Глава 60

День только начался, но на улице было невыносимо. Из-за влажности одежда липла к коже, лоб покрывался тонким слоем пота, и дышать становилось всё труднее. Лёгкая медитация не помогала, из-за чего Хината с досадой предположила, что сегодня воздух пропитан чакрой. Возможно ли такое вообще? Или Митараши-сенсей испытывает их? На полигоне, где им назначили встречу, в центре находилось огромное выжженное поле, окружённое густым лесом. Хината не чувствовала даже лёгкого дуновения ветра, не слышала шуршания веток. Повязав пропуск-повязку на голову, чтобы волосы не липли ко лбу, она скрестила ноги в позу лотоса и глубоко вздохнула. Духота начинала раздражать. Словно они не на улице, а под прозрачным куполом. Издевательство. Она поделилась своим глуповатым предположением и тут же поспешила добавить: — Это шутка. Киба глянул на неё через плечо и вымученно улыбнулся. — Ни озерца, ни лужицы, — прохрипел он и, опустившись на землю, лёг на спину. Прижался щекой к земле. Его небрежно кинутая куртка валялась неподалёку, брючины он закатал до колен. Киба вздохнул: — Честное слово, я бы умылся даже водой из унитаза. Хината нахмурилась, Шино хмыкнул. Смерив их насмешливым взглядом, Киба, сквозь хохот, добавил: — Это шутка, — и, поспешно отвернувшись, потянулся к Акамару почесать за ухом. Хината тряхнула головой. Кибу она совершенно не понимала, обычно он шутил и так не шибко остроумно, но сегодня… Она предпочла списать его поведение на нервы. Всё же первое знакомство с сенсеем. Интересно, как там Саске с Наруто? Она надула губы. Кто же всё-таки их сенсей? Хината вновь тряхнула головой. Она должна думать о себе, своей команде, о Митараши-сенсее, а не переживать о других. Кто-кто, а эти двое без неё разберутся. Её всё ещё тревожил утренний разговор с Нацу. В последние полгода няня, как оказалось, тётя, не на шутку пугала: внезапно появившаяся настороженность по любому поводу, странные речи о будущем Хинаты, о её поведении. Это было так на неё не похоже. Хината предчувствовала, что Нацу захочет поговорить с ней перед выходом, поэтому встала пораньше, перепроверила оружие в набедренной сумке и тихонько пошла на кухню. Завтракать дома она не собиралась – планировала перекусить по дороге к полигонам. Когда двери на кухню разъехались, из полутёмной комнаты на неё уставились белые глаза Нацу. Хината опешила. Захотелось захлопнуть двери и сбежать, лишь бы не слушать очередной странный смущающий монолог. Но Нацу указала рукой на стол, и Хината, вздохнув, подчинилась. Они сидели друг напротив друга и неторопливо пили чай. До сих пор Нацу молчала, на её губах блуждала расслабленная улыбка, а взгляд скользил по ветвям ивы, склонившимся к окну. Они монотонно стучали по деревянным оконным сёдзи, вызывая тоску и ненужные воспоминания. Хината ждала. Для чего-то же Нацу караулила её с утра пораньше? Секундная стрелка скользила по циферблату, ритмично щёлкая. Ещё десять кругов, и она должна выйти из дома, чтобы не опоздать. — Прости, что снова приходится поучать тебя и наставлять, — заговорила Нацу, и Хината посмотрела на неё. — Постарайся показать себя, стать лидером команды, возможно, подружиться с Митараши-сан. Это был бы наилучший расклад. Почему-то мне кажется, что у твоего нового сенсея много влиятельных знакомых. Тебе нужны связи и контакты. «Всего лишь кажется?» — Хината мысленно усмехнулась. Она не хотела разговаривать с Нацу, не в таком тоне, не на эту тему. Хината чувствовала, что начинает злиться, но лицо её оставалось расслабленным. Она не ответила, а тётя продолжила, неторопливо