I глава или как ты меня предал...

«А что если завтра настанет конец света? И мы все умрём… Ничего не останется. Просто какая-то дыра в космосе. Никогда больше дети не будут радоваться солнцу и началу летних каникул. Никогда больше не появятся новые песни и мелодии. Никогда никто не поздравит друг друга с каким-то дурацким праздником. Мамы, которые пожелали своим детям «спокойной ночи», больше никогда их не увидят, а лучшие подруги не обнимутся. Так странно осознавать, что сегодня ты есть, а завтра тебя нет. Смерть вообще странная штука… Раньше я мало думала о смерти… Но, по-моему, отдать жизнь за любимого человека, не худшая смерть… Если бы на кону была или моя жизнь, или жизнь моего молодого человека, я бы выбрала умереть за него. Наверное, это и есть любовь», — дурацкие мысли о смерти не давали мне покоя в три часа ночи, пока на моей талии подрагивала татуированная рука. — Лиз, что ты там опять рассуждаешь? — хриплый и сонный голос кареглазого отвлёк меня. — Влад, — прошептала я. — Ложись спать, тебе завтра на студию. Всё в порядке, — я поцеловала татуированную, не побритую щёку парня и закрыла глаза, прижимаясь к его груди. — Спокойной ночи, — шёпот над моим ухом и мокрый поцелуй в мочку — всё, что я помню перед тем, как заснуть. Утро. Будильник на половину седьмого — утра самое худшее, что может быть, но ещё хуже — это когда ты просыпаешься под этот будильник в холодной, пустой постели, потому-что парень уже ускакал работать. На тумбочке меня ждала записка: «Лиз, я допоздна, пообедаю пиццей, во сколько приду не знаю, ложись без меня. целую, Влад». — Ну конечно. На что я надеялась? Хотя бы поужинать вместе? Нет, конечно. Не в этой жизни, — я разговаривала сама с собой, готовя завтрак. Последний месяц наших отношений с Джизусом особо холодный. Мы оба заняты. Я в универе, он пишет песни и сразу же записывает их на студии. Конечно, чувства не угасают, но мне не хватает его катастрофически. Просто банальных обнимашек и целовашек. Вообще раньше я думала, что это фу, так противно, всякие розовые сопли и так далее, но потом просто осознала, как это круто, лежать в обнимку с любимым человеком, и весь миру перестаёт существовать… Видимся мы по вечерам, и то не всегда, и иногда по субботам… На улице была ужасная пасмурная погода… Так не хотелось идти в универ, но, чёрт, медицина меня ждёт. В универе все, как всегда, ходили с кислыми минами, как-будто их на расстрел ведут. Да я и сама сегодня такая была. Вообще похуй. — Лиза, Лиз, — бля-я-ять, голос самого надоедливого одногруппника раздался за моей спиной и мне пришлось повернуться. — Привет. Саша… неприятный тип… богатенькие родители. Сам нихера не умеет. Бабник. Принимает наркоту в больших дозах… Ну, такой себе наборчик. — Чё надо? — я недовольно складываю руки на груди. Парень хватает меня за локоть и отводит в тёмный угол под лестницой. — Ты охерел? Мне больно! — я выдернула локоть. — Мне похуй. Я сразу к делу. Влад сможет достать мне дозу? — и после этих слов я конкретно ахуела. Когда я только начинала встречаться с Владом, у него была передозировка и его еле откачали. После этого я поставила его перед выбором, а-ля «или я, или наркотики и смерть» и он выбрал меня, конечно. Завязать ему было трудно, но он поклялся, что больше никогда не начнёт снова. Звук пощёчины раздался в радиусе километра. — Он этим не занимается! — рука горела, как, наверное, и щека парня. — Блять, он чё тебе даже не рассказал? Ебануться! Вы точно встречаетесь? Я уже ничего не слышала, а лишь летела на полной скорости домой. Он не мог… Не мог… В квартире я выпиваю успокоительное и успокаиваюсь. Решаю позвонить парню. Гудки… Гудки… Гудки… Он не берёт… Блять!!! Сука! Ненавижу! После этого ещё звонков тридцати и ни разу не услышанного, заветного голоса. Подхожу к шкафу и достаю ветровку кареглазого, обшаривая карманы. Ничего… Ну, конечно, он же не придурок прятать наркоту дома… Я приготавливаю пасту и ужинаю, проверяя телефон. Оставляю порцию для Влада в холодильнике и мою посуду. Кровать была, уже так привычно, холодная и пустая. Сразу закатывать скандал ему не буду. Надо подойти к этому аккуратно. Пью кофе и читаю любимый роман. На часах 2:34, я слышу заветный хлопок двери и вскакиваю с кровати, пробегая в коридор. Уставший парень снимает куртку и удивляется, видя меня бодрую. При виде него все обиды сразу прощаются и забываются. Ну как на такую зайку можно обижаться? — Принцесса, ты чего не спишь? — тёплые объятия заставляют меня расслабиться, то, что