3

За те три свободных дня до отлета Ди составила подробный план тренировок на первые три месяца, посмотрела некоторые записи с участниками. Репетиции, фрагменты концертов, интервью и не нашла ничего интересного, кроме того факта, что с каждым годом их лица заполняла скука и усталость, тщательно скрытая за маской. Как не посмотри обычные айдолы K-pop. У Джека была одна группа из Кореи и их статистика роста была более прогнозированной, ровная линия на диаграмме, медленно ползущая вверх, а скачки на графике у этих ребят — сплошные горы да обрывы. Ди не понимала, что в тот день ее заставило так злиться? Ничего же не произошло… Зазвонил телефон. — Привет. Как дела? — просил вездесущий Джек. — Пока не родила, — съязвила Ди зажимая телефон между ухом и плечом, продолжая паковать вещи в чемодан. — Как парни? Симпатичные правда? Это мой тебе подарок к новому году. — Спасибо и даром не надо. — Да брось, они ничего так. — Если под ничего так ты имеешь в виду «ничего хорошего», то да. Ничего так. Джек прыснул в трубку. — Уже поцапались? Сложно работать с теми, кто старше тебя? — Ничего подобного, мы мило пообщались и детки поняли кто тут старше. — Тогда в чем проблема? — уже серьезно спросил Джек. — Нет, проблемы. Завтра же приступлю к работе. — Хорошо. Буду иногда звонить. Звонить и действовать на нервы… Через час телефон вновь зазвонил. Номер не определен. — Слушаю. — Здравствуйте, сонбэ. Это Шуга. У меня плохие новости. Чуть хрипловатый голос звучал нервно, как будто парень с трудом сдерживал эмоции. — Выкладывай. — Чонгук сказал, что не летит с нами. — А плохие новости будут? — иронично уточнила девушка. — Это они и есть. Я вчера весь день с ним говорил переубеждал и вроде все обсудили, и разошлись. А сейчас он прислал смс, что не едет и я не могу до него дозвониться. Кажется, он всех занес в чёрный список. Ди усмехнулась в трубку. — Трус. — Я не знаю как ребята перенесут еще одну потерю, лично я не смогу. Я устал оправляться и перестраиваться так сильно… — Так он нужен вам? — Да. — Тогда поедет с нами, через не хочу.

***

Зазвонил телефон и Чонгук свесившись с дивана, на который свалился без сил уже поздним утром и проклинал звонившего. — Что за самоубийца звонит в такой час? — ответил парень. — Что за самоубийца так отвечает на незнакомый номер? Из трубки послышался знакомый голос их «наставника» — той самой мерзавки окатившей его водой. Чонгук резко распахнул глаза и перекатился на спину. — В чем дело? Я же сказал Шуге, что никуда не полечу. Так что отвяньте наконец-от меня. — Это я у тебя хотела спросить, малыш. В чем дело? — Слушай ты, какой я тебе малыш? — Эгоистичный, трусливый, жалкий и очень раздражающий, малыш. — Пошла на хрен. В этот момент в дверь позвонили и Чон приподнялся на локтях и еле сполз с кровати, поплелся к двери и не увидев в темноте коридора кого нелегкая принесла, спросил: — Кто? — Конь в пальто. Прозвучало сразу из-за двери и в телефоне. Какого черта она тут делает? Чонгук сбросил вызов потом по привычке оглядел квартиру на предмет запрещёнки и дернул ручку открывая дверь. Девушка была в той же одежде, что и в день их знакомства. — Слушай, не знаю, что ты здесь делаешь, но я никуда не поеду. Я уже все решил. — Да ну? Решил бросить все и нажираться в хлам каждый вечер? — Тебе-то что? — Ничего. Мне абсолютно нет дела до тебя и до твоего времяпрепровождения. Я бы с удовольствием оставила тебя здесь, чтобы ты продолжал опускаться все ниже, пока не достиг бы самого дна, но другие участники не готовы тебя оставить. Именно