Гробница и янтарь

Давайте без прелюдий... Знаете Нин Гуан? Так забудьте! Теперь это полноценная Нина Гуань. Она живет в современном Китае, уже закончила учëбу. Вопреки вашим ожиданиям, Нина стала археологом. По внешности она точная копия себя миллионы лет назад. Раз Нин Гуан была задолго до Нины, значит Нина, ища ископаемое, может найти саму себя? Интересно. Начала свой рассказ я нагло, поэтому сбавлю ритм, чтобы не нестись, как лошадь, увидевшая свой дом. Все события в известном нам Тейвате произошли крайне давно. Селестия исполнила невероятный смертельный номер, погрузивший весь мир в глобальный сон, позволяя жителям утонуть, чуть ли не захлебнуться в соблазнительных сновидениях. Так Тейват и погиб, лишь божества, возможно, остались живы. У каждого был свой метод избежать капкана Селестии, но не все нашли решение вовремя. *** Нина устало протерла глаза. Шум города лишь раздражал, а звонки от одного знакомого порядком надоели. Силы остались лишь на ответы для Бэйдо (наша Бэйдоу). Девушки дружат давно, их взаимоотношения даже стали выше приятельских. Телефон жужжал от уведомлений, что происходит крайне редко. Бэйдо отучилась на мореплавателя, а значит, должна была скоро уехать. Она рвалась провести тьму времени вместе, но Нина была слишком занятой леди. Гуань не уступала своей подруге, ведь ей тоже светила командировка. Нине придëтся ехать на раскопки неясно куда, зато с тем самым знакомым. Нина уже нашла несколько находок, только успех еë сердце не трогал. Перед выпуском девушка поняла, что ненавидит копаться в пыли или пещерах, зная, каков мал шанс найти что-то стоящее. Но работа на то и работа, чтобы получать с неë деньги, а их платили не мало... Чемодан был давно собран, оставалось дождаться нужного дня и сесть на самолёт. Насчет того знакомого. Его звали Ан Бао. И как сказать факт, что он с Ниной в паре. Не в плане помощники, а в романтическом. Думаю, многие хотели не этого в начале повествования... Однако, так распорядилась судьба, извиняйте. Их отношения нельзя назвать теплыми, хорошими, тут даже статус «всë сложно» не опишет ситуацию. Любовь и забота поступает лишь с одной, как бы не было печально, стороны. Со стороны Ан Бао. «Зачем же тогда Нина с ним встречается?» Девушка питает надежды, что вот-вот в ней прогремят чувства, любовь захлестнёт и унесëт куда-то вглубь эмоций, ведь Ан Бао довольно неплохой. Но Нина, желая сблизиться, сама этого не позволяет. Она не включает Бао в свою жизнь, которая очень как раз и важна для юноши. А тот слепо выхаживает, ждëт той же теплоты от Нины, потому что любит. Благородно и иронично. Нина была бы в восторге от юноши, который делает для неë многое, однако полюбить именно Ан Бао она не в силах. Было в нëм что-то, что мешало. У пары толком не было взаимопонимания, а частая неловкость парня или однотипные вопросы заставляли кровь потихоньку кипеть. Отсутствовало желание рассказывать о том, как нелепо прошëл день. Зачем? Для чего? Только столь драгоценное время потратит, а ей надо работать. Много работать. Вот Нина и расставила приоритеты, где первым был отнюдь не Бао. Он даже не на втором месте. Ан Бао пытался дозвониться до Нины. Переживал парень, ведь девушка давненько не выходила на связь. Давайте я опишу Бао, чтобы облегчить ваше восприятие этого героя. Ан Бао – ровесник Нины, ростом может около ста восьмидесяти, носил очки. Волосы тëмные, будто вороньи, а глаза же голубые и светлые. Бао любил свитера, а под