попивая чай: — Ты должна быть полезней, чем нынешний глава Хьюга, — перешла Нацу на шёпот. Пальцы её побелели – с такой силой она стиснула пиалу. — Что он может дать, помимо раболепной лояльности? Зачем он им? Ты же способна выходить за пределы Конохи – совсем другое дело. Ты знакома с будущими наследниками кланов. Это может на многое повлиять, — губы её почти не шевелились, и Хинате пришлось податься вперёд, чтобы разобрать слова. — Тебе придётся хорошенько постараться, Хината. Ты же хочешь стать взрослой? Казалось, что сердце замерло на секунду, а затем забилось с новой силой. Хината громко отхлебнула чай. Где же та добрая, опекающая няня? Когда и кто подменил её? Нужно было что-то ответить, но в горле словно пересохло. Хината неопределённо хмыкнула. — Не понимаю, почему ты не рассказываешь, что именно произошло на экзамене, — Нацу склонила голову на бок. — Нечего рассказывать, — пожала плечами Хината. Несколько секунд Нацу неотрывно наблюдала за ней. Хината думала, тётя снова начнёт расспрашивать, но она лишь подняла бровь и сделала глоток из пиалы. — Не забывай, пожалуйста, о чём мы говорили. Будь доброй, послушной и наблюдай. Ты должна быть лучше, чем твои сокомандники. Если надо, иди по головам. Дружба сейчас не главное. Главное, чтобы все думали, что ты на стороне деревни, что ты верна ей. Это поможет и тебе, и Ханаби. Как только Нацу закончила говорить, дверь отъехала в сторону, и в коридоре показалась заспанная мордашка Ханаби. Хината дёрнулась, пытаясь принять непринуждённую позу, и, скрипнув стулом, пнула ножку стола. Пиалы подпрыгнули, чайник закачался. Нацу, улыбнувшись, села ровно. — Что, девочки? — громко зевая, Ханаби прошла в комнату. — Секретничаете? Нацу добродушно рассмеялась. Взявшись за ободок пиалы всеми пальцами, она начала её вертеть. Хината сидела неподвижно, словно окаменевшая. Как Нацу может вести себя так непринуждённо? Лгать Ханаби в лицо? Хината нахмурилась и отвернулась от сестры. Разве дружба не важна? Хината прикрыла глаза. Нет, она не согласна. Она так не поступит, попытается отыскать баланс. До сих пор ей это удавалось. — Вот, делюсь секретами с Хинатой, как понравиться мальчикам, — сочиняла на ходу Нацу. Вранье. Какой позор. Хината почувствовала, как щёки запылали, и, одним глотком осушив полупустую пиалу, поднялась, но сделала это скованно и неуклюже. Снова запнулась о стол. Поймав настороженный взгляд Нацу, Хината кивнула, обняла всё ещё сонную сестру, стараясь избегать её взгляда, и поспешила забрать сумку со снаряжением. Уже из коридора она слышала нежный голос Нацу: — Нам надо обновить с тобой пропуска, заодно можем сходить в межклановый парк. Вы же договаривались с тем мальчиком там встретиться? В ответ Ханаби проворчала: — Да зачем этот Конохамару мне сдался? Дом Хината покидала в спешке, под смесь не самых приятных мыслей. Отогнав воспоминания о Нацу, она прикрыла глаза и глубоко задышала. Чакра текла по каналам равномерно, мысли потихоньку отходили на второй план. Казалось, что стало прохладней. Возможно, в этом заслуга водной стихии. Открыла Хината для себя эту технику совсем недавно и изучить до конца не успела. Правильно ли дышит, достаточно ли выпускает чакру? Она погрузилась в ощущения, стараясь всё обдумать, и тут же потеряла концентрацию. Бесполезно. — Кажется мне, — заговорил Шино, и Хината удивлённо посмотрела на него. Киба вздрогнул. Шино продолжил, не обращая на них внимания: — Придумает нам Митараши-сенсей задачку. — С чего ты взял? — приподнявшись на локте, Киба внимательно изучал его, но Шино промолчал