Часть 21

      Война и мир…       На самом деле, имя под рукой звёздный корабль, прекратить войну, конечно, сложно. Да что там — «сложно»! Невозможно её прекратить. И дело тут не в том, что у Сил Обороны Земли был только эсминец, тут и линкор не помог бы, наверное. Собственно, у эсминца даже некоторое преимущество было — он мог работать и в атмосфере, тогда как тот же линкор — уже точно нет. Тем не менее, Командующий, скорее всего, имел какой-то план, так как гнал корабль почти на максимальной для атмосферы скорости.       «На линию соприкосновения», — приказал он. Изабелла, недолго думая, проложила оптимальный курс на Донецк — там было то, что линией соприкосновения назвать можно было лучше всего. И корабль прибыл туда довольно быстро. Алексей посмотрел на дисплей, который довольно быстро расцветился целой палитрой. Вскоре там же появились и буквенные обозначения принадлежности тех или иных войск. Компьютеры корабля сами смогли перехватить и расшифровать все переговоры «внизу». Так что, кто есть кто там, «внизу», было более-менее понятно.       – Артём, сделай мне канал связи к украинцам, — попросил Шеф. — Хочу объяснить им, что сейчас их будут бить. Может быть, даже ногами.       – Принято, командир. Можете говорить.       – Спасибо. Уважаемые украинцы. Для начала посмотрите вверх. Уверен, что сейчас вы можете рассмотреть в небе небольшую такую точку. Это — эсминец «Стремительный». Уверен, что кто-то из вас слышал про Силы Обороны Земли. Собственно, наши организация, несколько месяцев назад, запретила все войны. Наверное, кто-то из вас на это решил «положить», не так ли? Ну, это не страшно. Я просто хочу дать вам шанс. Сейчас вы все сложите оружие и прекратите любое сопротивление. У вас есть около пяти минут на размышление. После этого времени лазеры нашего корабля буквально перемешают ваши позиции с грунтом до состояния гомогенной массы. Это не арта, от лазеров спасения не будет. В общем, вы меня слышали, время пошло!       Внизу, судя по тому, что принимали системы связи корабля, начался настоящий паноптикум. Крики были разными — от «кто это вообще такой», и до «да заглушите вы его, пока младшие чины не услышали». Отдельно можно было отметить и американскую речь, которая отличалась от английской. В общем, внизу было «весело»…       – Думаете, они сдадутся? — спросил Софийский.       – Я на их месте сдался бы, — ответил Алексей. — С другой стороны, я и до такой глупости не додумался бы… Могу предположить, что те, кто поумнее — сдадутся. Остальные — ну, с ними тяжко, да… А ещё, как я понимаю, ты уже нашёл их систему управления? Там какая-то «Дельта» что ли… Мне Джейк рассказывал…       – Да.       – Тогда ломани её и отдай всем сигнал на отступление. Ну, сделай что-то такое, чтобы они решили, что надо срочно отступать. В конце концов, я вовсе не настроен на геноцид. Они — такие же славяне, как и мы с тобой…       Конечно, через пять минут все украинцы, конечно, не бросились наутёк, и даже не все они решили сложить оружие. Тогда Командующий сам сел за огневой пульт. Он очень сильно не хотел, чтобы за это решение отвечал кто-то другой. Боевые лазеры были наведены ещё несколько минут назад. Теперь Алексей просто отменил наводку по тем местам, где ВСУ решили сложить оружие. А потом он подтвердил приказ на открытие огня. Лазеры ударили. А потом ещё несколько раз…Да, это было высокоточное оружие, но и им можно было поражать скопления целей. Внизу теперь творился настоящий ад…       – Командир, внизу все цели уничтожены, — тихо сказал Софийский.       – Я вижу, — так же тихо ответил Командующий. — Как я понимаю, на этом участке — всё?       – Да. Те, кто хотел сдаться — сдались, или отступают, сложив оружие.       – Молодцы. Они решили жить дальше. Возможно, они смогут донести хоть немного здравого смысла до остальных… «ястребов», что вариантов у них нет…       После этого дела эсминец ещё несколько раз повторял этот же приём — в эфир выходил Алексей и просто предлагал всем сдаться, сложить оружие или отступить. Тем, кто отказывался это выполнить… тем было плохо. На самом деле, боевые лазеры — штука весьма гуманная. Мучений от них не бывает. Другое дело, конечно, что, как говорил сам Командующий, убивать он очень сильно не любил, считая, что никто не имеет право забирать жизни, вот так, запросто. Но тут выбора просто не было. Надо было любой ценой закончить эту войну на Земле. Надо было сделать так, чтобы такого больше не могло повториться…       После очередной такой «зачистки», он буквально упал на кровать в каюте. Изабелла бросилась к нему.       – С тобой всё нормально?       – Нет. Не всё. Я больше не могу! Наша цель — закончить это всё, а не выжечь всех этих людей. Ты слышала, что там, внизу, вообще, делается? Они, такое ощущение, решили все мифы про Великую Отечественную реализовать! Загрядотряды, «ни шагу назад», и всё такое! И ведь все прекрасно понимают, что итогом этого может быть только полное уничтожение народа Украины! Я этого не хочу! Нам нужен другой выход!       – Но его пока нет… — неуверенно сказала Изабелла.       – Значит, я должен его найти. Придумать, наконец! Просто так нельзя!       Изабелла видела, что Алексей почти на грани. То, что он взял всё это дело на себя, было понятно — он не хотел, чтобы кого-то из них можно было обвинить в таком вот «геноциде», но всё же… Молодая женщина не могла не понимать, что шеф просто выжигает себя всем этим делом. Не этих украинских военных, на которых ей лично было… всё равно, а себя. Ещё немного — и он просто сломается. Она понимала, что даже этот человек — даже с его гиперчеловечностью и ответственностью, может просто «слететь с катушек», как говорили русские товарищи. А это было… это было очень нехорошо… На самом деле, нужен был какой-то иной вариант действия…       – Слушай, тебе надо хотя бы немного поспать. Отдохнёшь, потом тебе совершенно точно будет легче. Возможно, на свежую голову, ты и новый план действий придумаешь. Просто ты в самом деле, очень сильно измотан сейчас… — буквально на одном дыхании, произнесла Изабелла.       – Думаешь? — спросил Алексей.       – Знаю. Тебе надо отдохнуть…       Он довольно быстро «вывернулся» из полётного комбинезона и, буквально через несколько минут уже лежал под одеялом.       – Спи, — сказала Изабелла. — Ты обязательно что-то придумаешь…       После того, как Алексей заснул, она вышла из каюты. В самом деле, надо было что-то решать. Только вот — что? Удары по позициям украинских войск вовсе не привели к массовой сдаче их в плен. Напротив, там ужесточили всё, что только можно. Прекрасно понимая, что «достать» корабль, который находится почти что на границе атмосферы, они всё равно продолжали упорствовать в том, что «да что вы нам сделаете!». И все эти заградотряды и прочее — вовсе не было шуткой — через при помощи отличной оптики корабля на самом деле было видно, как какое-то подразделение украинской армии, которое хотело сдаться, на самом деле расстреляли сзади, в спину. На другом участке фронта и вовсе завязался бой между теми, кто хотел сдаться, и теми, кто им не давал этого сделать. В общем, дела на фронте обстояли далеко не так хорошо, как хотелось бы всем...       Несмотря на то, что Изабелла была не на вахте, она вернулась на мостик и села в командирское кресло. На мониторах прокручивались данные о том, что было там, «внизу». Украина старательно замалчивала данные о своих потерях, рисуя откровенную ложь. Армия России уверенно выходила на оперативный простор.       «Всё это неправильно! Это ведь один народ!», — думала Изабелла. Ей раньше приходилось видеть украинцев, дома, в Париже. Да, среди них были разные люди, и далеко не все они поддерживали тот переворот, что там у них случился. Да и сами французы тоже по-разному к этому относились. Вот, например, какой-то бывший генерал, кстати, из бывших русских эмигрантов, призывал ударить по России. Насколько Изабелла знала, его потом чуть не избили какие-то ребята, которые были в форме с эмблемами «Нормандии-Неман». В общем, похоже, что из-за Украины весь мир просто сошёл с ума, и это было очень плохо. В одном, Алексей был прав — это надо было заканчивать. Только вот, как именно — этого не знал никто. Но было понятно, что если не закончить этот конфликт в ближайшее время, он легко может перерасти в большую, глобальную войну…       «Даже то, что ребята достали этого их президента, не так уж и помогло. Хотя, он сам тогда сказал, что уже просто ни за что не отвечает. Но что же делать? Что? Конечно, если шеф найдёт выход, это будет хорошо. А если нет? Он ведь только человек — такой же, как и они все. Такой же, как и она. Неужели, выхода нет?». Изабелла не хотела войны. Она очень хотела ещё увидеть все те чудеса космоса, о которых столько рассказывал Алексей, побывать на других планетах… Этот полёт «Стремительного» был не в счёт — они специально старались летать там, где был минимальный вариант кого-то встретить. А то, что в Галактике есть и другие цивилизации, она видела и сама — взять тот первый полёт на «Буране», когда их атаковали чужие корабли… В общем, Изабелла очень сильно хотела, чтобы люди вышли в большой космос. Так что — она тоже была заинтересована в скорейшем завершении конфликта…       – Командир на мостике! — раздался голос Софийского.       Изабелла подняла голову. На мостик вошёл Алексей. Вид у него был совершенно отдохнувший, на лице блуждала довольно странная улыбка, которую любой, кто знал шефа, мог посчитать угрожающей.       – Артём, можешь дать мне конференц-связь с лидерами Европы и США? Хочу с ними культурно поговорить. Как мне кажется, они до сих пор не поняли, что именно творят. Надо им это объяснить.       – Шеф, но сейчас там у них ночь, спят все!       – Вот и хорошо. Так будет проще убедить их в моей серьёзности.       – Принял, шеф. Сейчас сделаю.       Наверное, сейчас у всех этих «лидеров» сейчас было очень «весело» в их «апартаментах». Вызов на связь, от неизвестного абонента, к тому же — по прямой видеосвязи. Тут уж, как говорится, хочешь-не хочешь, а ответить придётся. Так что, с обзорного экрана, разделённого сейчас на секции, на Алексея взглянули несколько очень раздражённых лиц.       – Господа! — жизнерадостно произнёс Алексей. — Я рад, что вы решили почтить меня своим вниманием. Собственно, ради этого я вас и разбудил. Но, как бы то ни было, дело срочное и важное. Я прекрасно знаю, что именно вы все стоите за войной на Украине. Вы обязаны прекратить её!       – За войной стоит Россия и лично Путин! — начал было говорить такой… совершенно никакой человек с большой лысиной. Говорил он по-немецки, но синхронный перевод мгновенно переводил это на русский.       – Ай-ай-ай, как Вам не стыдно врать! Более того, не просто врать, а повторять ложь другого человека. Или за дедушку обидно? Так никто его в СССР не звал, он сам пришёл. Так что — не надо ерунды говорить. Все мы знаем, кто снабжал Украину оружием, боеприпасами и инструкторами. Ещё кто-то желает высказаться?       – Как Вы смеете! — начал было говорить тот, кого уже успели прозвать «дедом на перфокартах». — Как Вы смеете оскорблять даже мыслями об этом нашего… — он «завис», подбирая слова.       – Да никого я не оскорбляю. Только мне вот интересно — откуда на территории Украины было так много американских военных? Не подскажете? Ладно, мне тут с вами болтать не особенно интересно. Я предлагаю ультиматум. Дело в том, что у меня на борту есть пара десятков ракет с термоядерными боеголовками. И вот что я думаю — или вы в течение часа уговариваете, заставляете, принуждаете, или делаете, что хотите, но заставляете украинцев сложить оружие и выдать всех военных преступников, или… Скажем так, я могу по Вашим столицам и нескольким крупным городам отправить… «преведы». Ракет у меня как раз хватит. Как уж Вы, господин президент, выразились-то? Это просто ракета, но её нельзя перехватить? Так вот, у меня тут все ракеты, которые нельзя перехватить. Летят они на десяти Махах, И, если что — я только что выжег лазерами несколько сотен украинских военных, которые отказались сложить оружие. Так что, я не думаю, что я не смогу ударить по вам! У вас два часа времени! Можете думать, что и как! — и Алексей оборвал связь.       – Но у нас ведь нет таких ракет, — сказала Изабелла.       – Но они этого не знают. Пусть думают, что они у меня есть, и что я по ним ударю. Может, хоть немного поумнеют…       Тем временем, «дед на перфокартах», ломая пальцы, набирал коды конференц-связи с «коллегами». Только вот, он никак не мог ни с кем связаться. После того, как примчался секретарь, оказалось, что он набирал коды на пульте от телевизора. Потом разговор всё же состоялся.       – И что вы планируете делать? — сходу спросил американец. — Сдаваться?       – Хотелось бы, — честно сказал немец. — Он ведь верно говорит всё. А если ещё и ракетами ударит…       – Я приглашу его на встречу. Мне тут рассказали, что он любит разговаривать лично. Вот тут его мои ребята и возьмут. Тёпленьким. А дальше — как получится. В самом худшем случае, мы получим этот их корабль. Он нам пригодится — например, против России…       – Идея хорошая, — сказал француз. — А что мы от всего этого получим?       – Как что? А когда это США обманывали своих партнёров?       Было понятно, что именно хотел сказать француз, но деда это уже не особо интересовало. Он отключился и попросил секретаря набрать другой номер…       – Нас просят на связь США, — сказал Артём.       – Выведи на экран.       – Господин Командующий? — появился экране «дед»?       – Он самый, — ответил Алексей. — Вы готовы выполнить мои условия?       – Да, но сначала мне бы пообщаться с Вами лично. С глазу, так сказать, на глаз. Это ведь можно устроить? В конце концов, именно наша страна сделала так много для Вашей организации…       – Хорошо, я буду на лужайке перед Белым Домом в течение двух часов, — и Командующий отключил связь.       – Ты с ума сошёл? — спросила Изабелла. — Это ведь ловушка!       – Я знаю.       – И что будешь делать?       – Ну, я, к счастью, не такой идеалист, как герцог Лето, так что постараюсь вывернуть ситуацию в наше положение. А значит, мы сделаем так…       Полтора часа спустя. Лужайка перед Белым Домом…       Он ждал. Он был не один. С ним была вся его охрана, и ещё несколько человек, которых он совершенно точно не знал, но которые постоянно приходили, куда бы он не собрался. Несмотря на то, что он гнал их от себя, обещал выдать их охране, обещал им все кары небесные — они всё равно не уходили. Так и сейчас — он ждал этого… русского выскочку, а эти странные личности, снова были тут, как тут. Он уже несколько раз говорил начальнику охраны, чтобы тот хотя бы проверил их документы, или журналистские аккредитации, но тот как-то странно смотрел на него и уверял, что тут больше никого нет. И только после того, как он пообещал уволить его, начальник охраны пошёл в сторону этих людей. Те, собственно, никак не отреагировали.       Президент посмотрел на часы. Вроде, русский говорил о том, что будет в районе двух часов. Полтора уже прошли. Значит, он должен был вот-вот появиться. Собственно, всё было готово. Как только он спустится из своего… корабля — просто ему очень долго объясняли, что этот эсминец может летать. Но нет, его не провести — морские корабли летать не умеют! Значит, он прилетит на каком-то частном самолёте. Вот и всё, зачем ему голову морочили? Придумают то же — эсминец! Вот как будто, он эсминцев не видел! Вот, помнится, его дел эсминцем командовал! Или это был не его дел? Но, кто-то ведь эсминцем командовал! Может, тот мужик из кино, которое они с кем-то смотрели буквально вчера? Вот ведь… Ладно, в общем, как только этот русский спустится по трапу, его тут же арестуют. А потом команда «котиков» захватит самолёт. Делов-то! И не будет никакой русской угрозы!       Внезапно, с неба раздался какой-то звук. Ага, вот и самолёт! Сейчас он приблизится… Что это?! Это самолёт? Но почему он такой большой? И что это за дикий рёв от него доносится? Это ведь точно не звук двигателей! Ведь он немало налетал на своём «Борте номер один», чтобы запомнить, как звучат двигатели! А звук с неба становился всё более знакомым… О, вспомнил! Это же «Полёт Валькирий»! А при чём тут Вьетнам? Эти люди что — сейчас тут обстрел устроят, как там? Да, помнится, он и сам летал на вертолёте во Вьетнаме… Или это был не он? Хотя, это и неважно! Надо спасаться!       – Ложись! — заорал президент США и попробовал упасть ничком в траву.       К счастью, начальник охраны не дал ему этого сделать. Он торопливо объяснил президенту, что это просто музыка, что тот, кто включил её, просто, скорее всего, любит летать под музыку, и ничего более. Президент выдохнул после того, как эта громадина — серьёзно, этот «самолёт» был на самом деле огромным! — плавно, но с едва слышным свистом двигателей опустилась на площадку. Охранники приготовились «работать». Открылся люк в носу корабля. Выехал трап. Только вот, как оказалось, Командующий там был не один. У него за спиной стояли несколько здоровяков в боевых скафандрах с автоматическими пушками наготове. Было понятно, что любая попытка штурма корабля закончится прямо на его трапе, если не раньше — тем, что штурмующие просто превратятся в фарш. Так что, Командующий совершенно спокойно спустился по трапу и подошёл к президенту. Трап тут же был поднят, а люк — заперт.       – Здравствуйте, господин президент, — на вполне хорошем английском обратился Командующий. — Мне на самом деле надо с Вами поговорить о том, что вообще происходит в мире. Просто политика США, которую ведёте лично Вы, фактически толкает Землю к большой войне. К большой войне, в которой просто никто не выживет. И я хотел бы, чтобы Вы, пока это не поздно, это поняли и прекратили это делать.       – Да что ты такое несешь? Америка — самая великая страна в мире! Я управляю ей так, как я и должен это делать! Неужели мнение какого-то русского должно приниматься в расчёт?       – Я говорю Вам довольно вежливо о том, что та политика очернения России и той травли, которую Вы тут устроили, ни к чему хорошему не приведёт. Вы просто обязаны прекратить всё то, что Вы сейчас делаете. А ещё лучше будет, если Вы сложите с себя полномочия президента. Поверьте, это будет благом, и для Вас — и для страны.       – Слушай, сейчас мои люди тебя арестуют — и тебя уже больше никто никогда не увидит. Ты хоть понимаешь, что ты сейчас подрываешь сами основы всего того, на чём стоит Америка?       – Нет, это Вы их порываете. Наркотики, «повесточка», развращение общества и превращение его в такое… «стадо». Зачем Вы это делаете? Какова Ваша цель?       – Моя цель — сделать так, чтобы все жили так, как приказывает им Америка! Мы — самая главная страна, мы — самая избранная нация! А тебя, русский выскочка, мы просто упрячем туда, где никогда не светит Солнце!       – Это будет самая большая ошибка в Вашей жизни. Если Вы это сделаете, то через сорок восемь часов, Вы просто лишитесь власти. А я спокойно выйду на свободу. Это я могу Вам гарантировать!       – Этого не будет! Ты сгниёшь в тюрьме! Тебя ни на кого не обменяют!       – Поверьте мне, Вы очень сильно ошибаетесь… я Вам даю сорок восемь часов. И, знаете… Ваш народ не оценит того, чем Вы занимаетесь. Они всё же, неглупые люди, в большинстве своём!       – Народ? Народ — это быдло! И мы стараемся, чтобы свести их всех к состоянию быдла. Пусть принимают наркотики, пусть творят, что хотят, но не лезут во власть и политику! Мы сделаем их счастливыми! Тупыми и счастливыми!       – Ох, зря Вы так… Зря!       Может, он что-то и ответил бы, но тут из Белого Дома выскочил какой-то человек и буквально затараторил:       – Господин Президент! Там по ТВ показывают Вас и всё то, что Вы говорите…       Он посмотрел на Командующего:       – Как? Как ты это сделал?       – Я? Никак. Просто там — он показал на стоящий рядом корабль. — Довольно хорошие камеры. С их помощью, можно с орбиты увидеть экран смартфона. И микрофоны очень чувствительные. Можно с высоты в пару километров услышать, как мышка пукает. Так что, нет ничего удивительного, что мои инженеры просто фиксируют всё, что Вы говорите и гонят это на все ваши телеканалы и на Youtube — просто так, до кучи. Просто — с врагом все средства хороши!       – Уведите его! Уведите как можно дальше! И остановите это! Сбейте или захватите этот корабль! Это всё должно завершиться!       – Одну секунду, — сказал Командующий. — Я не советовал бы стрелять в корабль. Дело в том, что может автоответ сработать. Вы из автомата — а оттуда лазером прилетит. А о том, как лазер по людям работает, могут хорошо рассказать, например, украинцы…       Зубами «дед» скрипел очень громко. Только вот толку от этого не было — потому, что корабль, почти беззвучно оторвался от земли (что было очень неожиданно в исполнении такой махины), после чего, заложив очень крутой вираж, ушёл куда-то в сторону заката.       – Ну что — теперь ты в моей власти! — снова «завёл пластинку» президент США. — Ты хоть понимаешь, что я могу отправить тебя в одну из тюрем АНБ, откуда просто не возвращаются?       – Вы хоть понимаете, что теперь счёт у вас на самом деле пошёл на часы? — в тон ему ответил Командующий. — Я ведь не шучу с такими вещами.       Стоит ли говорить, что после этих слов, на Командующего буквально налетели несколько агентов Секретной Службы? Налетели — и буквально столкнулись друг с другом в воздухе. Командующий как-то успел отойти в сторону и тихо сказал:       – Можете не проявлять такого энтузиазма. Вам всё равно за него не заплатят. Я пойду сам. Добровольно.       Они провели его до ожидавшей машины. Посадили на задний диван, между двумя агентами. Машина поехала. Так как задние окна не были прозрачны, Командующий просто не мог видеть, куда именно его везут. А так как агенты не были расположены развлекать его шутками и тому подобными вещами, Алексей просто опустил голову на грудь и… уснул. Уснул безмятежным сном праведника. Сказать, что агенты от этого… несколько опешили — значит, не сказать ничего. В первый раз они видели, чтобы просто смертный человек, при виде агентов АНБ вёл себя так. Ведь это же была настолько ужасонаводящая контора, что про неё знали даже за рубежом! Даже в заснеженной России про неё просто обязаны были слышать! А этот просто взял — и заснул…       Ехали они довольно долго, один из агентов даже позавидовал этому русскому — он-то мог себе спать, сколько угодно. А вот если бы он, агент, закрыл глаза хоть на минуту… Где гарантия, что на него не «настучит» коллега справа? Этот Джонсон и так как-то косо на него смотрит — не понравилось, что не стал отвечать на его заигрывания. Ведь ясно же ему сказал, что не интересует эта содомия, а он тут же начал гундеть, что «цену набиваю»… Всё же, им, русским, в этом плане, как-то даже легче — такого у них нет…       Тем не менее, всему приходит конец, закончилась и эта поездка. Русский открыл глаза примерно за мгновение до того, как машина остановилась около неприметного здания в одном из пригородов Вашингтона. Он вышел из машины вслед за охранником и осмотрелся. Это был довольно скромный район. Дома стояли довольно редко, район сам по себе выглядел безлюдным и заброшенным. Собственно, это было ожидаемо, с учётом того, что одна из тайных тюрем АНБ находилась где-то здесь.       Его провели в здание. Как и ожидалось, в здании был лифт, уходящий куда-то очень и очень глубоко. Командующий вздохнул. В этом вздохе будто прозвучало: «Вот только входа в «Улей» мне тут не хватало только…». Охранники переглянулись. Обычно те, кого они привозили сюда, вели себя совершенно иначе. Они как-то пытались сопротивляться, как-то хотели убежать, но этот… Этот просто смотрел на них с видом высокого морального превосходства. Такое ощущение, что это не они его конвоировали — а он их! Но, это ведь было неправильно!       