Глава 1. Возвращение в Хогвартс

Всё возвращалось на круги своя. Все те волнующие события, которые затронули Хогвартс в прошлом учебном году, остались позади. Тёмный Лорд проиграл. Его приспешники казнены либо же отправлены на другой конец света. Всё снова становилось хорошо. Да, именно хорошо. Это слово обжигало каждый орган в теле. Его хотелось разжевать. Распробовать. «Хорошо». Что значило это «хорошо»? Гермиона не понимала. Она так отвыкла от ощущения, когда находишься в безопасности. В кругу друзей, семьи. Почти половина лета потребовалась на то, чтобы прийти к этому «хорошо». Кошмары, мучающие гриффиндорку, не давали ей прийти в себя. Забыть, просто пережить и смириться. Каждую ночь она просыпалась в холодном поту и слезах, бежала в спальню родителей так быстро, как не бегала никогда прежде, и, словно ужасы, скрывающиеся в темноте, могли нагнать и поглотить, забиралась под одеяло между отцом и матерью, прижимаясь к ним своим худым телом. «Все будет хорошо», — шептала мама, прижимая к груди Гермиону, словно кто-то может забрать ее прямо в следующую минуту. И все правда стало. –Гермиона! Девушка распахнуда глаза, как будто произошло что-то страшное. Она даже не заметила, как задремала, глядя на зеленеющие за окном Хогвартс-экспресса луга. –Гермиона, мы почти приехали! Ты слушала, что рассказывал Рон? — извиняющимся тоном сказал Гарри, как будто он отвлёк ее от изучения рецепта нового зелья. Гермиона молчала. Конечно, она не помнила. Она так глубоко ушла в свои мысли, что совершено потеряла нить разговора. Святой Годрик, она даже уснула! —Я рассказывал о том, что планирую вернуться к квиддичу в этом году, — услужливо повторил рыжеволосый друг, — Сначала я сомневался, но, чёрт, как хочется стать знаменитым игроком и присоединиться к Палящим пушкам! Они так круто обошли этих придурков Гарпий в последнем турнире! —Рональд, тебе бы следовало думать, в первую очередь, о том, как подтянуть зелья и травологию. Я слышала, как профессор Стебель думала о дополнительных занятиях для тебя. Она волнуется, когда ты прикасаешься к ее растениям, — деловито произнесла Гермиона, высоко поднимая голову. —О, Мерлин, Гермиона! Уроки Стебель — не самое необходимое в жизни! Гарри усмехнулся, когда Гермиона принялась объяснять другу, почему он не прав. Наверно, тоже не мог понять, как и в какой момент всё пришло в норму. Когда их разговоры стали такими…обычными? Ребята провели остаток дороги за разговорами о предстоящем году и строили догадки, что принесет им седьмой курс в этот раз. Как этого не хватало. Им всем. *** О, Мерлин, как же иногда злили Гермиону эти бескрайние коридоры школы. Особенно, когда она спешила, хотя ненавидела торопиться и опаздывать. Кто мог знать, что по прибытии на станцию Рону станет плохо от съеденной горы сэндвичей и троице придется на целый час задержаться. А ведь она, Гермиона, предупреждала, что так будет. Но кто-то разве мог остановить Рона закидывать еду в рот? Глупость какая. Теперь же она быстрыми огромными шагами шла в кабинет МакГонагалл. Профессор отправила за Гермионой с просьбой явиться по очень важному поводу. Какому — не объяснила. Но Грейнджер знала. Знала, что она будет старостой девочек в этом году. Этот трепет от вот-вот полученной должности ощущался от кончиков волос до пальцев ног. Осторожный стук в дверь. —Профессор? Вы хотели меня видеть —Мисс Грейнджер? Входите, — декан слегка улыбнулась, оторвавшись от заполнения бумаг. Все в кабинете было новым, ведь он оказался разрушен Пожирателями. Этими гребаными садистами, целовавшими землю, по которой ходил Волан-де-Морт. Зубы скрипнули. Нет, Гермиона, нет. Все позади. Не позволяй себе думать про это. Ты давно отпустила. Девушка медленно прошла к столу профессора и присела на край стула. —Мисс Грейнджер, ни для кого не секрет, что Вы — одна из самых пытливых студентов. Вы очень много сделали для восстановления Хогвартса и студентов. Я, профессор Дамблдор и все преподаватели не можем не выделить Вас. — она замолчала, переводя дыхание, —Именно поэтому мы решили назначить вас старостой в этом учебном году. Глаза Гермионы радостно засияли. Нет, конечно, она знала, но так приятно было услышать эти заветные слова от декана Гриффиндора. Она староста! Она, Гермиона! МакГонагалл стала объяснять ей обязанности и расположение башни старост, но девушка слушала вполуха. Конечно, она давно это предвидела и всё изучила наперед. Кровь бурлила, в ушах стучало от нетерпения. Но вот одного профессор не сказала. —Профессор, — осторожно произнесла Гермиона, будто спрашивала о местоположении философского камня, —а кто стал старостой мальчиков? МакГонагалл засомневалась, но лишь на миг. —Это вы узнаете уже в башне. Уверена, вы будете удивлены. Девушка удивленно вскинула брови, но расспрашивать не стала. Лишь попрощалась и вышла в холодный темный коридор. Интерес заставлял ноги Грейнджер нести ее с невероятной скоростью в сторону башни старост. Целый рой мыслей заполнил ее голову о предстоящих заботах. Девушка даже не заметила, как добралась до двери, ведущей в гостиную старост. Это была картина, огромная прекрасная картина, на которой изображены альпийские луга. —Филерио. Все нарисованное на холсте поплыло, как будто это была не картина, а колодец, в который кинули камень. Она хмыкнула и вошла внутрь.