них надевать рубашки. Признаюсь, выглядел он всегда мило. Легкая и детская наивность делали Бао щеночком, которого так и хотелось погладить или почесать за ушком. При этом юношей был спокойным, умным, но не прям силачом – база есть, небольшой рельеф на месте. Одним словом – безобидный. Не буду тянуть кота за хвост, поэтому аккуратно перемещаемся в аэропорт. Женский, а главное неразборчивый голос что-то объявил. Многие люди раздражённо мотали ногами, качая тем самым Чëртика. Нина, ожидая свой рейс, пила уже остывший и от этого противный кофе, однако был дорогой заразой,чтобы выбросить. Дико хотелось съесть какой-нибудь вредный сэндвич и забыться. Глаза не спеша закрывались, а в наушниках играла классика. Бао слегка потряс девушку за плечо, чтобы та отвлеклась. – Прости, Нин. Мы тут пару часов уже сидим, подумал, что ты хочешь есть, – Бал зашуршал бумажным пакетом, достав свежий, поджаренный бутерброд. – Не знаю, вкусно ли... Нина улыбнулась так, как умела, как могла, как позволяла себе рядом с Бао. – Спасибо, жаль запить нечем. Этот кофе тоже горло драконит, – девушка взяла еду из рук Бао. – Я об этом тоже подумал. Кое-как нашëл сок, – юноша почему-то смущенно отвел взгляд. Нина же принялась за трапезу. Послышался номер их рейса. Наконец-то! Пара быстро прошла ещë одну проверку билетов и уже в самолëте почти синхронно выдохнула. Пролететь турбулентность и можно спать, ведь за окном царила ночь. Через некоторое время самолёт приземлился. Жаркое солнце опалило лица, а особенно бледное Нины. Никаких отелей, лишь палатки... *** Зной очередной пустыни знакомо тянулся по горизонту. Ничего, кроме песка, камней... Солнце по-родному жгло руки без крема, слепило глаза без очков. Погода предстояла быть хорошей, командировка короткой. Что может быть лучше? Бао, прикрепив на поясок небольшую лопатку и пару кистей, пошëл осматриваться. Групп там было пять, в каждой от десяти и до пятнадцати человек. Территория для раскопок была, мягко говоря, большой. Неясно где и как могли располагаться остатки прошлого, которое так активно ищут. Работа была не только на поверхности, но и в пещерах, где и должны были работать Бао с Ниной. Глубоко заходить не имело смысла, так как остатки их группы ещë не доехал. – Нин, пойдем рассмотрим? Первые же, – Бао потянул за собой девушку. Та не сопротивлялась. В самой же пещере пока ничего не появлялось. Бао, охваченный интересом, пошëл вперëд, забываясь. Яркий фонарь освещал путь, пока Бао не замер. Нина стояла за ним и не поняла, почему остановились. – Что такое? – Мы далеко зашли, нам вернуться надо. Но там в глубине так холодно, тихо и спокойно... Что-то меня тянет туда. – Бао, давай без типичных началов ужастика. – Нет, правда... Странное чувство. Умиротворение всë сильнее и сильнее, – Бао зашагал дальше. Нина, осознавая глупость ситуации, ничего не предприняла. Людям свойственно творить что-то против логики. Потеряться они никак не могли – сплошной, без поворотов коридор. Импровизированный тоннель пещеры стал приобретать форму, углы, узоры. На удивление они вышли в немаленькое пространство, в котором красовался вход в гробницу. Нина впала в ступор, как и Бао. Одновременно повернулись друг к другу, улыбаясь. Их первая масштабная находка! Следов людей не было, но мощная плита давно сломалась, позволяя и зазывая зайти путников. Как под гипнозом, они вместе пошли к гробнице. Вокруг располагались старые ткани, треснувшие кувшины и следы