Йегерист [1]

      Сказать, что у нее чуть инфаркт не случился, это промолчать и подавиться.       Лежа, вытянувшись по струнке, Лия невольно подумала, что ее придавило не одеялом, а могильной плитой, и вместо лика ангела божьего она по пробуждении узрела дьявола.       – Ты что тут делаешь?       – Я тоже рад тебя видеть, – растянув губы в лисьей улыбке, поприветствовал ее Влад.       Девушка в очередной раз позволила странной мысли проскользнуть в голове. Она была бы рада увидеть кого угодно здесь, даже орущего петухом Флока, чем полицейского. После того как Эрен покинул Парадиз они с ним особо не общались, точнее, Лия всяческими возможностями избегала с ним встреч. Но встречи происходили. И после них у нее оставались смешанные чувства. Ей постоянно казалось, что парень задумывал что-то, не идущее в ногу с планом Эрена.       – Где я?       – В госпитале.       – И давно?       – Ну, где-то трое суток. Тебя принесли без сознания с пулевым ранением, состояние у тебя было… не очень.       Лия оглянулась. И действительно, госпиталь, да только отдельная палата прям кричала о том, что такие хоромы ей определенно обеспечил Влад – простых солдат из разведки без денег такой роскошью не одарили бы.       Несмотря на свет настольной лампы, полумрак в комнате подсказывал о позднем вечере, если не ночи. Шторы скрывали окна. Основной свет не включали, видимо, чтобы не разбудить девушку. Электричество воистину удивительная и полезная вещь.       – А Эрен? Ты виделся с ним?       Влад сидел в кресле напротив, в удобном кресле, а не на жалкой табуретке. Возможно, он находился здесь куда дольше, чем просто знакомый, решивший проведать подругу. Это вызывало беспокойство. Как и смятение, появившееся на его лице после заданного вопроса.       – Э-э, не удалось. Его сразу посадили в тюрьму.       – Что?!       От неожиданности Лия аж вскочила, откинув одеяло. Усталость и слабость, как рукой смело… на одну секунду, а затем свежая рана дала о себе знать острым уколом боли. Воскликнув и прижав ладонь к плечу, девушка скривилась, ей стало аж дурно.       – Ну тише ты, цыпленок, – вздохнул парень и, поднявшись с места, присел на кровать рядом. Помогая подруге вернуться в лежачее положение, он продолжил разговор: – С ним все в порядке, к тому же он теперь вновь с нами. Мы ведь ожидали, что разведывательный корпус, да и все военное начальство, не обрадуется его тактике. Как вообще прошла операция? Не расскажешь?       Уж не знала Лия, пытался ли Влад перевести тему, но ее смутило обращение, которое он выбрал для нее. Цыпленок. Так ее называл только Брандон. Почему вдруг Влад вспомнил об этом? Однажды услышав это прозвище, когда они еще встречались, он доставал ее, называя им. Лие пришлось чуть ли не кулаками выбивать у него эту дурь из головы. Со стороны, наверное, напоминало попытку бешеной курицы заклевать медведя.       Лия пересказала, как прошли события на Марлийской земле. Это помогло немного прийти в себя и чуть успокоиться. Проснуться.       – Ну а ты чем занимался? – буднично уточнила она.       – Ха-х, если бы ты не избегала меня, то знала бы чем.       Ответив на его колкий ответ недовольным взглядом, Лия дождалась нормальных слов, без всяких шуточек.       – Ну, я только-только вернулся из гостей. Навещал королеву. Кто бы мог подумать, что мы так подружимся?       Девушка недоверчиво прищурилась, смотрела на собеседника с порицанием.       – Скажи честно, – пробормотала она, – это ты обеспечил ей, так сказать, девятимесячную отсрочку?       – Ой, ну что ты говоришь, как же грубо. Как я мог?       – Тебе реально сказать как?       – О-о, смотрю в тебе просыпается язвительность. Значит, все действительно лучше, чем я думал.       