Открой на Рождество

В воздухе витал запах ели, чего-то цитрусового, почти сказочного. Не ровно приклеенные гирлянды на скотч тянулись по всем стенам, добавляя желтого света. В общем коридоре, закрывая дыру в перегородке, стояла ель. Искусственная — на живую бы денег не хватило — щедро политая спреем с ароматом снежной ели. Откуда-то тихо, чтобы не мешать, звучала новогодняя музыка. — Ну что, парни и девчонки, как работа? — голос Мюррея раздался раньше, чем кто-то его увидел. Элира выглянула из-за двери, указывая куда-то в сторону. Мужчина обернулся. — О, что это? — Олень, — девушка подошла ближе к железной конструкции, укрытой гирляндами так, что черты животного терялись. — Всю ночь делали. — Изобретательно, — со скепсисом протянул Мюррей. Элира наклонилась, включая оленя. Из динамиков полилась радостная музыка. — Вы же понимаете, что это все мешает работе? — Ян уже стоял на пороге, держа руки за спиной. — Из-за музыки и шума нам тяжело сосредоточиться. Олень, слегка покачиваясь, захлебнулся музыкой, извергая из себя лишь хрипы. Подоспевшая Элира быстро отключила питание. — Видимо, динамик плохой, — попыталась оправдаться она под два серьезных взгляда. — Да ладно, будто вы не празднуете? — Нет, — отрезал Ян. За его спиной девушка поймала усталый взгляд лаборанта. — Исследование превыше всего. Тем более, какого-то праздника. — Мне кажется, ты слишком категоричен, — Мюррей положил руку на плечо инженера, притягивая к себе. — Ребята и правда старались. К тому же, не думаю, что компания захочет оплачивать сверхурочные в праздник. — Мы можем работать бесплатно, — ответил Ученый. Кто-то вздохнул. — Уверен, что эти украшения провесят еще до пасхи прежде, чем их снимут. — Не правда, — Элира выпуталась из хватки начальника, делая шаг в сторону. — Мы просто хотели… — Что? — прервал ее Ян. — Саботировать работу? — Добавить праздника, — закончила Элира. — Знаете, пойду лучше вернусь к работе. — Отличное решение, — он кивнул, скрываясь на своей половине. Мюррей, засунув руки в карманы, пару секунд посмотрел на ель, ничем не украшенную, а затем пошел обратно к лифту. Понимал, что в эту бочку с горючим лучше не лезть. В панорамных окнах отражался вечерний город. Его огни улиц, мокрый асфальт, черные точки людей внизу. Элира, смотря в окно, видела лишь свое отражение. Усталое, немного нервное. Она подняла со стола поднос с рулетом, припыленным сахарной пудрой, как снегом. Подошла к двери лаборатории, тихо постучала. — Что еще? — Ян четким рывком открыл дверь. Он опустил глаза на праздничный рулет. — Нет, спасибо. — Это не тебе, — Элира протиснулась внутрь лаборатории, впервые перейдя порог. Она поставила поднос на стол рядом с лаборантами. — Это ребятам. Если ты, изверг ученый, заставляешь их работать в рождественскую ночь, то пусть хоть порадуются. Ян стоял на месте, прожигая инженера взглядом. Вломилась на его территорию, запачкала стерильный стол крошками, выставляла свои правила. Это было почти объявление войны, замаскированное под заботу. — Уходи, — твердо проговорил он, все еще придерживая открытую дверь. — Конечно, — Элира кивнула, проходя мимо него в коридор. Она успела выкинуть вперед ногу, чтобы дверь не закрылась. — Если себя лишаешь праздника, то других отпусти. — Сказал человек, — Ученый вскинул руку, смотря на часы. — Который в десять вечера еще не сидит за праздничным столом, запихивая в себя тяжелую еду. Не тебе мне советовать. Элира убрала ботинок, давая дверь закрыть. Она вернулась в мастерскую. Пустую, будто уснувшую в тишине. Девушка обернулась на верстак, заставленный подарками от коллег. Тот день она праздновала не только Рождество. День рождения, удачно выпавший на сочельник, был проведен за рабочим местом, но его вечер она провела одна. Элира посмотрела на одиноко стоящий подарок на соседнем столе. На бирке — Ян Дольский. Инженер и ему подготовила подарок на праздник, но так и не решилась подарить. Передумала. Может, думала она, подкинет потом в кабинет. Как-нибудь. Если не забудет. Если он посмотрит на нее не как на заводную мартышку.

