Расставание

Тишина, которая объединяла их у Ворот 7, была внезапно и жестоко нарушена. Павербанк, выполнив свою миссию, был отключен. В ту же секунду экран телефона Джейка вспыхнул ослепляющим, тревожным светом. Назойливое вибрирование прервало тишину, а затем последовали каскадом десятки оповещений. Все они были от одного имени — Менеджер Ким. Джейк вздрогнул. Магия момента исчезла, и на смену ей пришла острая, колючая реальность. — Черт, — это было первое ругательство, которое Лина услышала от него. Оно прозвучало тихо, но в нём было столько напряжения, что ей стало ясно: этот «тяжелый день» только что превратился в катастрофу. Джейк поднял трубку. Голос на другом конце провода был напряженным и его резкие интонации заставили Лину инстинктивно отодвинуться, будто бы сидя она ближе, ей бы досталось в том же размере, что и соседу. Лина наблюдала, как меняется его лицо. В один момент он был просто уставшим австралийцем, пропустившим самолет к друзьям, а в следующий — он стал Джейком, чья каждая секунда стоила огромных денег, чья карьера зависела от этого звонка. Спокойствие, которое он так ценил, кончилось. — Да, сэр, я понимаю... сейчас... в течение часа. Я уже еду. Нет, я в Инчхоне, у Ворот 7. Нет, ничего не случилось. Я… да, я был невнимателен. Прошу прощения, — он говорил быстро, при этом переходя на безупречный, почтительный корейский, который Лина, несмотря на свое плохое знание языка, поняла. Он отключился. Вся его поза изменилась, плечи напряглись, грудь приподнялась, а руки непроизвольно сжались в кулаки. Глаза бегали по окружающим предметам, будто бы он искал ответ... ну или же строил план, как же успешно сбежать от ответственности. — Мне нужно идти, — сказал он, хватая свой рюкзак. Он выглядел сбитым с толку и виноватым, как школьник, пойманный за прогулом. — В Токио? — спросила Лина, пытаясь сохранить легкое настроение новых знакомых, которое сломал телефонный звонок пару мгновений назад. — Нет, — он покачал головой, и легкая тень промелькнула по его лицу. — Не совсем. Моя работа... это не совсем про друзей и Новый год. У меня был, скажем так, очень строгий дедлайн, который я только что провалил. Он протянул ей павербанк. — Спасибо тебе. Ты не представляешь, как ты меня спасла. Я бы пропал без связи. Это… было лучшее Рождество, о котором я мог мечтать. Лина взяла павербанк, её пальцы на мгновение коснулись его. — Я была рада, Джейк, — она впервые назвала его имя вслух. Он посмотрел ей в глаза, и в его взгляде читалось нечто большее, чем просто благодарность — обещание. Он понимал, что уходит, не оставив контактов, не сказав правды. Но не мог с этим ничего сделать. — Лина, — прошептал он. Он порылся в кармане и вытащил что-то. Это была маленькая, серебряная цепочка с крошечным кулоном в виде звезды — та самая, которую она мельком заметила под его свитером. — Возьми. Как залог. Я должен буду её забрать, когда мы встретимся снова. Взгляд парня задержался на её глазах дольше обычного, словно говоря: "Обещаю, мы увидимся" Она не успела ответить. Поцеловав её в лоб – быстро, импульсивно, словно они знакомы дальше пары часов – он развернулся и бросился прочь от Ворот 7, нервно надевая рюкзак. Лина осталась сидеть одна. Тишина вернулась, но теперь она была не уютной, а оглушающей. В её руке лежали две вещи: павербанк и крошечная, холодная серебряная звезда. Всё, что он оставил, было залогом обещания и символом. Gate 7. Она смотрела на цепочку. У обычных парней из Брисбена, летящих к друзьям, не бывает менеджеров, которые требуют его возвращения через час, и они не оставляют свои любимые украшения, чтобы заставить себя вернуться. Она достала свой телефон, чувствуя внезапное, детское любопытство. «Джейк Сим.». — набрала она в поисковике.