Часть 4

Домой Джаспер возвращается только ближе к вечеру, когда вся семья уже в сборе. Он отказался ехать в машине с остальными вампирами, потому что должен был сам обдумать разговор с девчонкой. А рядом с Эдвардом это сделать весьма затруднительно. За столько лет пора бы привыкнуть к тому, что он больше не один в своей голове, но вмешательство телепата не перестаёт раздражать. Остальные Каллены уже ждут его в столовой — единственной комнате, которая никогда не использовалась по назначению. Блондин игнорирует оставшееся для него место за столом, остаётся чуть в стороне: прислоняется спиной к барной стойке и наблюдает за остальными со стороны. На лице Эсме мелькает беспокойство, а Эдвард недовольно хмурится. Он сам хотел вызваться добровольцем на разговор с Габриэллой, но Джаспер поступил нагло и пошел вперёд, не обращая внимания на препирательства в семье. Видимо, телепат до сих пор огорчён этим фактом. — Судя по всему, тётя Габриэллы — Мелисса в курсе того, кто мы такие, — осторожно начинает отец, отчего все присутствующие кроме Эдварда удивляются. — Она, конечно, не сказала прямо, но я это почувствовал. Карлайл абсолютно спокоен и расслаблен. И пока другие вампиры напряжённо переглядываются между собой, не понимая, чего ожидать после таких новостей, он лишь о чём-то увлечённо думает. — То, что человек знает о существовании вампиров — опасно, — качает головой Розали. — На нас и так направлено слишком пристальное внимание со стороны. Блондинка всегда осторожничает больше остальных. Роуз слишком сильно ценит свой комфорт и спокойную жизнь, а потому частенько паникует по любым поводам и относится к изменениям весьма скептично. — Она оберегает тайну своей племянницы. Так что я предполагаю, Мелисса будет молчать. Тем более, сильного беспокойства или страха с её стороны я не заметил. Только искреннее любопытство. Впрочем, это и неудивительно, если она сама воспитала девочку и никогда не встречалась с вампирами, — задумчиво тянет Карлайл. — Вы узнали что-то о Габриэлле? — Немного. Она не особо идёт на контакт, — поджимает губы Эдвард и бросает взгляд на Элис. Они снова о чём-то общаются без слов. — Ну как сказать, — усмехается Эммет. — Со мной вот вполне идёт. И с Джаспером. Когда он не пугает её до чёртиков, — парень скалится, бросая на блондина горящий взгляд. — С ней должен был говорить я, — обречённо выдыхает Эдвард, и Уитлок не сдерживает смешка. Как оказалось, с чтением мыслей девчонки у него были небольшие проблемы. Не то, чтобы он не слышал их совсем, но их было так много, что телепат терялся, пытаясь ухватиться хоть за что-то действительно стоящее. Это стоило Эдварду немалого количества усилий и дико его раздражало, ведь такие люди попадались вампиру редко. — Вряд ли бы ты смог предвидеть чистое развитие диалога между вами, Эдвард. А вот с эмпатией в таких случаях у тебя явные проблемы, — парирует Джаспер. — Поэтому лучше было издеваться над ней и запугивать? — после фразы брата на него обратился встревоженный взгляд матери. — Я даже не пытался, и тебе это прекрасно известно. Это был единственный способ немного выбить её из равновесия и заставить разговориться. Эдвард провёл достаточно времени в мыслях Уитлока, а потому действительно знал, что, если бы брат захотел напугать Габриэллу — это бы не составило особого труда. Он же напротив поддерживал у неё определённый уровень уверенности и спокойствия, чтобы она чувствовала себя комфортно и шла на диалог. — Она намекнула на то, что была рождена естественным способом, — продолжает Джаспер, — И была очень удивлена в тот момент, когда узнала, что мы не можем иметь потомство. — Это невозможно, — качает головой Розали, и в её глазах мелькает что-то глубоко болезненное. — Может быть она солгала? — Нет, Габриэлла была уверена в своих словах. Блондинка удивлённо выдыхает и невольно хватает Эммета за предплечье. Джаспер чувствует всплеск