III. Штиль

Но в глубине своей прогнившей души Люцифер хотел нежности. Он вспоминал мать из глубокого детства, её руки, что гладили по голове, волосам, и с какой радостью он бежал к ней в объятия. Ему было мало нежности, но он не мог об этом говорить Вики. Он не был приспособлен вообще к разговорам по душам. А она почему-то не видела этого. Конечно, иногда она ласково что-то говорила, успокаивающе гладила, невинно целовала в плечо, шею, виски, но этого было мало. Он пытался ответить ей нежностью, но она убегала. Всё дальше и дальше. Не сказать, что ей не нравилось. Просто она не придавала значения. В итоге она полностью переехала в Цитадель и погрузилась в работу, в то время как Люцифер стал более свободным. Поначалу он летал к ней почти каждый день, оставался ночевать, но не чувствовал себя ожидаемым гостем. Скорее, назойливой мухой. Естественно, он быстро смекнул что к чему, и перестал навещать её с такой же регулярностью. Вики словно не заметила. Конечно, она тоже прилетала к нему, но настолько нехотя, что лучше бы не прилетала. Когда он гостил у неё, их вызвали в Совет. Люцифер хотел послать к чёрту прислугу, но оказалось, что это было что-то важное. Ничего нового — аномалии, сбои, что-то подозрительное. После Совета Вики проводила его до дворца. Парочка стандартных фраз, возмущение со стороны мужчины из-за контроля, который появился у Вики после её вступления в Совет. Она увела всё в сторону, и они поцеловались. Впервые за всю жизнь Люцифер не почувствовал ни-че-го. Вики улыбнулась и попрощалась. Потом он узнал, что она в плену. Он в собрал армию, поднялся в Цитадель, но Чума оставила его наедине с сокрушительным поражением и отчаянием. Много попыток освободить, много попыток противостоять, но все они заканчивались ещё хуже, чем самые отборные наказания Сатаны. Который, кстати, воскрес. Но был абсолютно безэмоционален ко всему. Бездушная марионетка. Люцифер испытывал безысходную ярость, ту же, что и перед Мальбонте в последней войне. Наверное, единственное, что спасало, так это то, что он сам был марионеткой. Правда, пытался делать вид, что нет. Но Люцифер видел в его непроглядных глазах сомнение и осторожность. С трудом и скрежетом Люцифер признал, что они с Мальбонте на одной стороне. Правда, к этому ещё обоим нужно прийти. Хотя, доверять этому сумасброду не надо. Убогий он. Предатель. Самого себя в том числе. Хотя... Может, у него есть план. Люцифер не знал, примет ли он в нём участие. А вот осознание собственной бесполезности пришло позже и очень болезненно. В конце концов Сатана был очень гордым и самовлюблённым. Но он признал. И подстроился. Когда он увидел Вики, что от слабости упала на колени перед Чумой, то подошёл к ней, чтобы протянуть руку. Они не виделись слишком долго. Кажется, вечность, за время которой произошло слишком многое. Вики не знает, потому что сидела в камере. Он получил замечание за своеволие от Чумы, но проигнорировал его. Что-то, конечно, ответил для приличия. Он встретился глазами с непокорным и острым взглядом. Да, девочка, ты ещё спасёшь этот мир, не смотря на то, что ему придётся назвать её мусором, и то, что сила Мальбонте полностью покинула тебя навсегда, и теперь ты обычный демон с несгибаемым стержнем. Общие дела сближают. Может, они возродят свою пылающую некогда любовь, а может, всё засохнет. Если ещё выживут.