Часть 9

Глава 9

Одна судьба у наших двух сердец:

Замрет мое — и твоему конец!

Шекспир, сонет 22

20*       Я думала, что мне будет сложно написать это письмо. Но стоило мне сесть за стол перед чистым листом бумаги, как слова сами начали ложиться строчка за строчкой, как будто давно ждали своего часа. Я поставила последнюю точку, сложила письмо в конверт, надписала адресат. А потом ещё сидела несколько часов в кабинете, глядя как за окном медленно разгорается рассвет. Мне не хотелось тратить ни одной оставшейся минуты на сон.       Под утро я вернулась в постель, легла рядом с мужем, и с улыбкой смотрела на его точёный профиль, мягко подсвеченный утренним светом из окна. Мне хотелось запомнить его лицо до мельчайших чёрточек.       У него задрожали ресницы, и я прикрыла глаза, притворяясь спящей. И почти сразу почувствовала, как его пальцы ласково убирают с моего лица прядь упавших волос. Волосы пощекотали мой нос, и я сморщила его, улыбаясь.       — Доброе утро, Джен, — прошептал Том.       — Доброе утро, милый, — я открыла глаза.       Том несколько мгновений смотрел в моё лицо, потом коснулся губами моего лба.       — Ты выглядишь усталой. Плохо спала?       — Ай, — отмахнулась я, — ничего страшного. На том свете отоспимся.       — Тогда прости, что разбудил.       — О, есть более важное дело, чем все сны на свете, — парировала я.       Том рассмеялся.       — И что это за важное дело? — спросил он, делая озадаченный вид.       Я обхватила его за шею, и перекатилась по постели, оказавшись сверху него. Наклонилась к уху и прошептала:       — Конечно же, утренний секс.

***

             — Ты точно не сможешь поехать с нами? — спросил Том за завтраком.       — Нет, к сожалению, — покачала я головой, — но ничего страшного, в другой раз.       — Может нам остаться? У тебя измученный вид.       — Нет, не нужно, правда, всё в порядке. Не беспокойся за меня, — я улыбнулась и погладила мужа по щеке.       Том поймал мою руку и приложил к своим губам. Дети переглянулись и синхронно закатили глаза.       — Мама, папа, хватит вам нежничать. Мы так опоздаем, — воскликнул Уилл.       Я усмехнулась и потрепала сына по голове.       — Всё, с папой я понежничала, теперь буду нежничать с вами, — страшным голосом прорычала я, целуя их кудрявые макушки. Дети с хохотом отбивались.       — Мама, ты что, одичала? — пропищала смешным голосом Оливия.       Я не удержалась и рассмеялась в голос.       Я вышла проводить их на крыльцо. Поцеловала на прощание Уилла и Оливию, потом крепко обняла Тома. В глазах его прятались тревога и беспокойство.       — Езжайте, — сказала я, — хорошо вам провести время.       Том поцеловал меня в губы, задержав мое лицо в ладонях. В этот момент мне было сложнее всего сдержать свои чувства, но я справилась.       Они сели в машину, и отъехали от крыльца. Дети махали мне из окна, а Том, разворачиваясь, бросил на меня очень серьезный взгляд. Я улыбнулась и подняла руку в прощальном жесте. И стояла на крыльце, пока машина не скрылась из виду.       Осталось совсем недолго. Я закрыла дом, завела машину и поехала на место. Конверт с письмом лежал в кабинете на ноутбуке Тома.       POV Том       Мы вернулись домой после ланча. Дети попросились в гости к брату с сестрой, я созвонился с Ольгой, и она сказала, что приедет забрать племянников.       Джен дома не оказалось, видимо ещё не вернулась со своей встречи.       Я вспомнил её, стоящую на крыльце, и сердце внезапно защемило от дурного предчувствия. Было что-то странное в её поведении последнюю неделю. А ещё она, кажется, надела мою старую рубашку. Так, надо позвонить, узнать, когда она вернётся.       Телефон я утром оставил в кабинете. Войдя туда, я сразу увидел белый конверт на столе и сердце тут же как будто споткнулось в груди.