и лишь пожал плечами. Время тянулось. Было очень жарко, хотелось пить, и даже через повязку голова нагрелась. Хината думала уйти поближе к лесу и спрятаться в тень, но сделать этого не решилась. Киба, кажется, дремал. Один Шино стоически терпел, почти не двигаясь. Как вообще ему приходится в такой одежде? Каждое лето Хината задавалась этим вопросом, но спросить стеснялась. От этих мыслей мурашки пробежали по рукам, и она решила больше подобное не представлять, надеясь, что Шино не упадёт в обморок. Митараши-сенсей опаздывала, и Хината начинала нервничать. Нужно было что-то предпринять, показать, что заметила. Иначе как ей стать лидером? Это лидерство… Она провела пальцем по переносице. Шино, может, и прислушается, но что делать с Кибой? Как поступить? Она посмотрела на его загорелые ноги, взъерошенные волосы. Киба много суетится, он импульсивен, но при этом энергичен, легко поддерживает разговор. Хината отвела глаза и осторожно глянула на Шино. Он, наоборот, тихий, своеобразно разговаривает, нелюдимый, но при этом многое знает, и его таинственность и немногословность вызывает интерес. А где интерес, там и уважение. Если бы Шино хотел, точно бы занял первые места в табеле учащихся, но почему-то туда не стремился. Ну почему же она должна быть главной? Как это поможет клану? От размышлений её отвлёк лай Акамару. Под крики Кибы он ринулся вперёд, продолжая лаять. Его уши прижались к голове, он казался настороженным, готовым ринуться в бой. — Акамару, стой! — позвал Киба. Хината подскочила и вместе с Шино начала вглядываться в черную выжженную землю полигона. — Кажется, тут тренируют огненные техники, — с неловким смешком заметила Хината, но ребята никак не отреагировали. Она прочистила горло и подошла к Кибе. Акамару затих, присев на задние лапы. — Там змея, — сказал Киба и ткнул указательным пальцем вперёд. Без Бьякугана Хината ничего в том месте не увидела, поэтому активировала технику. Мир окрасился в голубой, но теперь на земле, примерно в нескольких метрах, лежала змея, и чакра вокруг неё слабо подрагивала. Хината нахмурилась. — Ну что там? — в нетерпении спросил Киба. — Чакра. — Призыв значит это, — прошептал позади Шино. Хината застыла и стиснула зубы. Как же она не догадалась. Какое ещё животное может оставлять чакровый след? Она втянула голову в плечи. Киба хлопнул себя по бедру, подзывая Акамару. — Интересно, долго он там торчит? — усмехнулся Киба и почесал акамару за ухом. — Ты так не убегай, приятель. — Странно, что никто из нас не почувствовал его появление, — заметила Хината. Бьякуганом она по прежнему следила за неподвижной змеей. А та и не спешила уползать, словно в ответ наблюдала за ними. — Ну призыв на то и призыв, — многозначительно хмыкнул Киба. Хината покосилась на него, ожидая продолжения, но он выдал крайне очевидную информацию: — Очень немногие обладают этой техникой. Хината про технику призыва почти ничего не знала. В клане и раньше её не практиковали, что уж говорить о нынешнем положении, а в академии ей не уделяли внимание. Возможно, осознанно. Как ей было известно, кланы Кибы и Шино также не использовали призывы. — Митараши-сенсей призыв это, — заговорил до сих пор молчавший Шино, и снова Хината почувствовала свою беспомощность. Стоило словам прозвучать, как змея зашевелилась и поползла в сторону леса. И чем дольше они стояли, не решаясь что-либо предпринять, тем стремительнее та становилась. Акамару лаял и носился вокруг, виляя хвостом, будто поторапливая, а они глупо таращились ей вслед. — И что будем делать? — подбирая куртку с