Вот и пойди, разбери, дурачился он или за клоунской маской умело прятал истину. В том, что королева Хистория подпускала Влада к себе достаточно близко, особенно после отбытия Эрена, не было лжи. Хотя, наблюдая за поведением королевы, Лия лишь разводила руками. Неужели ее никто не одергивал из военного совета? Но, в принципе, что они могли сделать? Хоть правительница и жила последнее время на ферме, подальше от суматохи, чтобы избегать стресса, вредного для беременности, с трудом верилось, что ей так просто это позволили сделать. Сбежать от проблем. Почти что в прямом смысле.       Лия не представляла себе беременность, как выход. Она вообще с трудом представляла себя в качестве матери или даже сам процесс вынашивания ребенка и родов. Это ее пугало куда сильнее, чем укороченная жизнь в тринадцать лет и перспектива быть сожранной в дальнейшем… кем-то.       – Что дальше? – предпочтя уйти от невеселых мыслей, Лия попыталась приподняться на локтях, но вышло не очень.       Влад, к счастью, пришел на помощь. Положив подушку повыше, помог ей занять сидячее положение и опереться спиной о перину.       – Дальше черед решительный действий, – подметил парень. – Среди военных уже поползли слухи о задержании Эрена Йегера… народного героя. И этому явно не будут рады обычные жители: мы напали на врага, на агрессора, который нас терроризировал, а в итоге нас сажают за это в тюрьму.       – Твоих рук дело? Слухи.       Хитрая ухмылка не предвещала хорошего ответа.       – Хо… нет, твоего парня. Действует на опережение.       Точно. Ничего хорошего…       – Он не мой парень, – надулась Лия.       – А он об этом знает?       Добавив мрачный взгляд к своему амплуа, девушка шумно выдохнула и, стараясь держать себя в руках, спросила:       – Как будем его освобождать?       – Думаю, если Эрен захочет, он сам освободится. А кого и придется вытаскивать из тюрьмы, так это твоего парня.       – Он мне не парень.       – За разглашение конфиденциальной информации по голове не погладят. Но… как чую, у нас со дня на день случится очередной военный переворот. Напряжение чувствуется. Поэтому я особо и не торопился в столицу, но услышал о тебе, и приехал, чтобы присмотреть за тобой.       – Как мило.       – Я серьезно, – на этот раз Влад действительно обошелся без шуток, – жестоко прозвучит, но хорошо, что тебя подстрелили – пока ты сидишь в госпитале, на тебя могут ничего и не подумать. Но даже если военный совет и захочет глянуть на тебя, то… скоро от них и так ничего не останется.       О да. Лия понимала, к чему все вело. Она прекрасно помнила план о том, как напоить вином со спинномозговой жидкостью Зика Йегера военную элиту, и по волшебному крику обратить их в животных. Огромных опасных тварей. Похоже, город так или иначе запылает огнем. Влад прав.       – Но бунтовщиков посадят прежде, – напомнила Лия, – намекаешь, что мне придется всех вытаскивать?       – Зачем? – мягко улыбнулся собеседник. – За ближайшую пару недель тут целая армия желающих освободить Эрена наберется. Ну и, конечно, включая твоего парня, который повел народ объединяться против старых пердунов.       – Да господи, не мой он парень, прекрати…       В дверь постучали. Лия тяжко вздохнула. Чуяла, что это далеко не медицинский персонал.       – Да, войдите, – произнесла она.       И о, внезапность, естественно, это не медицинский персонал. Хотя стоило отдать должное, выражение лица Флока при виде Влада оказалось бесценным, такое стоило запечатлеть – крайняя степень удивления, негодования и какой-то детской обиды. Полицейский в свою очередь заулыбался как радостный ребенок, обернувшись к гостю.       – О-о, а вот и твой парень, только-только тебя обсуждали, – с откровенным ехидством подметил Влад, а затем обратился к девушке: – Или опять скажешь, что он не твой парень и у меня все еще есть шанс?       