Часть 1

«Ты собираешься не спеша, решаешь свои дела. Прекрасно, если там вдруг есть я. А если нет, то всё равно пустяк. Просто останусь навсегда с тобой, как будто шрам. Мы в порох упали пеплом. Поцелуй на губах потушил сигарету. Своею любовью залечишь мне раны. И этой ночью нам сорвёт краны. Ещё одна минута вечера И мы с тобой вот-вот увидимся. Ты будешь говорить о вечности, А я тупить и хотеть просто близости.»

(Тима Белорусских, просто Лера — Минута вечера)

[Беспощадна к себе]

      Саске с легкой тоской вспоминал свою последнюю встречу с Сакурой. Они пытались. Честно пытались. Но их характеры оказались слишком несовместимыми, а любовь и привязанность оставались. Сакура предложила странную, на его взгляд, вещь. — Давай сделаем перерыв? — он видел, как она отводила мокрый взгляд, пытаясь скрыть его за волосами. Почему каждый раз он становился причиной ее слез? — Перерыв? Это как? — Саске поспешил прервать нарастающую истерику, погладив ее по мягким волосам и прижав к себе. — Ну… Мы не расстаемся. Но у нас будет время, чтобы, знаешь… Переварить все, понять, надо ли нам это. И, если все будет в порядке, то мы продолжим с того места, где остановились.       Саске по складу мышления думал, конечно же, о самом плохом. Что Сакура на самом деле отказалась от него; что этот «перерыв» был прикрытием для другого партнера, с которым она хотела развить отношения. В конце концов, он был сейчас так далеко от нее и не мог помешать тому, что бы она хотела скрыть от него. — О чем ты задумался? — девушка вышла на палубу корабля, опираясь на бортик рядом с ним. Ее длинные волосы развевал ветер. — О доме, — это не было конкретным зданием или даже деревней. Это был человек. Сакура оставалась для него домом, безопасным местом вот уже много лет. Наруто стал ему не таким близким как раньше, обзаведясь семьей. Саске его не осуждал. Они выросли без родителей, как щенки, брошенные в канаву, никому не нужные. Он тоже стремился к теплу женских рук, пока они не оттолкнули его, назвав это перерывом. — Нам плыть еще неделю, да? А потом идти до Конохи. Никогда так долго не путешествовала.       Мария никогда не покидала свою деревню, крохотную, всего тридцать жителей. Она открывала рот и радовалась каждому красивому закату или лесу, по которому ранее не бродила. Мир открылся для нее со всех сторон. — Чуть меньше недели. Идти не так долго, я понесу тебя, чтобы было быстрее. Ты не путешествуешь, а возвращаешься в то место, которому принадлежишь.       Саске пришлось постараться в своих поисках. Он неожиданно для себя наткнулся на мысль, что какой-нибудь Учиха ушел на задание в момент резни и не вернулся. К тому же, шиноби часто имели детей в других странах. Утехи на одну ночь, а потом дальше в дорогу. Обычная сельская женщина оставалась с ребенком, даже не зная, как найти отца. Саске думал в правильном направлении. Он нашел девушку в небольшом селении в Стране Неба. Она подошла к нему со спины, его рефлексы сработали как нужно, поэтому девушка оказалась поваленной на влажную от дождя траву. Она настолько перепугалась, ведь никогда ранее не оказывалась в подобной ситуации. Саске не имел слабости к женщинам, прекрасно зная, что куноичи иногда опаснее мужчины-шиноби. Они хитрые, коварные и притворно слабые. Он прижал катану к ее горлу, его лицо перекосилось от злости. И как же сильно он опешил, когда зелено-карие глаза побагровели, а в них показался один томоэ. — Там правда совсем никого не