Часть 28 (Операция "Анадырь". Часть 2).

/// 17 октября 204 года 3 Эры. Российское Государство. Владивосток. /// План "Анадырь" был дерзок, как и сам человек, который его разрабатывал. Тридцать семь кораблей Российского Государства, от лёгких крейсеров до юрких канонерских лодок, готовились сомкнуть кольцо вокруг Италики. Ни души, ни груза не должны были пройти через эту морскую блокаду. Десять канонерских лодок проекта 10 будут держать периметр. Их задача – не допустить ни одного корабля противника, ни одного контрабандиста. Они – глаза и уши во вражеской воде. Два легких крейсера проекта 21, "Новик" и "Государство", и десять МКЛ проекта 12, – ударная сила. Они должны будут прорвать оборону Италики, уничтожить их флот, если он осмелится выйти, и затем обстрелять сам город. Цель – деморализовать противника, показать ему всю тщетность сопротивления. Как только обстрел прекратится, морской десант займет порт. Это будет первый шаг к полному контролю. Порт – это ключ к городу, его артерия. Потом пойдут переговоры с главой города, что также именует себя королём, Кольт Формал. Если он откажется от переговоров, если его гордыня возьмет верх над разумом, – второй обстрел. И затем – вторая атака десанта. На этот раз они должны дойти до самого замка. До сердца Италики. Таков был план. И Даниэль был к нему готов. Он написал сотни писем, отправив их соседним государствам, Коалиции Помощи и сверхдержавам. На бумаге было чёрным по белому написано: "В случае любой поддержки Италики со стороны другого государства, это государство может стать законной целью для атак Российского Государства". Это была не угроза, а констатация факта, красная линия. Если кто-то отправить свой флот на помощь Италике от русских кораблей, они будут законной целью для уничтожения. На рассвете, когда первые лучи солнца пробились сквозь туман, флот Российского Государства пришел в движение. Тридцать семь кораблей, словно хищные звери, начали свое движение к берегам Италики. Канонерские лодки проекта 10 заняли свои позиции, образуя непроницаемое кольцо. Легкие крейсера и МКЛ проекта 12, сверкая орудиями, двинулись к горизонту. Даниэль молча провожал флот взглядом. Рядом с ним, как и подобает, стояла толпа родственников солдат и матросов, которые махали своим отцам, мужьям, братьям, сыновьям на прощание. Кто-то молился за их жизни, кто-то плакал, а кто-то сдерживал свои эмоции. /// Королевство Эльфилия. Столица Эльфид. /// В этот день привычное спокойствие Эльфидии было нарушено. В тронный зал, где солнечные лучи пробивались сквозь изумрудную крону, проник резкий запах чернил и тревоги. Королева держала в руках письмо, исписанное строгим, но элегантным почерком. Это было послание от Даниэля Мелромарка, посланника далекой и могущественной державы, чье имя в последнее время все чаще звучало в шепоте торговцев и путешественников. "Ваше Величество," – начал Даниэль в своем письме, – "от имени Российского Государства, я вынужден передать вам следующее предупреждение. Любое королевство, любое государство, которое осмелится оказать поддержку Италики в ее нынешнем конфликте с Россией, будет рассматриваться как законная цель для атаки российских судов и солдат. Мы не потерпим вмешательства в наши дела." Эльберет медленно опустила письмо. Эльфидия, в последнее время, всегда стремилась к нейтралитету, но и могла дать ответ, если будут затронуты её интересы. Война между далекими человеческими королевствами, казалось бы, не имела к ним никакого отношения. Но эльфы, будучи существами, чья жизнь измерялась веками, обладали неутолимым любопытством. Они хотели знать. Они хотели наблюдать. И, возможно, они хотели понять, как такие события могут повлиять на их собственный мир. — Это серьезное предупреждение, – прошептала она, обращаясь к