✪25. На прощание

Вишнёвая девятка затормозила у дома. Я выпала наружу и помогла выбраться Егору. Его слегка шатало. К тому моменту Гоши уже с нами не было. В доме, как всегда, горело то самое знакомое окно гостиной на первом этаже, несмотря на то, что время шло уже к третьему часу ночи. Услышав шум, на ступеньки выбежал Олег, сходу обрушивая на нас целый поток из слов: – Ну наконец-то! Где вас только черти носили! Народ, а че у нас происходит с Ниночкой? Я прибегаю по твоим координатам, а она в бессознанке лежит! Ну, я её домой принёс, нашатырём поводил, а она – скок ! И вещи собирать. А самое главное – молчит! Ничего не говорит! Ну думаю, поссорились, наверное, но кто ж ей морду лица тогда так расквасил? Ох ты ж, мать! – в этот момент экзорцист заметил наконец порванную одежду, грязь на щеках и кровоподтёки. – А чего ты такой ушатанный? А ты-то какая ушатанная! Господи прости! Олег умолк. До него только сейчас дошло, что он, кажется, пропустил что-то очень важное. На крыльце за его спиной появился, опираясь на трость, Алексей Витальевич. – Егор? Что… что произошло? Почему у вас обоих такой вид? – Всё кончилось, пап… – глухо отозвался экзорцист, проходя мимо отца в гостиную нетвёрдой походкой смертельно уставшего человека. Он тяжело опустился на скрипнувший стул, закрыв лицо ладонью, и по тому, как вздрагивали в тишине его плечи, стало понятно, что он плачет. Алексей Витальевич всё понял без слов. Он подошёл к сыну, отстукивая тростью неровный ритм, придвинул стул и сел, низко опустив голову. Какое-то время они молчали. – Я любил её. Должен был разобраться с этим сам, но у меня не поднялась рука, – сказал старый экзорцист отрывистым хриплым голосом, насквозь пронизанным болью. – Прости, я хотел уберечь тебя от этого, а сделал только больнее. Он казался каким-то опустошённым и растерянным, поэтому Егор не стал давить и мучить его расспросами. Им предстоял ещё долгий разговор. Но это будет потом. *** Утро первого ноября выдалось туманным и зябким, но ветра не было. В воздухе стояла тишь. Егор отсыпался в своей комнате после вчерашнего, я сидела за круглым столиком в гостиной на первом этаже и вышивала, наблюдая украдкой, как Алексей Витальевич хозяйничает у плиты. Он оставил трость прислонённой к кухонной тумбочке, чтобы та не мешала ему в готовке, и до меня только сейчас дошло, что это след, оставленный с той минуты, когда он столкнулся с Дикой охотой лицом к лицу, с той самой роковой ночи. Я уже хотела спросить, не против ли он, чтобы я посмотрела: может, какой-то из моих заговоров в силах помочь. Но на лестнице вдруг послышался шум, будто с неё сбегало стадо динозавров. На самом деле это была всего лишь пара экзорцистов, но суеты от них было примерно столько же. – В общем, мы подумали и решили… – вдохновенно начал Олег Ерофеев. – Сделать тебе предложение, закончил за него Егор, заставляя меня впасть в ступор. – Ты станешь… экзорцистом в нашей команде? – Чеееего? – мне на миг показалось, что от неожиданности прикола я опрокину свою кружку с чаем на этого беспардонного джентльмена, но обошлось. – Ну, место Нины освободилось, вот мы и подумали, что… – тут Хусаев неловко замялся, будто его засмущали. – Свято место пусто не бывает, – ввернул своё Ерофеев. – А то пришлют из Ордена какую-нибудь штабную крысу, а тут вроде как… свои люди. – Ой, ой, давно это ты меня в свои люди записал? – Ну дак… Бортник горек, да мед его сладок. Понимать надо! Мне тут же захотелось осведомиться, а не смущает ли бесстрашных бойцов ничего? То, что я, например, ведьма? Но они казались такими по-детски радостными от того, что всю эту затею придумали, и от неловкости ситуации, от того, какие они были дурацкие, меня вдруг разобрал смех. Пришлось отвернуться к окну, подперев рукой щёку, чтобы они не обиделись ненароком. – Пфх… Я над этим подумаю, – сообщила, старательно сдерживая желание расхохотаться. – Так, молодёжь, суп дошёл, подставляйте кружечки. Алексей Витальевич плеснул каждому ароматного тыквенного крем-супа, запах которого уже давно заполнял гостиную. И всё происходящее вдруг показалось мне таким домашним, таким… нормальным. Кровавый кошмар наконец закончился, и после стольких лет эта семья могла наконец его отпустить. Мне же предстояло найти отца. Узнать, как он и что думает по поводу столь резких перемен в моей ведьминской карьере. Я вышла на крыльцо, чтобы всей грудью вдохнуть холодный утренний воздух. Стало видно, что иней покрыл опавшие за ночь листья слоем сахарной пудры. Близко была зима. Немного погодя следом за мной из дома вынырнул Егор. Сделал сначала вид, что увлечённо рассматривает что-то на горных склонах, стянутых дымкой. Потом вдруг взял меня за руку. Я по-хулигански хихикнула. Колесо года сделало очередной поворот, и теперь нам предстояло пережить тёмную его половину. Одной Богине известно, какие препятствия уготованы для нас на этом пути. Но стоя на крыльце с тёплой чашкой тыквенного супа, сжимая в своей руке широкую ладонь Егора Хусаева, я была уверена, что мы преодолеем их все.