надежды, приходящий на место сомнениям. — Занятно, — Карлайл задумчиво трёт подбородок пальцами. — Я никогда ничего подобного не слышал. — Более того, она даже никогда не встречала вампиров. Эта мысль заставляет вампира улыбнуться в мыслях. Девчонка, которая явно пахнет как вампир и обладает похожими рефлексами никогда не встречала представителей их вида. — Тогда это объясняет её страх перед нами, — Эсме сжимает предплечье Карлайла. Внутри матери вспыхивает уже привычное ей переживание и забота. — Да. Габи подумала, что мы питаемся кровью людей. Она не знает других альтернатив, — подтверждает Джаспер. — Значит, она потребляет человеческую кровь? — Карлайл удивлённо приподнимает брови. — Было бы странно, если бы обладая вампирским запахом и нашими силами она питалась одной только человеческой едой. Хотя её она тоже ест, причём без особой брезгливости, — пожимает плечами блондин, вспоминая как девочка запихивала в себя булочки в столовой. Эдвард в этот момент морщится. То, что Джаспер считает это абсолютно естественным кажется для него оскорбительным. Он чувствует брезгливость и осуждение, исходящее от телепата, и устало выдыхает. Слепо следуя своим моральным принципам, Эдвард порой забывает о том, что все ошибаются — в том числе и он. Тем более, Уитлок предполагает, что девочка никого не убивает. Она лишь идёт за своими инстинктами самым гуманным способом. По крайней мере, не бегает по городу и не упивается насильниками и убийцами, как когда-то это делал телепат. Уитлок чувствует мигом накативший на брата стыд и раздражение. — Она может быть опасна? Если она себя не контролирует, то лишние убийства в городе могут привлечь к нам ненужное внимание, — Розали рассуждает здраво. О девочке мало кому известно, а это значит, что первыми подозреваемыми будут Каллены. — Я не чувствовал её жажды. Возможно, что для функционирования ей не нужно так много крови как нам, — произносит Джаспер, и блондинка сосредоточенно кивает. — Да и неспроста её тётя работает в клинике. Думаю, она питается донорской кровью. — Мы не можем знать этого наверняка, — Эдвард говорит глухо, практически переходя на шипение. Он слышит мысли Джаспера и все его предположения. — Но ведь мы можем показать ей альтернативу и научить питаться кровью животных, — снова подаёт голос Эсме, а затем смотрит на мужа с надеждой, и Карлайл дарит ей успокаивающую улыбку. — Да, если Габриэлла захочет этого, то мы ей поможем. — Ставлю сотню, что мелкота никогда в жизни даже не охотилась, — усмехается Эммет и откидывается на спинку стула. Он смотрит на Джаспера и чуть поигрывает бровями, привлекая в спор. Азарт всегда был их общей слабостью. — К сожалению, сегодня я на твоей стороне. Судя по тому, как она тряслась при виде нас, эта девочка никогда не видела настоящей вампирской жизни. Уитлок в этом уверен. Несмотря на внешнюю зрелость, эмоциональный диапазон Габи был как у ребёнка. Такие люди попадались эмпату очень редко и всегда невольно притягивали его внимание. Все её реакции и эмоции были такими… первобытными и чистыми, что этим можно упиваться. Никакого раскаянья, горечи и мук совести, присущих большинству в их семье. — Ей от силы лет шестнадцать — не больше. Хотя выглядит она значительно старше. Это я смог прочесть в её мыслях, когда Джаспер спрашивал про её настоящий возраст, — произносит внезапно Эдвард. Видимо, рассуждения блондина навели его на эту мысль. — Говорю ж, мелкота, — хмыкает довольно Эммет. — Но рефлексы у неё вампирские, этого не отнять. Интересно посмотреть на неё в деле. Розали недовольно хмурится на фразу мужа: большинству Калленов спектакль вампира на физкультуре пришёлся не по душе. Но Эммет не чувствовал вины, наоборот Джаспер явственно ощущал исходящие от него волны веселья и заинтересованности. Девочка ему понравилась. — Элис, ты всё ещё не видишь её в будущем? — с тревогой интересуется отец, обращая