Не волнуйся, я к ней не привяжусь

Девушка шла по улицам солнечной деревни, направляясь к Касите. С многими, кто встречался ей на пути, она здоровалась и приветливо улыбалась. Эстела была такой же любимицей жителей, как и вся семья Мадригаль. Она с радостью помогала народу, веселила всех. Когда девушка дошла до виллы, в комнате Альмы настоящий скандал. — Это опрометчиво, Камило, — сказала глава семейства. Она потирала пальцами переносицу, пытаясь усмирить гнев и непонимание, и у неё это получалось: все, сказанные ею слова, звучали мягко. — Разумеется, ты хочешь сделать лучше, но… — протянула хранительница свечи, продолжая свою мысль. — Не волнуйся, я к ней не привяжусь — парень перебил её и уже вышел из комнаты, как столкнулся со взглядом Эстелы, стоящей за дверью. Она слышала их диалог, знала, что он сказал. Ей было всё равно, что он там хотел сделать лучше, ведь сейчас Камило поступил в точности, но наоборот. Эстела развернулась на пятках. Она понеслась вниз по лестнице. На одной из ступенек увидела Антонио, мирно разговаривающего с птицей. Он поздоровался с девушкой, на что Эстела не могла не ответить. Она улыбнулась мальчику. Тут её окликнули со второго этажа. Узнав голос, подруга Мирабель нахмурилась и пошла дальше. Девушка слышала, что Камило бежит за ней, но это заставило её идти всё так же уверенно. Эстела брела через джунгли, в то время, как по её лицу то и дело шлёпали листья каких-то растений. Начало смеркаться, ей начало казаться, что она заблудилась. Послышался голос Камило, от чего девушка стала идти дальше, переступая через большие листья папоротников. Наконец, она вышла к реке. Вода, на этот раз, текла в ней мирно. Первые звёзды стали отражаться в ровной глади, заставляя водоём сиять. Эстела осела на один из валунов, она услышала, как под чьими-то ногами захрустела трава. Точнее, знала, кто собирается подойти к ней. Спустя несколько секунд на траву рядом с ней опустился Камило. Он поджал губы, долго собираясь начать разговор. Девушка краем глаза посмотрела на него, увидела грусть в его взгляде и смущённо отвернулась. Парень вздохнул и начал говорить: — То, что ты слышала… — он запинался, — ты не знаешь всего. Эстела нахмурила брови, всем своим видом говоря: «Чего же я не знаю?» — Однажды мне понравилась одна девушка. Я долго не мог ей сказать. Да, мы общались, но только как друзья, — он рассказывал, жестикулируя руками, чем заставил девушку повернуть к нему голову.- Я решил признаться ей, но, как оказалось, она совершенно не разделяет моих чувств, — парень усмехнулся, — Мирабель часто говорила, что я совсем потерял голову, а когда я не смог использовать свой дар Альма обратила на это внимание. — Удивительно, «лицедей, нравящийся всем в округе своим обоянием вдруг облажался» — Камило грустно хмыкнул. «Ты должен, Камило. Ты обязан! Делай, как все, Камило! Ты мне ещё спасибо скажешь! Будь добрее. Твой дар должен приносить пользу семье!» — с каждой фразой он всё больше злился и нервничал. Эстела посмотрела ему в глаза, накрыла его ладонь своей, заставляя прийти в себя. Она изящно пересела с камня на траву. — Эй, послушай. Ты не должен веселить всех, обманывая самого себя. И если твои эмоции вдруг не совпали с радостью и весельем, то это не плохо, а как раз наоборот. Люди чувствуют разное, и то, что ты встал не с той ноги или в бешенстве от того, что над Энканто опять тучи- совершенно нормально, — Эстела взяла его руки в свои. Немного помолчав, они медленно встали. Девушка, склонив голову набок, сказала: — Пойдём, а то пропустишь ужин. Джульета, кажется, сегодня готовит восхитительное печенье, — она улыбнулась, но что Камило ответил ей тем же. Про себя Эстела решила разобраться в этой истории лучше и распросить Долорес как следует.