Наконец, лифт опустился на нужный уровень. Не на самый низ, но — на глубину около ста метров. Охранникам тут всегда было очень неуютно — все эти метры очень хорошо давили на психику. А вот русскому это было совершенно всё равно. Они провели его дальше. Дальше был очередной «аттракцион» этой «фабрики по ломанию личности». Надо было полностью раздеться для осмотра. Собственно, Джонсон уже представлял себе это унижение для русского. Ведь они все настолько «закрытые», что дальше просто некуда. Он уже даже подумал, как будет сбивать спесь с этого русского шокером. Тем не менее, русский не захотел, наверное, никого веселить, и вскоре стоял перед рамкой металлодетектора совершенно голый. Он прошёл её несколько раз, и понятное дело, что рамка даже не пискнула. Шоу не удалось. Русскому выдали бельё, футболку и робу оранжевого цвета. Собственно, то, что он очень быстро оделся, было уже даже не интересно. Его повели в камеру. И вот тут-то Джонсон точно, был уверен в том, что сейчас совершенно точно что-то да будет. Ну, просто не получится, чтобы хотя бы сейчас этот русский не отреагировал! Ну, не может такого просто быть!       Камера. Размерами три на два метра. Примитивный санузел с умывальником. Койка — ровно шесть футов. С учётом почти что двухметрового роста русского, Джонсон уже радовался тому, как тот будет страдать. И — «вишенка на торте». Забранная под решётку лампочка мощностью сто ватт. Лампочка, которая никогда не выключается. В камере круглые сутки было светло, как днём. Понятное дело, что спать при таких условиях совершенно точно не получится. Интересно, как быстро у этого русского начнёт «ехать крыша»? Издевательски пожелав русскому спокойных снов, Джонсон и напарник удалились, заперев за собой дверь. Ночь обещала быть интересной…       Командующий лёг на койку. Понятное дело, что длинные ноги там совершенно не помещались. Более того, яркий свет тоже как-то не особо располагал ко сну. И это было… нехорошо. Не смертельно, конечно, так как эта проблема была… решаема. Так что, её надо было решать, чем Командующий и занялся…       Он закрыл глаза и полностью расслабился. И случилось то, чего он и хотел. Лампочка, заключённая под довольно толстую решётку, просто… погасла. Не было никаких «спецэффектов», или чего-то подобного. Она просто погасла. Так, как будто отрезали питание. Или, как будто перегорела нить накала… в камере стало темно. Тогда Командующий просто вытянул ноги. Раздался громкий треск, после чего что-то упало, а на лице, если бы его было видно, расплылась широкая улыбка. И Командующий всеми Силами Обороны Земли просто и спокойно заснул…       Понятное дело, что утро началось не с кофе. Началось оно с отборного мата. Матерились охранники, изо всех сил пытаясь узнать, что именно случилось ночью в камере. Орали они так знатно, так громко, что Командующий, недолго думая, просто начал на всё отвечать с улыбкой «I don’t understand you!». И это при том, что ещё накануне, он прекрасно говорил на чистейшем английском языке. Понятное дело, что охрана и рада была бы что-то с ним сделать, но вот что? Накануне они уже пробовали избить его — но так и не смогли по нему ни разу попасть. Теперь же… теперь же их вообще что-то останавливало от каких-либо враждебных действия в его адрес. Был у него какой-то очень странный вид… Тем не менее, приказ есть приказ. А приказ гласил, что этот русский должен отсюда выйти не иначе как в состоянии овоща. Так что — это надо было как-то обеспечить, несмотря на то что Смит — другой охранник понимал, что он делает что-то неправильное…       Русского на время удалось вывести из камеры — жестами ему показали, что надо пойти в душевую. Был план запустить в душ, пока он там мылся, кого-то из беспредельщиков с более низкого уровня, но в последнюю минуту от этого решения отказались — просто все разом поняли, что ничего хорошего из этого не получится. И не для русского — а для беспредельщиков. А может быть, и для начальника этого учреждения. Так что — решили просто не рисковать. Тем не менее, у начальника тюрьмы был ещё один вариант, который гарантировал русскому несколько совершенно бессонных ночей. А уж после того, как он не поспит несколько недель, с ним и в самом деле можно будет делать просто всё, что угодно…       После того, как русский вышел из душевой, ему начали что-то снова показывать знаками. Он не выдержал этой пантомимы (на самом деле, ему очень сильно хотелось смеяться) и просто спросил:       – Так чего именно вы хотите-то?       – А… ты по-нашему балакаешь?       – Да. И говорю, и понимаю. Так чего хотели-то?       – А что утром не говорил?       – Не люблю, когда орут и несут чушь какую-то. Так чего надо-то?       – Тебя это… в другую камеру переводят.       – А что так? Решили сделать так, чтобы я не страдал от горящих ламп и короткой кровати?       – Ну… типа того…       – Хорошо. Ведите!       До другой камеры было недалеко — не более десяти метров от душевой. Всё такая же могучая дверь, но внутри уже какие-то претензии на уют — мягкие полы, кремовая обивка стен и потолка, ламп нигде особо не видно, есть нормальная мебель — и даже вполне себе приличного размера. А вот то, что стены на ощупь оказались… мягкими, наводило на определённые мысли. Командующий хмыкнул, постаравшись не засмеяться и повернулся к охранникам.       – Красота-то какая! Лепота! — произнёс он на чистом русском, от чего охранники просто… оказались в недоумении.       