Часть 1

      Город медленно одолевала ночная темнота. В сумерках загорались фонари, подсвечивающие крупные хлопья декабрьского снега, зажигались огни в сотнях квартир многоэтажных домов, куда возвращались с работы счастливые люди, уставшие после трудного рабочего дня. А те, кто ещё не успел прийти домой, сейчас бежали по улице, ловя на одежду крупные пушистые снежинки, которые оставались там на мгновенье, после чего начинали медленно таять.       А люди спешили по своим делам, даже не замечая этого. Даже несмотря на то, что праздник будет не скоро, город постепенно охватывала предпраздничная суета. Люди как раз спешили успеть купить подарки близким, украшения на ёлку или просто спешили поскорее оказаться дома с большой чашкой горячего ароматного чая, который можно будет пить, сидя у тёплой батареи, кутаясь в мягкий и уютный плед. А за окнами будут гореть праздничные городские украшения, которые, в сильной спешке, развешивали везде и всюду.       И многие, кто уже грезил о таком, спешно старались покинуть своё рабочее место и поскорее присоединиться к толпе, которая шумно двигалась по улицам. Люди поскорее гасили свет, быстро одеваясь, и выходили, радостно вдыхая морозный воздух, полностью пропитанный предновогодней суетой.       И многие огни в окнах уже были погашены, многие магазины уже были закрыты. Но только свет в одном окне огромного офисного здания упрямо продолжал гореть.        "И куда же эти люди так несутся?" - прекрасно зная ответ, подумал Оптимус, смотря в большое панорамное окно в одном из кабинетов, в котором находился. Он с завистью наблюдал за оживлением, творившемся в это время внизу. Как кто-то бегом перебегал дорогу, кто-то полетел, поскользнувшись на замёрзшей луже, кто-то старательно откапывал машину от выпавшего за день снега...        Его мысли прервал принтер, закончивший печатать документы. Мужчина встал, с тоской отрывая взгляд от окна, поправил рубашку и направился собирать свои бумаги. Проверив, правильно ли распечатаны документы, он выключил старую технику, которая даже перегрелась после работы, и вышел из офиса, направившись в свой кабинет, который находился в другой части этажа.        Весь этаж был мрачным и пустым в такое позднее время. Даже места тех, кто обычно задерживался допоздна, уже давно пустовали. Не было ни души, ни звука, кроме тихих шагов, ни какого-либо освещения, поэтому передвигаться приходилось практически на ощупь. В некоторых кабинетах, правда, была повешена гирлянда, в других работники решили принести маленькие самодельные ёлочки, на которых мигали свечки, чтоб украсить всё к приближению праздника, а кое-где люди даже шарики на ручки шкафов повесили и наклеили вырезанные из салфеток снежинки. Но в царившем полумраке это всё очень сильно действовало на глаза. Постоянно мигавшие огоньки ещё сильнее утомляли, а отражения на шариках только усиливали эффект. И все эти украшения только усиливали желание поскорее прийти домой и насладиться желанными выходными.        Отогнав мысли об отдыхе и долгожданном сне, мужчина зашагал быстрее.        - Здравствуйте, Прайм. - из-за поворота вынырнул один из работников, который уже собирался уходить. - А я думал, я последний на этаже.        - Нет. Сегодня последним буду я. - сухо отозвался Оптимус, пропуская сотрудника вперёд. Проводив его тоскливым взглядом, он продолжил путь к своему кабинету.        "И почему я согласился на это?" - спросил себя мужчина, приоткрыв дверь. - "Сейчас был бы уже дома..."        Положив стопку распечатанных документов в сумку, Прайм уселся на рабочее место. Уставшие за день глаза снова уставились в монитор, который был единственным источником света в помещении, не считая ещё одного панорамного окна, за которым неприятно ярким оранжевым светил фонарь. На фоне такого освещения горы бумаг казались ещё выше и неподъёмней, а чертежи новых боевых машин, казалось, далеко затерялись под этой огромной кипой макулатуры.        