Затонск

Ну и что вы хотите узнать? То, с каким чувством ужаса и собственного умирания он поднял с пола ее свадебный венок? То, что он почувствовал, как земля уходит из под ног, и сердце перестает биться, когда он увидел символ катаров на стене? Он хотел остаться здесь, на полу, прижать к себе её венок, лечь и больше не чувствовать ничего. Он пять лет был в заточении и выжил только благодаря мыслям о ней. И даже когда она сердилась на него потом, он знал, что она где-то рядом и благополучна. А сейчас - куда бежать, где искать? Но после нескольких секунд растерянности и шока, натура и опыт сыщика сумели отделить чувства от долга. И мозг заработал в нужном направлении. Что могло вызвать такой сильный гипноз? Шкатулка! Ведь он так и не нашел её. Кто рассказал ему о её действии? Подмастерье из ювелирной лавки. - Антон Андреевич, найдите помощника ювелира и доставьте в отделение. А мы попытаемся привести в сознание всех гостей, – сказал Штольман. – Доктор, вы мне поможете? Первым Штольман, конечно же, подошел к Петру Ивановичу, потряс его за плечи. Реакции нет. -Петр Иванович, Анна пропала! Петр Иванович, очнитесь! Анна!!! Во взгляде дядюшки появилась осознанность самого себя. Он посмотрел по сторонам, тряхнул головой, увидел на столе бокал с шампанским, осушил его одним глотком и только потом смог заговорить. - что происходит? Где Аннет? Что со всеми? – спросил он, видя, что в комнате никто не двигается. - Петр Иванович, постарайтесь вспомнить, что произошло, кого видели? – спросил Штольман. -Не помню ничего. Ждали Аннет - и всё, пустота... – ответил Миронов. -Из Петербурга пришло досье на Скрябина. Я не понимаю, почему только сейчас. Но он был ассистентом доктора, который лечил Клюева. Петр Иванович, мне нужна ваша помощь. Вы с доктором, разбудите, пожалуйста остальных и объясните всё Виктору Ивановичу и Марии Тимофеевне, а мне пора. Каждая минута на счету. Штольман ехал в управление и заставлял себя не думать о том, что с Анной, где она. Иначе не сможет работать, не сможет найти. Впервые за долгое время, в горле стоял ком, который мешал дышать, глаза жгло от сдержанных слез, а руки чесались от желания разбить их в кровь о лицо Скрябина. Как он мог его упустить? Антон Андреевич ждал его в управлении с помощником ювелира. Он боялся посмотреть в глаза Якову Платоновичу точно также, как боялся пять лет назад смотреть в глаза Анне Викторовне, когда искали Штольмана. Яков Платонович сел за стол, провел рукой по лицу, пытаясь отбросить чувство ужаса за Анну. - Откуда вы узнали о табакерке? – спросил он юношу. - Читал в газете, что она пропала. Вот и предположил, что эта - та самая. - Как узнали о её действии? – вопросы Штольман задавал необычно спокойным тоном. - В детстве я провалился под лед и заболел, простуду вылечили, а вот психика пошатнулась. Кошмары мучали, кричал во сне. Родители отвезли меня в Петербург к доктору Ланге. Как-то ночью, в больнице, мне снова приснился кошмар, я испугался и пошел искать доктора. Дойдя до его кабинета, я услышал, что он с кем-то разговаривает. Они говорили, что существует такая табакерка, которая обладает свойством вводить людей в глубокий транс и подчинять их своей воле. А еще тот, второй - я не видел его - сказал, что обязательно разыщет эту табакерку и весь мир будет у его ног. И всё. Я вернулся в палату. В управление вернулись городовые, которых отправили на прочесывание города и всех выездов из города. Чернышев доложил, что никаких следов не обнаружено, как в воду канули. - Антон Андреевич, пожалуйста, протелефонируйте во все ближайшие полицейские отделения по пути в Петербург. Дайте приметы Скрябина и Анны Викторовны. И попросите, чтобы не предпринимали попытки к задержанию, а только уточняли их местоположение. И еще, чтобы сообщали о всех случаях с использованием гипноза. А я к Мироновым. – он говорил все это очень спокойно, страх за Анну сковывал все эмоции. В доме на царицынской было на удивление тихо. Гости разъехались. Якова встретил Петр Иванович и проводил в столовую, где был только Миронов старший. - Мария Тимофеевна очень плохо себя чувствует, она приняла успокоительное и сейчас отдыхает. – Виктор Иванович сказал это, даже не глядя в сторону Штольмана, он не встал, когда тот вошел в комнату. Штольман понимал, что виноват - не углядел, не уберег. - Виктор Иванович, я знаю, что все слова оправдания сейчас будут лишними, но я обещаю, я найду её. Любой ценой. - Очень на это надеюсь. – сказал Миронов старший и посмотрел в глаза Штольмана. - Я предполагаю, что Анна нужна Скрябину, чтобы найти сокровища катаров. Живые не знают, где они спрятаны, а вот мертвые… - сказал Яков. - Никогда не думал, что буду жалеть, что Анна особенная, что у неё есть этот дар. – сказал Петр Иванович. - Я отправляюсь в Петербург, к доктору Ланге, я вытрясу из него всё, что он знает о Скрябине. Да и сам Скрябин уже, скорее всего, направляется в Петербург. Постараюсь держать вас в курсе, Виктор Иванович. - Яков Платонович, я с вами. – сказал Петр Иванович, - ну не смогу я сидеть здесь сложа руки, да и Вам может понадобится помощь. - Хорошо, Петр Иванович, собирайтесь Встретимся на вокзале.