бывалой, разумной жизни. Бао в быстром темпе дошëл до входа и посмотрел, что скрывается внутри сооружения. – Ты глянь, там коридоры! Длинные. Их множество! – парень был готов затанцевать от радости прямо там. – Надо вернуться к остальным и рассказать. Идти будет опасно, мало ли ловушки. – Поддерживаю, но сначала давай фотографии сделаем. Доказательства нужны, – Нина достала из своего рюкзака фотоаппарат. Вспышки Выскакивали друг за другом. – Дай посмотреть, – Бао взял камеру и стал просматривать снимки. На фотографии коридоров гробницы, появилась желтая полоса, будто указывающая к чему-то. – Смотри, что это? Сломали когда-то что ли? – Нет, я его не ломала , – азарт забурлил в крови. Так хотелось узнать, что там скрывалось. – По глазам вижу. Нет, Нина, мы туда не пойдем. Опасно. Хотя я тоже очень хочу. Нам пора возвращаться, – Бао положил руку на плечо девушки. Нина понимала, что лучше поступить именно так. Хруст под ногами, свист платформы и удар. Нина закашлялась, визжа. Бао же крепко держал девушку, накрыв собой. Механизм медленно завертелся, плита поднялась. – Нина,ты в порядке? Нин,смотри на меня,– Бао встряхнул девушку. – И что это было? – Не знаю. Нам надо подождать наших. Нам лучше остаться на месте, чтобы нашли раньше, – Бао вытер очки. За поворотом коридора что-то хрустнуло. – Спокойно, камушки мелкие осыпаются.Я не верю в мистику или прочее. Хотя, мы можем стать обедом для кого-то, – Нина многозначно хмыкнула. – Я тоже не верю. Вроде, – Бао поднялся с плиты, на которой пара и случайно спустилась. Снова хруст. – Ладно, это страшно. Даже посмотреть нельзя и убедиться, что там, – Парень поправил очки, отряхиваясь от пыли. – Да, мы даже уйти не можем. Думаю, плита поднимется, как только мы сойдëм с неë. – Тоже так думаю. Но она с таким грохотом опустилась... попробуй отойти с плиты. Ты меня тяжелее. Если поднимется, то я смогу выйти на поверхность и позвать помощь, – Нина открыла свой рюкзак, желая найти рацию. – Так... Ладно, хорошо. Обещаешь, что сразу вернëшься? – Бао переживал. Не каждый день он застревал в подобных местах. Аккуратно сойдя с плиты, Ан смотрел, как механизм вновь заработал. Девушка поднялась к поверхности. Фонарик освещал стены гробницы. Далеко, в одном из поворотов виднелось свечение. Будто огонь жëг, возможно, драгоценный кислород. Снова хруст и глухой удар. Кто-то неистово захрипел, зарычал, глотая воздух. Густые ресницы запорхали над истеричными змеиными глазами. Кости захрустели. Бао хотел спрятаться, поэтому он нырнул в неясное углубление в стене, причëм первое попавшееся. Тяжëлые ступни зашаркали по песку, по звукам сотни кристаллов впивались в чью-то кожу. Нечто было совсем близко, казалось, не видело Бао в темноте. В воздухе появилась на мгновение молния. Мелкая, секундная, беспомощная. Существо обернулось на это. Черная рука вырвала из укромного места, подняв над землёй. Коричневые волосы, сверкающие миллионным золотом на кончиках, по рукам тянулись узоры, а обширная, белая одежда была испачкана многовековой сажей. Ноги босые. Лицо же скрывал капюшон. – Кто ты? – божественный голос прорезал гробовую тишину этого места. Бао ничего не понял. Или притворился? – Я не понимаю! – Бао задëргался селëдкой, бормоча на китайском. Божество осмотрело парня от головы до пят, сделав вывод. Чего греха таить... Вы уже догадались, что это был Моракс. Именно Моракс, а не Чжун Ли. – Селестия прервала мир, но почему люди всë ещë в нëм? – Моракс