Глава 1 - Идеальная Картинка

ЛИЯ 3 месяца назад. 22 сентября 2018. – Держись подальше от этой семейки, Лия. Эти слова только заставляли меня хотеть приблизиться к ним - неужели моя мама всё ещё не понимала принципа, что чем больше она будет против чего-то, тем больше мне будет любопытно? Я выросла в окружении запретов. Не играй с мальчиками, только с девочками. Не носи откровенную одежду. Не сиди допоздна. Не матерись. Не слушай странную музыку. Не читай ничего, что не подходит. Не заводи друзей, которых я не одобряю. Не выходи после 7 вечера. Интернет сайты и телепередачи, которые ты смотришь, должны быть разрешены мной. Запреты повсюду. У моей мамы была склонность запрещать что-либо без объяснения причин, она просто говорила, что она моя мать и она знает, что для меня лучше, и начинала читать мне об этом лекцию. Мой дом чрезвычайно религиозный, впрочем, как и весь город. Не было семьи, которая не посещала бы церковь, а те, кто осмеливался сбиться с пути, были изолированы и рассматривались как изгои, пока они не сдавались и не возвращались в церковь. Жители Уилсона создали свою собственную религию более 50 лет назад, и мы по-прежнему соблюдаем её. В городке было не очень большое население, поэтому община быстра стала закрытой и религиозной. Все магазины, предприятия и рестораны управлялись горожанами. Уилсон привлекал много туристов: летом, когда наши природные источники и водопады становились прохладными, а также зимой, когда наши горы покрывались белым снегом. Община была довольно снисходительна по отношению к туристам, по словам наших лидеров, иностранцы не умели себя вести и мы допускали их на свою территорию только для того, чтобы они поддерживали нашу экономику. Не поддавайтесь влиянию распутного поведения, которые демонстрируют туристы. Эта воскресная проповедь застряла у меня в голове. – Мы ничего о них не знаем, эта семья ещё не вступила в церковь, - напомнила мне мама. – Пока они не станут активными и верующими членами нашей церкви… – Они для нас не существуют. Я закончила за неё. Мне не нужно было напоминать, мне было не 9 лет, мне уже 17. Мама, вероятно, была права, мы ничего не знали о них, были ли они плохими людьми? Или такие же распутники, как туристы? Каждый раз, когда кто-то переезжал в Уилсон, это вызывало целый переполох, от бормотания в супермаркетах до разговоров в церкви, когда наш лидер заканчивал свою проповедь. Я скорчила гримасу, двигая ногами взад-вперед под высоким стулом, на котором сидела напротив кухонной стойки. Мама была на другой стороне, готовила ужин. Её каштановые волосы были собраны в высокий хвост, на ней было цветочное ниже колен с рукавами, да не позволит Всевышний ей оголять кожу даже дома. Её фартук защищал платье, она проверила духовку, источая восхитительный аромат. – Хммм, субботняя лазанья, - прокомментировала я, вставая на ноги. Она улыбнулась мне, лёгкие морщины подчеркивали уголки её рта и глаз. – Да, я до сих пор не понимаю, как тебе не надоела лазанья. – Это невозможно. – Иди помой руки, твой отец, должно быть, скоро придёт. – Да, мэм. Я послушно прошла в небольшую ванную комнату сбоку от лестницы и вымыла руки. Папа работал в городе, он был очень престижным юристом, у его карьеры не было большого будущего в таком маленьком городке, как этот, поэтому он каждый день ездил на час в свою юридическую фирму в городе, его дела шли хорошо, благодаря ему мы могли жить со многими предметами роскоши и иметь такой большой и красивый дом в лучшем районе городка. Спасибо Всевышнему за то, что так много нам дал. Не многие могли жить в этом районе, большинство горожан имели работу прямо здесь со стабильной зарплатой, но не достаточной, чтобы позволить себе такой дом. Многие из домов вокруг нас были пусты, лишь в нескольких жили семьи, которые зарабатывали так же, как папа, и