Моему любимому Тому

      Я сел за стол, вскрыл конверт и развернул лист бумаги, исписанный мелким почерком Джен.       Мой милый!       Настало время рассказать тебе кое-что. Прости, что столько времени я хранила этот секрет, но ты сам поймешь, когда узнаешь, о чём речь, что рассказать это раньше было никак не возможно.       Когда мне было двадцать, я продала свою душу демону перекрестка. Продала за то, чтобы получить двадцать пять лет счастливой жизни с тобой.

*Лопата с хрустом вгрызается в жёсткую каменистую землю перекрестка. Откидывает несколько комьев земли, чтобы получилась неглубокая ямка…*

      Вполне возможно, что ты сейчас не можешь вспомнить, за что полюбил меня когда-то. Но поверь мне, эти годы с тобой были лучшим, что случилось со мной. И если бы подвернулась возможность начать всё заново, я бы поступила точно так же. Я ни о чём не жалею.

*В ямку опускается жестяная коробка со странным и неприятным содержимым — какие-то кости, коренья, прах, ещё что-то неопознанное…*

      Сегодня последний день из отпущенного мне времени. Сегодня за мной придут адские псы. Поэтому я отправила вас из дома, а сама, после того, как провожу вас, уеду в наш домик у озера. Не хочу, чтобы дети увидели меня после всего… Я постараюсь не сопротивляться псам, хотя это очень страшно. Но я полностью принимаю своё заслуженное наказание.

*Ждать приходится совсем недолго. Из-за спины раздаётся голос. Голос демона перекрестка.