Компания, в которой работал Прайм, была основана его отцом - Альфа Трионом ещё несколько десятилетий назад. В основном там производилось оружие и некоторые гаджеты, которое поставлялось военным, но недавно компания начала производить новые боевые машины-роботы, которыми можно было спокойно управлять, как своим аватаром. При этом центр управления таких ботов мог находится достаточно далеко от поля боя. Благодаря мобильности и лёгкости в управлении таких воинов, компания за очень короткий срок стала одной из самых передовых, ворвавшить на рынки Кибертрона. А поскольку это была одна из новейших технологий, другие производители попросту были вытеснены. И теперь много кто пытался создать подобных ботов или взломать хранилища и найти схемы, но пока ещё ни у кого не получилось.        Рука медленно подкосилась, и уставшая голова упала на клавиатуру. Мужчина тотчас вышел из полудрёмы, в которую он так легко погрузился и в которую хотел бы погрузиться снова. Подняв голову, он потёр ушибленный лоб и небрежно смахнул с него синие пряди волос. Снова сконцентрироваться на работе не удалось: глаза снова начали медленно закрываться, а мысли стали медленно путаться.        - Так, хватит. - севшим голосом скомандовал себе Оптимус, резко встав из-за стола. Уставшие от постоянного сидения ноги тотчас подкосились, и он рухнул обратно на стул. - Лучше завтра на свежую голову сделаю.        Он выключил компьютер и потянулся к кнопке выключения на удлинителе, оставшись в полной темноте. Теперь кабинет освещался только фонарём, который стоял напротив офисного окна.        "Придётся включить свет..." - недовольно подумал Прайм, вытаскивая ноги из клуба проводов под столом. Выключатель был расположен на стене рядом с дверью, так что пришлось вставать из-за стола. Хорошо, что кабинет не был огромным, но Оптимус решил продвигаться небольшими шагами к стене, хотя он точно помнил расположение всех предметов и мебели. Наконец-то найдя выключатель, Прайм нажал на него и быстро зажмурился от яркого света, который, казалось, сейчас сожжёт бедному трудяге глаза.        Более-менее привыкнув к освещению, Оптимус направился к вешалке за курткой. Надеть её получилось быстро, а вот застегнуть - нет. Онемевшие после долгой печати пальцы не хотели даже шевелиться. После нескольких неудачных попыток мужчина просто запахнул куртку, придерживая края рукой, взял сумку и хотел было выйти, но тут в его кабинет кто-то постучал.        - Здравствуйте? - не дожидаясь приглашения, в кабинет заглянул один из охранников.        - Здравствуйте. - удивлённо поздоровался Оптимус.        - Вы до скольки собираетесь работать? Просто сигнализацию надо... - спросил охранник, но потом заметил, что Прайм стоит уже в куртке. - А, вы уже уходите. Извините.        Он нырнул обратно в дверной проём, тихо закрыв дверь. Оптимус ещё минуты две постоял, глядя в стену, после чего направился выключать свет. И тут за спиной снова послышался скрип двери.        - Вы же уже спрашивали... - начал Прайм, оборачиваясь, но его неторопливо перебили.        - Точно? - в дверном проёме, оперевшись на косяк, стоял мужчина и сверлил взглядом Оптимуса.        - Мегатрон? - Прайма пробила лёгкая дрожь, но он выпрямился и посмотрел в упор на непрошенного гостя.        - Слушай, давай сразу к делу. - Мегатрон неторопливо вошёл в кабинет, почти вплотную подходя к Оптимусу. Тот, в свою очередь, начал медленно отходить, пока не упёрся в то панорамное окно. - Я много раз пытался организовать с тобой встречу, чтоб наши компании смогли сотрудничать, но...        - Этому не бывать! - рявкнул Прайм, стараясь подобрать слова для дальнейшего разговора.        - Я пытался быть дипломатичным. - грозно прорычал Мегатрон, убирая серебристые волосы со лба. - Давай тогда поговорим по-другому!        Прайм не успел среагировать, как его резко ударили в живот.        - Либо ты переводишь мне те данные по вашим новым разработкам, - зашипел Мегатрон, наклоняясь к согнувшемуся противнику. - Либо сейчас от тебя ничего не останется!        "Как же долго ты болтаешь." - подумал синеволосый, двинув со всей силы ногой по колену соперника. Мегатрон отшатнулся, стараясь вернуть лицу грозный вид, а не оставаться с гримассой боли.        - Ах ты сволочь! - выругался он, принимая боевую стойку. - Тебе крышка.        - Ага, щас! - так же прошипел Прайм, повторяя действия противника. Но никто больше ничего и не делал. Оба стояли в напряжении, ожидая атаки. Оптимус пытался встать более устойчиво, а Мегатрон старался перенести вес с двух ног на одну, чтоб несильно напрягать повреждённую.        "Если я его изобью, то могу схлопотать срок." - начал размышлять Мегатрон. - "Но... Хааа... Окно открыто!"        Мужчина злобно ухмыльнулся и стал осторожно заходить с края. Оптимус, желая держать противника в поле зрения, начал медленно сдвигаться в сторону, описывая круг. Тут Мегатрон сделал резкий выпад вперёд, толкнув Оптимуса. Тот собирался быстро ответить, но запутался в развивавшейся на ветру шторе. Мегатрон злобно улыбнулся, даже лучше сказать оскалился, подойдя к своей жертве.        - Ну раз так... - он схватил синеволосого за плечи. - Я сам найду нужные данные.        И он снова резко толкнул Прайма в оконный проём. Тот, в попытках устоять на ногах, начал лихорадочно размахивать руками, понимая, что сейчас просто выпадет из окна. Мегатрон, видя эту смешную для него картину, только пнул его в живот, отправляя в объятия ночного города.        - Нокаут! - грозно позвал мужчина, отходя от окна.        - Да? - в дверном проёме показалась физиономия охранника, заходившего недавно в кабинет. Он демонстративно обмахивался своей кепкой, показывая, будто ему наплевать на происходящее.        - Сможешь сделать всё так, будто это был суицид? - усмехнувшись, спросил он своего подчинённого. Нокаут опешил от такого вопроса. Он с минуту постоял в дверном проёме, и когда пазл сложился, его лицо побледнело.        - Конечно. - легко кивнув, согласился парень и вошёл в кабинет, по пути поправляя алую чёлку и стирая холодный пот со лба. - Без вопросов. А записку писать?        - Если сможешь скопировать его почерк. - голос Мегатрона снова утратил любые средства выразительности и стал звучать сухо и монотонно. - И не забудь стереть всё с камер.        - Так точно! - отозвался Нокаут, с отвращением принимаясь за своё поручение.              Pov        Очнулся я от громкого лая. Я вздрогнул, увидев, как прямо перед моим носом клацнули челюсти. Забравшись подальше в снег, я затаился и стал ждать, что будет дальше. Овчарка, всё также громко и устрашающе лая, начала раскапывать снег, всё ближе подбираясь к моему укрытию. Ничего не оставалось делать, как бежать вдоль забора, стараясь не утонуть в сугробах. У собаки было огромное преимущество - она гораздо выше и массивней... Она выше меня?              End pow        Оптимус рванул что есть силы, протискиваясь между старых досок. Позади него снова клацнули зубы озверевшей псины, но в дыру забора ей было не пролезть. И только тогда Прайм смог медленно выдохнуть, ощущая лютый холод всем телом. Он съёжился, медленно опустив голову, и отпрыгнул, поддавшись ужасу. Вместо своих ног он лишь увидел пару пушистых лапок. Он попытался осмотреть свой новый вид, и с нарастающей паникой подметил, что теперь он никто иной, как небольшой кот.        - А ну брысь с дороги! - по голове сразу же прилетело чем-то очень тяжёлым, сбив в снег. - Будете знать, как таскать рыбу!        Кое-как выбравшись из сугроба, теперь уже кот, а не человек, попытался отследить, откуда пришёл удар, и что же это было. Оказалось, он был недалеко от торгового центра, в котором каждый год проходит новогодняя ярмарка.        - Ты ещё здесь? - этот возглас заставил Оптимуса приложить все усилия, чтоб не заскользить, и побежать. Неважно куда, лишь бы подальше оттуда. Но на уличном повороте его занесло на замёрзшей луже, и Оптимус соскользнул на парковочное место, с которого выезжала машина. Услышав мощный рёв двигателей, который только теперь начал казаться рёвом, он поспешил выбежать обратно, спрятавшись под скамейкой, расположенной у края здания.        "Ну и куда же они так спешат..." - вернулся к своим дневным мыслям Оптимус, стараясь свернуться под скамейкой и лечь поуютнее. Но от лежания на снегу стало ещё холоднее, и чтоб не замёрзнуть, пришлось встать. Было всего два варианта, в которых можно было двигаться: в одну сторону, или в другую. Вариант перебежать через дорогу отпал сразу после того, как на светофоре загорелся зелёный, и длинные вереницы машин начали двигаться, громко сигналя.        Как назло начал идти снег, падая на землю крупными хлопьями. Они оседали на шёрстке, начиная медленно таять, из за чего кот скоро стал совсем мокрым. Теперь холод ощущался, казалось, даже внутренними органами. Но Оптимус продолжал двигаться, лавируя между прохожими.        На улице было слишком много людей для такого времени суток. Небо стало полностью чёрным, как сама бездна, некоторые фонари и окна магазинов и ларьков решили погасить, ведь их рабочий день уже давно закончился. Но народу, казалось, только прибавилось на улицах. И много кто гулял с детьми. Те из них, кто был помладше, норовили догнать и обнять "миленького котика", а вот более старшим хотелось отвесить коту пинка, чтоб убирался с тротуара. Оптимусу из-за этого приходилось шарахаться от каждого встречного, прислушиваясь к окружающим звукам и голосам.        Но вскоре прохожих стало попадаться всё меньше и меньше, машины тоже редко проезжали, а улицы будто стали ещё темнее. Оптимус медленно поднял уставшую голову и огляделся. С нового ракурса было и без того сложно узнавать улицы, но эту он даже припомнить не мог. "Это в каком районе города я оказался?" - мысленно спросил он себя, оборачиваясь. Затем он быстро развернулся и побежал в обратном направлении, откуда, как ему показалось, он пришёл. Но на первом же перекрёстке он остановился, не зная, с какой стороны он пришёл. Паника постепенно начала брать контроль над разумом, и вскоре Прайм помчался по улице, в надежде найти хоть что-то знакомое. Усталость, холод и усилившийся снегопад отошли на второй план, пока разум искал совпадения с воспоминаниями.        Поворот. Длинная улица, ведущая вникуда, переход, поворот... Он бежал не чувствуя лап, лишь бы просто бежать. Вслед ему послышался лай, потом чей-то крик, а потом всё стало очень тихо. Оптимус резко остановился, стараясь отдышаться. Теперь он совсем не знал, где находится. Вместо огромных небоскрёбов его окружали старые пятиэтажные дома, а вместо дороги впереди был виден один единственный работающий фонарь, рядом с которым была свалена огромная куча снега. И ни души.        Тут Оптимус почувствовал, что лапы начали подгибаться после длительной пробежки, а перед глазами всё начало медленно плыть. Сильный ветер, внезапно поднявшийся и также внезапно стихший, с силой ударил, вернув противное чувство холода. На дрожащих лапах, шатаясь, бедный кот поплёлся в поисках какого-нибудь укрытия, в котором можно было бы переждать ночь. Тут лапы предательски подогнулись, и Оптимус медленно упал на замёрзший асфальт, не в силах больше сдвинуться с места.