Лия аж чуть челюсть не уронила от наглости, проявленной Владом. Флок аж поперхнулся возмущениями, столь внезапного и резкого выпада не ожидал никто из них. Подобным поведением парень желал подлить масла в огонь, в этом девушка не сомневалась, уж слишком хорошо его знала, но в чем причина? Просто шутки ради? Да, забавляться с чувствами людей полицейский любил, причем с завидной страстью. И от того злость, что вспыхнула в груди, Лия постаралась передать через рычащий голос:       – Шанс? У тебя есть шанс уйти в целости и сохранности. Проваливай.       – Ладно-ладно, я же пошутил, ну что ты, не знаешь меня? – Подняв руки в знак капитуляции, Влад очаровательно улыбнулся и поднялся с кровати. Лия действительно могла сорваться и выцарапать ему глаза. – Что ж, еще загляну, выздоравливай.       Проходя мимо Флока, Влад явно стрельнул в него коварным взглядом или хищной ухмылкой, иного объяснения тому, отчего первый аж дернулся, отпрянув, девушка не нашла. Столь глупое поведение сейчас было неуместно, Лия не одобряла эти странные игры на чужих эмоциях. И невольно поймала себя на мысли, что тоже стала пешкой в этой игре – разозлилась ведь.       – Что это за херня сейчас была?! – стоило Владу покинуть палату, как Флок моментально вспыхнул пороховой бочкой. Буквально от одной искры. – Ты постоянно говорила, что он просто друг из прошлого, сослуживец, но не похож он на… друга!       – Так я и не говорила, что он мой друг, – в пылу эмоций зарычала Лия, – он мой бывший. И он откровенно провоцирует тебя. В этом весь Влад.       Да, в этом. В провокациях, непонятных играх, манипуляциях. Словно паук, плетущий паутину, в которую попадается любой, кто пройдет мимо. Пугало то, что Лия так и не поняла его намерений, к чему он постоянно разыгрывал сцены. Не мог же постоянно делать это от скуки? Так глупо и бесстыдно. Хотя, какой еще стыд? Стыд и Влад – несовместимые вещи.       – Мне он не нравится, – продолжил ворчать Флок, оглянувшись на дверь и прищурившись. – Чего он вокруг тебя вертится постоянно?       – Он хотя бы не раздражает меня своими истериками, – не без доли пренебрежения подметила Лия. – Чего пришел?       Колючее приветствие не пришлось парню по душе, он всем своим видом продемонстрировал обиду, смешанную со злостью. Его настырное внимание также стояло у Лии поперек горла, поэтому она не собиралась проявлять дружелюбие. Столько раз повторяла ему, чтобы не приближался, а все не отстает. Точнее, отстает, уходя с криками и раздраженными воплями, но потом вновь появляется раз за разом.       – Хотел узнать, как ты, но, видимо, зря беспокоился, – чуть успокоившись, Флок недовольно хмыкнул и уже собрался развернуться, чтобы покинуть палату, как Лия ударила его вопросом в спину:       – Это ты распускаешь слухи про Эрена?       Постояв долгое, отчасти пугающее из-за полумрака, мгновение, парень шумно выдохнул. Но не обернулся.       – Что, твой друг рассказал? И откуда он вообще узнал?       – Он любит совать нос во все, у него тут повсюду шпионы. Только скажи… почему ты со мной не посоветовался?       Вновь тишина. И ответом на вопрос, подчеркнутый недовольством, послужил тихий смех. Так смеются далеко не от радости. Лия напряглась, реакция парня ее обеспокоила, однако не настолько, чтобы продолжить разговор. Она предпочла дождаться объяснений.       – А с чего бы мне это делать? – усмехнувшись, Флок обернулся. И помимо насмешливого выражения на лице в его взгляде заплясали недобрые искры. – Разве это не очевидно? Ты ведь, как и я, желаешь победы Парадизу. А победу может принести только Эрен. К тому же никто тебя главной не делал, Эрен лишь просил нас быть посланниками его воли, так что кто успел, тот и съел, Лия. Пока ты тут валяешься немощная, я все сделаю.       Подойдя к кровати и присев на ее край, Флок заставил девушку напрячься сильнее. Не хотела Лия показывать, что в такие моменты он все же заставлял ее нервничать. Порой она с трудом представляла, что у него могло происходить в голове. Сидел близко, смотрел на нее, как на подстреленную добычу. Словно хищник, желающий сомкнуть челюсти на шее подыхающего зайца. Невольно девушка уронила взгляд к его руке, которой он опирался о матрас рядом с ее бедром. Того и гляди, психанет, да схватит за шею.       – Ты же… ничего не сказала о нашем плане своему другу? Верно?       Он пересел чуть ближе. А ей отдаляться было некуда. Лия не рисковала поднимать взгляд. Уж лучше пусть думает, что ему удалось ее запугать, чем раскроет их с Эреном и Владом секрет, а затем вновь распсихуется, что его оставили за бортом. До сих пор Флок даже не подозревал, что Эрену помогал прокладывать путь Влад: где-то дергая за ниточки военную полицию, где-то используя Лию, где-то нашептывая нужные вещи Хистории.       А Флок свято верил, что они втроем – если не только он и Эрен – осуществляли грандиозный план собственными силами. Быть может, и справились. Лия была уверена, что Эрен и без их помощи смог бы достигнуть отличного результата, вопрос лишь во времени. С ними некоторые моменты решались значительно быстрее.       Лия вздохнула, подняла сосредоточенный взгляд на Флока и произнесла:       – Без согласия с Эреном я ничего не делаю. И тебе советую тоже не выходить за рамки дозволенного.       Они смотрели друг на друга достаточно долго, чтобы это уже начинало выглядеть странным. Тем не менее затянувшаяся пауза помогла парню хоть немного успокоиться. Он недовольно фыркнул и, скривив губы, отвернулся. Обиделся. В который раз. И в который раз Лия почувствовала себя виноватой.       Пусть она и не хотела сближаться, душа изнывала. Всю свою сознательную жизнь девушка была не такой, какой старалась быть последние годы. Она постоянно улыбалась, старалась со всеми подружиться, старалась заботиться о близких, не упускать всяких мелочей. Любила печь печенье, радуя Октавию, и очень расстраивалась, когда не удавалось сделать что-то нормально.       Сейчас такими глупостями Лия не занималась. Но… все чаще ловила себя на мысли, что хотела бы заниматься. За последние десять месяцев, как только Эрен отбыл с Парадиза, она не знала, в какое русло направить свою энергию. Эрена не было, а кто остался? Флок и Влад. Еще Саша. Выбирая между этими тремя, Лия даже не затрудняла себя муками выбора, она старалась проводить время вместе с разведчицей.       Но постоянно быть рядом с Сашей Лия боялась, не хотела выглядеть навязчивой. Влада сторонилась, подозревая, что стоит им встретиться, как он примется ей мозг полоскать. С Флоком она не искала встреч, потому что не знала, о чем с ним говорить, помимо их плана. Но тот, видимо, сам решил разрешить проблему и искал малейший повод если не обсудить что-то важное, то как-то поддеть словом.       Потом и в патруль их Ханджи начала ставить вместе – со стороны увидела, что они вроде как подружились. Подружились. Любопытное определение. Лия просто общалась с ним чаще всего, это выходило не специально.       Во время патрулей они обычно первый час показательно молчали. А потом… приводило ко всякому.       – Так и будешь молчать? И сидеть?       Флок угрюмо на нее покосился.       – И что ты хочешь, чтобы я сделал? Ушел? Поцеловал тебя? Ты ж опять ударишь или какую-то глупость выкинешь. Да и сама говоришь, чтобы держался подальше… Правда, сама потом бросаешься мне на шею.       – Не было никогда такого.       – Ну конечно…       – Просто мне хотелось побыть с кем-то. Это вовсе не означает, что я преисполнилась к тебе любовью.       – Это же ненормально, что с тобой происходит… что происходит между нами.       – Ну, – болезненно прищурилась Лия, отвернувшись, – меня устраивает.       Она не врала, ее действительно устраивало то, что было. И в то же время тоска никуда не спешила уходить. Лия полагала, что душевная боль из-за потери близких ослабнет, и в какой-то момент ей действительно стало легче. Но не последний год. Единственную причину она видела в том, что Эрен находился где-то далеко, его судьбу разведкорпус мог отслеживать лишь по письмам. Жить от письма до письма.       