      — Надо же! Не то, чтобы я удивлён, но не думал, что увижу тебя так скоро! *

      Прости меня, если сможешь. За тайну, за то, что бросила вас вот так. Но не будь этого договора, нашей семьи бы просто не было. Я люблю тебя, тебя и наших детей, люблю от всей своей пока ещё души. И я всегда буду вас любить, даже в самых темных уголках ада.       Целую, твоя Джен.       — Папа, тётя Ольга приехала. — Уилл ворвался в кабинет, — Ой, ты что, плачешь?       — Нет, милый, просто глаза устали, — я крепко сжал переносицу пальцами, протёр лицо ладонью, и с шумом выдохнул.       Потом поднял лицо на сына и слабо улыбнулся.       — Вы с сестрой готовы? Все собрали?       Сын внимательно вглядывался в моё лицо, но всё-таки удовлетворился моим ответом.       — Да, мы готовы.       — Хорошо, тогда езжайте.       Я сунул письмо в карман пиджака, и вышел вместе с сыном в коридор. Он взял меня за руку, и всё время поглядывал с тревогой на меня, пока мы шли до гостиной.       Ольга встала мне навстречу, возле неё вертелась Оливия, подпрыгивая от нетерпения.       — Привет, Том. А где Джен?       У меня снова защипало глаза.       — У нее встреча, — сказал я нейтральным тоном, — к вечеру вернётся.       — Понятно. — улыбнулась Ольга, — Ладно, птенчики мои, поехали. Ребята уже звонили, спрашивали, когда вы приедете.       — Папа, папа, — зачастила Оливия, — мы же правда можем остаться там ночевать? Тётя обещала нам что-то необычное. Как это называется? — она обернулась к Ольге.       — Диафильмы, — сказала Ольга, четко проговаривая каждый слог непонятного слова.       — Вот, это самое, — Оливия подпрыгивала на одной ножке, — и их можно смотреть только в темноте. Мы же можем остаться?       — Конечно, милая. — я наклонился к дочери и улыбнулся, — Вы можете остаться. Но если что, звоните, в любое время, и я вас заберу.       — Да, да, мы знаем, — воскликнула Оливия.       Ольга протянула руку Уиллу, тот помедлил немного, но всё-таки отпустил мою руку и пошёл к выходу с тётей и сестрой. На пороге он обернулся и последний раз посмотрел на меня. Я улыбнулся ему и помахал рукой.       Когда они уехали, я сел в свою машину и поехал в летний домик у озера. 21* ###       Боль была постоянной, она окружала меня со всех сторон. Я чувствовала её каждой клеточкой своего тела. Но самое неприятное было не в самой боли, которая, к сожалению, была недостаточно сильной, чтобы затуманить мой рассудок, тем самым подарив забвение. Самое неприятное было в ощущении, что эта боль длилась вечность. Но я повторяла про себя только одну фразу:       «Оно того стоило». ### POV Том       Дверь в дом была открыта. Я вбежал на крыльцо и вошёл. И сразу увидел Джен. Она лежала, раскинув руки, на ковре в центре комнаты. Её глаза невидяще смотрели в пустоту. Я опустился рядом с ней на колени, коснувшись её холодной руки. Видимых повреждений не было видно, только на подбородке алела запекшаяся струйка крови из прокушенной губы. ###       Потом я внезапно почувствовала, что боль ослабевает. Она отступила на пару шагов, и я смогла наконец сфокусировать взгляд. Я находилась в большой мрачной комнате, стоя прямо посередине в напряжённой позе, не в состоянии пошевелить ни одним мускулом.       Передо мной в массивном кресле, похожем на средневековый трон, сидел невысокий мужчина. Это лицо было мне знакомо.       — Ну привет, Мария Гвинивера Хиддлстон.       Я поморщилась.       — О, знаю, знаю, ты не любишь свои имена. Бабка у тебя была знатной оригиналкой, признаю. Больше не буду так тебя звать, Джен.       Я расцепила зубы, и прошипела — на большее я сейчас была не способна:       — Привет, Кроули. Что тебе нужно?       — О, сущую безделицу. Просто поболтать, — он щёлкнул пальцами и боль ещё отступила, позволив чуть расслабиться.       — Я, видишь ли, страшно любопытен, — продолжал Кроули, — и, честно признаюсь, наблюдал за развитием вашей истории. И твоё последнее послание мужу тоже прочитал. Ужасно трогательное. — он смахнул воображаемую слезу с глаз.       Я сжала зубы так, что они скрипнули, но ничего не сказала.        — Одного я только не понимаю, — Кроули наклонился вперёд, оперевшись локтями о колени, — с чего ты решила, что твой муж забудет, почему влюбился в тебя?       Я удивлённо распахнула глаза, а Кроули продолжал, наставив на меня указательный палец.       — Как же меня поражаете вы, люди. Никто! Никто не читает договоров. Это немыслимо! Вы продаёте самое дорогое, что у вас есть, но не читаете условия. И ладно бы вы не читали, чем вам нужно будет расплачиваться. Это как раз понятно, никого не интересует, что будет после, все хотят быстро получить желаемое. Но ты ведь даже не знаешь точно, что именно получала по нашему договору. И всё равно его подписала.       — Но… — ошеломлённо пробормотала я.       — Вспомни, о чем ты меня просила? — перебил меня Кроули, — Ты просила человека, с которым ты будешь счастлива. Я нашел такого и устроил вашу встречу. Чашка кофе, изящно получилось, до сих пор горжусь своей работой. Но это всё. Остальное вы сделали сами.       Кроули откинулся на спинку стула, а я хватала ртом воздух, не в состоянии вымолвить ни слова.       Тут открылась дверь, и вошла изящная ярко-рыжая женщина.       — Фергюс, ты мне срочно нужен!       Кроули поморщился:       — Мама, сколько раз я говорил, чтобы ты не врывалась так ко мне! Я немного занят, освобожусь через пару минут.       Женщина заметила меня, брови ее поднялись и она сделала несколько шагов в мою сторону.       — О, кто это тут у нас? Джен? — она обернулась к Кроули, — Моя любимая история, такая романтичная!       Она снова повернулась ко мне с сочувственным выражением лица.       — Пришло твоё время? Какая жалость. Ладно, я вас оставлю. Фергюс, я тебя жду.       — Да-да, мама, я скоро буду, — проворчал Кроули.       Дверь закрылась, Кроули повернулся ко мне.       — В общем-то, это всё, о чем я хотел с тобой поболтать. Приятной тебе вечности.       Он щёлкнул пальцами, и мое зрение снова заволокла пелена боли. ###