***

Снова база. Привычная комната отдыха с приглушенным светом. Кто-то растянулся на диване, кто-то пытался послушать музыку, а кто-то старался съесть закуски, чтобы не делиться с остальными. Закинув ноги на журнальный стол, Элира крутила банку пива, разглядывая этикетку. — Как вы праздновали Рождество? — спросила она в воздух, не ожидая ответа. «Никак» — вразнобой отозвалась комната разными голосами. — Серьезно? — Лина, утонув в подушках, приподнялась на локтях. — Это же праздник. — Нам было как-то не до этого, — Механик усмехнулся, упираясь локтем в спинку дивана. — Выжить пытались. — Так я про прошлое. Ну, про Землю. — И я про это. — Да ладно, — Элира нервно улыбнулась, не веря им. — Совсем никак? — Что ты предлагаешь? Елку поставить? — Нет, просто не верится, что вы вообще ничего не праздновали. — Так ты про Рождество спрашиваешь, а не «вообще», — поддержал Ян, пытаясь достать со дна пакета крошки. — У меня была коллега, которая отвратительно украсила весь коридор, — голос Ученого звучал глухо, будто он не хотел это вспоминать. — Сделала уродского сломанного оленя и запачкала весь стол с едой. — Может, олень был не таким уродским? — Элира понимала, почему он не говорит напрямую. Ее больше волновал вопрос — почему он вообще об этом говорит. — Нет, я точно уверен, что он был уродским и страшным, — Ученый, сложив руки за спиной, даже не смотрел на инженера. — По мимо этого весь день мешала работе музыкой. — Так Рождество же, — она пожала плечами, сделав глоток. — Праздника хотелось. — Работа — не место для праздника. — Мне кажется, даже ты перегибаешь, — влез Механик. — Тогда нам и здесь тоже ничего нельзя праздновать? А сам не прочь пива выпить за компанию. — Это поддержание командного духа и социализация, — Ученый поправил очки на переносице. — Наша ситуация критическая, и ее сложно охарактеризовать как рабочую. — А там что ты не социализировался? — Зачем? — Ученый посмотрел на него, не понимая. — Это работа, за которую платят деньги. Я вполне общался со своими лаборантами. Этого достаточно. — Ага, — Лина тихо рассмеялась. — Они случаем не говорили как роботы? Может, двигались как-то странно? — Это неуместно, — он осадил ее. — Я считаю, что везде нужна субординация. — Душнила, короче, — Лина прикрыла глаза рукой, будто пыталась поспать. — Понятно, — Элира поднялась с легкой усмешкой. — Никто из вас не умеет праздновать, похоже. — Но мы не против праздников, — Ян всучил девушке пустую упаковку от снеков, когда та проходила мимо. — Не считая Ученого. — Я не против, если это не мешает работе, — попытался оправдаться Ученый, но Элира уже была на кухне. Выбросив мусор, девушка налила воды, о чем-то задумавшись. Ее привлек свет от небольшой гидропонной системы в стене. Зелень, выращенная там, красиво блестела мокрыми листьями. — Олень был и правда страшный, — себе под нос проговорила она, крепко сжимая пальцами стакан. — Но ель пахла отлично, хочу признаться, — голос Ученого застал ее врасплох. — Да, — она кивнула, обернувшись. — Такое ощущение, что у нас разные воспоминания. — Разное восприятие, — поправил он, не подходя ближе. — Для меня была важнее работа, чем мир вокруг. — Мне кажется, еще одно слово и ты просто взорвешься от собственных признаний, — Элира принюхалась к воде, отдающей серой. — Может, не надо? — Ты права, — эти слова не звучали твердо, отрезая их друг от друга. Будто наоборот — впервые они были согласны хоть с чем-то. Элира, неловко улыбнувшись, прошла мимо него. Обратно, где царили шутки и легкие разговоры. Без морали, без дистанции, без давления.