Письмо

На столе генерала лежит стопка донесений, приглушённый свет падает с окна, где за инеем угадывается город. Среди серых конвертов выделяется один — пергаментный, запечатанный с эмблемой Имперского театра. Аркан некоторое время просто смотрит на него — пальцы в перчатке застывают у края стола. Письма из театра приходят нечасто. Обычно — в дни поминовения павших. Он осторожно вскрывает конверт когтем — чернила внутри блестят серебром: > “Господин генерал Аркан. Совет Империи Лиц выражает Вам почтение и приглашает принять участие в Великом концерте Единства. Вам поручена партия первой скрипки — символ гармонии силы и искусства. Событие состоится через три недели. Он перечитывает письмо дважды. “Символ гармонии”… — повторяет тихо, и в его голосе слышится насмешка. Он кладёт письмо обратно, словно оно весит слишком много, и поворачивается к скрипке в углу комнаты. Инструмент стар, лак потускнел, но струны всё ещё звучат — ровно, как дыхание зимы. Аркан сидит в пустом зале, где под потолком мерцают лампы, тусклые от холода. На коленях — скрипка. Тонкая, вытертая на изгибах, с трещиной у подгрифка, которую он когда-то склеил сам. Он бережно крутит колки, ловит слухом каждое дрожание струны. Ля — тянется чуть выше, чем нужно, Ми — глухо ворчит. Генерал щурится, поворачивает колок снова — на долю оборота, пока звук не становится чистым, прозрачным, почти как лёд под сапогами в первый мороз. Он пробует смычок — медленно, осторожно, будто боится разбудить зал. Звук рождается и гаснет, перелетает в пустоту. Каждая нота будто взвешивается — не слишком ли холодная, не слишком ли человеческая. Аркан опускает инструмент и шепчет сам себе: — Партия первой скрипки... гармония силы и искусства... посмотрим, что из этого выйдет. Он снова берёт смычок — и начинает подстраивать последние ноты, пока не добивается ровного, чистого звука.На следующем утре генерал получает второе письмо — тонкий конверт с серебряным гербом театра. Бумага пахнет воском. Он разворачивает лист и читает: > «Господин Аркан, сообщаем, что Ваша партия на концерте будет исполнена в сопровождении гармони — инструментaлись Саэль(сын Аркана), молодой участник оркестра. Просим прибыть к репетиции сегодня же.» Пальцы генерала замирают. Имя будто ударяет током. Он перечитывает письмо ещё раз — медленно, с неверием, и шепчет: — Саэль?.. мой сын? На мгновение его взгляд падает на скрипку, и струны будто отзываются тихим звоном, как нерв, затронутый прошлым. Он садится, долго смотри т в одну точку. Сердце бьётся быстрее, чем прежде.