своему верному советнику, старому эльфу по имени Лириэль, чья борода была бела, как первый снег. — Я знаю Даниэля лично и с ним шутки плохи. — Действительно, Ваше Величество, – ответил Лириэль, его голос был тихим, но твердым. – Россия – сила, с которой не стоит шутить. Их предупреждение несет в себе вес стали. Эльберет не стала медлить. Она знала, что решение, принятое сейчас, может иметь далеко идущие последствия. Она не собиралась вступать в войну, но и игнорировать такое прямое заявление было бы безрассудно. — Соберите Совет, – приказала она, ее голос обрел стальную нотку. – Немедленно. Все старейшины, все главы кланов, все, кто обладает мудростью и опытом. Мы должны обсудить это предупреждение и понять, как Эльфидия должна реагировать. Весть о созыве Совета разнеслась по Эльфиду с быстротой ветра. Вскоре, в зале Совета, где стены были украшены древними рунами и изображениями звездного неба, собрались самые уважаемые представители эльфийского народа. Среди них были мудрые вещьмы, искусные воины, хранители древних знаний и представители торговых гильдий, чьи корабли бороздили моря. Королева Эльберет заняла свое место на троне, ее взгляд обвел собравшихся. В воздухе витало напряжение, смешанное с любопытством. — Братья и сестры Эльфидии, – начала она, ее голос звучал ясно и уверенно. – Мы получили послание от Даниэля Мелромарка, представителя Российского Государства. В нем содержится прямое предупреждение относительно войны между Италикой и Россией. Нам ясно дали понять, что любая поддержка Италики будет рассматриваться как враждебный акт. — Она сделала паузу, давая словам осесть в умах присутствующих. — Эльфидия, в последнее время, стремилась к миру и нейтралитету. Мы не имеем никаких связей с Италикой или Россией, которые могли бы нас втянуть в этот конфликт. Однако, мы не можем игнорировать такое заявление. Мы – эльфы. Мы наблюдаем. Мы учимся. И мы должны быть готовы ко всему. Первым заговорил старейшина клана Лесных Стражей, могучий эльф с бородой, сплетенной из лиан: — Ваше Величество, Россия – это сила, чья мощь растет с каждым днем. Их предупреждение не является пустой угрозой. Если мы будем неосторожны, мы можем привлечь их гнев на наши земли. — он умолк и погладил свою бороду. — Я лично видел русских в действии и с ними нужно считаться, не смотря на то, что мы сверхдержава. — Но мы не собираемся поддерживать Италику, – возразил один из представителей торговой гильдии. – Наши корабли не пересекают воды, где ведутся боевые действия. Наши товары не предназначены для военных нужд ни одной из сторон. — Именно, – кивнула Эльберет. – Но как Россия узнает о наших намерениях? Как они будут уверены в нашем нейтралитете? И что, если кто-то из наших граждан, движимый личными мотивами или любопытством, решит оказать помощь Италике? В зале повисла тишина. Вопросы королевы были острыми и заставляли задуматься. Эльфийское общество, хоть и было единым, не было монолитным. Существовали разные мнения, разные интересы. Мы должны быть бдительны, – произнесла ведьма, чьи глаза светились внутренним светом. – Предлагаю послать своих наблюдателей. Не для вмешательства, а для понимания войны. — Наблюдатели? – переспросил Лириэль. – Это рискованно, мой друг. Это может быть истолковано как шпионаж." — Но если мы не будем знать, что происходит, мы будем слепы, – ответила ведьма. – Эльфидия всегда училась на ошибках, своих и чужих. Мы должны знать, как развивается этот конфликт, каковы его истинные причины, и каковы могут быть его последствия для всего мира. Эльберет слушала своих советников, ее разум работал с невероятной скоростью. Она понимала, что простое игнорирование предупреждения было бы глупостью. Но и паника или необдуманные действия были бы недопустимы. — Мы не будем вступать в