part. 5

Она парня пропускает, а тот мнётся, не желая идти первым. Ведь первых надо пропускать девиц, поэтому тот уперто встал, дожидаясь, что бы Су прошла. — Боже мой... Почему вы стоите? — изгибает в вопросе бровку девушка, звуча немного недоуменно, и потом вновь продолжает уже спокойно. –Проходите, пожалуйста, уже. — Потому что первый из нас должны зайти вы, коли девушка, а мужчинам принято пропускать девушек и женщин, а потом заходить самим, — рассказывает парень, ведь этому обучен с раннего детства. Его учили обходиться с женщинами, быть тем самым джентльменом. Он не в праве нарушить этот моральный закон, этот этикет. — Мне важно, чтоб вы вошли передо мной, так что вы можете нарушить это право, которое сказали мне. Джин на девушку с непонятным спектром эмоций смотрит, буквально каша эмоций: непонимание, некая обида за то, что его внутреннего джентльмена зацепили. — Я не собираюсь нарушать правило, которое я всегда соблюдал. Проходите, потом зайду я, либо же я вас просто подниму на руки и войду с вами. Или вам данный вариант кажется более интересным, Хэсу? Девушка смотрит на него с расстеренностью, которая пробежала в её жгучих ореховых глазах, подобно рыженькой лани на цветущем лужку, смущение от его слов испытывает, ведь так её ещё не один спасённый не затыкал подобным образом. Все слушались, боялись, а страх данного человека испарился на девечье удивление. Су глаза на миг в крыльцо опускает и проходит в домик, в этот раз уступая Сокджину. А Джин заметил то, как изменились эмоции прекрасной девицы, слегка усмехается, с добротой, а не с намешкой. Проходит следом и когда замечает, что девушка тянется к двери, чтоб закрыть её, то делает это за хозяйку домика. — На крючок нужно закрыть? — Нужно... Сегодня будет ветренно, а возможно, что на морскую гладь опять шторм выйдет. Это уж как решит сам Тритон, — вздыхает, расправив плечи нимфа и сразу ступает в просторную светлицу, где стол из дуба сконструирован, да пару стульев. — Тритон? Вы настолько в него верите что ли? Я не имею ничего против, но всё-таки, это антинаучно, — Ким пожинает плечами, аккуратно присаживаясь на стул, а после наблюдает за девицей, которая почему-то тихо хмыкает, поставив корзинку на стол. — Именно он, Сокджин, именно он, — та к нему по имени полному обращается, что ему довольно не привычно, да и он всё ещё удивлён тому факту, что она говорит с ним так, будто бы всю его жизнь знает, будто бы учит сейчас иному и считает неким большим ребёнком. — Он ещё как существует, но об этом ты узнаешь позднее, надеюсь, что не после личной встречи с ним. — В каком смысле? Вы шутите? Хэсу, или же вы, молодая девушка, помешавшаяся в здешних краях... — аккуратно предположительно высказывается Джин, не в коем случае не желая обидеть или зацепить необычную особу. Она его с каждым моментом всё больше поражает своей странностью и загадками, которыми она разглагольствовует. — Узнаете, не всё сразу, — с новой интригой улыбнулась девушка, выкладывая на стол фрукты. — Это здешний вид пропитания, он безопасен и очень насыщает, поэтому я думаю, вам понравится. — Берёт с полочки чистый нож и разрезает чистый фрукт пополам, а потом на дольки. Джин же смотрит за нею и не понимает, откуда это девушка здесь, это же вымышленный остров, но даже, если он существует, здесь не бывало не одного корабля, это заметно, место полностью подвластное природе. Но запах чего-то освежающего и вкусного отвлекает и тот сразу взор переводит на разрезанный фрукт. — Это?.. — Вы это называете у себя сливой, но у нас это намного слаще, — призадумавшись, объясняет Су и берет небольшой кусочек, присев на второй стул. Спокойной кушать начинает. — Слива?. И слаще? Странно, — Джин нижнюю губу изнутри закусывает, протянув руку к фрукту. — А вы руки вымыли? — А... Где их мыть? — вопросом на вопрос отвечает парень и смотрит на девушку, которая старается не засмеяться, но из-за небольшой улыбки заметно, что она сдерживается. — Кувшин видите стоит? Вот с него руки полить надобно над тазом, — учит, указав ручкой на угол светлицы. — Вижу... А всё, я понял, — Ким поднимается с места и следует в угол светлицы, склонившись над тазом и взяв кувшин, поочередно руки поливает себе. А после потряся ими от лишней воды возвращается обратно, ьеря кусочек фрукта и откусывает соазу же, смакуя медовую сладоть фрукта и в удовольствии мычит. — Вкусно. — Тритон проснулся и пришёл в ярость, — вздыхает Хэсу, смотрящая в окошко на улицу, где ветер виден да капли крупные – дождь, ливень начался. А это значит море беспокойное будет. Она поворачивается к Джину лицом и смотрит чётко в глаза, чуть ли не гипнотизирует. — Сегодня ночью из домика прошу не выходить – опасно. Да и если голос слышите, но не мой, тоже не идите на него – обман. Джин слушает наказы нимфы и кушает, немного не понимая о чём она речь вообще ведёт. Бровь изгибает и смотрит двузначно: интересующе и непонимающе: — А такое возможно? Почему бы вам не говороть со мной обычно, а не загадками, Хэсу? — Возможно. Мы не одни здесь, в этом я вас заверяю. Если прямо скажу – не поверите. — А вы попробуйте, — Ким с нижней губы сок сладким языком убирает, облизнувшись, почти как Багира. — Тритон гневается, будет шторм, а в это время активны русалки, поэтому я сказала вам про голоса. — Русалки? — тот скептически бровь изогнул, но потом чуть за язык себя из-за грубости слов не прикусил. — Но... Ладно, допустим. Подумаешь, голос, что такого? — Русалки – не добрейшие существа, они поют и заманимают в морские пучины неверных мужчин и морсков, которые свой нос не в нужное время показали где-то. А потом топят их... «Топят?.. Чёрт, что за бред?»