исследовали город в поисках лучших вариантов. По этой причине наши новые соседи привлекли к себе большое внимание, потому что они не только переехали сюда, и никто их не знал, но они также купили соседний дом год назад, самый дорогой в этом районе, и сделали такой ремонт, что он стал похож на особняк из фильма. Они не въезжали, пока ремонт не закончился чуть больше недели назад. Я видела только блондинку лет тридцати, очень стильную в день переезда, управляющую персоналом, который они наняли, чтобы разгружать вещи, которые в основном выглядели новыми, в сверкающих коробках для посылок. Никто о них ничего не знал, они даже наняли какую-то фирму для ремонта, так что никто в городе не ступил в этот дом, кроме миссис Тилль, которая была агентом по недвижимости и занималась процессом продажи. – У них много денег, Лилия, - шепнула миссис Тилль моей матери в прошлое воскресенье в церкви. – У них очень сильный акцент, они немцы, я видела только эту пару, но я думаю, что у них есть дети. Ты понятия не имеешь, как они переделали этот дом, роскошь, как в тех сериалах, где показывают дома знаменитостей, чистая жадность, Лилия. Я стояла, глядя на своё отражение в зеркале в ванной, мои чёрные волосы были собраны в небрежный пучок, потому что когда они были распущены, они доходили до моей спины, так что мне приходилось собирать их таким образом, если я хотела, чтобы моя шея немного дышала. Чёрные глаза, которые я унаследовала от отца, смотрели на моё отражение с любопытством. Давай поиграем, Лия... Этот зловещий голос эхом прозвучал в моей памяти, и я покачала головой, крепко зажмурив глаза. Хватит, нет, я уже идеальна. Я абсолютно нормальная, все в порядке. Я открыла глаза, на моих губах образовалась вынужденная улыбка, игнорируя все остальное. Я вышла из ванной, вздохнув, и закрыла дверь ногой. Добравшись до кухни, я как раз собиралась что-то сказать маме, когда раздался звонок в дом, удивив нас. Не потому, что у нас никогда не было гостей, а потому, что в Уилсоне люди не навещали друг друга во время ужина, если только их не приглашали. Мама сняла кухонные перчатки и фартук. – Ты кого-то ждешь? Я покачала головой. Мы обе подошли к двери, и мама заглянула в глазок. – Кто это? - обеспокоенно спросила я. – Я их не знаю, - прошептала она, прежде чем повысить голос. – Кто там? – Добрый вечер, - ответил женский голос. – Мы ваши новые соседи. – О, миссис Тилль была права, у неё сильный акцент. Мы с мамой переглянулись, и я увидела сомнение в её выражении, она не любила принимать гостей в такой час и без присутствия моего отца, но и не хотела казаться невежливой. – Немного поздно для визитов, - ответила мама. Мы слышали, как она говорила о чём-то с мужчиной на языке, который я предположила, был немецким, прежде чем ответить. – Ой, извините, соседи. Просто сейчас 6 часов, я не учла расписание, мы принесли вам торт. Я сама испекла. И этого было достаточно, чтобы моя мать уступила, в её понятиях, если женщина готовила, значит она знала своё место в качестве жены. – Держись за мной, Лия. Я кивнула. Моя мама открыла дверь, и я немного отошла в сторону, чтобы видеть наших соседей. Первое, что меня поразило, это рост и ослепительная улыбка дамы. Её длинные светлые волосы падали по обе стороны лица. Невольно мать поправила волосы. – Добрый вечер, - вежливо сказала мама. Соседка держала торт с клубникой и сливками, который выглядел очень красиво. Рядом с ней стоял человек совершенно противоположный ей, черноволосый, в черном костюме с синим галстуком. – Прошу прощения за час, - ответила дама. - Нас зовут Мила и Вальтер Штейн, мы переехали чуть больше недели назад, но у нас не было времени представиться. – А мы Лия и Лилия Флеминг, очень приятно, - сказала мама. Я улыбнулась им, помахав рукой. Мама не теряла времени, наблюдая за ними настороженно. – Добро