войну, – наконец произнесла она, ее голос был тверд и окончателен. – Но мы будем наблюдать. Мы будем изучать. Мы будем готовиться. Я прикажу послать пару наших кораблей с веточкой в Российское Государство. Мы будем наблюдателями. Мы должны понять, что происходит, и как это может повлиять на наше будущее. Мы – эльфы. И мы будем смотреть. В зале Совета воцарилось согласие. Эльфидия, хоть и не желала войны, не собиралась оставаться в стороне от событий, которые могли изменить баланс сил в мире. Они будут наблюдать, как тень войны ложится на далекие земли, и, возможно, в этом наблюдении найдут путь к сохранению собственного мира и процветания. /// Королевство Медведово. Столица Ромул. /// Столица Ромул, утопающая в зелени вековых лесов и украшенная резными деревянными домами, всегда дышала спокойствием. Но сегодня воздух был наэлектризован предчувствием. Королева Аврора Романова, чьи медвежьи уши чутко ловили каждый шорох, а пушистый хвост нервно подергивался, держала в лапах письмо, от которого по спине пробегал холодок. Письмо от Даниэля Мелромарка, человека, чья помощь взойти на трон была бесценна, а влияние в мире неоспоримо. "Если кто-то из государств поддержит Италику в войне с Россией, тот станет законной целью для атак со стороны российских солдат и кораблей", – гласили строки, написанные твердой, уверенной рукой. Аврора призадумалась. Даниэль был не из тех, кто бросается словами на ветер. Она знала его достаточно хорошо, чтобы понимать: его угроза – не пустой звук. Но мир, как это часто бывает, был полон противоречивых слухов. Ходили шепотки о том, что российские суда атаковали суда Италики. Но Аврора не верила им. Даниэль не пошел бы на такой шаг. Не так ли? Всего неделю назад, в порту Варкут, мирно пришвартовались российские торговые суда. Их капитаны, с лицами, обветренными морскими ветрами, рассказали свою историю. На них напали военные суда Италики, хотя они и находились в нейтральных водах. Потери со стороны России были минимальны – пара раненых матросов. Но со стороны Италики… пятнадцать судов и сотня пленных. Это была не просто стычка, это было явное нарушение всех морских законов. Так что слух о российских атаках на Италику – это всего лишь слух. Правда, как часто бывает, лежала на поверхности, но требовала иного взгляда. Если посмотреть с другой стороны, то именно Италика проявила агрессию. И теперь Россия, защищая свои торговые пути и своих граждан, вынуждена была отвечать. Аврора провела лапой по своим мягким ушам. Война – это всегда страшно. Медведово, хоть и было сильным, не могло сравниться с военной мощью России. Поддержка одной из сторон означала бы втягивание в конфликт, который мог поглотить их мирное королевство. Но и игнорировать письмо Даниэля было бы глупо. Его предупреждение было прямым и недвусмысленным. Отказ от поддержки России мог обернуться для Медведово не менее плачевными последствиями. Аврора глубоко вздохнула, ее грудь вздымалась и опускалась. Она не могла принять такое решение в одиночку. Ей нужна была мудрость ее советников. — Приготовьте зал для совета, – прорычала она своему верному оруженосцу, молодому медведю по имени Борис. Его уши тоже настороженно дернулись, уловив напряжение в голосе королевы. Вскоре в главном зале королевского дворца, украшенном резными медвежьими головами и древними рунами, собрались самые мудрые и опытные обитатели Медведово. Здесь были старейшины, чьи шкуры были выцветшими от времени, но чьи умы оставались острыми, как когти. Были здесь и молодые, но уже зарекомендовавшие себя воины, чья сила и преданность королевству не вызывали сомнений. Аврора встала перед ними, ее фигура, сочетающая в себе царственное величие и природную грацию медведицы, излучала решимость. — Братья и сестры, – начала она, ее голос звучал глубоко