Глава 49
15 марта 2026, 02:56[20 дней спустя]
[Винтерфелл]
Нед Старк глубоко вздохнул, перелистывая пергаменты на своём столе.
Хотя его пальцы переворачивали страницы, а глаза скользили по цифрам и отчётам, написанным на них, его разум не воспринимал ни одной из этих цифр.
Он был погружён в собственные мысли, плывя по течению в мире, далёком от цифр и чернил.
Прошёл почти год с тех пор, как Джон сбежал из Винтерфелла. И даже сейчас они не нашли никаких его следов.
Ни зацепок. Ни следа. Ничего.
Единственной слабой надеждой, за которую Нед всё ещё цеплялся, было отсутствие тела. Они не нашли никаких останков. Ни трупа, ни одежды, ни сапог, которые могли бы хотя бы смутно намекнуть на смерть Джона.
Конечно, было лето. Но даже так, Север оставался достаточно холодным, чтобы сохранить тело на месяцы, если не дольше.
Если бы Джон погиб где-то поблизости, что-нибудь, что угодно, уже бы нашлось.
Исчезновение Джона вызвало не более чем рябь в ритме жизни Винтерфелла. Повседневные дела продолжались, как и всегда. Разговоры о Джоне почти сошли на нет. Кроме случайных вопросов от Арьи или Брана, мало кто даже произносил его имя.
Кейтилин тоже внесла свою лепту, позаботившись о том, чтобы пятно, которое он оставил на чести семьи, было стёрто даже из памяти людей. Он бы не сказал, что их отношения испортились, но, безусловно, между ними появилась скованность. И всё же он не винил Кейтилин в случившемся. По крайней мере, не больше, чем винил себя. Как лорд замка, он был обязан обеспечить Джону обращение, подобающее носителю крови Старков, даже если он был «бастардом». Бастардов на Севере ненавидели не так сильно, как на Юге. Последователи Семерых не слишком жаловали бастардов.
Однако для Неда не только Винтерфелл казался в беспорядке. Словно весь мир погрузился в тихий хаос.
Прошло четыре дня с тех пор, как он получил последний отчёт. Ещё два города пали под мечом лорда Эоса. Юнкай и Миэрин.
Даже когда это имя впервые появилось, когда был взят Астапор, Нед не отнёсся к этому легкомысленно. Но теперь? Теперь, когда этот юноша взял под своё командование не один, а три города? И он добился этого за считанные месяцы. Никто больше не мог позволить себе его игнорировать.
Подробностей было мало. Новости из Эссоса доходили медленно, а до уединённого замка Винтерфелл — ещё медленнее.
Но каким бы ни был использованный метод, захват двух городов в быстрой последовательности — не малый подвиг. И те слова, те амбициозные слова, сказанные лордом Эосом в Астапоре о создании величайшей империи, которую когда-либо видел мир.
Эти слова теперь будут звучать как военный барабан в ушах правящей элиты Эссоса. Каждый город в Эссосе, особенно те, что находятся близко к Заливу Работорговцев, почувствует, как тень его амбиций подкрадывается всё ближе. И теперь, знал Нед, начнётся настоящее испытание для лорда Эоса.
Стук в дверь вывел Неда из его мыслей.
— Войдите, — сказал он.
Дверь открылась, и вошёл мейстер Лювин.
— Лорд Старк, — почтительно поклонился он. — Лорд Мандерли прибыл в Зимний городок. Вскоре он будет у ворот Винтерфелла.
Нед кивнул. Это была ещё одна загадка, терзавшая его мысли.
Восемь дней назад он получил ворона из Белой Гавани. Письмо было от самого Вимана Мандерли.
Странно, но в нём не было никаких подробностей, лишь одна строка, гласившая, что лорд Мандерли едет в Винтерфелл, чтобы обсудить дело чрезвычайной важности.
И, честно говоря, с тех пор у Эддарда Старка было нехорошее предчувствие.
— Очень хорошо, — сказал он, поднимаясь на ноги, чтобы лично встретить лорда Мандерли.
Массивная фигура лорда Мандерли верхом на лошади была не самым обычным и не самым изящным зрелищем. Он выглядел неловко и неуместно, и некоторым из зевак во дворе было трудно сдержать смех при виде его верховой езды.
Свита, следовавшая за лордом Мандерли, была небольшой, ровно настолько, чтобы обеспечить его безопасность в дороге. Виман Мандерли, едущий верхом с таким скромным конвоем, ясно давал понять, что он спешил завершить путешествие.
Принесли прочный табурет, и Мандерли спешился так быстро, как только мог.
— Лорд Старк, — поприветствовал он, поклонившись, или, скорее, наклонив шею, ибо было ясно, что полноценный поклон ему не под силу.
— Лорд Мандерли, — ответил Нед, отвечая на любезность.
— Ваши покои подготовлены, — добавил Нед. — Хотите сначала отдохнуть, или?..
Он оставил вопрос открытым. Как хозяин, он был обязан предложить отдых, но выбор оставался за Мандерли, а Неду не меньше хотелось и не терпелось услышать, что так срочно привело лорда Белой Гавани в Винтерфелл.
— Нам следует поговорить в вашем кабинете, — сказал Виман Мандерли с мрачным выражением лица.
Сердце Неда слегка сжалось. Если Мандерли отказывался от отдыха после такого долгого путешествия, значит, дело действительно было серьёзным.
Двое мужчин прибыли в кабинет Неда Старка. Нед занял своё обычное место в кресле за дубовым столом. Кресло напротив него выглядело слишком маленьким для лорда Мандерли, но с некоторым усилием и кряхтением тучный лорд сумел сесть, хотя и с небольшим трудом.
— В чём дело, лорд Мандерли? — без промедления спросил Нед. Поскольку они уже были наедине, он не видел необходимости в любезностях и перешёл прямо к делу.
Виман Мандерли глубоко вздохнул, словно собираясь с мыслями или тщательно подбирая слова.
— Лорд Старк, — начал он через мгновение, — за день до того, как я отправил вам ворона, я встретил купца. Купца из Эссоса.
— Да? — подтолкнул Нед, жестом приглашая его продолжать.
— У купца было с собой нечто, что вызвало у меня большой интерес, — медленно произнёс Виман. — Он нёс портрет. Портрет лорда Эоса, нарисованный в день открытия им городского центра Астапора.
Нед нахмурился. Он действительно слышал о городском центре Астапора. Амбициозный и, по всем отзывам, уважаемый проект. Но теперь его внимание переключилось на цель этого визита. Портрет лорда Эоса?
— И что с того? — спросил Нед, сузив глаза.
— Я принёс его с собой, — сказал Виман, залезая в свои плотные одежды. Он вытащил свёрнутый рулон пергамента, аккуратно перевязанный верёвкой.
Нед нахмурился ещё сильнее, когда Виман передал ему свёрток. Он всё ещё не понимал значения, но что-то в серьёзном выражении лица лорда Белой Гавани заставило его похолодеть. Его сердце забилось чуть быстрее от предчувствия.
Осторожными руками он развернул пергамент, и в тот момент, когда его взгляд упал на фигуру, его глаза вылезли из орбит от шока, и он резко вскочил со стула.
Пока нет комментариев. Авторизуйтесь, чтобы оставить свой отзыв первым!