внимание на подозрительно тихую всю беседу вампиршу. Сестра пару раз моргает, приходя в себя. Судя по её виду, даже сейчас она пытается что-то рассмотреть. — Я не могу увидеть личного присутствия Габи в видениях, но отдельные моменты будущего и последствия оказанных действий мне всё ещё доступны, — неуверенно произносит девушка. — Раньше такое было только с оборотнями. Я связывала это с тем, что они относятся к другой расе. Возможно, и Габи не совсем вампир. — Что ты видела? Какие последствия? — спрашивает внезапно Джаспер, потому что то и дело чувствует взгляды Элис на себе. Уитлок ставит себе мысленную галочку поговорить с вампиршей лично. Ему определённо не нравится то, что девушка уже увидела его будущее, а между тем и разделила с телепатом. — Я… — она на секунду замолкает, переглядываясь с Эдвардом, — Ничего страшного я пока не вижу. Карлайл прав, Мелисса сделает всё, чтобы сохранить тайну племянницы. Более того, она отнесётся к нам с большим дружелюбием. А вот девочке понадобится время, чтобы привыкнуть к нам. — А мы уже собираемся принимать её в семью? — со скепсисом интересуется Розали, обводя всех присутствующих напряжённым взглядом. Эта мысль явно ей не по душе. — Ну кто-то из нас ведь об этом уже подумал, — как ни в чём не бывало пожимает плечами Элис. — Держи друзей близко к себе, а врагов ещё ближе, — усмехается Джаспер и тут же чувствует на себе волну осуждения от некоторых родственников. Он не имеет ничего против Габриэллы, но девчонка — совсем неизученный экземпляр, и от неё можно ожидать всё что угодно. Неизвестность, конечно, никогда не пугала Джаспера, но лучше всё-таки держать её поближе. Тем более, частично блондин разделяет воодушевление и заинтересованность Эммета. У вечности свои недостатки, и скука, пожалуй, самый главный. — Я просто считаю, что её нужно держать под наблюдением, — с губ едва не срывается фраза «на коротком поводке», и Эдвард снова хмурится. — Мы не знаем о ней абсолютно ничего. Кто она на самом деле такая и представляет ли опасность. — Джаспер прав, — внезапно вмешивается Розали. — Я думаю, втереться ей в доверие будет правильным решением. — Роуз, — предостерегающе начинает Эдвард, и эмоции этих двоих вспыхивают так резко, что Уитлок даже удивляется. — Не лезь в мою голову. — Не преследуй корыстных целей. — Хватит, — одного взгляда Карлайла достаточно, чтобы все утихли. — Мы не будем использовать эту девочку. Её страх перед нами явно больше, сами посудите, она одна в городе с семью вампирами. Эту проблему можно решить мирно, не прибегая к лишнему насилию и манипуляциям. Как минимум, помочь ей чуть больше узнать о нас и дать понять, что мы не представляем никакой опасности для её семьи. — Может стоит поговорить с её тётей? — предлагает Эсме. — Элис, это может сработать? Сестра на секунду замирает, пересматривая множество картинок будущего перед глазами, а затем уверенно кивает. — Отлично, — кивает Карлайл и мягко встаёт из-за стола. — Тогда завтра я поговорю с Мелиссой. А вас я очень прошу быть более сдержанными в отношении Габриэллы. Джаспер отталкивается от барной стойки и, кивнув Элис, выходит из дома. Не проходит и нескольких секунд, как вампирша мягко спрыгивает на террасу прямо из окна. — Прогуляемся? — приподнимает бровь Уитлок. Сестра кивает и, улыбнувшись, тут же срывается с места. Блондин даёт ей несколько секунд форы, после чего также уносится вслед за ней в лес. Он чувствует, что Элис держит путь на север, петляя меж деревьев и пытаясь скрыть свой след. Но вампир так сильно привык к её запаху, что её преследование кажется больше рефлекторным чем осознанным. Деревья перед глазами сливаются в размытое пятно, и Джаспер даже не ощущает того, что ступни касаются земли. Спустя несколько минут он слышит, что запах Элис становится ярче. Вампир резко останавливается у высокой многовековой сосны, поднимая в воздух клубы пыли и сухих