      

* — Чего ты хочешь? — продолжил демон Кроули.

— Верни её.

— Хм, как неожиданно. Но что ты можешь предложить мне взамен, чтобы мне стала интересна эта сделка?

— Свою душу.

— Неужели? Ты, видимо, хочешь такие же условия, как получила Джен? Двадцать пять лет счастливой жизни? Но видишь ли, мне это не интересно. Единственное, что я могу тебе предложить — я возвращаю её, и даю вам один день вместе. А потом ты отправляешься в ад. Подходит? *

POV Том       Я сидел рядом с Джен, держа её руку. В голове было пусто, я просто ждал. Вдруг она вздрогнула всем телом и судорожно глотнула воздух. Взгляд стал осмысленным, она посмотрела на меня и её лоб прорезала страдальческая морщинка.       — Том! Что ты сделал?       — Вернул тебя, детка, — я крепко прижал её к себе, помогая подняться.       — Вернул? Как? — она смотрела на меня испуганными глазами.       — Заключил сделку с демоном перекрестка.       — О, боже, нет! — простонала Джен, вцепляясь в меня руками.

* — Нет, не подходит.

— Не подходит? — Кроули удивлённо поднял брови, — И что же ты тогда предлагаешь?

— Ты разорвёшь её договор и вернёшь её сюда вместе с душой.

— Серьезно? — Кроули скорчил гримасу, — И что я получу взамен?

— Свою жизнь.

Из пальцев мужчины на землю упал темный камешек точно в определенное ему место, завершая собой выложенную такими же темными камнями дьявольскую ловушку.

Контур вспыхнул, очерчивая ровный круг, заключивший Кроули ровно в центр.

Из рукава в руку Тома медленно выскользнул длинный, тонкий, серебристый клинок…*

22* POV Том       Поддерживая Джен, я вывел её на крыльцо, где она обессиленно уселась на ступеньках. Я присел рядом и обнял её за плечи. Она вцепилась в мою руку, и со страхом посмотрела в моё лицо.       — И что теперь? Сколько времени у нас есть?       Я, сощурившись, смотрел на закатное солнце.       — Столько, сколько нам отмерено судьбой.       — Я не понимаю, — растерянно сказала Джен, прикладывая ладонь к пылающему лбу.       Я притянул её к себе, и поцеловал в макушку.       — Я заставил Кроули разорвать твой договор. Ты свободна.       Джен порывисто обняла меня и прижалась лицом к моему плечу. Она вся дрожала, я обнял её крепче, и начал покачивать, как ребенка.       — Чшш, милая, уже всё. Ты снова с нами. Я очень люблю тебя. И я прекрасно помню, за что именно я тебя полюбил.

*Кроули стоял, засунув руки в карманы брюк, и задумчиво смотрел перед собой. Открылась дверь и в комнату вошла Ровена.

— Ты её отпустил? — спросила она.

— А какой у меня был выбор? — Кроули закатил глаза и комично передёрнул плечами, — Парень поймал меня в ловушку и угрожал ангельским клинком.

— Все-таки ты ужасно сентиментальный болван. — ласково сказала Ровена и погладила Кроули по плечу.

Кроули посмотрел на неё и улыбнулся.*

Конец