и уверенно, но в нем слышалась нотка тревоги. – Я получила письмо от Даниэля Мелромарка, которое касается текущей войны между Россией и Италикой. Его слова несут в себе серьезное предупреждение, которое может повлиять на судьбу нашего королевства. Она зачитала письмо, каждое слово которого, казалось, отдавалось эхом в тишине зала. Затем она изложила факты, которые знала о нападении Италики на российские торговые суда, подчеркнув, что слухи о российских атаках, скорее всего, являются дезинформацией. — Теперь мы стоим перед выбором, – продолжила Аврора, ее взгляд обвел каждого присутствующего. – Поддержать Россию, как они поддерживали нас в тяжёлые времена, или же остаться нейтральными, но тогда мы можем столкнуться с гневом России, если они посчитают нашу нейтральность равносильной поддержке Италики. Или же, что еще хуже, мы можем стать объектом их агрессии, если они решат, что мы не способны защитить себя и свои интересы. В зале повисла напряженная тишина. Каждый из присутствующих понимал всю серьезность ситуации. Медведово всегда стремилось к миру, но мир не всегда выбирает их. — Ваше Величество, — первым заговорил старейшина Урсус, чьи седые волосы были свидетельством многих лет мудрости. — Мы всегда были народом, который ценит свою независимость и мир. Но мы также знаем, что сила часто рождает уважение. Россия, наш союзник, мы должны рассмотреть предложение о поддержке. Однако, мы не должны забывать о наших собственных интересах. Мы не можем позволить себе быть втянутыми в войну, которая может уничтожить нас. — Ваше Величество, я считаю, что мы должны поддержать Россию, — молодой воин, Гризли, с горящими глазами выступил вперед. — Они всегда были нашими друзьями. И если Италика проявляет такую агрессию, то они не заслуживают нашего сочувствия. Мы должны показать им, что Медведово – это не слабое королевство, которое можно запугать. Другие советники высказывали свои мнения, одни склонялись к осторожности, другие – к решительности. Аврора внимательно слушала каждого, ее медвежьи уши улавливали тончайшие оттенки их мыслей. Она знала, что решение, которое она примет, будет иметь далеко идущие последствия. В этот момент, когда казалось, что спор может затянуться надолго, Аврора подняла руку, призывая к тишине. — Я понимаю ваши опасения и ваши предложения, – сказала она. – Но я думаю, что мы упускаем одну важную деталь. Даниэль Мелромарк – это не просто человек. Он – символ силы и влияния. Его предупреждение – это не просто угроза, это предложение. Предложение о сотрудничестве. Если мы поддержим Россию, мы не просто встанем на чью-то сторону. Мы станем частью более крупного альянса, который сможет противостоять агрессии Италики. И, возможно, даже предотвратить дальнейшее разрастание конфликта. -р она сделала паузу, давая своим словам осесть. — Я решила. Мы поддержим Россию. Но мы сделаем это не только силой оружия, но и силой дипломатии. Мы отправим послание Даниэлю, выражая нашу готовность к сотрудничеству. И мы будем готовы к любым последствиям. Потому что Медведово – это не только мирное королевство, но и королевство, которое умеет защищать себя и своих союзников. В зале снова повисла тишина, но на этот раз она была наполнена не тревогой, а решимостью. Королева Аврора Романова, медведолюдка с сердцем львицы, приняла свое решение. И теперь Королевство Медведово готовилось к тому, чтобы встретить надвигающуюся бурю, стоя плечом к плечу со своими союзниками. Шепот войны достиг Ромула, но в сердцах его обитателей зародилась новая решимость – решимость защищать свой дом и свой мир, даже если для этого придется вступить в схватку с самыми могущественными силами мира. /// Империя Цин. Столица Кинпе. /// Золотые крыши дворца Цин, устремленные в бездонное небо, отражали первые лучи