И, вот, парень снова с ними. С плеч будто огромный груз упал, однако невидимая ноша не исчезла. И Лия понятия не имела из-за чего ее продолжало что-то тяготить. Из-за смерти Саши? Или же грядущей войны с Марлией?       Тяжко вздохнув и сжав кулаки, девушка постаралась отмахнуться от отягощающих мыслей. Раз в этом ей не разобраться, не понять себя, то оставалось лишь следовать изначальной цели. Это помогало почувствовать хоть какую-то уверенность.       – Эрен вернулся, и ему понадобится помощь. Надо освободить его. Но прежде поговорить с людьми, найти единомышленников… точнее, присмотреться к тем, кто уже…       – Да без тебя знаю, что надо делать, – устало отозвался Флок, оборвав ее на полуслове. Помедлив, он обратил к собеседнице сосредоточенный взгляд, и мрачная задумчивость в нем настораживала. – Ты все еще хочешь отдать свою жизнь Эрену? Понимаешь хоть, что тебе не обязательно умирать. Можно ведь просто сражаться за свободу, не ища смерти без необходимости, верно?       Любопытный вопрос. Проверял ли Флок таким образом боеготовность, ее решимость, Лия не знала. Возможно, он что-то пытался решить для себя, однако девушка собиралась оставаться честной с ним до последнего. Хотя бы в этом вопросе она могла с непоколебимой уверенностью заверить его в своей целеустремленности.       – После Шиганшины я решила отдать свою жизнь Эрену. Как он скажет, так и будет. Он заставил меня захотеть жить дальше… если бы не он, кто знает, может, я бы все же спрыгнула с той крыши. Днем позже. Или неделей. Я знаю, ты в какой-то степени беспокоишься за меня, я тебе стала небезразлична… возможно, я тоже чувствую что-то похожее. Но я не знаю, что это, и к чему вообще это может привести. Если позволю себе принять твои чувства, а ты умрешь, я… – она устало улыбнулась. – Если я кого-то потеряю, я уйду вместе с этим человеком. Мне надоело страдать, Флок. А в смерти нет ничего плохого. Быть может, как раз в ней я и найду свое спасение.

***

             События развивались с какой-то потрясающей скоростью. Народ выходил на протесты. Волнения возрастали. И, как предсказывал Влад, Флока арестовали. Лия испытывала по этому поводу смешанные чувства.       «Ты все еще хочешь отдать свою жизнь Эрену?» – вопрос, который парень ей задал ранее, до сих пор не выходил у Лии из головы. Она испытывала тревожность. Зачем Флок спрашивал об этом, если и так прекрасно знал ее ответ. Да, она продолжит делать все во имя исполнения мечты Эрена, в чем смысл постоянно терзать одну и ту же рану?       Девушка надеялась, что в какой-то степени ее отчужденность и смирение с тяжкой участью жертвы помогут, наконец, Флоку прозреть. Понять, что он не займет в ее жизни первое место. Да и она для него, наверное, никогда не станет важнее свободы жителей Парадиза, победы в войне. Это для нее принимать решения на основе чувств – обычное дело, а Флок парень толковый, пусть и импульсивный. Должен ведь уже. Наконец, включить голову. Отстать от нее. Отпустить.       От одной мысли об этом становилось больно. Что вызывало ужас. Лия отказывалась признавать, что чувствовала к парню хоть что-то. Это ее пугало до глубины души. Ведь если она действительно, как ни старалась, привязалась к нему, пригрела воспоминания о нем в сердце, то в случае его смерти она… даже не знала, что будет делать.       После выписки из госпиталя Лия ощутила тяжесть на душе. Раны более-менее затянулись, однако вытаскивать Эрена из тюрьмы, как и Флока, предстояло ей – придется поработать. Влад помог проработать разные варианты плана. Однако, чего девушка не ожидала, так это опередивших ее событий.       Слухи настигли ее в момент, когда она даже не успела выйти за порог госпиталя – медперсонал так громко и оживленно обсуждал взрыв в центральном военном штабе, что у Лии при всем желании не удалось бы пропустить разговоры мимо ушей.       