Рафаэль

Они никогда не возвращались домой с боя целыми и невредимыми, но Майки еще никогда не получал такой травмы два раза подряд. Ему чуть не оторвало руку, а у Донни чуть не образовалась аневризма после того, как он избил Догпаунда до полусмерти своим Бо. Когда они наконец добрались до дома, Донни заперся с Майки в лаборатории, никому ничего не сказав, пока они уходили. Раф немного разозлился. Он слишком волновался, черт возьми! Но у него не было выбора, кроме как ждать, и он знал это, поэтому он ждал. И к тому времени, когда Донни наконец открыл двери, Майки уже был в полусознательном состоянии и улыбался им. — Ты узнал номер этого автобуса? — он пошутил, и Раф фыркнул. Старый добрый Майки. Однако Донни ничего не сказал. Его лицо не изменилось и он не сделал… ничего. Он просто смотрел на правое плечо Майки, которое было сильно перевязано. Лео тоже это заметил и почти попытался привлечь его внимание, но Майки опередил их. Он взял руку Донни и положил ее на свое больное плечо, даже не вздрогнув при прикосновении. Плечи Донни поникли. Облегчение? Истощение? Они не были уверены, но Донни сел рядом с Майки и положил голову на кровать, вместо этого двигая рукой, чтобы держать неповрежденную руку Майки. Пока Раф, Лео и Майки говорили, Донни слушал. Он слушал голоса всех своих братьев, но больше всего Майки. Его младший брат чуть не умер на его глазах. Так что теперь его сердце колотится и болит, и он не может остановить слезы, которые сотрясают его плечи, пока его не притягивает к себе младший брат. Он чувствует множество рук на своем панцире и знает, что Раф и Лео пытаются помочь. Он всхлипывает от облегчения, и чистые эмоции разрывают его горло, пока его голос не становится хриплым. Раф наблюдал, как это происходит, Майки утешал их умного брата, а Лео и он сам пытались успокоить черепаху, потирая его панцирь. Потирания панциря всегда были приятны Рафу, но когда они начались, рыдания Донни усилились настолько, что он почти остановился. Затем появился Лео, качая головой, продолжая нежно тереть и царапать. Они разговаривали исключительно своими глазами, подвиг, на который они были способны с самого детства. Раф понял посыл — Донни действительно нуждался в этом крике. Так что Раф продолжал тереть, чесать, продолжал наблюдать за своей семьей соколиными глазами. Он должен был убедиться, что после этого с ними все будет в порядке, это было единственное, что он мог сделать для них прямо сейчас. Позже той же ночью Раф проснулся от крика. Он вскочил с кровати и помчался в комнату своего младшего брата, только чтобы увидеть там обоих своих младших братьев. Он остался в дверях, наблюдая, как Донни смахивает слезы Майки и целует его в лоб. Это казалось… личным. Как будто он вторгся в личный момент между ними двумя. Донни посмотрел на него и улыбнулся, показывая Рафу, что можно войти; так он и сделал. Раф осторожно вошел в комнату. Несмотря на то, что он только что заснул, его бешено бьющееся сердце разбудило его так быстро, что он не успел почувствовать усталость. Он подошел ближе к кровати и сел на край, нежно положив руку на ногу младшего брата. Одеяло было отброшено в сторону, заметил Раф, и глаза Майки наполнились слезами, когда он цеплялся за Донни. Как же его брат в фиолетовом оказался здесь так быстро? Его спальня находится прямо напротив спальни Майки, так что он был уверен, что добрался бы туда первым. Хотя, подумал он, взглянув на две подушки на кровати, может, Донни вообще не было в его комнате. Легкая улыбка появилась на лице Рафа, когда Майки неуверенно повернулся к нему. Они услышали шаги, а потом показался Лео. Его глаза были красными, очевидно, он только что проснулся, и он по-совиному моргнул, глядя на троих. — Все хорошо? — спросил он, став на колени у кровати. Майки тихонько всхлипнул и кивнул: — Просто кошмар. Раф успокаивающе потер ногу Майки, и Лео потянулся, чтобы обнять Майки и Донни. Это было усталое объятие. Все они могли видеть усталость на лице Лео и то, как он тяжело привалился к ним во время объятий. Раф смотрел, как Лео отстранился и протер глаза, прежде чем снова сфокусироваться на Майки. — Хочешь, чтобы я остался? — спросил он, прислонившись к кровати, чтобы удержаться в вертикальном положении. Майки покачал головой, и Лео мягко улыбнулся. Он поцеловал Майки в висок, прошептал что-то ему на ухо и ушел, как только Майки улыбнулся. Раф ждал, ждал, пока биение его собственного сердца больше не будет слышно в тишине. Он ждал… чего-то. Что-то, что скажет ему остаться или уйти. Кто-то, кто скажет ему, что делать или сказать. Наконец, он снова поймал взгляд Майки и не мог не улыбнуться еще раз. У Майки была такая способность. Чтобы заставить любого улыбаться, независимо от того, что он чувствовал. — Ты будешь в порядке? — наконец спросил Раф, наблюдая, как Майки медленно кивает, прежде чем обнять Рафа. Раф держал его. Он обнял его и закрыл глаза, впитывая нежность, прежде чем Майки наконец отстранился. Слишком рано, по мнению Рафа. Он нежно потер щеку Майки, а затем нежно поцеловал его в глазницу, не заботясь о том, что, вероятно, подумали Донни или Майки в этот момент. Выходя из комнаты, он повторил действие с Донни, быстро, но крепко обняв его перед выходом. Он наслаждался усталой улыбкой с щелью между зубами и смотрел, как Донни и Майки снова легли. Он закрыл дверь, оставив ее чуть приоткрытой, прежде чем вернуться в постель. Донателло позаботится об этом и Раф доверит ему заботу об их младшем. С лёгкой улыбкой, Раф вошел в свою комнату, оставив дверь открытой, и лег в свою кровать. Он мог слышать шепот Донни и Майки, и снова заснул под шум.