Долорес, открой дверь

С утра, позавтракав, Эстела направилась к дому Мадригалей. На улице уже затягивались тучи, вскоре мог начаться дождь, поэтому девушка сменила шаг на более быстрый. Как только она добралась до виллы и зашла внутрь, то увидела на втором этаже Долорес. Всеслышащая заметила её и поспешила к себе в комату. Дверь в комнату девушки захлопнулась прямо перед носом Эстелы, едва не прищемив его. Легонько постучавшись, она сказала: — Долорес, открой дверь, нам нужно поговорить, — проговорила подруга, — ты знаешь, что это важно. Тут дверь со скрипом открылась. Долорес стояла спиной и теребила пальцами полы платья. Эстела обошла её и спросила: — Что там с Камило случилось такого, от чего ты запираешься в комнате? Девушка вздохнула, и начала рассказ: — То, от чего у него пропал дар, пусть и ненадолго, ты знаешь, но, что ему сказала после этого Альма… — она поджала губы, после чего продолжила, — Бабуля, заметив, что Камило перестал радовать всех окружающих, решила с ним поговорить. Они долго беседовали, порой она даже повышала на него голос. В общем, она почему-то подумала, что причиной такого поведения моего брата стала привязанность к той девушке, ну Альма и сказала ему, чтобы он перестал так относится… принимать слишком близко, намекнула на то, чтобы он на время воздержался от подобного. Поэтому, после каждого такого «намёка» он очень злится и может наговорить сгоряча. — Что за чушь? — подумав, выговорила Эстела. — Я тоже об этом подумала, но, с другой стороны, она его предупредила, — произнесла Долорес. — О, наша Альма опять начала давить на своих внуков, — в проходе стрял Бруно, похоже, он слышал их разговор. — О, дядя Бруно! — было непонятно, обрадовалась племянница ему или нет. — Здравствуйте! — улыбнулась ему девушка. — И давно она ему это говорит? — вкрадчиво спросил он. — Э… — Долорес сказала что-то невнятное, на что Бруно кивнул, — я думаю, с ней нужно поговорить. Он вышел за дверь, оставив девушек наедине. — Ладно, я, пожалуй, пойду, — сказала Эстела и направилась к выходу. Когда она оказалась во внутреннем дворе Каситы, ей открылась такая картина: на первом этаже Альма что-то говорила Камило, который был уже весь на взводе. Рядом с Эстелой стоял Бруно, который тоже удивился этой сцене. Девушка начала медленно спускаться. До неё начали доноситься фразы Альмы, было понятно, что она снова подняла эту тему. Эстела не на шутку разозлилась, она увидела, как бабушка давит на внука, когда-то она говорила то же самое Мирабель, которая тоже ни в чём не провинилась. — Signora! — выкрикнула она Альме, чтобы привлечь внимание. Оба: и женщина, к которой она обращалась, и Камило удивлённо посмотрели на неё. — Что Вы делаете? Зачем? — она переводила взгляд с главы семьи на парня. — Встречный вопрос, дорогая. Ты не могла бы не лезть в чужой разговор и тем более в чужие семейные дела? — Альма была зла, очень. — Я знаю, что Вы говорите своему внуку уже очень много времени! — проговорила Эстела делая паузы и перейдя на шёпот, — Мне не понятно, почему Вы так настоятельно «предупреждаете» его. Вам кажется, что он потеряет дар, и весь город разочеруется в чудесном семействе Мадригаль? Хм, когда Мирабель не получила ничего, народ, который пришёл на церемонию в Каситу был расстроен, когда Антонио получал свой дар, Вы не на шутку волновались, но не как бабушка за своего внука, а как человек, желающий сохранить волшебство и ничего более! — девушка посмотрела на всех присутствующих, переводя дыхание, оказалось, что многие из семейства Мадригаль вышли из комнат, услышав эту ссору. — Знаете что, любовь, простые старания- это не преступление! А Камило, Мирабель- они не преступники, — с этой фразой Эстела вылетела из виллы.