из-за них я здесь и именно из-за них ты пойдешь со мной. — И как ты меня заставишь? Девушка сунула ему в лицо какие-то бумаги, но перед глазами все плыло, и парень не мог сообразить, что к чему. — «BigHit» передал вас «JD» и сейчас ваши звездные жопы в моих руках, так что ты сейчас же собираешься и идешь со мной. — Или что? Чонгук встал, скрестив руки всем видом говоря о том, что и с места не сдвинется, тупо метал в нее взгляды-молнии. — Не начинай войну, в которой ты проиграешь. Спрячь свой нож, не смеши танкиста. Девушка выглядела сейчас такой же недовольной, как и сам Чонгук, даже их позы были идентичными. Чонгук пропустил ее слова о войне мимо ушей, потому что ненавидел делать что-то, когда его заставляли. Сейчас он хотел, чтобы его оставили в покое. — Ты не снимаешь маску, потому что страшненькая? — сказал парень ухмыляясь. К разочарованию Чонгука девушка никак не отреагировала, даже бровью не повела. — А ты прикидываешься крутым бунтарем-пофигистом, чтобы не было так страшно? — А кого мне боятся? Тебя что ли? — Это ты мне скажи, чего ты так боишься, раз запираешься в квартире или напиваешься в хлам каждый вечер. — Я не обязан отчитываться перед тобой. Ты мне никто, ни директор, ни менеджер, ни мать, ни сестра, ни девушка… — В этих документах ясно сказано, что с сегодняшнего дня и на полгода каждый член группы теперь под моим чутким руководством. — Я на это не соглашался. Я не хочу начальника с намордником на лице. Сними маску или боишься покусать? Чонгук ухмыльнулся, когда девушка закатила глаза, но вновь проигнорировала. — Интересно ты не хочешь ехать, потому что испугался девчонки? — Нет. Просто не хочу тратить время на то, что мне не интересно тем более в такой неприятной компании. — Ммм… Все сказал или есть что добавить? Девушка сделала шаг через порог и захлопнула с силой дверь, запирая обоих в квартире. — А тетерь послушай меня, сопляк. Возомнил, что ты круче всех и можешь справиться один? Хочешь бросить группу и стать соло? Ты думаешь мир ждет тебя с распростертыми объятиями? Ага. Как же. Тебя пережуют и выплюнут, как только ты сунешься на большую сцену. Тебя там никто не ждет. Ты там никому не нужен. А здесь есть люди, которым ты не безразличен, и кто нуждается в тебе, несмотря на твои эгоистичные и трусливые поступки. Ди говорила с жаром чуть повысив голос, когда пыталась донести до парня как глупо он себя ведет. — Остальные плюнули ушли, так почему я не могу? Ди смотрела парню в глаза, не отрываясь и буквально прожигала в нем дыру. Неприятное чувство, но ее дальнейшие слова были куда неприятнее, потому что в них Чонгук услышал нотки безвыходности. — Можешь. Уходи. Если твоя группа для тебя больше ничего не значит разорви контракт, заплати штраф. Не знаю какие штрафы были у «BigHit», но наши штрафы просто космические. Так что выбор у тебя не велик. Парень стоял и смотрел в большие серые глаза девушки, а внутри все органы стягивало в узел от ее слов. «Да что она знает, чтобы так говорить обо мне и о моем отношении к группе. Вломилась ко мне в дом, грубит и открыто призирает, и почему я все еще не выставил ее и не лег обратно спать?» — Паспорт и предметы гигиены, все что тебе понадобится. Через десять минут жду твою задницу на пассажирском сиденье в черной машинке у входа. Девушка смерила помятого парня оценивающим взглядом и не стала ждать ответа, вышла из квартиры сильно хлопнув дверью. Видимо их неприязнь была взаимной. На борьбу самим с собой ушло около двух минут, но после из последних сил парень стянул с