dreams tonite

      — Сора, ты же должна понимать, что твой молодой человек должен радовать тебя, а не приносить неприятности и боль. Пожалуйста, пойми. — Гилдримм вздохнул и поправил кудрявые волосы.       Они сидели на его высокой мягкой кровати в Сихире, вернее, Гилдримм сидел по турецки, а Сорано лежала поперек кровати, раскинув руки в разные стороны и глядя растерянно в деревянный потолок.       — Я понимаю, Гил, но… — Девушка вздыхает и отводит взгляд в окно. На таком же деревянном, как и потолок, подоконнике стоят вазы с цветами. За окном виден плющ, который так сильно разросся по стене дома, что зашел даже на стекло. — Я не могу ничего поделать с собой. — Сорано дернула ушками и перевела измученный взгляд на парня. — Я люблю его.       Другу детства Сорано это было весьма неприятно слышать, но тот никогда бы не сказал ей об этом вслух. Он был, скажем, слегка влюблен в свою подругу, но знал, что от неё не получит взаимности, потому что она показывала это всем своим видом, да и нравились ей всегда другого типа парни. Грубые, дерзкие, с которыми сначала надо посоревноваться перед тем, как залезть в постель. Так она, в принципе, и познакомилась со своим нынешним парнем.       — Не хочу осуждать тебя, но… — Гилдримм ненавязчиво отвел взгляд в окно, вздохнув снова и опустив на этот раз плечи. — Знакомиться с парнем непонятно где, а потом встречаться с ним, и узнавать, что он — манипулятор и абьюзер, а затем ничего не делать с этим… так себе идея.       — Сказал, что не хочешь осуждать, тогда не осуждай, просто замолчи. — Сорано нахмурилась и перевернулась, уткнувшись лицом в подушку Гилдримма. Она пахла им, отдавала чем-то домашним и уютным, изредка напоминала яблочный пирог с корицей. Вся комната Гилдримма пахла по-особенному, да и являлась чем-то особенным для них двоих, ведь здесь они пробыли много времени вместе, прячась от мамы Соры или от королевских стражей, которых они ненароком разозлили и заставили бежать за ними.       — Гил, я хочу просто, чтобы всё было нормально. — Говорила она в подушку. — Почему ничего не может быть просто нормально? Я хочу, чтобы он обнимал меня, потому что хочет обнять, а не потому что мне это нравится, и так больше вероятности, что я дам ему.       — Маленькая Сора, тебе надо прекращать это. — Гилдримм неуверенно положил руку на спину Сорано и мягко погладил. — Ты ничего мне не рассказывала толком об этом своем парне, я не могу судить его полноправно, но из того, что я знаю… Он противен и гадок.       — Ну, — Сора подняла голову и перевела уже слезящиеся глаза на своего друга, — меня пригласила на вечеринку «та самая моя подружка», помнишь, я рассказывала тебе про неё?       — Помню.       — Ну так вот. — Девушка поднялась и осела на кровати. — Она пригласила меня, я пришла, там было много народу. Я стояла с подругой, но она посоветовала мне познакомиться с кем-то еще, потому что, видите ли, я ни с кем не общаюсь в реальности.       — Ага, ну?       — И так вышло, что я познакомилась… с ним. — Нэко взмахивает хвостом и отводит взгляд, неловко сжимая в руках подушку. — Он был любезен и добр в тот вечер, начал делать мне комплименты… Я честно признаю, что по-глупому растаяла перед ним, но это был первый парень, который отнесся ко мне не как к куску мяса и не как «к братану»! Я просто удивилась новым чувствам и опрометчиво решила довериться ему всецело и полностью.       — Я тебя понял. И как давно эта вечеринка была? — Гилдримм чуть приобнял свою подругу, положив на её макушку свой подбородок. Он делал так всегда, когда Соре становилось неуютно или страшно, потому что так Гил защищал её всем своим телом.       — Три года назад. Год назад я перестала общаться с «той самой подружкой», а с ним мы всё встречаемся и встречаемся…       — Если это приносит тебе только негатив, почему бы тебе просто не расстаться с ним?       — Я боюсь. — Сорано выдыхает и произносит слова, которые никогда не могла выдавить из себя. Она обхватывает руками парня и прижимается к нему, словно она его младшая сестренка. — Он доставал меня с просьбами выслать ему свои интимные фотографии, и я сдалась под его гнетом, отправила. А когда мы сильно ссорились, я говорила что-то типа: «Я расстанусь с тобой!» или «Я брошу тебя!», он говорил, что тогда сольёт мои интимки всем, кого я знаю и кого знает он.       Недолгая тишина.       — Я убью его при встрече, Сора. — Гилдримм максимально спокойно, как по обыкновению для своего характера, произносит это и мягко поглаживает широкой ладонью спину подруги, прижимая её к себе, защищая от всего внешнего мира. — Или отрежу его член, что лучше?       Сорано хихикнула и улыбнулась:       — Да ладно, главное, что у меня есть такой друг, как ты, Гил.