Часть 4

Когда Кот проскользнул в давно заброшенный чердак над старым обувным магазином, у нее уже покалывало кончики пальцев. Лихорадочный стук дождя по крыше заглушил шаги Кота. Блеклая лампа в углу позволила его тени потеряться в десятках других - от шкафа и комода, от свёртков ткани и… Она толкнула его на диван, заменяя приветствие поцелуем. Жарким. Голодным. Улыбнулась, сверкнув глазами, опускаясь на Кота, сжимая коленями его бёдра. Перебрасывая распущенные волосы на одно плечо. Вздрогнула и изогнулась от когтей, проехавшихся по ее спине. -Рад тебя видеть, - усмешка, и она прижалась к Коту плотнее - внизу. Отбивая его желание болтать. Стянула кроваво-красные перчатки зубами, палец за пальцем, проводя языком по подушечкам. Глядя в темнеющие изумрудные глаза. Дрожа от жадности, с какой он следил за ее ртом. Горлом. Зарылась в густые, шелковистые волосы, больно оттягивая их, заставляя откинуть голову. У Кота перехватило дыхание, когда она поцеловала мягкую, тёплую кожу его шеи, прямо под ухом. Ещё - ниже, ближе к краю воротника. Ещё. Он вздрогнул, и девушка поцеловала твёрдый узел в центре его горла. Лизнула. Положила ладони на его мускулистую грудь, ощущая сильные руки на своих бёдрах. Застонала, когда пылающие губы соприкоснулись, когда их языки встретились и разошлись, когда он укусил ее, когда скользнул языком по ее зубам. Она льнула к нему, ища любой контакт, любое трение. Качнула бёдрами и вспыхнула изнутри от каменной твердости в его штанах. Он вонзился в неё - ленивая твердость в ее пульсирующую мягкость, и она выгнулась, задыхаясь. Прижалась лбом к его лбу. Приподнялась, глядя на Кота сверху вниз, и провела ладонью по его плечам, животу, заставляя рельефные мышцы напрягаться. Ее тело изнывало, умоляя прекратить игры - она была такой мокрой, что тонкий шов костюма между ног казался худшей из пыток. Но девушка просунула руку между их телами, ища его. И Кот застонал, долго и низко, когда ее пальцы обхватили его через костюм. Сжались, крадя воздух из его лёгких. Черт, она так хотела этого. С того траха в библиотеке. «Будь хорошей девочкой,» - этого она не умела. Зато собиралась показать ему, насколько плохой иногда бывает. Подрагивающими пальцами расстегнула молнию на чёрном костюме. Вырисовывая ленивые круги на золотистой коже, слегка светящейся в тусклом свете. Кот поддался вперёд, позволяя ей скинуть ткань с его плеч, и она укусила его припухшую губу. Пробираясь своими дьявольскими пальцами под чёрные складки на его талии. Чтобы мучить его, как он мучил ее. Снова обхватила его член, твёрдый как сталь под ее пальцами. Сжала, почти до боли, улыбаясь под рваные вдохи Кота, и тот задрожал, когда она провела по всей его длине, восхищаясь каждым сантиметром. Облизал пересохшие губы, попытался что-то сказать. Но она повторила это движение, ещё раз, сдавливая его сильнее. Ещё. Ещё. Слишком сильно. Слишком медленно. Кот выгнулся ей навстречу, забывая дышать. Разрывая когтями обивку старого дивана. Пульсация между ее ног становилась невыносимой, и поэтому девушка склонилась ближе. Губы изогнулись в жестокой улыбке, и она прошептала, задевая губами ухо Кота, отправляя волны мурашек по его шее: -Мне тоже нравится, когда ты умоляешь. Его ответный смех хриплым жаром всколыхнул ее кровь. -И как же мне умолять тебя, коварное создание? - Она не сомневалась, что потом он заставит ее заплатить за это. Будет играть с ней, пока не устанет от ее криков. Потом. А сейчас ее пальцы чуть ослабили хватку и скользнули вверх и вниз по его члену. Снова. Быстро, мучительно. Снова. Замерли у основания. Снова. Кот зашипел, пытаясь притянуть девушки ближе, вжаться в ее сладкое, тугое тепло, но она упиралась коленями в диван, не позволяя. Снова. -Черт, - он провёл когтями по ее груди, разрезая ткань, обнажая бледную кожу и затвердевшие соски. - О, черт. - Широко распахнутые, остекленевшие от вожделения глаза встретились с ее, и она увидела, как он сдался. - Хорошо. Пожалуйста. Пожалуйста… Она впилась в его губы диким поцелуем, и ее изорванный костюм полетел на пол. В одно мгновенье. Цепляясь за широкие плечи, дрожа вместе с Котом, она прижала его к своей пылающей плоти. И при первом же его толчке в ее тело, молнии побежали по ее коже. Она тяжело дышала ему в рот, покусывая его нижнюю губу, когда он вошёл. На сантиметр. Поглаживая ее бёдра. Грудь. Кусая за шею. Глубже. Ещё, и вырвавшийся из неё стон ненадолго перекрыл шум от дождя. Девушка изогнулась, опускаясь до конца, содрогаясь от полноты ощущений, от тягучего жара в костях и от того, как восхитительно он растягивал ее. До лижущей боли в нежных внутренних мышцах. Кот надавил на ее спину, направляя, задавая темп. Плавный и глубокий, и весь ее мир сузился до толчков его члена внутри неё. Снова и снова, резче и жёстче, его зубы на ее груди, синяки на шее и рваные всхлипы в темноте. Царапины на его спине и плечах. Вспышка ослепляющей боли от его когтей, надавивших на ее соски, и девушка выгнулась дугой, рот распахнулся в немом крике, когда удовольствие взорвалось в ней радужным фейерверком. Она содрогалась, извиваясь, хватая воздух горящими губами, смутно ощущая поток семени, опаливший ее изнутри. Не чувствуя ног. Ослеплённая мерцанием звёзд на внутренней стороне век. Обессилившая, мокрая и опустошенная, уткнулась Коту в шею. Прижала ладонь к его сердцу, и губы сами собой растянулись в улыбке от его бешеных ударов. Сбивчивых и диких. Как у неё. Он оставался в ней, так глубоко и правильно. Не желая двигаться. Ни на миллиметр от ее клубнично-дымного запаха и сладкого тепла. И, хотя она этого не видела, гладя ее по спутавшимся волосам, он тоже улыбался.