Как только за ними захлопнулась дверь, Алексей просто упал на диван и заржал. Кажется, последняя ночь в этом месте обещала быть интересной. Ну, вечер, по крайней мере –точно. Конечно же, он не ошибся. Примерно через минут двадцать в камере заиграла музыка. В принципе, ничего особенного — что-то классическое. Алексей не считал себя знатоком классической музыки. Он знал Вагнера — как и многие, кто летал в космос, Чайковского и, наверное, Бетховена — просто довольно часто ему доводилось слушать, например, «Лунную сонату». Так что, опознать вот так, сходу, что именно сейчас играет, он не мог. Но, композиция была довольно приятной. Жаль, что потом, как он понимал, включат что-то… не настолько приятное…       Собственно, то, что читал и слышал Алексей о «музыкальных шкатулках», оказалось истиной. После ещё нескольких вполне себе приятных композиций, в комнате раздалось что-то непотребное. Какой-то не особо приятный голос начал читать текст про оральный секс, клубы и прочие малоприятные вещи. Ну, а раз дело дошло до такого, то надо было заканчивать…       Алексей максимально удобно устроился на полу, прислонившись спиной к дивану, закрыл глаза и стал… буквально вслушиваться в то, что происходило в камере. Вскоре он снова хмыкнул, а «музыка» просто оборвалась на полуслове. Понятное дело, что теперь возобновить всё это дело было… весьма непростой задачей. Собственно, как ему и было нужно. Что касается света, то он погас точно так же, как и в прошлый раз. А так как всё равно более никаких дел у Алексея просто не было, он растянулся на койке во весь свой рост и приказал себя заснуть. Он знал, что следующее утро будет… интересным.       – С добрым утром! — раздался очень знакомый голос.       Алексей открыл глаза и увидел своё искажённое отражение в лицевом щитке шлема. Как только он присмотрелся, щиток уполз вверх, под шлем скафандра, и на него взглянули серые глаза на очень милом лице.       – Привет, любимая, — сказал Алексей Изабелле. — Всё прошло, как мы и планировали?       – На самом деле — даже лучше. Несколько взводов Мобольной Пехоты, которые помогли прошлому президенту восстановить власть, отработали просто на отлично. Обошлось почти без стрельбы. Сам понимаешь, что против нашего оружия и техники никто особо не желает спорить.       – Ну да, кроме нескольких упоротых типов.       – Верно. Тем не менее, как только наши парни подошли к Белому Дому, тот «дед» сам решил сложить с себя полномочия. Правда, говорить, куда именно он дел тебя, он отказывался наотрез.       – И ты?       – Да нет, конечно. Я же не изверг. Он очень быстро сам всё выложил после того, как Дженкинс выдвинул те самые «когти росомахи». Что — с ними какая-то история связана что ли?       – Ну, и не одна. Особенно тут, в США.       – В общем, «дед» довольно быстро рассказал, что и как, после чего… в общем, Дженкинс очень быстро загерметизировал свой скафандр, а я и вовсе щиток не поднимала. А потом мы рванули сюда. И, кстати, местные оказались такими добрыми… С чего бы это?       – Ну, им не особо понравилось, что я в двух камерах проводку пережёг. Наверное, они решили, что не давать человеку спать — в порядке вещей…       – Бедняги…       Вместе они вышли из здания, под которым находилась «секретная тюрьма». Снаружи было видно, что, может, «дед» и рассказал, куда именно дели Алексея, но вот озаботиться тем, чтобы попросить его отпустить, он явно, не захотел. Тут был самый настоящий штурм. Довольно толстую дверь выжигали при помощи лазера, несколько людей в странной форме лежали, прошитые его лучом. Как потом рассказала Изабелла, после того, как дверь не выдержала, эти люди решили атаковать десантников при помощи штатного оружия, а те ответили — при помощи того же лазера… На улице, около дома, стоял один из носителей, его двигатели лениво работали на холостом ходу…       Оказавшись на борту, Алексей спросил:       – Теперь домой?       – Сначала в Белый Дом. Тебя хотят поблагодарить за помощь. Так что, пока летим, пока покрутимся над Белым Домом, прими душ и переоденься что ли…       – Хорошо. Но, надо ли это всё?       – Ну, этот президент сказал, что он горд знакомством с тобой… Так что хочет поблагодарить тебя лично…       – Ладно. Просто, как я понимаю, ему просто выгодно дружить с нашей конторой, вот и всё. Но, раз просит… Хорошо, в общем…       На самом деле, Командующий так быстро привёл себя в порядок, что носитель даже не успел лечь на второй круг — на самом деле, тюрьма от Белого Дома была не так уж и далеко. Тем более, для носителя. Быстро натянув на себя комбинезон (носитель бы «командирский»), Алексей завязал ботинки и, застегнув на талии ремень с кобурой, был готов.       – Ну что, пошли. Засвидетельствуем ему почтение…       В Белом Доме их ждали. Специально обученный человек провёл их в кабинет, где сидел президент США. Он вскочил из-за стола, и начал благодарить.       – Спасибо вам! Спасибо вам за то, что помогаете мне сделать Америку снова великой! Это очень важно для нам для всех!       – Всегда пожалуйста, — не особенно весело ответил Алексей. — Теперь осталось только прекратить поддерживать Украину — и всё будет хорошо.       – Конечно. Я распоряжусь провести полную проверку потраченных на неё средств. Ведь я просто уверен, что мой предшественник через эту «чёрную дыру» буквально отмывал огромные средства!       – На самом деле неважно, кто и что там отмывал. Просто если прекратить поддержку их режима, то конфликт угаснет сам собой. Их президент уже сейчас даёт показания нашей контрразведке.       – Хорошо. Поддержка им будет прекращена буквально сегодня же!       – Большое спасибо Вам…       На самом деле, как только носитель привёз нас домой, оказалось, что поддержка Украины со стороны США… закончилась. На следующий день транспортник RAF, что вёз что-то из Англии, был перехвачен парой «Ястребов» и посажен на территории Белоруссии. В эфир тут же вышел очередной премьер Англии и попробовал возмутиться. Попробовал — потому, что в его кабинет ворвалась пара вежливых людей в боевой броне и вежливо попросили его не заниматься ерундой, а заняться своей страной. Правильно говорят — «Вежливость — страшная сила». После этого от Англии никаких проблем не было. Наверное, рота вежливых людей, что оперативно высадилась в Хитроу, была очень убедительной. Конечно, в каких-то странах кто-то ещё пробовал говорить о том, что «Россия плохая», но… говорили они это очень тихо. Так тихо, что сами себя едва слышали. Особенно тихо они стали говорить после того, как над некоторыми странами, с целью «визита вежливости», медленно и величаво прошёл «Стремительный». Нет, всё же, вид боевого корабля в небе столицы той или иной страны, очень хорошо остужает «горячие головы». Особенно, когда после пролёта этого корабля рассказывают и показывают о том, что бывает с теми, кто считает, что «они же не будут стрелять!»