себя футболку заменив ее на новую. Нехотя собрал небольшую спортивную сумку вещей и оглядев свою квартиру вышел. Неизвестно, когда он сюда вернется и что его ждет впереди. Тренерша сидела в машине и говорила по телефону с кем-то на незнакомом грубом языке. Она сразу направила машину к выезду все так же продолжая разговор, а когда он завершился она кинула в парня жвачкой. — Жуй. — Не хочу. — От тебя за версту несет перегаром, а мы направляемся в компанию, тебя главный ждет. — Наябедничала значит… Менеджер Кан не мог настучать, он давно уже не докладывает о таком, потому что штрафуют его, а не ребят, чем те регулярно пользуются. — О чем? — спросила Ди не сводя внимания с дороги. — Про тот раз… — А ты об этом? Он не знает, но если ты сейчас не начнешь жевать, то узнает. В компании были какие-то вопросы по страховке и подписав бумаги вновь вернулись в машину, простившись с командой. — Почему никто из стаффа с нами не едет? — Это ни к чему. — Когда мы вернемся? — Через полгода. — Куда мы едем? — Слушай, если я не игнорирую твои вопросы из-за хорошего воспитания, это не значит, что мне доставляет удовольствие на них отвечать или их слушать. Поэтому давай ты немного подождешь и сам все узнаешь. «Мы точно не поладим… Ну что ж я пытался… Или нет. Да и пофиг». В 22:40 машина подъехала к непримечательному входу в аэропорт. К ним подошел человек и отдал бумаги тренерше (тиранше) и забрал ключи от машины, выгрузив небольшой чемодан и большую спортивную сумку, которую Ди закинула на плечо. В любой другой ситуации с любым другим человеком Чон бы предложил понести тяжелую сумку, но не сейчас. Не ей. Ни за что. Чонгук знал аэропорт как свои пять пальцев и не дожидаясь ее пошел вперед, проверив маску на лице. Не хотелось уезжать, но и оставаться тоже. Ничего не хотелось. Только спать. У терминала стоял радостный Тэхён и помахал им рукой. Он выглядел слишком довольным, как будто собрался в отпуск. Чудак. Чонгук прошел мимо него и сел в кресло и вытянул ноги. — Привет, давай помогу. — Тэхён светился как новенький цент, когда забирал у Ди ее багаж. — Привет, Мальвина, — поздоровалась девушка. — Почему Мальвина? — спросил Тэ. — Твои волосы такого же цвета, как у Мальвины из сказки. — А твои похожи на волосы Рапунцель, только не такие длинные. Чонгук не хотел слышать обмен любезностями в стиле «Ким Тэхёна», но сил тянуться за наушниками не было. Хотелось спать, постоянно хотелось. — Остальные тут? — спросила та и села в кресло напротив Чона пихая его ноги, чтобы тот убрал их с прохода. — Пошли за кофе. Ты какой пьешь? Тэхён уселся рядом с ней. — Я не пью кофе, — сказала девушка, читая, что-то в телефоне от чего ее брови хмурились. — Правда? Я тоже. А какой чай ты любишь? — Приедем, дам попробовать. — Мы летим частным самолетом? В расписании нет вылета в 23:40 ни в одном направлении. Ди промолчала. Ребята вернулись с четырьмя стаканами три кофе и чай для Тэхёна. Поздоровались с Ди, которая вновь говорила по телефону ходя из стороны в сторону. — На тебя не брали. Не знали, что ты все же приедешь, — сказал хмурый Шуга Чонгуку. — Без разницы. Я не хочу, — сказал макнэ не открывая глаз. — Возьми кофе Ди, а я сбегаю за чаем. Тэхён протянул Чонгуку стакан и в прямом смысле побежал за чаем. — Опять чудит? — уточнил Хосок у Шуги, и сел рядом с Гуком. — Не, он все выходные смотрел выступления Ди и то легендарное «Грэмми» так что теперь он хочет с ней подружиться. — Зачем? — не понимал Чонгук. — Потому что она хороша в своем деле и иметь таких друзей очень