земли, поинтересовался Киба. Хината стиснула кулак. Сейчас её шанс опередить Шино. — За ней! Шино, отправь Кикайчу следом, — скомандовала она и первая побежала. Остановились они только когда оказались за территорией полигонов. Шиноби, идущие на тренировки, смотрели им вслед, некоторые улыбались и что-то кричали. Что именно, Хината не слышала – она старалась не упустить змею, которая то и дело пряталась от её техники. Хинату это удивляло. Насколько она знала, от Бьякугана практически невозможно скрыться. Выскочив на главную дорогу Конохи, призыв смешался с другими чакрами, растворяясь в толпе. Отовсюду неслись различные звуки, крики людей, в нос ударил резкий запах перца. Хината остановилась, озираясь. — Вот же скользкая рептилия, — цокнул Киба. Хината отменила технику и обратилась к нему: — Акамару не может её найти? Киба почесал затылок и без особого энтузиазма глянул на него. Акамару прижал уши и опустил голову, отчего Хинате стало его жаль, и, чтобы не смущать, она перевела взгляд на Шино. — Кикайчу? — спросила она с надеждой. Какое-то время Шино молчал, всматриваясь куда-то вдаль. Они отошли с дороги, чтобы не мешать потоку работающих горожан. За то время, пока Хината ждала ответа, им предложили сходить в недавно открывшийся онсэн, поесть рамэна со скидкой и чуть не уговорили Кибу купить кисти для каллиграфии. Когда он полез за деньгами в набедренную сумку, Хината перехватила его руку. Ей было неловко говорить об этом при продавце – милом старичке с доброй улыбкой, поэтому она надеялась, что Киба догадается сам. Но, видимо, этого оказалось недостаточно – Киба нахмурился, пожал плечами и снова полез в сумку. Он бы точно заплатил, если бы не голос Шино: — Нашли, идти скорее надо. Не нужны кисти тебе эти, Киба, не занимался ты каллиграфией никогда, — добавил он невозмутимо и прыгнул на крышу ближайшего дома. Киба замер. Сунув деньги обратно, он несколько раз хлопнул по сумке, почесал затылок и, улыбнувшись старичку, последовал за Шино. Лицо продавца в мгновение исказилось. Хината извинилась, переглянулась с Акамару, который, видимо, привык к импульсивным выходкам своего хозяина, и тоже побежала за командой. Побегав по центру Конохи, они всё же вышли на след призыва. Змея привела их к спрятанной в закутке одноэтажной постройке с многоярусной крышей и приподнятыми углами. Фасад украшали красные бумажные фонарики разных размеров и форм, а на входе висели маски Хання и Они. Всё ещё был день, по-прежнему жара ощущалась невыносимой, но от крыши на дворик падала длинная тень. Тупичок выглядел неприветливым и жутким. Они стояли плечо к плечу и смотрели на здание, не решаясь войти. Что, если это ловушка? Хината перевела взгляд со здания на ребят и снова посмотрела на скалящиеся маски. Что-то же делать всё равно придётся? — А почему мы решили, что это призыв нашего сенсея? — спросил Киба. — Самое логичное это, потому что, — ответил ему Шино. — Нет, в этом ничего логичного нет. Почему ты так решил? Откуда ты знаешь, что у сенсея вообще он есть, и почему змея? — начал закипать Киба. Хината глянула на него. Он дёргал рукав повязанной на талии куртки и часто озирался. Кажется, нервничал. Нужно было принимать решение. — Хината, ты точно не видишь ничего Бьякуганом? — обратился Киба к ней. Она покачала головой. Что-то не давало Бьякугану нормально работать в этом месте. Какая-то техника. Она должна выяснить, что именно, а для этого нужно решиться приподнять полотно, закрывающее проход, и зайти. — Я пошла! — резко выдохнула Хината и шагнула вперёд. — Стой! Это не… — закричал Киба ей в