восходящего солнца, окрашивая столицу Кинпе в оттенки меди и янтаря. Внутри, в покоях императора, царила атмосфера напряженного раздумья. Император Джинши Лао, чье лицо обычно озаряла спокойная уверенность, сейчас хмурил брови, вглядываясь в свиток, лежащий на резном столе из сандалового дерева. Письмо от Даниэля Мелромарка, Царя Российского Государства, было написано с той небрежной прямотой, которая всегда отличала этого западного правителя. Слова, словно ледяные иглы, пронзали спокойствие Империи: "Любое королевство, любое государство, которое осмелится оказать поддержку Италики в ее нынешнем конфликте с Россией, будет рассматриваться как законная цель для атаки российских судов и солдат." Джинши знал Даниэля. Знал не понаслышке, а через дипломатические встречи, через общие пиры и, что самое главное, через личное участие Даниэля в его собственной свадьбе. Царь Российский, с его громогласным смехом и широкими жестами, лично зачитывал слова на бракосочетании Джинши с прекрасной Гекуё. Эта связь, пусть и формальная, добавляла веса угрозе. Италика. Это имя, как и сама страна, никогда не вызывало особого интереса у Империи Цин. Их интересы лежали на востоке, в торговых путях, в укреплении границ, в поддержании внутреннего порядка. Конфликт казался далеким, чужим, не имеющим отношения к их процветанию. Но теперь, благодаря письму Даниэля, он стал угрожающе близким. Джинши отложил свиток и поднял взгляд на своих советников, собравшихся в покоях. Первой, чье мнение он ценил превыше всего, была его мать, Лаолань. Ее мудрость, закаленная десятилетиями правления, была для него неиссякаемым источником силы. Рядом с ней, с достоинством и спокойствием, сидела его жена, Гекуё. Ее присутствие всегда приносило ему умиротворение, но сейчас даже ее нежный взгляд не мог рассеять тень беспокойства. И, наконец, напротив них, с прямой осанкой и проницательными глазами, расположился его тесть, Мао. Его опыт в военных делах и дипломатии был бесценен. — Матушка, – начал Джинши, его голос был ровным, но в нем чувствовалась скрытая тревога. – Вы слышали слова Царя Российского. Его угроза недвусмысленна. Лаолань, чьи седые волосы были аккуратно уложены в сложную прическу, кивнула. Ее глаза, несмотря на возраст, горели острым умом: — Даниэль Мелромарк – человек слова, Джинши. И его слово – это сталь. Он не бросает пустых угроз. Гекуё, чьи руки были сложены на коленях, тихо произнесла: — Но почему? Почему мы должны вмешиваться в чужой конфликт? Империя Цин не имеет никаких связей с Италикой. Мао, поглаживая свою короткую бороду, ответил: —Именно в этом и заключается хитрость. Даниэль не требует от нас поддержки Италики. Он требует от нас отсутствия поддержки. Он хочет, чтобы мы остались в стороне, чтобы он мог действовать беспрепятственно. Но если мы проявим хоть малейшее сочувствие к Италики, или, что еще хуже, окажем им помощь, он увидит в этом повод для нападения. — Я понимаю, — Джинши вздохнул. — Но что, если Италика обратится к нам за помощью? Что, если они предложат нам что-то ценное в обмен на нашу поддержку? — Ценность, которую может предложить Италия, не сравнится с ценой, которую мы можем заплатить, если станем врагами России, — Лаолань покачала головой. — Российское Государство – это огромная сила, Джинши. Их армия многочисленна, а их флот способен достичь самых отдаленных уголков мира. — Но мы не можем просто игнорировать просьбу о помощи, матушка, – возразил Джинши. – Это противоречит нашим принципам. Империя Цин всегда славилась своей справедливостью и милосердием. — Справедливость – это одно, — Мао кивнул. — Но мудрость – это другое. Иногда, чтобы сохранить справедливость в долгосрочной перспективе, приходится принимать трудные решения в настоящем. Если мы вступим в войну с Россией из-за