…       Но, несмотря ни на что, несмотря на то, что поддержки с Запада более не было, армия Украины сдаваться не собиралась…       – Я же говорил, что они не сдадутся, — Владимир Зеленский сильно похудел, но, после полной детоксикации организма он уже почти не был похож на наркомана с большим стажем. — Понимаете, они мне особо и не подчинялись. Там сейчас главный этот… Залужный. А «зам по информации» у него Люся…       – Какая ещё Люся?       – Да не «какая», а «какой». Алексей Арестович. Просто прозвище у него — Люся. Сыграл он Люсю Карамельку, вот и привязалось. Так вот, они на самом деле Россию ненавидят и готовы гнать людей на убой, снова и снова…       – А что — те не могут ничего сделать?       – Так заградотряды, семьи в заложниках, и так далее. В общем, их хорошо обучили…       – Их, говорите? А лично Вы ни к чему этому не причастны?       – Я? Что вы! Я просто актёр! Что мне говорили, то я и делал. Я вообще не при делах!       – Ну, Вас мы ещё проверим. А с этими Залужными и прочими надо будет пообщаться…       На следующее утро…       – И что не так? Почему я лично не могу туда отправиться? Ведь, когда брали их президента, моё участи даже никто не оспаривал!       – Наверное, потому, что на борту «Стремительного» было мало личного состава? И в той ситуации ты на самом деле мог показать всё, на что способен. Но тут-то — рядовая операция. Парни отлично справятся сами. И вообще — ты командир, или кто?       – Да понимаю я всё. Просто сидеть тут и ничего не делать — не нравится мне. Очень сильно не нравится. Я действовать привык, а не сидеть просто так…       – Но ведь ты не просто так сидишь, ты сам спланировал всю операцию, ты сам видишь, что и как там происходит. Ты можешь дать им ценные советы, если что-то пойдёт не так…       – Да. Только мне было бы спокойнее, если бы я был там. И да, я всё понимаю. Просто… не нравится мне сидеть вот так, когда наши парни там рискуют. Блин, я даже во время чисток Европы так не нервничал!       – Понимаю. Но всё будет хорошо…       Где-то на Банковой…       – Слушай, Люся, нам надо что-то новое. Что-то, что будет действовать безотказно! Теперь, когда нам «отрезали» всю поддержку с Запада, надо придумать что-то такое, что позволит нам продержаться ещё какое-то время. Хотя бы, чтобы хватило решить, куда именно бежать будем…       – Куда бежать-то? Скорее всего, США нас банально не примут. В Европу? Так там тоже теперь на нашего брата как-то нехорошо смотрят. На Польшу даже смотреть не хочется… Так что, я даже и не знаю, куда именно бежать-то…       – Я пока подумаю. Может, намекнуть Штатам, что мы что-то про них знаем? Хотя, там теперь всё руководство сменилось. С другой стороны, если заявить, что мы знаем что-то, что их просто опорочит? Например, намекнуть про лаборатории, что они тут открывали…       – Кстати, это идея, Валера!       – Ты про то, чтобы намекнуть им про лаборатории?       – Нет, я про сами лаборатории! Там ведь, по-любому, осталось что-то, что мы смогли бы против русских использовать! Представь себе, какую можно там, в России эпидемию устроить! Представь себе, как они там перемрут все! И мы победим!       – Люся, ты идиот? Мы же генетически, такие же, как и они. Выпустим какой-нибудь вирус — сами же и передохнем! Давай лучше, пропагандой занимайся — больше пользы будет.       – Хорошо. Так, про то, что у них проблемы с новым оружием, мы уже писали?       – Тебе самому не смешно? После того, как они пригнали космический, блин, корабль, в это уже просто никто не поверит!       – А если написать о том, что русским солдатам выдают «виагру», чтобы они насиловали всё, что движется?       – А что не движется — то двигали и насиловали?       – Да! Как ты угадал?       – Это анекдот такой есть… Но, вообще, Люся, что-то такое в этом есть…       Правда, довести до конца этот, без сомнения, высокоинтеллектуальный разговор, им просто не дали. В дверь интеллигентно постучали.       – Войдите! — сказал министр незалэжной обороны, Залужный.       Дверь просто снесло с петель. В кабинет зашли двое, и там сразу же стало тесно. Просто на вошедших были надеты боевые скафандры, которые очень сильно прибавляли им роста и объёма. То, что они держали в руках, не имело никакого отношения к ручному стрелковому оружию, больше напоминая снятые со станков автоматические пушки. И «главный по войне» внезапно понял, что это — вовсе не армия НАТО, о помощи которой он так сильно мечтал. Это были те самые десантники из Мобильной Пехоты, которая помогала русским. А это значило, что всё… Они проиграли. Залужный внезапно утратил контроль над мочевым пузырём.       – Серый, заканчивай ты уже эти шуточки, — обратился один десантник к другому. — нормально же было всё, а теперь вот тащи этого на себе…       – Нет, а что они про нашу армию гадости придумывают? Даже слушать противно было! И да, потащу, так как шеф приказал доставить их живыми…       Спустя несколько дней…       На самом деле, все захваченные украинские «шишки» наговорили очень много. Они с удовольствием сдавала друг друга, думая, что именно такими образом им удастся «отмазаться». Тем не менее, так как с ними со всеми работали очень квалифицированные следователи, особого толку от их «отмазок» не было. В итоге, помимо этих «бонз», точно так же пришлось арестовать ещё и нескольких «глав государств». Собственно, это оказалось не так уж и сложно — в самом-то деле, кто попробует остановить людей в боевой броне, которые около года назад «зачистили» всю Европу? Нет, «горячие головы», конечною, порой встречались, но толку от этого особо не было. После первого нападения на одну из таких групп, Алексей просто приказал «Валькириям» прикрывать десант. Ну и, как говорится — «дурных нема!». Ибо атаковать группу из двух закованных в броню десантников, которых прикрывает ещё и звено аэрокосмических истребителей — ну, наверное, очень извращённый