя? — его эти вопросы слишком сжирают, поэтому он набирается смелости и выпаливает их, смотря на веселую девушку, которая гладила большую дикую кошку, а та, чёрт возьми, мурчала и тёрлась о неё, словно об хозяйку. — Это тайна, Джин. Вам её ещё рано знать полагаю, — рассуждает мягко и ласково Хэсу, — А Багиру тоже не бойтесь, она так отреагировала на вас из-за того, что не знает. Подойдите медленно теперь ко мне. А голос почему-то гипнозом невольным на парня действует и он, испытывая некий страх, подходит к казалось бы нереальной красоты девушке, которая ещё к тому же пантеру гладит столь спокойно и не принуждёно. Сокджин аккуратно около животного стоит и решается погладить её также, чему девушка улыбается, ей нравится его желание. — Багира... Это вы дали ей это имя? — интересуется Ким, невесомо поглаживая белоснежную шёрстку, запоминая её небывалую мягкость и бархатность. — Нет, это имя дала ей моя матушка, — Су приподнимается, принимая вновь ровное положение и протягивает мужчине корзинку с яствами. — Берите и пойдёмте в дом, скоро закат и поднимется ветер, а вам ещё нужно поесть и выпить отвар из трав, чтоб организм восстанавливался после кораблекрушения. — Ох-х, верно... Уже вечер? — тот свободной рукой корзину берёт и улыбается девушке, вызывая у неё какое-то странное чувство дежавю, будто бы она это видела. Улыбка знакомая... — Уже вечереет, поэтому пойдёмте в дом, а ты, Багира, иди в свой дом и на, — та залезает в корзинку, которая в руке Джина и достает от туда большой фрукт, чем-то схож на элипс по форме. – держи, манго, ты его любишь похлеще, чем мясо. Беги, дорогая. Багира с радостью из руки зубами берет фрукт и машет хвостом, чем больше поражает Джина, а после сверкнув очами медленно уходит куда-то по тропе за деревья и глубже в лесную чащу. «Улыбку эту ты надолго запомнишь...» — слышит женское ушко слова лёгкого ветра, который ей Судьбоносные речи всегда толковал. Но сейчас почему-то Хэсу это заставляет поёжиться, немного подняв глаза на лазурь небесную. — Теперь можно идти... — она глаза оленьи опускает на юношу и легко улвбается, застравляя сердце Джина почему-то удар пропустить. Она явно какая-то волшебная, парень чует это.