осталось? — Саске не рассказал ей всех подробностей, но по его словам они единственные Учиха, которые остались. — Не думай об этом. Ты общительная и не так сильно похожа на Учиху. Ты быстро найдешь себе друзей, — Мария чем-то напоминала ему Сакуру, но более легкую и плавную. Ее инфантилизм никуда не ушел с возрастом. — А у тебя есть друзья? — Это… Очень узкий круг людей. Это больше семья, чем друзья, — его команда была для него всем. Любимая женщина, лучший друг и учитель, который в некотором роде стал отцом. К Саю он относился нейтрально. — Здорово. Я могу познакомиться с ними?       Девушке очень не хотелось обременять его своей компанией, но также хотелось познакомиться с миром Саске. С какими людьми он общался? — С одной из них точно. Я могу доверить тебя и ребенка только ей.       После случившегося Саске потребовал от девушки объяснений. Выяснилось, что мать девушки была Учиха, которая мигрировала в Страну Неба еще двадцать лет назад. Отец Марии был гражданским, поэтому мать девушки не была уверена, будет ли додзюцу у ребенка. Женщина умерла от тяжелой болезни, а отец ушел в другое селение и не вернулся. Так Мария осталась жить в свое удовольствие, по глупости забеременела от остановившегося в их деревне шиноби, а теперь эта ноша легла на Саске. Девушка не могла толком рассказать ему, кем был отец ребенка, но Учиха лишь надеялся, что это не воспрепятствует додзюцу. — Она медик? — в ее деревне были только знахарки, которые кроме травяных настоек не могли ничего предложить. — Да. Она позаботится о тебе.       Вообще, он бы хотел видеть Сакуру в роли матери, но они никогда не говорили об этом. Хотя, девушка должна была предполагать материнство, встречаясь с ним. У Саске была крайне сложная ситуация, где у него попросту не осталось выбора. — Мы будем жить в одном доме? — Это поместье. Мы можем даже не пересекаться. Тебе хватит места, — Саске надеялся, что сможет ужиться с кем-то под одной крышей. Сакура иногда оставалась у него на ночь, но это было не тоже самое, что совместное проживание. — Я хочу быть поближе, — Мария вцепилась тонкими пальцами в перила, подняв на него испуганное лицо. — В смысле… Я никогда не была за пределами своей деревни. И мне страшно даже на этом корабле, все смотрят слишком пристально, — она была благодарна Саске за то, что он вовремя уводил ее от грязных мужских взглядов или тех, кто пытался с ней заговорить. — Все будет хорошо. У меня сомнительная репутация, никто посторонний не решится подойти к дому ближе, чем на сто метров, — некий буфер между ним и обществом давал свои плюсы. — Но ты же добрый. С чего кому-то тебя бояться? — не считая момента с нападением, Саске был с ней вежлив, учтив и осторожен. Он ни разу не нагрубил ей, когда она откровенно капала ему на нервы. — Я не добрый, Мария. Не ко всем, — Саске не считал нужным распыляться на лишних людей. Он впускал в свой круг доверия только определенных людей, болезненно с ними расставался, но старался проявлять понимание и чуткость. — Но ко мне — да? Мы ведь семья? — он замер на мгновение. Мария прижалась к его плечу также, как это когда-то делала маленькая Сакура. Ее волосы такой же волной падали за спину, а распахнутые глаза смотрели на него выжидательно. — Уже темнеет. Ты пропустишь ужин, — Саске погладил ее по волосам, подталкивая в спину. Пришло время возвращаться в свою каюту.       Мария уже давно поняла, что Саске выражал любовь через касания и заботу. Слова были лишними.