способ самоубийства…       А потом все, включая и «деда на перфокартах», оказались на скамье подсудимых. И вот тут возникла проблема. Дело в том, что вины на них было, не меньше, чем на тех, кто начал Великую Отечественную войну. Только вот, в России был введён мораторий на смертную казнь. Давать им всем пожизненное заключение? И кормить за счёт страны? Понятное дело, что для кого-то это «пожизненное» будет очень и очень коротким — например, «дед» едва ли протянет ещё два-три года. А остальные? Например, даже «зелёный Вова», несмотря на годы злоупотребления кокаином, запросто мог прожить ещё довольно долго. Его команда из «95-го квартала» тоже вполне неплохо себя чувствовала. Да и некоторые другие, кто тоже успел отличиться на ниве «разжигания войны» — тоже были вполне себе «огурцом». И с ними надо было что-то решать…       Командующий имел довольно долгую беседу с Президентом России и лидерами республик, которые очень сильно пострадали от действий Украины. Понятное дело, что последние очень активно «топили» именно за то, чтобы переправить этих «людей» в республики, в которых как раз и не было моратория на смертную казнь. Президент России говорил о гуманизме и тому подобных вещах, после чего Алексей сказал:       – А что, если заставить их заниматься тем, что потом пригодится нам? Например, есть такая планета, как Меркурий. Там на самом деле, очень много всего того, что пригодится. Всего полезного там очень и очень много. Понятное дело, что прежде, чем что-то добывать, там надо устроить базу. А процесс это — сложный и опасный. Вот и отправить их туда, чтобы строили базу и постепенно добывали для нас ресурсы…       – А это не слишком антигуманно? — хитро посмотрел на Алексея Президент.       – Конечно же, нет. У них будет всё — системы жизнеобеспечения, к ним будут прибывать автоматические корабли, например, с продуктами и тому подобными вещами…. Понятное дело, что им придётся трудиться — и, на самом деле, трудиться очень и очень много, но… Если учесть, что именно они сделали, если вспомнить их отношение к нашей стране — то ответ, на самом деле, очень мягкий и добрый. К тому же, проживут они — если, конечно, хорошо работать будут — довольно долго. Гравитация там сильно меньше, так что…       На том, собственно, и порешили. Самое интересное, что адвокаты, которых как-то всё же успели нанять себе эти личности — нет, когда у тебя очень много денег, даже особо и не возражали, хотя понятно было, что, несмотря на весь гуманизм России, и Командующего Силами Обороны Земли, особенно, означал только одно — отсрочку смертной казни. Но возразить, по существу, было особо и нечего. Комиссия по тому, как будут содержаться заключённые? Да не вопрос — летите и проверяйте. Что значит, не на чем? Ну, как говорится, «нету ручек — нет и мёда». А у нас, извините, не такси, чтобы возить всех по Солнечной системе… И всё остальное — примерно в том же духе.       А на Земле, хоть и со скрипом, но начали всё же приниматься новые законы. Например, теперь любая героизация нацизма приравнивалась к военному преступлению. И даже в мирное время, наказание было таким же, как и в военное. То есть — прогулкой до ближайшей стеночки. Любая символика нацистов — в любом виде, стала военным преступлением. Всем бывшим членам разного рода организаций националистического характера и прочих — большие сроки в тюрьмах особо строгого режима. Кто-то пошутил про добычу урана, но это так шуткой и осталось — просто потому, что ничего такого уже не практиковалось. Хотя, конечно, заключенных можно было отправить много куда — чтобы они там делали хоть что-то полезное. Конечно, те, кому пришлось бы теперь управлять Украиной от имени России — понятное дело, что, кроме оккупации, других вариантов, просто не было — пришлось бы первое время править очень сурово и жёстко — просто потому, что, помимо тех нацистов, которых выловили и определили к чему-то полезному — в добровольно-принудительном порядке, было немало и тех, кто решил залечь на дно, чтобы потом продолжить заниматься «любимым делом». Так что — поначалу, Украине грозили очень и очень суровые времена. Но, с другой стороны, это было намного лучше, чем полное уничтожение украинского народа, как предлагали… некоторые «горячие головы»…       Нельзя сказать, что на Земле резко воцарился мир. Но — волей-неволей людям просто пришлось учиться жить в мире и как-то сообща решать свои проблемы. И это было хорошо. Печально было то, что для этого пришлось устроить такую жестокую «демонстрацию силы». На самом деле, Командующий всё это дело очень не любил. Вообще, для него само слово «политика», было синонимом грубого ругательства. После того, как украинский вопрос был закрыт, он снова заперся в своём кабинете, дорабатывая проект нового корабля.       Спустя полгода, на орбите появились новые верфи. Большей мощности, специально для больших кораблей. Спустя ещё несколько месяцев, там прошла торжественная церемония закладки нового корабля, которому дали имя «Синяя молния». А ещё спустя несколько недель, на орбитальной станции, с которой были отлично видны эти верфи, стояли два человека. Алексей инспектировал строительство нового корабля, попутно изучая, что идёт хорошо, а что не очень и думая, что ещё можно изменить в проекте. Президент России тоже прибыл на инспекцию — всё же, благодаря последним событиям в мире, Россия стала ведущей державой. Так что приходилось соответствовать.       – Значит, как только корабль будет готов к большому полёту, вы отправитесь туда?       – Да. Надо же узнать, что вообще происходит в Галактике. Возможно, там нас ждёт очень опасный и коварный враг — и нам придётся драться так, как не дрались ещё никогда за всю историю Земли. А может, там всё хорошо, и мы вольёмся в дружную галактическую семью. Мне, конечно, второго хотелось бы. Хватит войн, на самом деле…       – А может, не надо тогда лететь?       – Надо. Лучше знать, что нас всех ждёт там, за горизонтом. Так что — мы обязательно полетим. И обязательно вернёмся!