полезно. Складывалось такое впечатление, что хёны поверили во весь этот бред про волшебное исцеление группы. — Ты веришь в то, что она нам поможет? — спросил Чонгук у Хосока отпивая бодрящий напиток. — Уверен где-то на шестьдесят процентов. — А ты, Шуга-хён? — спросил Чон. — Она молодой продюсер, тем не менее второй человек в компании. Свое первое Грэмми она взяла в семнадцать, а затем еще два года забирала три главные номинации. Она легенда. В мире музыки нет никого с такими же способностями как у нее и если мы будем ее проектом, то обязательно взлетим. Но судя по нашей тренировке и по предупреждению от Бан Ши Хека, жопа у нас будет в мыле. Это я вам гарантирую с вероятностью в тысячу процентов. Чонгук проспал весь полет и не понимал, почему она посмеялась, когда парни надели маски и приготовились к выходу. Когда трап был опущен и Ди вышла, он понял. Они приземлились в какой-то дыре, где вместо здания Аэропорта вдалеке стояло техническое здание для обслуживания самолетов. А встречал их парень в шапке ушанке и странной куртке болотного цвета, под стать страшной развалюхе за его спиной. — Да уж… Встретили прямо как звезд, — высказался вслух Чонгук, чем вызвал гневный взгляд девушки. — Вы здесь в гостях, так что не жалуйтесь. — Как же холодно! — Завопил Хосок и шагнул обратно в самолет. Чонгук стоял уже на нижней ступеньке, когда ветер подул и он почувствовал дикий мороз, похожий на тот, что сейчас творился в его душе. Он стоял и не делал последний шаг, пока Тэхён не подтолкнул его по направлению к машине, куда пошла Ди. Парень, что встречал их и тренерша обменялись кивками, он ей кинул ключи от машины, которые та поймала одной рукой, а сам пошел к багажному отсеку, куда Ди подогнала машину. Шуга зацепил макнэ под руку и усадил вслед за собой в машину, где уже уселся Тэхён и Хосок. В машине, которую сложно было назвать машиной, чуть заметно пахло бензином, а шумоизоляция была настолько слабой, что было слышно гудение мотора с самого дальнего места в салоне. К тому же в машине было не жарко, но хоть не так холодно, как на улице, уже хорошо. — Мы в России… — высказал свое предположение Тэхён вслух. — Верно, — сказала Ди с водительского места. — Мы правда в России? — спросил шокированный Хосок и стал усерднее искать за окном подтверждения слов, но тщетно. Потому что вокруг не было буквально ничего. Полоса, ангар, поле, а вдалеке лес. — Как называется эта машина? — спросил Тэхён. — Не знаю, как точно перевести на корейский, но на русском она звучит «буханка» из-за своей формы напоминающий Дарницкий хлеб. — Ты знаешь Русский? — удивленно спросил Юнги. — Мало кто об этом знает, но это мой родной язык. — Вау, — одновременно сказал Шуга и Тэхён. В машину запрыгнул парень с красными щеками и громко хлопнул дверью. Шмыгнув носом, он спросил что-то у Ди, внимание, которой уже было приковано к плохо починенной дороге. — Ты про те три прекрасных, но коротких дня на пляже под солнцем или про остальные ужасные в Корее? — ответила она на корейском, а потом ему то же самое, но на русском. — Ой. Точно. Иностранцы, — сказал он на английском. — Не уверена, что у них хороший английский, поэтому не заморачивайся я буду переводить. Он что-то спросил, и она ответила. — BTS. Представьтесь. Парни по очереди представились, а Чонгук промолчал, продолжая пялиться в окно. — Тот хмурый парень с бодуна, поэтому не в духе. Можешь называть его пьянчугой и малышом, а лучше вообще к нему не обращаться он злее голодной собаки, поэтому в наморднике. Как же она все-таки бесит!