[Беспощадна к себе]

      Первым делом, как только они пересекли ворота Конохи, Саске повел девушку в больницу. Он хотел удостовериться, что с ее здоровьем и здоровьем плода все в порядке. Он не нашел Сакуру, а каждый, у кого интересовался о ее местонахождении, показывал в разные стороны.       Саске цыкнул, объяснив дежурной медсестре, что ему требовалось. Марию быстро подхватили под локти и увели в сторону гинекологического кабинета. У него было около часа, чтобы перевести дух. Он сел на один из стульев, выставленных вдоль стены. Нога нервозно дергалась, отстукивая определенный ритм о плитку пола. Почему же розоволосая до сих пор не показалась на горизонте? Сакура ведь регулярно совершала обход больницы, так где же сейчас ее носило? Она могла пройти мимо него уже несколько раз в своей привычной спешащей манере. — Может, она намеренно избегает меня? — Саске как всегда думал о плохом. Он даже не был уверен, что она не представит ему своего нового любовника. — Нет, она не может так со мной поступить. Это моя Сакура, — теперь задергалась и вторая нога.       Саске так сильно задумался, убаюкавшись жужжанием флуоресцентной лампы, что не сразу понял, что за грохот раздался буквально в шести метрах от него. Он среагировал больше на знакомый запах крови, чем на сам звук. Его голова медленно повернулась вправо, в сторону рукава хирургического отделения. Тут же взбурлившая паника и тревога ударили в голову, заставляя кровь кипеть.       Грохот создало тело Сакуры, которое, очевидно, обессиленно свалилось на пол. И кровь тоже ее — целая лужа, растекающаяся из-под розовых разметавшихся волос. Рядом с ней разлетелись бумаги и синяя планшетка с розовой ручкой, прикрепленной к краю. — Сакура! — Саске еще не до конца успел осознать, что только что произошло. Если бы он был более внимательным, то успел бы подхватить и поймать падающее тело. — Сакура, ты меня слышишь? — он опустился рядом с ней на колени, переворачивая девушку на спину. Весь удар пришелся на самую выступающую часть на лице — нос. От ноздрей к губам и щекам расползлись кровавые потеки, кровь до сих пор текла живой струей. — Не шумите так! — женщина в белом халате выглянула из кабинета неподалеку. Она распахнула рот от ужаса, тут же подбегая к ним. — Сакура-сан! — врач прикоснулась своими немолодыми руками к лицу девушки, рассматривая радиус поражения. — Берите ее на руки и за мной, — женщина посмотрела на него со всей серьезностью, призвав весь свой профессионализм.       Сакура находилась в операционной около двух часов, его не подпустили даже к двери, сказав оставаться в том же коридоре, что и до этого. — Как она могла довести себя до такого состояния?       Сакура нередко грешила переработками, забывала про сон и отдых, прием пищи. Он винил себя, что ушел так надолго, оставив ее одну со своими вредными привычками.       Ему пришлось оторваться от размышлений и запомнить все, что говорила ему дежурный врач. Марии еще предстояло сдать некоторые анализы, повторно пройти осмотр гинеколога, УЗИ брюшной полости… Саске как в бреду попросил записать это все хоть на салфетке, потому что мозг отключался. От усталости, переживаний и тревоги. Он постарался сохранить лицо, уводя Марию в поместье. Оно выглядело немного запущенным, хотя Сакура приглядывала за домом в его отсутствие. — Оно и правда большое, — девушка несколько вымоталась. Все эти женщины в белых халатах были с ней милы и тактичны, были, конечно, болезненные процедуры, но она стойко все стерпела, потому что Саске попросил ее быть послушной. — Где моя комната? — Занята только одна — моя. Выбери любую, — девушка испытывала дискомфорт и боли в спине от долгого нахождения на жесткой кушетке. Она смущенно улыбнулась, опираясь на плечи Саске, который присел, чтобы снять ее обувь. Он был готов к этому. На более поздних сроках Марии будет все сложнее. Соответственно, ему придется ухаживать за ней полноценно. — Осмотрись сама. Мне нужно вернуться в больницу. Я приду вечером. Никуда не выходи и никому не открывай.       