спину, но она не слышала, что именно. Оказавшись внутри, звуки с улицы исчезли. Длинный тёмный коридор пропах деревом, крепким чаем и чем-то сладким, что Хината не смогла определить. Было тихо, словно она здесь одна. Но ведь призыв заполз сюда. Да и кто оставит заведение открытым? Она не двигалась, пока сзади не послышалось ворчание Кибы — тот пытался разговорить Шино. Они остановились рядом с Хинатой и встали от неё по бокам. — Может, это театр Но? — прошептал Киба. Ни Хината, ни Шино ему не ответили. На театр это место, за исключением масок, не походило. — Пойдёмте, — сказала Хината и подошла к первой двери, подёргала за ручку, но та не поддалась. Она попыталась открыть ещё две. Ничего. Хината обернулась к ребятам, развела руками и потянулась к следующей, как дверь распахнулась, и чьи-то пальцы стиснули запястье. Она замахнулась, чтобы ударить ладонью чакры, но её потянули вперёд и зашвырнули в комнату. Хината точно слышала крик Кибы из коридора. Перевернувшись через голову, она проехалась лицом по полу. Щёку обожгло, но Хината сконцентрировалась на чакре и пропустила её по телу. Готовилась к нападению. Удар пришёлся в живот. Её подкинуло, словно тряпичную, и Хината влетела в стену спиной. — Бьякуган! — выкрикнула она, встав на ноги. Всего на долю секунды, до того как Бьякуган стал бесполезен, она заметила несколько голубых очертаний в комнате. — Не входите! — закричала она ребятам, но было поздно, Киба ворвался ураганом, и тут же ему в лицо впечатался кулак. Удар был сильным, точным, но чакры в нём не было. Хината и без Бьякугана это видела. По животу её пнули также. Иначе удар бы вышел гораздо больнее, скорее всего, она бы пробила собой потолок. Кибу зашатало, он потерял равновесие, оступился и запнулся о собственную ногу. В темноте послышался весёлый смешок. Хината приняла защитную стойку, выставив раскрытые ладони перед собой. Из коридора слышались звуки боя, значит, на Шино тоже напали. Акамару зарычал и попытался вцепиться в ногу нападавшего, но тот ловко развернулся, и перед Хинатой возникла страшная маска Но. Она отшатнулась, растеряв всю уверенность, и избежала удара чудом – услышала шорох ткани сбоку и присела. Нога пронеслась над головой, рассекая со свистом воздух. Хината нервно сглотнула и отпрыгнула в сторону. Глаза привыкли к темноте, и она смогла различить очертания человека. На неё напала такая же маска Но, как и на Кибу. Сколько их ещё прячется? Хината старалась рассуждать логически. Не вкладывая чакру в удары, «маска» не хотела им смерти или какого-то серьёзного вреда. Змея привела их сюда. Она пригляделась. Одежда показалась ей странной: небрежно повязанная женская юката, тонкие запястья и ладони. «Маска Но» – женщина? Возможно ли, что это… — Митараши-сенсей? — вслух закончила мысль Хината. «Маска» замерла. Тут же послышался грохот, и Хината обернулась на звук – Киба попытался атаковать, но его руку перехватила «маска» и, перекинув через себя, повалила на пол. В коридоре до сих пор шло сражение. Хината посмотрела на застывшую перед собой фигуру. Неужели она права и единственная догадалась, кто на них напал? Улыбка против воли проступила на губах. Хината вдохнула поглубже и уже громко озвучила догадку: — Кажется, это Митараши-сенсей! — выкрикнула она. — Мы сдаёмся! Нависающая над Кибой фигура замерла, шум из коридора стих, а из самой тёмной части комнаты послышались хлопки. Загорелись свечи. В углу, прижавшись спиной к стене, стояла Митараши-сенсей и улыбалась. — Ну, ребята, вы даёте, — весело сказала она, и фигуры в масках с хлопком испарились.