Италики, мы рискуем всем, что строили наши предки. Наши города, наши торговые пути, наша стабильность – все это может быть разрушено. Джинши посмотрел на свою жену, затем на мать и тестя. Он чувствовал тяжесть ответственности, давящую на его плечи. Угроза была реальной, и последствия могли быть катастрофическими. Но он также знал, что не может просто отмахнуться от ситуации. — Я понимаю ваши опасения, – сказал он, его голос стал более уверенным. – И я ценю ваши советы. Мы не можем позволить себе быть опрометчивыми. Но мы также не можем позволить себе быть трусливыми. Мы должны найти способ ответить на это письмо, который защитит Империю, но при этом сохранит наше достоинство. Он снова взял свиток в руки, его пальцы скользнули по холодному пергаменту. Слова Даниэля Мелромарка звучали в его голове, как эхо далекой бури. Но в этот момент, в тишине императорских покоев, Джинши Лао чувствовал, что он не один. Он был окружен мудростью своей семьи, и вместе они найдут путь через этот шторм. Вопрос был лишь в том, какой ценой. /// Южное Королевство. Город Чистой Воды /// Южное Королевство, жемчужина пиратской жизни, омываемая ласковыми волнами теплого моря. Город Чистой Воды, его сердце, оправдывал свое название, не смотря на репутацию Королевы Пиратов. Хрустальные фонтаны, питаемые подземными источниками, журчали на площадях, а прозрачные каналы, оплетавшие город, отражали синее небо и белоснежные паруса. Королева Гарсия Мелромарк, чьи волосы цвета серого неба всегда были уложены в строгую, но элегантную прическу, сидела в своем кабинете, залитом мягким светом, проникающим сквозь витражные окна. В ее руках покоилось письмо, исписанное каллиграфическим почерком ее брата, царя Российского Государства, Даниэля Мелромарка. Слова на бумаге были резкими, как удар кнута: "Если кто-то поддержит Италику в войне с Россией, тот является законной целью для атаки российских солдат и кораблей". Гарсия медленно провела пальцем по строкам, ее лицо оставалось непроницаемым. Война. Это слово, такое далекое ее королевства, теперь стучалось в двери. Она не испытывала ни страха, ни гнева. Скорее, это было легкое любопытство, смешанное с прагматизмом. Война ее не интересовала в плане участия. Южное Королевство не имело территориальных претензий, не было втянуто в старые обиды. Но ее интересовало другое. Интересовало то, что русская армия, известная своей мощью и дисциплиной, будет делать. Как они поведут себя вдали от своих земель? Каковы их тактические приемы? Гарсия отложила письмо. Ее взгляд упал на карту мира, висевшую на стене. Италика, Россия, Южное Королевство – три точки на этой карте, связанные невидимыми нитями политики и интересов. Она не собиралась вступать в конфликт, но и оставаться в полном неведении не желала. — Приведите адмирала Элиаса, – приказала она своему камердинеру, который бесшумно стоял у двери. Адмирал Элиас, мужчина с обветренным лицом и глазами, видевшими множество морских горизонтов, прибыл в течение нескольких минут. Его серебристые волосы были аккуратно зачесаны назад, а на груди блестели ордена. — Ваше Величество, – поклонился он. — Адмирал, я получила письмо от моего брата, царя Даниэля, – начала Гарсия, протягивая ему документ. – Россия находится в состоянии войны с Италикой. И, как вы видите, мой брат недвусмысленно предупреждает о последствиях поддержки противника" Элиас внимательно прочитал письмо, его брови слегка приподнялись. — Италика – хоть и Город-Государство, но сильная морская держава, Ваше Величество. Их флот известен своей маневренностью и скоростью, – заметил он. — Именно поэтому я и вызвала вас, адмирал, – ответила Гарсия. – Я не собираюсь отправлять наши корабли на поле боя. Но мне нужно знать, что происходит. Мне нужно, чтобы наши корабли были там, где разворачивается конфликт. Грубо говоря, мне нужно отправить пару своих кораблей, чтобы те посмотрели за боем. Элиас кивнул, понимая. Это была не военная миссия, а разведывательная. Наблюдение, сбор информации, оценка сил. — Мы можем отправить два фрегата, Ваше Величество. 