Было неправильно оставлять девушку одну, он даже не успел показать ей дом. Но червяк внутри уже успел изгрызть все сердце.       К счастью, операция прошла успешно. Саске очень настойчиво просился в палату, готовый угрожать медсестре расправой. Девушка повторно объяснила ему правила нахождения в реанимации. — По правилам, я не должна пускать вас. Сакура-сан перенесла тяжелую операцию, — она четко выполняла свою работу, хоть и тряслась от страха перед обозленным лицом. — Я не буду ничего трогать. Я не видел ее несколько месяцев, почти полгода. Вы можете зайти вместе со мной, — Саске продолжал настаивать, выискивая другие варианты. — Хорошо. Десять минут. Вы не трогаете оборудование, не приближаетесь к кровати. И наденьте халат, — медсестра дождалась, пока Саске выполнит ее просьбу, и медленно приоткрыла дверь, предварительно приложив карточку-пропуск к датчику. — Она отходит от наркоза. — Можно? — Саске присел на стул рядом с кроватью, скорее для того, чтобы не свалиться от перенапряжения, и кивнул на планшетку в руках медсестры. — Да, конечно, — девушка протянула ему всю информацию, которую уже успела зафиксировать.       Саске несколько раз моргнул, пытаясь сфокусироваться на тексте. Перед глазами все плыло, тело требовало положенный отдых. Имя пациента: Харуно Сакура. Пол: женский. Возраст: 27 лет. Антропометрические данные: рост — 169 см, вес — 52 кг. Биометрические данные: группа крови — III. Данные протокола: Закрытая черепно-мозговая травма средней тяжести, перелом носа со смещением.       Саске оторвался от планшетки, впервые так близко взглянув на Сакуру после операции. На лбу выросла шишка, под глазами залегли сине-зеленые синяки, прикрытые веки опухли, на весь нос была наложена шина. К посиневшим губам протягивались трубки, через которые поступал кислород. Из левой руки, вены на сгибе локтя, торчал катетер от капельницы, на безымянном пальце находился прибор для измерения пульса. — Когда она… Придет в себя? — Саске уже сейчас понимал, что, скорее всего, не сможет поговорить с ней еще долгое время. — Будем наблюдать за ней сутки. Если будут осложнения, то примем меры.       Медсестра не дала ему особо четкой информации. Но он был согласен подождать сутки. — Такое часто бывает? — Саске был несколько зол на ситуацию в целом. — Что вы имеете в виду? — Сакура не жалеет себя. Она часто падает в коридоре? И как можно не заметить ее состояние? — девушка сжалась под его взглядом, чувствуя долю вины. Она понимала, о чем идет речь. Но ведь конкретно она не могла подойти к главврачу и попросить ее пойти домой. — О-обычно, вы встречали ее по вечерам. Но вы ушли, и Сакура-сан стала оставаться здесь на две смены или больше, — медсестра поджала пальцы на ногах. Она мало что знала о Саске, но об этом человеке ходило много слухов. Наруто, заняв пост Хокаге, постарался максимально замять скандальное прошлое Учиха, но утечки все равно были. Она бы никогда не смогла комфортно чувствовать себя рядом с этим человеком, поэтому, как ее начальница могла иметь с ним романтические отношения, она не представляла. — Я хочу знать обо всех изменениях. Это понятно? — Саске навис над дрожащей девушкой, отдавая ей документы. Он не стремился наладить со всеми дружеские отношения. Люди должны были знать, что шутки с ним плохи. — Конечно.       Саске хлопнул входной дверью своего дома. Обычно он всегда молчал наедине с собой, но что-то резко одернуло его, напоминая о еще двух душах в этих стенах. — Я дома.       Саске тряхнул головой, поведя плечами. Что-то странное было в этой фразе. — Извини, я уснула, — Мария вышла из комнаты, которую теперь считала своей, и потерла глаза. Она честно хотела дождаться Саске, но его не было довольно продолжительное время. — Ты голодна? — он не забыл о том, что холодильник пустовал, как и все остальные полки на кухне.       Саске оставил пакеты на полу рядом со столом, первым делом включая холодильник в розетку. Теперь этой кухней они должны будут пользоваться, и им нужно где-то хранить продукты. А через несколько месяцев, вероятно, молоко и смеси. — Приготовь что-нибудь из этого, — Саске снова оставил ее одну, в надежде, что девушка в состоянии сама порыться в ящиках и найти все нужное для готовки. У него не было так много кухонной утвари, но нож и разделочная доска находились на своем законном месте.       