листьев. А затем прыгает вверх, преодолевая расстояние сразу в несколько метров. Пальцы ловко цепляются за кору дерева, и спустя ещё несколько ловких прыжков, он оказывается на крепкой ветви. Элис уже сидит там, забавно петляя ногами, и смотрит вперёд, где среди густых крон открывается вид на тлеющий закат. Джаспер мягко подсаживается рядом. — Какой скучной может показаться вечность, и как всё может измениться с появлением одного лишь человека, не правда ли? — широко улыбается девушка, чуть поворачиваясь в сторону блондина. Он чувствует исходящее от неё приятное воодушевление. Элис слишком часто живёт своими видениями, а потому её эмоции представляют собой целый коктейль. Она искренне наслаждается событиями, которые ещё не произошли и любит людей, которые ещё не появились в её жизни. Также было и с Джаспером много лет назад, когда он нашёл её в придорожной забегаловке. — Не совсем человека, — поправляет её Уитлок, чуть прищурившись, на что вампирша лишь отмахивается. — Что ты видела, Элис? — Она мне понравится, — улыбается девушка, и блондин снова чувствует какое-то благоговение внутри неё. — Нашей семье не хватает свежей крови. И Габи станет этим самым глотком. Джаспер чувствует, как от неосторожно брошенной метафоры девушки в его горле начинает саднить. Уитлок отворачивается и цепляется взглядом за последние лучи догорающего заката, пытаясь унять внутри раздражающую жажду. Габриэлла пахла прекрасно. Волнующий, сладкий и тёплый аромат жасмина и мускуса кружил голову. Он не вызывал сильной жажды, как обычно это бывало с людьми: слишком уж сильно притуплял её вампирский запах. Но тем не менее, никто из особей их вида не был настолько притягателен. — Не знаю о чём ты думаешь, но продолжай в том же духе, — заливисто смеётся Элис, вырывая Джаспера из своих мыслей. — Ты что-то недоговариваешь, Элис. — Вы с ней обязательно поладите… со временем, — чуть запнувшись, добавляет вампирша. — Она будет относиться к нам с настороженностью, но твой способ реально действенный, Джаспер. Ты оказался прав. — Я оказался прав в том, что насмехался над девчонкой? — скептически уточняет блондин. Он мог догадаться, что эта стратегия сработает в краткосрочной перспективе, но Элис точно говорит о будущем. Несмотря на то, что всё было запятнано слепыми зонами, вампирша уверена в своих словах. — С Эдвардом Габи однозначно не поладит, они не одного поля ягоды. Розали сама относится к ней с небольшим подозрением. Моя энергичность и открытость сперва тоже отпугнёт девочку. А вот с Эмметом они сойдутся быстро. — А я здесь причём? — А ты просто будь собой, — у Джаспера создаётся ощущение, что Элис вот-вот добавит «глупый». Понять её порой слишком сложно. Даже Эдвард устаёт от бесконечной смены её мыслей и видений, что уж говорить про Уитлока, которому достался исключительно эмоциональный диапазон понимания. — Угрюмым мудаком? — снова уточняет блондин, не совсем понимая, к чему она клонит. — Мне иногда даже жаль, что ты о себе такого мнения, Джас, — Элис протягивает к нему крохотную ладошку, касаясь пальцами бледной щеки. — Ты же потрясающий. Парень прикрывает глаза и с удовольствием льнёт к её прикосновению. То, каким видит его Элис вызывает лишь восхищение. Доверие, благоговение, любовь и теплота. Пожалуй, именно поэтому он и последовал за ней тогда. Элис была для него спасительной соломинкой в пучине отчаянья, бесконечных войн, крови и смертей. Джасперу даже немного жаль, что их не связывают романтические отношения. Но Уитлок до сих пор потерян и сломлен. Его тело испещрено тысячами шрамов, а за саркастичной улыбкой слишком часто скрывается боль, пускай Элис и не видит этого. Или, скорее, не хочет видеть. Противоположности такого формата притянуться друг к другу не могут. — Возможно, я не смогла доказать тебе это, — в тонком голосе сочится грусть и сожаление, — Но обязательно найдётся тот, кто сможет. Я это знаю.