'Морская Звезда' и 'Ветер Перемен'. Они достаточно быстры, чтобы держаться на безопасном расстоянии, и оснащены лучшими наблюдательными приборами, – предложил он. — Отлично, – согласилась Гарсия. – Я хочу, чтобы вы лично возглавили эту экспедицию, адмирал. Ваша задача – наблюдать. Не вмешиваться. Записывать все, что увидите: передвижение флотов, тактику, любые необычные маневры. И, конечно, будьте предельно осторожны. Мы не хотим стать законной целью, как предупреждает мой брат. — Будет исполнено, Ваше Величество, – ответил Элиас, его взгляд был полон решимости. Когда адмирал покинул кабинет, Гарсия снова взяла письмо. Она знала, что война – это всегда хаос и разрушение. Но иногда, даже в тени конфликта, можно найти ценные знания. Южное Королевство, город Чистой Воды, останется в стороне от бури, но его глаза будут следить за ней с безопасного расстояния, впитывая уроки, которые преподносит мир. И, возможно, эти уроки помогут ей лучше защитить свое королевство в будущем. /// Королевство Руссово. Столица Новгород. /// Скрип пера по пергаменту нарушал тишину просторного кабинета короля Иоанна. Солнечные лучи, пробиваясь сквозь высокие стрельчатые окна, освещали пыльные свитки и массивный дубовый стол. В руках короля покоилось письмо, написанное каллиграфическим почерком, но слова в нем несли вес стали. Это было послание от Даниэля Мелромарка, царя Российского Государства. Иоанн Грозный, чье имя уже само по себе внушало трепет, хмурил густые брови. В письме говорилось ясно и недвусмысленно: "любая держава, осмелившаяся поддержать Италику в её войне с Россией, будет считаться врагом и станет законной целью для российских солдат и кораблей." Руссово, королевство Иоанна, не имело никаких связей с Италикой. Более того, сам Грозный испытывал к италийцам глубокое презрение. Он видел в их чрезмерной гордыне причину их нынешних бед, их болезненного падения на поле боя с могучей Россией. — Гордыня – плохой советчик, – пробормотал Иоанн, – особенно когда сталкиваешься с силой, которую не можешь оценить. Расстояние между Руссово и Российским Государством было огромным, простираясь через моря и земли, но это не умаляло значения поддержки, которую Россия могла оказать. Иоанн лично был знаком с Даниэлем Мелромарком. Они встречались несколько раз, ведя долгие, неспешные беседы за чашкой ароматного чая из самовара, который, казалось, впитал в себя тепло и мудрость их стран. Эти встречи оставили в душе Иоанна глубокое уважение к царю России, его проницательности и силе духа. Иоанн отложил письмо и задумчиво уставился на карту мира, разложенную на столе. Его взгляд скользил по бескрайним просторам, останавливаясь на знакомых очертаниях Российского Государства. Он понимал, что нейтралитет в таком масштабном конфликте – это не всегда самая безопасная позиция. В мире, где сила решала всё, даже молчаливое наблюдение могло быть истолковано по-разному. После долгих размышлений, Иоанн принял решение. Оно было взвешенным, осторожным, но в то же время демонстрирующим его готовность к действию. Он не мог позволить себе прямое вмешательство, но и оставаться в стороне, когда на карту поставлена стабильность региона, было бы безответственно. — Прикажите адмиралу собрать совет, – обратился он к своему секретарю, молодому и расторопному юноше по имени Борис. – Мы отправим в воды, где разворачивается конфликт, пару кораблей. Не для участия в битвах, нет. Их задача – наблюдение. Пусть они станут нашими глазами и ушами, пусть донесут до нас правду