Он, несомненно, скучал по благам цивилизации, поэтому заметно расслабился под струями душа. Но не надолго. Саске все еще думал о Сакуре. Она выглядела такой больной, беспомощной и слабой… Он винил себя за то, что позволил этому случиться. Да, она сама буквально прогнала его. Находясь в одной деревне, никто из них не смог бы держать дистанцию.       Выйдя из ванной, он замер, с секундным порывом хмурясь на звуки, доносящиеся с кухни. Саске до сих пор не мог привыкнуть, что теперь делил дом с кем-то еще. Желудок скрутило от уже вкусного запаха, они ели в последний раз, кажется, ранним утром.       В его комнате время остановилось. Стул у письменного стола был чуть сдвинут и повернут в сторону. Сакура сидела на нем, когда он собирал нужные вещи в путь. На столе остался ее блокнот и книга по медицине. Они покрылись тонким слоем пыли. Одна дверца шкафа была неплотно закрыта из-за футболки сверху. Саске стянул ее, чтобы бросить в корзину для белья. Но остановился. Вещь источала едва заметный цветочный запах. Сакура надевала ее в самый последний раз. — Саске!       Учиха дернулся, обернувшись на голос. Мария приоткрыла дверь в его комнату, просунув одну голову. — Что? — Спичек больше нет? Не могу найти.       Девушка заглянула в его комнату лишь единожды. Она была самой обжитой, но пугающей. Саске предпочитал темные оттенки, а отсутствие света еще больше нагнетало атмосферу. Но Мария не могла не заметить декоративную и уходовую косметику на комоде и в одной из ванн, резинки для волос на полках в прихожей. Все говорило о присутствии женщины в доме. Но Саске ни разу не упомянул ту, с кем жил. Или ту, которая здесь оставалась на какое-то время. — Посмотри в шкафу над плитой, — Саске нахмурился. Девушка прервала довольно интимный момент. Пол из-под его ног ушел на несколько секунд, вот настолько он провалился в мысли. — Хорошо! Приходи через полчаса, — Мария была чуткой натурой, прекрасно ощущая волны напряжения от перекошенных мышц спины под футболкой. Она пообещала себе больше не нарушать личное пространство Саске без острой необходимости.       Саске бросил футболку на ту сторону кровати, где обычно спала Сакура. Возможно, когда он ляжет спать, это немного его успокоит.       Ужин прошел в тишине. Саске впервые для Марии ощущался каким-то комом напряжения. Она только сейчас действительно начала понимать, почему он говорил, что люди его сторонились. Да, он заботился о ней, старался быть вежливым, но в моменты, когда Саске не чувствовал опоры под собой, вся его душевная организация вылезала наружу, пробивая толстую брешь. — Саске… — девушка все же решила задать интересующий ее вопрос. В конце концов, за то, что она спросит, он ведь не убьет ее? — Да? — Учиха медленно оторвался от ковыряния в тарелке, поднимая на нее тяжелый взгляд. — Здесь ведь живет девушка? Хотя бы иногда.       Его лицо немного посветлело и расслабилось. Он ожидал более сложного вопроса. — Да. Иногда здесь бывает девушка, — Саске бы не хотел посвящать Марию в свою личную жизнь, тем более, когда между ним и Сакурой была некоторая недосказанность. Если Сакура вдруг захотела превратить их перерыв в разрыв, будет глупо рассказывать о ней Марии. — Ты не говорил о ней. Вы встречаетесь? — Мария, — Саске взглянул на нее максимально понятно. Так, чтобы девушка осознала свою оплошность. — Извини, это не мое дело. — Да, это действительно не твое дело. Я хочу, чтобы ты сейчас сосредоточилась на ребенке. Это самое главное. Я постараюсь дать тебе, — он поправил себя, — дать вам все, что будет необходимо. Клан — это семья, Мария. Но нужно прямо сейчас выстроить границы между нами. Я не вправе вмешиваться в твою личную жизнь и решения, которые напрямую не касаются твоей или ребенка безопасности. Ты можешь заводить друзей или встречаться с кем-то. Меня это не касается. Но как только я увижу хоть намек на угрозу, я обрублю это на корню. Ты понимаешь меня? — Саске говорил осторожно, подбирая слова. Уже в конце стало ясно, что он немного перегнул палку, выразившись слишком конкретно. — Да. — Хорошо. Я хочу от тебя послушания и понимания. Я не ограничиваю твою свободу. Я забочусь о тебе, а ты не нарушаешь мое личное пространство.       