так нужно было мне весь день. — Не хочу засыпать без тебя… — я, как маленький котёнок, трусь щекой о его плечо, получая в ответ поглаживания по спине. — Будешь есть? я приготовила пасту, — с детской наивностью смотрю в его глаза. — Только потому-что её готовила ты, — я улыбаюсь и Влад целует меня. — Иди накладывай, пойду руки помою. Киваю и бегу на кухню, разогреваю холодный ужин. Парень сидит напротив меня и быстро поглощает пищу, я смотрю на него… — Почему трубку не брал? — немного наклоняю голову в бок, — Я переживала. Раз сорок звонила. — Лиз, я был очень занят. Прости, что заставил волноваться. — Так занят, что не мог просто сказать, что у тебя всё хорошо? — Блять, ну хоть ты не порти этот день! — грубо говорит парень и отодвигает тарелку, — Я наелся, спасибо. Разворачивается и идёт в душ, попутно захватив чистые вещи. Чёрт, опять всё испортила. Снова ложусь в холодную постель и вроде бы даже засыпаю, пока не вздрагиваю от лёгких, мокрых прикосновений. — Прости меня. Я не хотел тебе грубить, — парень целует меня. — Всё нормально. Это я виновата, — обнимаю Влада и зарываюсь личиком в копну крашеных волос, которые ещё не до конца высохли после душа. — Чем завтра займёмся? Единственный твой выходной. — Утром у меня встреча, а потом я весь твой. — Что за встреча? — тело напряглось. — Да так. Тур обсудить. Ничего важного. Потом я зайду в магазин, куплю нам с тобой много вкуняшек и мы посмотрим какие-нибудь фильмы. — Хорошо, спокойной ночи, — утыкаюсь носом в шею парня. — Спокойной ночи, принцесса. Я люблю тебя, — мокрый поцелуй в лоб. — И я люблю тебя, — и вот моё сознание проваливается в царство Морфея. Утро. Просто прекрасно… за окном льёт дождь и пасмурно, но это не сметает улыбку с моего лица. Самое главное — это то, что ОН рядом. Влад тихо посапывает рядом со мной, прижимая к себе. Я аккуратно целую парня в оголённое татуированное плечо. Провожу пальчиками по тату на груди и замираю, смотря на подрагивающие веки. Какой он милашка, бли-и-ин… И не подумаешь, что он дилер. — Давно не спишь? — хриплый, сонный голос выводит меня из мыслей, а мокрые поцелуи на шее заставляют потерять голову. — Только-только проснулась, — я смотрю в эти карие глаза и понимаю, что теряю себя в них. Тону. И выхода нет. И даже если мне предложат все богатства этого мира, я не перестану тонуть в этих глазах. Это мой тихий омут и мои черти будут тонуть в нём до конца этой чёртовой жизни. «Нигде мне не хотелось находиться больше, чем в его объятиях». И если из моей жизни вычеркнут его имя, у меня не останется ничего. — Во сколько у тебя встреча? — я целую его грудь, пока он прижимает меня к себе. — В час. — Сейчас десять минут десятого, — как хорошо, что у нас есть время поваляться в постели. — Ты такой до безумия резкий, неаккуратный и иногда я так сильно тебя ненавижу, что хочу без оглядки сбежать безвозвратно. Я рыдаю, злюсь и это сносит крышу. Ты такой истеричный, тихий-спокойный, из тебя и клещами не вытянешь слова.  Ты так часто делаешь мне больно. Извиняешься.  И больнее  делаешь  снова.  Ты такой непростой, упертый,  неидеальный.  Ты со всеми безумцами мира в одном  строю,  а я до боли в груди, до сведения скул, нереально,  чертовски тебя   люблю, — мой шёпот звучит где-то в районе шеи Влада. Я наблюдаю за мурашками, медленно покрывающими его шею. — Хах, — он усмехается, — Какой есть. Сама виновата, что влюбилась в меня по уши, — целует меня в макушку. — Это ты меня влюбил в себя. Видете ли, он такой галантный, обаятельный красавчик, как в такого не влюбится? — я смеюсь, а Влад начинает смеяться вместе со мной и комната заливается нашим смехом. — Ну да, вот такой я идеальный мужчина… — И ещё самовлюблённый мудак, — я легонько ударяю его по плечу. — Все мы имеем свои недостатки, — парень хватает меня за талию и сажает на свой торс. — Я соскучился по тебе, принцесска, — кареглазый впечатывается своими губами в мои и попутно стягивает мой топ. Его поцелуи на шее, ключице, груди. Языком он медленно облизывает мои соски, и я пытаюсь сдержать стон. Руки зарываю в чёрно-белые волосы и медленно оттягиваю их корни. Тем временем Влад переворачивает меня на кровать и теперь он сверху. Мокрая дорожка поцелуев от груди и до резинки трусиков. Возвращается и оставляет десятки засосов на моём теле. Я шиплю… — Влад, из-за тебя мне потом придётся ходить в закрытых вещах, — я недовольна. — Ч-ч-ч, заткнись и не порти момент. Мои шорты и трусики летят на пол и парень смотрит на меня. Входит сначала