Спокойствие

— Расскажи мне про нее, — тихо попросила Элира. Они сидели спиной к друг другу на холодном полу спального модуля. Он не пах гарью. Если не принюхиваться. Лина смогла дистиллировать спирт из подручных компонентов. Смешала с местной комбучей и спрятала в модуле для такого вечера. — Она изменилась, — Лина обняла себя руками, смотря на бутылку с мутной жидкостью. — Добрее стала, что ли. — Болезнь так повлияла? — девушка смотрела в свое отражение в зеркале. — Не знаю, — она сделала глоток. — Только потом я узнала, что у других тоже был рак. Через поколение. — У наших детей он будет? — Как гены проявятся. Не знаю, как можно знать и никому не сказать, — Лина вздохнула в тихом гудении вытяжки. — Мама постоянно себя винила. Может, пыталась так жалость вызвать. — Я жалею, что не ответила ей, — Элира забрала из рук бутылку. Поднесла ее к губам, задумавшись на миг. Затем отпила. — Нельзя же злиться вечно? — Нельзя, — она коснулась руки девушки. Не как акт поддержки. Как проверка на реальность. — Знаешь, все плохое забывается, когда узнаешь. — Виню себя, что не потащила ее к врачу, — Элира заморгала, когда в глазах появились слезы. Голос не дрожал. — Думала, что все обойдется. Она же медик. — И дотянула до последней стадии, — Лина кивнула. — Мы не виноваты. Мы же говорили. Просто были далеко. Тишина проникла в модуль, увлекая в мысли. Они не были одинаковы, как осуждающее отражение в зеркале. Но обе не смогли помешать смерти. — Ты была на похоронах? — обернулась Лина. — Да, — проговорила Элира сухими губами. — Ее кремировали, чтобы положить рядом с ее отцом. — Я тоже. Купила темно-красные розы. — Почему все еще больно? — девушка промокнула глаза рукавом кофты. — Когда это прекратится? — Мне кажется, никогда, — голос был спокойный, но глухой. — Стоит вспомнить — как корку сдираешь. — Ощущение, что я и есть шрам, — Элира поднялась тяжело. Тело пробила мелкая дрожь. — Как отпавший хвост ящерицы. Пульсирую на последнем издыхании. — Тянет на философию? — Лина грустно усмехнулась, цепляясь за изголовье кровати, чтобы встать. — Видела новый модуль? — Лавочку? — она обернулась. — Только мимо проходила. Они посмотрели друг на друга. Затем одновременно кивнули. Лина подняла с пола бутылку, закупоривая ее свернутой салфеткой. Они тихо вышли в коридор — напротив были личные каюты и комната отдыха. Не хотелось потревожить кого-то — этот вечер был только для них двоих. Спустившись вниз, они аккуратно заглянули в модуль. Никого. Среди зелени деревьев даже воздух казался другим, более свежим. Ночным. Лина указала наверх — под потолком расцвела иллюзия звезд. — Всего лишь голограмма, но столько воспоминаний, — Элира присела на край лавочки, словно боялась, что и та не настоящая. Она забрала бутылку из рук подруги. — Пока мама не увлеклась алкоголем, мы часто гуляли, — Лина села рядом, оперевшись локтями в колени. Она краем глаза заметила, как Элира делает несколько больших глотков. — Не налегай так. — Помнишь Патрика? — девушка с прищуром посмотрела на механика. На ее щеках горел румянец от алкоголя. — Фу, — Лина сморщилась, а затем рассмеялась. — Не напоминай. Шататься по парку в мороз с этим соевым пацаном. Какие мы глупые были. — Зато было весело, — она пожала плечами, отдавая самодельную настойку. — Особенно, когда он притащил к себе какую-то девку на ночь, а потом сказал «ну я хотел подружиться с кем-то», — Лина прыснула, толкнув подругу в бок. — А мы ведь поверили. — Хорошо, что вовремя все поняли, — Элира улыбнулась. — А что у тебя с Ботаником? — Кто бы такие вопросы задавал, — Лина откинулась на спинку лавки. — Если честно, не знаю. Скорее, ничего. У него ведь в своей реальности жена, идеальная жизнь. Конечно, он, наверняка не до конца понимает, что не увидит ее больше. — Думаешь? — А ты надеешься, что мы отправимся обратно к себе? — она повернула голову. — Элира еще об этом говорила, пока ты снаружи радиацией травилась. Она думала, что разветвлений намного больше, но КК показал именно связанные с Долли, потому что наши версии в них погибли. — Вытягивает сознание в момент смерти? — Элира прикусила губу. — Мне кажется, КК просто настроен на проект Долли, но твоя версия интереснее. — С другой стороны, насколько можно доверять свихнувшемуся оригиналу, — Лина, легко хлопнув себя по колену, поднялась. — Идешь? — Посижу еще немного, — Элира натянуто улыбнулась. Лина, сделав глоток из бутылки, поставила ее рядом на землю. — Только не накидайся, а то прямо здесь уснешь, — сказала она, уходя. — Я знаю, — прошептала в пустоту девушка. Она и не хотела пить больше. Хотела, чтобы рядом была возможность выпить. Дверь тихо отъехала в сторону. Элира не сразу подняла голову, утонув в мыслях. Охранник сделал осторожный шаг в модуль, не желая разрушить вязкое спокойствие. Девушка кивнула. Он сел на другой конец лавки, посмотрев на искусственные звезды. — Что делаешь? — спросила девушка, сжимая пальцами холодную бутылку. — Не спится, — он смотрел перед собой на иллюзорные кусты. — Решил сходить в обход. — Здесь так спокойно, — Элира вытянула ноги, ощущая, как по мышцам пробегает спазм. — Да, хорошо, — мужчина кивнул, слыша, как их голоса тонут в тихом, почти настоящем шелесте листвы. Слова были не нужны. Они сделали бы только хуже, натянули бы пространство, как струну. Элира качала ногой, впервые позволив мыслям блуждать спокойно, не зацикливаясь на проблемах. Она вспоминала моменты из детства, которые навевали «приятную грусть». Так она называла ностальгию. — Ты грустишь иногда? — подала она голос. — Бывает, — он усмехнулся. Элира прикрыла глаза, пытаясь сохранить в себе это ощущение спокойствия. Она поднялась медленно, будто прощаясь. Посмотрела на Охранника, который наблюдал за ней. И вышла из модуля.