Мария лишь улыбнулась ему, хотя он ожидал грусти или даже слез. Но она поняла его, он делал все, чтобы обеспечить ей нормальную жизнь в безопасности. Он вернул ее на родную для Учиха землю, взял все заботы на себя. И она не сомневалась в том, что он обучит ее ребенка всему, что должен знать и уметь Учиха.       Когда ужин был окончен, она все-таки позволила себе маленькую слабость. Ей хотелось выразить благодарность, но не знала, как было бы лучше это сделать. Мария осторожно приблизилась к нему, обнимая. Саске не противился. Он чувствовал ее едва округлившийся живот. — Спасибо.       Он не знал, за что именно она его благодарила. — Можешь идти спать. Я уберу здесь, — она оторвалась от него и кивнула в сторону грязной посуды. — Спокойной ночи.       Но ночь отнюдь не была спокойной. Саске, как и предполагал, ворочался всю ночь, повернувшись лицом в сторону футболки. Он поменял подушки местами, ощущая запах яблока и трав от наволочки. Фантомное присутствие Сакуры не оставляло его, и это давало какую-то надежду на благоприятное будущее. Не было ничего нормального в его жизни. Проблемы сворачивались в огромный снежный шар, катясь с крутого склона, чтобы раздавить его у подножья.       Саске решил подождать чуть больше суток и только потом идти в больницу. Он еще раз наказал Марии никуда не выходить до его возвращения и на дрожащих ногах отправился в больницу, чтобы узнать последние новости. — Часы приема немного другие, но, думаю, она захочет вас видеть, — дежурная медсестра проводила его до палаты, проследила, чтобы вымыл руки с антисептическим мылом и надел халат. — Что мне нельзя делать? — Саске боялся навредить Сакуре, поэтому решил перестраховаться. — Говорите тихо и медленно, не трогайте приборы, если показатели будут плохими, система активирует вызов дежурного врача. Она пока не может говорить, один из симптомов сотрясения — дефекты речи. Не говорите на волнующие или болезненные темы. Если поймете, что что-то не так, тут же позовите врача. Главное правило — полный покой. Все понятно? — Да, я могу войти? — На сегодня обойдемся коротким визитом. Полчаса вам хватит, — медсестра открыла дверь карточкой, пропуская его внутрь.       Саске застыл у двери, не решившись пройти дальше. Вокруг Сакуры стало чуть меньше проводов. Она дышала самостоятельно. — Сакура, как себя чувствуешь? — он уже знал, что она не могла ему ответить, по крайней мере, внятно, но надеялся хотя бы на слабый знак.       Она посмотрела на него рассеянным взглядом, уголки губ чуть дернулись вверх. Сакура была рада его видеть. Она перевела взгляд в сторону стула, приглашая его сесть. — Я вернулся недавно. Увидел тебя в коридоре, было столько крови, я даже не понял, что произошло, — медсестра просила его говорить тихо и четко, но мысли путались, хотелось столько всего рассказать ей. — Я просил тебя больше отдыхать, — Саске посмотрел на нее с укором, нахмурив брови. А потом осторожно коснулся ее прохладной руки. Она не издала ни звука, когда он приподнял ее ладонь к своим губам, прижимаясь ими. — Не делай так больше.       Сакура лишь тяжело вздохнула, подергивая пальцами. — Не знаю, через сколько тебе станет лучше. Но, думаю, Наруто пока подпускать не стоит. Он снесет здесь все.       Наруто не знал, что такое аккуратность. Он бы запнулся об один из проводов, выдергивая его из розетки. Его бы выгнали через несколько минут, как запустили в палату. — Я спрошу, что тебе можно, и принесу в следующий раз. Хочешь яблоки? — Сакура снова дернула пальцами и медленно моргнула. У нее был определенный любимый сорт яблок. — Поправляйся быстрее, — ему хотелось услышать ее голос и крепко обнять.       Саске повременил с рассказом о Марии и ребенке. Сейчас ей не следовало волноваться.