У нее кровь от лица отхлынула. Диверсионный взрыв и убийство главнокомандующего – это отчаянная мера, крайний план по наведению суматохи и устрашению политических оппонентов. В идеале предполагалось устроить пожар в королевской канцелярии, что помогло бы поднять на уши военных и дать возможность заключенным незаметно улизнуть. И освободить их должна была Лия. Но сейчас никто не предупредил ее о готовящейся операции, хотя так называемых йегеристов среди военных собралось немало.       Если произошел взрыв, Эрен также сбежал. В этом Лия не сомневалась. Но почему никто не поставил ее в известность? Не успели? Или дело в другом?       На улице стоял глубокий вечер, почти что ночь. После освобождения они обуславливались встретиться за пределами стены Сина у заводи близ опушки леса. Пешком Лия вряд ли бы успела туда добраться, поэтому ей пришлось позаимствовать лошадь – чью-то… украсть – у медицинского заведения. Если Флока и Эрена начнут искать, то и по ее голову могли прийти. Несмотря на их сложные отношения с Флоком, многие в разведкорпусе думали, что они близки. Это означало, что в штаб разведки соваться нельзя.       Встреча назначена на час рассвета – очень раннее утро. Скача через лес, гоня лошадь, Лия даже не знала, успеет ли добраться до Эрена. У нее сердце бешено колотилось, в голове беспокойно метались мысли. Она пыталась успокоить себя тем, что, вероятно, ее решили не трогать из-за ранения. Тем более она находилась в госпитале. Вероятно, за ней пришли бы позже. Эрен бы ее не бросил. Она ведь доказала ему свою пользу. Так что все должно пройти хорошо.       Эрен… что же с ним успело стрястись за минувшие месяцы? Лия успела увидеться с ним только мельком в дирижабле. Измученный, будто постаревший на десять лет, с полнящимся мраком взглядом. Словно и вовсе другой человек. Не тот Эрен, который подбадривал ее и тепло улыбался, пусть и с трудом скрывал печаль в глазах.       «Нет… все будет нормально».       Но, быть может, нормально не будет. Уже никогда.       Тонкая полоса света у горизонта разбивала темноту, очерчивала в бликах гладь воды под небольшим обрывом, вдоль которого Лия гнала лошадь. Сквозь редеющие деревья она, наконец, заметила группу людей. Сердце сжалось от тревоги и радости. Ей пришлось натянуть вожжи, чтобы замедлить лошадь и не вспугнуть молодых солдат, мало ли как могли отреагировать.       Люди насторожились, а вот Эрен будто и не удивился ее прибытию. Наконец девушка увидела в нем того самого парня, чуть повзрослевшего, но уже не столь мрачного и пугающего, каким она встретила его после нападения на Либерио. Для нее весь мир отошел на задний план: остальные люди, красота восхода, холодный ветер. Сойдя с лошади, она, затаив дыхание, подошла ближе. Волновалась. Словно собиралась признаться в любви. Но ее чувства были куда более глубокими к парню, чем какая-то симпатия. Он стал тем, кто заставил ее поверить в себя, кто помог не наложить на себя руки.       Лия была готова преданно следовать за ним, словно сторожевой пес. Ей не требовались его взаимные чувства, она лишь жаждала признания, быть может, небольшой симпатии. Но сдержанный взгляд Эрена, напряженность в выражении его лица, словно подсказывали о чем-то нехорошем.       – Здравствуй… Эрен.       – Да, Лия, здравствуй.       Он чуть нахмурился. Жест выражал больше печаль, чем недовольство.       – Я не получала вести о том, что вы собираетесь действовать, но и никаких запретов. Это меня заставило растеряться, поэтому я отправилась к точке сбора, сюда. Планы поменялись? Извини мою импульсивность, но сидеть в стороне я не смогла.       Девушка едва удерживала себя от того, чтобы не начать заламывать пальцы от волнения. Она так давно не видела Эрена, что и не представляла, насколько соскучилась по нему, как сильно жаждала встречи. Как сильно хотела вздохнуть с облегчением, чтобы убедиться в его целости и сохранности.       – Вы все, – обернувшись к товарищам, собравшимся нести с ним бремя одной цели, Эрен произнес: – можете идти, я вас нагоню.       Что-то здесь нечисто. Лия отчаянно пыталась не показывать тревогу, она обернулась к новобранцам, которые без препирательств двинулись в неизвестном ей направлении. Лишь Флок остался стоять столбом, но девушка не успела уделить ему внимание, которое тут же перехватил Эрен, накрыв ее плечи ладонями.       – Лия, как ты себя чувствуешь?       – А? – вопрос вынудил девушку удивиться. А затем чуть ли не вздохнуть с облегчением. – А-а… это из-за моего ранения, да? Побаливает, но УПМ смогу управлять. Тебе не стоило волноваться, я вполне могла помочь вам выбраться из тюрьмы.       – Ты получила это ранение при нападении на Либерио. Я видел, как ты сражалась.       – А-а… ну да.       – Это было безрассудно. И опасно.       Лия стушевалась. Не выглядело так, словно парень осуждал ее, но и похвалой это не выглядело. Почуяв неладное, девушка не просто напряглась, она ощутила холодный укол страха, сцепила пальцы, прижав руки к груди. Затаив дыхание, подняла взгляд на собеседника. И вот чего она никак не ожидала засвидетельствовать, это вины в его взгляде, тихой печали, которая лаконично подчеркивала решимость.       – Я ведь думал, что ты это делаешь, потому что также стремишься к той же цели… Прости меня. Я даже не подозревал, что мои слова, брошенные тогда впопыхах, чтобы ты не спрыгнула, окажут на тебя такое влияние. Отдавать свою жизнь из-за одного меня это неправильно.       Оцепенение сковало девушку по рукам и ногам. Она в исступлении смотрела на Эрена, полагая, что ей послышались его слова. На нее нахлынуло чувство сравнимое с тем, словно она пыталась остановить разрушение плотины голыми руками.       – Но какая разница? – в недоумении захлопала ресницами Лия, отчаянно хватаясь хоть за малейший проблеск логики. Ее голос звенел от накатывающего страха. – Я ведь полезна. И готова пойти на все. И все делала, как ты просил. Почему?..       Эрен грустно улыбнулся.       – Потому что не ожидал, что найду еще одного друга, – но после этих слов его улыбка моментально угасла, омрачив лицо и подчеркнув потухший огонек во взгляде. – Ты ведь знаешь, каков мой план. И я наверняка не выживу. Нет… я точно не выживу. И я не хочу, чтобы ты только из-за этого погибала. А еще хуже – погибла, пытаясь меня остановить.       – Че… чего?       – Я вижу, как ты смотришь на меня. Все мои друзья так на меня смотрят. Ты говоришь, что пойдешь на все ради меня, и поэтому можешь дать слабину и попытаться спасти. Но этого не хочу я. Поэтому… ради нашего общего блага, Лия, я забираю свои слова обратно. Мне не нужна твоя жизнь.       У нее чуть сердце не остановилось. Как если бы кто-то толкнул ее в спину, сбрасывая с обрыва, аж дыхание перехватило. Лия банально не понимала причины столь резкой перемены в суждении Эрена. Вернувшись из Марлии, он должен был использовать всех и вся, ожесточиться, преисполниться еще большей ненависти к врагу. Даже если парень увидел в ней друга, почувствовал близость, это не являлось оправданием. До отправления на Большую землю он ведь об этом не задумывался. И даже на дирижабле, встретившись с ним всего на мгновение, он посмотрел на нее, не как на друга, а как на сообщника.       Так что же?..       Вопрос моментально оборвался в сознании девушки, когда перевела взгляд на Флока, и даже несмотря на его хмурое выражение лица, все стало понятно, как ясный день.       Опешив от нахлынувшего осознания, Лия почувствовала в себе столь резкий всплеск злости, что если бы Эрен не схватил ее за плечи, она бы в бешенстве избила бы Флока и исцарапала б ему лицо.       – Ты! Это все ты! Да как ты смел?! Выпендриться захотели ли что?! Отпусти, я убью его! Отпусти меня!       – Лия, успокойся, – осадил ее Эрен.       Удержать ее помогла разве что боль, занывшая в плече, иначе бы Лия брыкалась и извивалась до победного. Из горла рвались крики, пальцы сжимались в кулаки, что чесались от нахлынувшего гнева. В груди пульсировал жар, голова разрывалась от немого крика. Эрен что-то говорил, но девушка не слышала и не слушала его, испепеляя Флока ненавистным взглядом.       Получается, это он напомнил парню о те словах. Но разве они могли возыметь над ним хоть какую-то власть? Эрен не из тех, кто просто отмахнулся бы от столь важной и преданной пешки как она. Да и при всех разногласиях, Флок не стал бы желать избавиться от нее, тоже понимал, что ради общей цели она готова пойти на все. Точнее, ради Эрена готова пойти на все, исполнить любой его приказ, но это уже мелочи. Или же это он попросил его?..       «Понимаешь хоть, что тебе не обязательно умирать?» – вдруг вспомнились слова парня из последнего их разговора в госпитале. И они помогли хоть немного, но расставить все по полочкам, однако лучше Лие не стало.       На ее раздраженные крики Флок и слова не проронил, хотя в привычной ситуации не постеснялся бы зарычать в ответ. Просто молча стоял и буравил ее тяжелым, отчасти извиняющимся, но непреклонным в уверенности взглядом – без сожалений, как бы говоря, что так надо. Это хочет он.       «А чего я хочу… всем плевать что ли?» – силы разом покинули ее, Лия едва не повисла в руках Эрена, опустив голову и с трудом сдержав подступившие слезы. Ее все-таки толкнули в спину, сбросив с обрыва.       – Прости… – прошептал Эрен, – это не значит, что я не благодарен тебе, напротив, ты сделала даже больше, чем необходимо. Но я не хочу, чтобы ты погибала просто потому, что такова и моя судьба. Ты говорила, что у тебя не осталось тех, кому бы ты была дорога, но такие люди есть.       Люди. Жить ради кого-то… Кого? Флока? Влада? Ради кого ей жить? Она ради себя-то не хотела жить. Единственный, ради кого она раз за разом пыталась протянуть подольше, это Эрен, потому что он дал ей цель. Он взял ее жизнь в свои руки, отчего Лие было проще переживать невзгоды, а теперь он возвращал эту жизнь, как порченный и ненужный товар. Если он не знал, что с ней делать… ей-то по чем знать?       – Если ты действительно хочешь помочь мне. Лия, возвращайся в столицу к Владу, вы найдете способ защитить простых гражданских. Он знает, что в принципе дальше делать.       – Зачем? – понуро пробормотала Лия. Зачем возвращаться куда-то? Зачем ей кого-то защищать?       – Стоп, чего? – вдруг проснулся Флок, пожалуй, впервые за весь их разговор, и выглядел он крайне негодующе. Но его бормотание было проигнорировано.       – Лия, – слегка встряхнув девушку, Эрен добился того, чтобы она подняла на него взгляд. – Возвращайся в столицу к Владу. Это приказ.       – Подожди-ка! – все не унимался Флок, и, наконец, перетянул на себя внимание. – Что значит «он знает, что дальше делать»?       – То и значит, – устало вздохнул Эрен, глянув далеко не радостным взглядом на парня. Было что-то пугающее в его глазах. – Как и Лия, Влад Роштейн также помогал мне в реализации многих дел. Я доверяю ему. И он сможет присмотреть за Лией, чтобы она не натворила глупостей. У нас же другие планы. Или что-то не так?       Будь у Лии силы и желание, она бы посмеялась над выражением лица Флока, которое не поддавалось описанию. За что боролся, на то и напоролся. Хотел как лучше, а получилось как всегда. Лия была не слепой, парень ревновал ее к Владу, а последний лишь подливал масло в огонь. Но теперь у нее пропало всякое желание успокаивать Флока или оправдываться. Пусть давиться теперь ревностью и страхом.       – Хорошо, я поняла, – аккуратно высвободившись из цепких пальцев, девушка вздохнула и смахнула с ресницы слезы. – Как пожелаешь, Эрен. Я исполню твой последний приказ.