о ходе войны. И пусть это будет ясным сигналом для всех – Руссово следит за происходящим, и его интересы не останутся без внимания. Борис склонил голову, принимая приказ. В его глазах читалось понимание. Королевство Руссово, хоть и не вступало в открытую конфронтацию, готовилось к возможным последствиям. А наблюдение за битвой, как решил король Иоанн Грозный, было первым шагом в этой сложной игре геополитики. /// Королевство Серафим. Столица Ллой. /// Дым от сожженного пергамента медленно поднимался к сводам тронного зала, растворяясь в золотистом свете, проникающем сквозь витражные окна. Ллойд Мелромарк наблюдал за этим процессом с едва заметной, но отчетливой улыбкой. Письмо его старшего брата, царя Российского Государства, Даниэля Мелромарка, превращалось в пепел, а вместе с ним – и всякое подобие братских уз, которые когда-то связывали их. «Любая держава, осмелившаяся поддержать Италику в её войне с Россией, будет считаться врагом и станет законной целью для российских солдат и кораблей», – эти слова, написанные твердой, уверенной рукой Даниэля, теперь лишь вызывали у Ллойда легкое презрение. Ему было всё равно. Более того, он был доволен. Именно он, Ллойд Мелромарк, глава «Коалиции Помощи», был тем, кто подтолкнул Италику к этой войне. Не напрямую, конечно. Его методы были "тоньше, изящнее". Шепот в уши амбициозных генералов и адмиралов Италики, намеки на слабость российской армии, обещания скрытой поддержки, которые, как оказалось, были лишь игрой слов. Он "умел" плести паутину интриг, и Россия, с её вечной самоуверенностью и кажущейся непобедимостью, стала идеальной целью. Ллойд встал из своего кресла, его длинный, расшитый серебром плащ скользнул по мраморному полу. Он подошел к окну, откуда открывался вид на бурлящую жизнь столицы – Ллой, город, чьи шпили касались небес, а улицы были полны торговцев, ремесленников и стражников. Этот город, это королевство – всё это было его, и он намеревался сделать его еще сильнее. Ослабить Россию. Это была его главная цель. Не ради какой-то абстрактной справедливости или братской любви. А ради власти. Ради того, чтобы Серафим занял достойное место на мировой арене, место, которое, по его мнению, было незаслуженно занято его северным соседом. — Пока другие члены альянса будут поддерживать Италику, я буду в стороне, лишь словами поддерживая, – прошептал Ллойд, обращаясь к своему отражению в стекле. Это была его стратегия. Он не собирался отправлять свои войска на поля сражений, не собирался рисковать жизнями своих подданных. Его оружием были дипломатия, экономическое давление и, конечно же, информация. Он будет подпитывать конфликт, подливать масла в огонь, но сам останется чист. Он знал, что Даниэль будет в ярости. Он знал, что его брат, возможно, попытается как-то ответить. Но Ллойд был готов. Он просчитал все возможные ходы. Россия, погруженная в войну с Италикой, будет вынуждена отвлечь свои ресурсы, ослабить свою хватку на других фронтах. И в этот момент Серафим сможет сделать свой ход. Ллойд вернулся к своему столу, где лежали карты и донесения. Он взял перо и начал писать. Не письмо брату, нет. Это было распоряжение для его министра финансов. Нужно было увеличить поставки зерна в Италику, но по завышенным ценам, конечно. И одновременно, нужно было начать переговоры с несколькими нейтральными державами о торговых соглашениях, которые бы обошли российские санкции. Королевство Серафим, столица Ллой. Здесь, в этом зале, вершилась история. И Ллойд Мелромарк был ее архитектором. Он не был героем, и не стремился им быть. Он был королем, и его долг – обеспечить процветание своего народа. Даже если для этого придется разжечь пожар в соседнем государстве. Он улыбнулся снова, на этот раз шире. Игра началась. И он был уверен в своей победе.