глава девятнадцатая, в которой встает вопрос о бессмертии человека

      — Ох, дорогие, чего я точно не хочу, так это быть бессмертной! Нет хуже проклятия, чем пережить всех близких тебе людей. Живешь-живешь, мир вокруг меняется, а тебе постоянно нужно как-то привыкать к этим изменениям без конца и края… Сомнительное удовольствие. Я ведь и современность вашу плохо понимаю, и что будет лет через пятьдесят или сто, возможно, не пойму и не приму никогда. Такого я уклада человек: за свои приоритеты держусь крепко, вы же, молодежь, попластичнее будете. Единственное бессмертие, о котором, пожалуй, стоит мечтать, — бессмертие творчества. В вечной жизни прелести мало, а вот в рукописях, которые не горят, смысл имеется.