пожаловать по соседству, прошу прощения за то, что не приняла вас как положено, не хотела беспокоить вас с переездом. – Не волнуйся, Лилия, - мама напряглась от того, что её назвали по имени, а не миссис Флеминг. – Я приготовила этот торт с любовью, надеюсь, мы поладим. Моя мама получила торт с натянутой улыбкой, вся ситуация была далеко за пределами её зоны комфорта, общение с незнакомцами не было чем-то, с чем она справлялась легко. Казалось, мимолетная встреча подходила к концу, когда мы их услышали. Голоса приближались со стороны дома, затем девичий смех, а затем ещё несколько голосов, я нахмурила брови, потому что не понимала ничего из того, что они говорили, снова этот грубый и громкий язык. – О, - Протянула миссис Штейн, поворачиваясь. – Не волнуйтесь, это всего лишь мои дети. Дети? С одной стороны крыльца, окружающего дом, появились три фигуры, которые шли к двери, это были два парня и девушка, которая плохо видела в темноте, они шутили, как я предположила, на немецком. Мистер Штейн повернулся к ним и прошептал им что-то по-немецки, что звучало как ругань. Все трое замолчали и послушно поднялись по лестнице крыльца, теперь я могла разглядеть их при свете фонаря. Все трое были высокими, примерно моего возраста, и очень привлекательными, как и их родители, у девушки были чёрные волосы, остриженные до линии подбородка, темно-синие глаза, с тонким, очень красивым профилированным лицом. У неё была такая структура фигуры, которая позволяла ей успешно носить такой разрез. На ней была юбка, едва доходившая до колен, и фланель, где была заметна форма её полных грудей. Только её стиль одежды будет полным скандалом в городке. – Это Кайя, - представила миссис Штейн, Кайя улыбнулась нам, её глаза на секунду встретились с моими, и я опустила взгляд. Один из парней встал рядом с Кайей, и тогда я заметила, насколько они похожи, он выглядел как мужская версия её, те же чёрные волосы, те же темно-голубые глаза, их черты лица были очень похожи. – А это её близнец, Фрей. Фрей кивнул в знак приветствия, выражение его лица было холодным. Я почувствовала на себе глаза, и я осмелилась поднять взгляд, но это были не близнецы, это был парень позади них, который смотрел на меня. Чуть выше близнецов, с непослушными светлыми волосами, выбивающимися из черного капюшона. У него были светло-голубые глаза, которые казались серыми в этом свете. Его лицо было гораздо мужественнее, чем у Фрея, с четко очерченными скулами и губами, окрашенными в красный цвет от жвачки, которую он небрежно жевал. Он сделал шарик и лопнул его, всё ещё глядя на меня. – А это мой старший сын Хайс. Хайс... Я не знала, почему его взгляд заставлял моё сердце так биться. Я даже не знала его. Я отвела взгляд, немного спрятавшись за мамой. Хайс сделал шаг вперед, среди остальных и подарил улыбку моей матери, протягивая ей руку. – Очень приятно. Его голос был слишком низким для его возраста. Мама ненадолго взяла его за руку и отпустила. Хайс взглянул на меня, и я отвела взгляд. — А она... - вопрос повис в воздухе. – Это моя дочь Лия, - тут же отрезала мама. – А Лия не умеет говорить? – Она не любит говорить с незнакомцами. Моя мать теряла свою вежливость. Хайс открыл было рот, чтобы что-то сказать, но его мать дернула его за руку, заставив замолчать. – Было приятно, - сказала миссис Штейн. – Спасибо, что приняли нас без предупреждения и приняли мой торт, мы надеемся увидеть вас в ближайшее время, приятного вечера. – Приятного вечера, - мама не скрывала своего резкого тона и закрыла дверь, но прежде чем она полностью закрылась, мои глаза встретились с глазами Хайса, и легкая улыбка искривила его губы, прежде чем я потеряла его из виду. Что-то подсказывало мне, что приезд этой семьи усложнит не только жизнь в городе, но и мою жизнь, и я была права. А началось всё с самоубийства.