огляделся, зная, что ответа не услышит. Стены все были готовы обвалиться, трещины нагоняли жути. Всë не так, как он помнил перед... Перед чем? Моракс забыл, почему и как оказался в янтаре. Не знал, почему кара Селестии не добралась до этой гробницы. Тысячи голосов хором зазвенели в голове, фрагменты лиц бились осколками перед глазами, режа их неясной тоской. Барабаном забилось нечеловеческое сердце, а сосуды задергались так, как струны, на которых играют. Моракс медленно опустил Бао. Не чувствовал опасности. А юноша же боялся двинуться, сев на землю. В это время Нина бежала к лагерю, попутно зовя хоть кого-то в рацию. Другие группы спокойно уплетали бутерброды за общим столом, не подозревая о произошедшем. Солнце пекло всë, что было не в тени. Нина, тяжко дыша, забормотала коллегам. – Так, Нин, нам нужны спасатели... Мы же не знаем насколько хрупкий механизм, – какой-то китаец уплетал особенно жадно хлеб с мясом. Ему было всë равно. – Понимаю, но у него с собой нет ни воды, ни еды. Нам нужно хотя бы проверить всë ли с ним хорошо, – Нина взяла чужой стакан и, не смотря, выпила его. Коллеги заботливо выпивали виски. – Вы совсем сдурели пить на работе? – Да успокойся, чего такого? – тот же китаец закатил и без того узкие глаза. – В пьяном угаре вы можете залезть туда, куда не надо и умереть. Или испортить артефакты. – Ты со своим мальчиком и без этого хорошо справилась. Кто знает, что вы там вдвоём делали в отдаленной пещере, а? – противный намёк прорезался в воздухе. Нина молча взяла около пять бутербродов, три, если не четыре бутылки воды и пошла обратно в пещеру. – Истеричка, – китаец плюнул в сторону. *** Стены пещеры изменились. На них медленно проявлялись рисунки. Подписи к ним же были на непонятном языке. Глаза напряглись, а буквы расплывались. Резко Нина смогла понять одно слово. Всë исчезло, а голова звенела. Не обратив на это должного внимания, она пошла дальше. Сейчас важнее Бао. Снова плита, снова падение, но для этого Нине пришлось потаскать камней. – Бао, нам не шибко помогут, – девушка позже пригляделась, увидев лежащего на песке Бао и рядом с ним стоящего Моракса. Сердце забилось, но не от переживания. Кончики пальцев кольнуло, всë то же сердце учащенно стучало неясным чувством. Тело знало больше, чем Нина. – Нин Гуан? Ты жива? – Моракс подошëл к застывшей Нине. Черная рука дотронулась до бледной щеки. Твердые, каменные пальцы проскользили по всë такой же идеальной коже. – Что произошло? Бао гневно воспринял этот жест Моракса. Из пальцев Бога появились фиолетовые искры, от чего Нина отпрянула, вернулась. – Ты... Убьëшь нас? – Нина говорила на китайском. На каком иначе? – Я не понимаю ни слова, Нин Гуан, – Моракс взял девушку за запястье. Аккуратно, нежно, так, как ценила Нин Гуан сотни, а может и миллиарды лет назад. Глаза Нины широко открылись, зрачки сузились, глаза забегали, дыхание оборвалось. – Ты убьëшь нас? – Нина кое-как выдавила на тейватском, сама не понимая, что произнесла. Это говорила не она, не еë язык. – Что? Нет... Нин Гуан, конечно нет, – Моракс застыл, осознав, что его опять не понимают. Мужчина отрицательно покачал головой, показывая жесть убийства. Импровизация. Бао поднялся с земли, дрожа осиновым листом. Очки треснули, когда он упал на землю из-за Моракса. – Эй, отойди от неë, – Бао заслонил собой Нину, разорвав связь. – Кто ты? Ответа нет, лишь путаница. Как герои начнут понимать друг друга, не зная хотя бы один общий язык?