Глава 39

— ​Друзья! ​— ​крикнул ​Ян ​Дикрас. ​— ​Лорд ​Эйос ​здесь! ​ ​— ​Если ​не ​сейчас… ​— ​взревел ​он, ​— ​то ​никогда! ​ ​Громкий ​крик ​Яна ​о ​революции ​у ​порога ​и ​о ​прибытии ​лорда ​Эйоса ​привлёк ​внимание ​всех ​вокруг. ​Тысячи ​глаз ​простолюдинов, ​солдат, ​великих ​господ ​были ​устремлены ​на ​него. ​ ​Даже ​глаза ​Великих ​Господ, ​стоявших ​на ​стенах ​и ​внизу, ​сузились, ​обратившись ​к ​источнику ​шума. ​ ​Однако ​их ​взгляды ​быстро ​вернулись ​к ​бочкам, ​всё ​ещё ​летевшим ​по ​небу. ​С ​тем, ​что ​кричал ​этот ​наглец, ​можно ​было ​разобраться ​позже. ​ ​Они ​понятия ​не ​имели, ​что ​было ​в ​бочках. ​Ещё ​ошейники, ​возможно? ​Но ​почему ​они ​горели? ​ ​Дикий ​огонь? ​Маловероятно, ​но ​некоторые ​всё ​же ​содрогнулись ​при ​этой ​мысли. ​Если ​это ​дикий ​огонь, ​то ​они ​обречены. ​ ​Размышления ​длились ​недолго. ​Бочки ​ударились ​о ​землю ​среди ​солдат. ​ ​Среди ​солдат ​вспыхнула ​паника, ​и ​они ​разбежались, ​чтобы ​избежать ​горящих ​бочек. ​Внезапное ​движение ​людей ​создало ​небольшой ​хаос, ​нарушив ​их ​ряды. ​ ​Когда ​бочки ​разбились ​при ​ударе, ​из ​них ​вырвалась ​горящая ​ткань, ​вспыхнув ​пылающими ​кострами. ​ ​Великие ​Господа ​ещё ​не ​успели ​осознать, ​что ​происходит, ​какой ​вред ​или ​какую ​стратегию ​представляет ​эта ​горящая ​ткань, ​когда ​Ян ​Дикрас ​снова ​закричал, ​на ​этот ​раз ​обращаясь ​прямо ​к ​ним. ​ ​— ​Сдавайтесь! ​— ​крикнул ​он. ​— ​Не ​сопротивляйтесь ​неизбежному. ​Революция ​неизбежна. ​Лорд ​Эйос ​неизбежен! ​ ​— ​Выберите ​жизнь, ​а ​не ​смерть, ​— ​прогремел ​он. ​ ​— ​Я ​могу ​умереть ​один… ​— ​продолжил ​он, ​его ​глаза ​метнулись ​к ​Господам, ​которые ​теперь ​обменивались ​настороженными ​и ​вопросительными ​взглядами, ​вероятно, ​готовясь ​приказать ​солдатам ​убить ​его. ​ ​Между ​Великими ​Господами ​и ​собравшейся ​толпой ​было ​не ​так ​уж ​много ​места. ​ ​Если ​бы ​не ​напряжение ​и ​хаос ​от ​горящих ​бочек, ​если ​бы ​не ​страх ​спровоцировать ​полномасштабное ​восстание, ​убив ​одного ​простолюдина ​прямо ​сейчас, ​они, ​вероятно, ​уже ​приказали ​бы ​его ​казнить. ​ ​Горящие ​бочки ​дали ​ровно ​столько ​отвлечения, ​ровно ​столько ​колебания. ​ ​— ​Но ​я ​больше ​никогда ​не ​склонюсь ​перед ​этими ​дураками! ​— ​крикнул ​Ян. ​ ​За ​его ​спиной ​раздался ​громкий ​хор ​одобрительных ​возгласов. ​Ян ​не ​знал, ​какая ​часть ​из ​них ​исходила ​от ​настоящей ​толпы, ​а ​какая ​— ​от ​300 ​агентов ​под ​прикрытием, ​его ​товарищей-шпионов, ​стратегически ​разбросанных ​и ​смешавшихся ​с ​людьми. ​ ​Их ​задача ​была ​проста. ​Следовать ​его ​примеру, ​поднять ​массы ​и ​дать ​последний ​толчок, ​чтобы ​зажечь ​революцию. ​ ​Но ​звук, ​будь ​он ​настоящим ​или ​искусственно ​созданным, ​был ​достаточен. ​Он ​посеял ​тревогу ​в ​сердцах ​Великих ​Господ ​и ​тонкую ​смелость ​в ​сердцах ​людей. ​Пузырь, ​который ​назревал ​последние ​несколько ​дней, ​был ​готов ​лопнуть. ​ ​— ​Убейте ​этого ​ублюдка! ​— ​рявкнул ​один ​из ​господ. ​ ​Приказ ​был ​немедленным. ​Пара ​солдат ​двинулась ​к ​Яну. ​ ​Сердце ​Яна ​сжалось, ​когда ​его ​глаза ​метнулись ​к ​одной ​конкретной ​улице, ​той, ​за ​которой ​он ​всё ​это ​время ​наблюдал. ​ ​— ​Я ​могу ​умереть, ​— ​пробормотал ​он ​себе ​под ​нос, ​его ​голос ​эхом ​разнёсся ​по ​улице, ​— ​но ​я ​не ​склонюсь. ​ ​А ​затем ​он ​снова ​взревел, ​швырнув ​камень, ​сжатый ​в ​руке, ​в ​господина, ​который ​приказал ​его ​убить. ​ ​Камень, ​конечно, ​не ​попал ​бы, ​было ​достаточно ​времени, ​чтобы ​увернуться, ​но ​дело ​было ​не ​в ​этом. ​Человек ​без ​оружия ​шёл ​против ​армии. ​ ​Приближающиеся ​солдаты ​ускорили ​шаг. ​Тем ​временем ​в ​толпе ​началось ​какое-то ​движение. ​Несколько ​человек ​вышли ​вперёд, ​сжимая ​камни ​и ​кирпичи. ​ ​Большинство ​из ​них ​были ​людьми ​Яна, ​шпионами, ​внедрёнными ​в ​народ, ​но ​простые ​люди ​всё ​ещё ​колебались, ​напуганные ​видом ​солдат ​с ​клинками. ​ ​«Только ​не ​опаздывайте, ​— ​прошептал ​Ян ​про ​себя. ​— ​Давайте ​же». ​ ​Словно ​в ​ответ ​на ​его ​молитву, ​с ​улицы, ​за ​которой ​он ​наблюдал, ​донёсся ​хор ​криков. ​Все ​взгляды ​обратились ​туда. ​ ​И ​тогда ​это ​случилось. ​ ​Десятки ​людей ​вырвались ​из ​переулка ​с ​клинками ​и ​копьями ​в ​руках. ​ ​Прежде ​чем ​кто-либо ​успел ​среагировать, ​из ​него ​высыпало ​всё ​больше ​и ​больше ​фигур, ​устремившихся ​прямо ​к ​воротам. ​ ​Это ​были ​200 ​обученных ​комбатантов ​из ​шпионской ​роты ​Яна. ​Жестоко ​обученные ​солдаты. ​ ​Миэринские ​солдаты, ​уже ​потрясённые ​огнём, ​нарушили ​строй. ​Их ​построение ​было ​в ​беспорядке. ​ ​200 ​астапорских ​воинов ​атаковали ​как ​одержимые. ​Тщательно ​обученные, ​их ​цель ​была ​единственной ​и ​ясной. ​Они ​служили ​одному ​человеку. ​Они ​служили ​одному ​делу. ​Они ​служили ​одной ​цели. ​ ​Они ​наносили ​удары ​с ​точностью ​и ​жестокостью, ​рубя ​солдат, ​которые ​бросились ​к ​Яну. ​В ​считанные ​мгновения ​были ​перерезаны ​глотки, ​и ​на ​улицу ​хлынула ​кровь. ​ ​Нападавшие ​продвигались ​вперёд ​клином, ​прорубая ​себе ​путь ​к ​воротам. ​ ​Поскольку ​защитники ​были ​в ​хаосе, ​у ​миэринских ​солдат ​не ​было ​времени ​перегруппироваться. ​В ​первые ​же ​мгновения ​погибло ​более ​дюжины. ​ ​— ​В ​атаку! ​— ​крикнул ​Ян ​Дикрас. ​— ​Лорд ​Эйос ​здесь! ​ ​— ​Лорд ​Эйос ​здесь! ​— ​взревел ​он ​снова. ​— ​Его ​люди ​вошли ​в ​город! ​ ​Павшие ​миэринские ​солдаты, ​внезапное ​появление ​воинов, ​готовых ​умереть ​за ​своё ​дело, ​одинокий ​человек ​без ​оружия, ​разжигающий ​открытое ​восстание, ​и ​300 ​других, ​поднимающихся ​за ​ним, ​и ​возможность ​того, ​что ​эти ​воины ​— ​люди ​лорда ​Эйоса. ​ ​Если ​всего ​этого ​было ​недостаточно, ​чтобы ​взбудоражить ​кровь ​простого ​люда, ​то ​что ​могло? ​И ​вот, ​толпа ​ринулась ​в ​атаку. ​ ​Они ​хватали ​оружие ​павших. ​Они ​не ​умели ​им ​владеть, ​но ​это ​не ​имело ​значения. ​ ​Их ​движения ​было ​достаточно. ​Достаточно, ​чтобы ​ужаснуть ​Великих ​Господ. ​ ​В ​тот ​момент, ​когда ​Господа ​увидели ​толпу, ​несущуюся ​на ​них, ​страх ​укоренился ​в ​их ​сердцах. ​Крики ​о ​прибытии ​лорда ​Эйоса, ​хаос ​в ​их ​армии ​и ​чистая ​сила ​отчаявшихся ​людей ​стали ​слишком ​большим ​испытанием. ​ ​Они ​начали ​отступать, ​в ​панике, ​потрясённые ​и ​совершенно ​неподготовленные. ​ ​За ​всем ​этим ​наблюдали ​Великие ​Господа ​с ​вершин ​пирамид. ​ ​Естественно, ​они ​не ​слышали ​всего, ​что ​произошло ​у ​ворот, ​но ​того, ​что ​они ​увидели, ​было ​более ​чем ​достаточно, ​чтобы ​понять, ​что ​случилось. ​ ​Началось ​восстание. ​Настоящее, ​организованное ​восстание. ​Люди ​взялись ​за ​оружие ​против ​них. ​ ​При ​этом ​осознании ​сердца ​господ ​сжались, ​особенно ​тех, ​кто ​был ​за ​сдачу. ​ ​Но ​даже ​сдача ​теперь ​казалась ​неопределённой. ​Толпа ​не ​останавливается, ​чтобы ​спросить, ​хочет ​ли ​кто-то ​сдаться ​или ​нет. ​Она ​видит ​только ​кровь, ​гнев ​и ​возможность. ​И ​они ​знали, ​что, ​как ​только ​их ​ярость ​вырвется ​наружу, ​пощады ​не ​будет. ​ ​Возможно, ​лорд ​Эйос ​проявит ​милосердие. ​Он ​не ​убивал ​без ​разбора ​в ​Астапоре. ​ ​И ​каким-то ​образом, ​внезапно, ​некоторым ​из ​господ ​лорд ​Эйос ​стал ​казаться ​не ​столько ​завоевателем, ​сколько ​спасителем. ​Спасителем, ​которого ​они ​не ​могли ​дождаться, ​чтобы ​увидеть ​в ​городе.