одним пальцем, а потом подключает и второй, не забывая про клитор. Темп набирается достаточно быстро и толчки становятся сильнее. Мои стоны раздаются на всю квартиру, но Влад хочет больше. — Малышка, давай громче, давай, чтобы соседи знали, что ты моя. Вот я на пике и выкрикиваю имя любимого, обмякая в его крепких объятиях. — Давай, я в душ, а ты пока приходи в себя… — кареглазый тихо смеётся и, целуя меня в лоб, уходит из комнаты. Я закрываю глаза Страннo, когда в твоей жизни появляется человек, который тебя понимает. Когда на протяжении долгогo времени тебe попадались люди, которыe носили маски, играли свои роли и делали вид, чтo безоговорочнo понимают тебя и ценят, а потом, в определенный момент они испарялись из твоей жизни, нe оставив за собой ни объяснений, ни каких-тo прощальных слов. Толькo пустоту. Страннo, когда душа ужe нe верит в тo, чтo её поймут, ты замыкаешься в себe, сокращаешь круги знакомых и перестаёшь верить в слова и искреннe улыбаться. И тут появляется он. Он врывается в твою жизнь совсем внезапнo, когда ты этогo совсем нe ждёшь, нo ты нe можешь открытo с ним общаться, потому-чтo предыдущий опыт тебя многому научил. Ты пытаешься максимальнo оградить себя от той боли, которую причиняли другиe люди, нo сo временем начинаешь замечать, чтo отношениe этогo человека к тебe совершенo инoe. Ему ничегo от тебя нe нужнo. Толькo ты. Твоё присутствиe в егo жизни. Твои объятия. Взамен на этo, ты получаешь пониманиe. Получаешь теплo, заботу, нежность, искренность. Получаешь всё тo, чегo так нe хваталo. Когда ты встречаешь такогo человека, ты понимаешь, чтo всe предыдущиe потери, разочарования и обиды стоили тогo. Ведь ты обрёл чтo-тo большee, чем простo понимающегo человека. Ты обрёл свою вторую половину. Свою душу. Тогo, с кем готов идти рука об руку на протяжении всей жизни. — Эй, принцесса, ты чё уснула? Оргазм был настолько прекрасен, что ты всю свою энергию за день растратила? — я открываю глаза, передо мной стоит парень с голым торсом, на бёдрах полотенце, а с мокрых, длинных волос капает вода. Мне кажется, что я опять влюбилась в него. — Дурак! — я кидаю в него подушку и поворачиваюсь спиной, с головой накрываясь в одеяло. Через пятнадцать секунд чувствую, как на меня ложиться что-то очень большое и тяжёлое. — Вла-а-а-ад, ты тяжёлый, сле-е-езь, — я начинаю пищать из-под одеяла. Потом я начинаю жёстко ржать, потому что этот придурок начал меня щекотать. —Владик, пожалуйста, хватит, — я не могу перестать смеяться. — Ну, Влад, чёрт, всё слезь, придурок, я хочу спать. — Сама ты придурок, — он наконец успокаивается и ложиться со мной. — Давай ещё поспим немного… — я укладываюсь на его грудь. — Я хочу кушать, — утверждает кареглазый. — Ну иди поешь, там ещё паста осталась, — я глаза не открываю. —Я не хочу пасту, я хочу омлет. Вставай, сонная принцесса. Нахер ты тогда так рано проснулась? — Влад, ты меня бесишь. — Вот как мне тогда тебя в жёны брать, если ты мне даже омлет не хочешь готовить, а? — Кожихов наматывает прядь моих волос на свой палец. — Что? — я резко распахиваю глаза, — В какие жёны? Мы встречаемся 5 месяцев, ещё слишком рано. — Я знаю, что рано. я пока и не зову, — смеётся гад, — Но моя мама сказала, что уже пора. Мол, сбежит от тебя девчонка и всё. Уж очень хочет она заполучить тебя в невестки. — Ты безнадёжен, — я вздыхаю и иду готовить этому оболтусу омлет. Он всегдa был и будет моей слабостью. Чем-тo, в чём я нe могу себe отказать. Я умею с мраморным лицом смотреть страху в глазa и нe моргнуть, нe повести, дажe, мускулом перед многими людьми. Нo ему нужнo всегo десять секунд, чтобы заставить меня расплываться в улыбкe. Он единственный, кому я готовa сдаться. Гордая и сильная, я первый раз в жизни чувствую нелепую уязвимость перед человеком. И этo чувствo, будтo ты теряешь контроль нa огромной скорости и при этом радуешься как ребёнок, чтo скорo разобьёшься. Он — моя слабость. Чем-тo, от чегo я нe могу отказаться дажe вo благo. Он единственный мужчина, которогo я хочу оставить себe, отняв у всегo мирa. И к которому я хочу уйти, оставив весь мир гдe-тo там, зa спиной. — О чём ты так увлечённо мечтаешь? — холодные руки на моей талии, вновь и вновь, заставляют меня покинуть мои мысли. — Как бы отомстить тебе за то, что ты так рано поднял меня в выходной, — раскладываю завтрак по тарелкам. — А, ну удачи тебе, — Кожихов отправляет вилку с едой в рот и тщательно пережёвывает. — Спасибо, очень вкусно. Доев, мы снова отправились в кровать, чтобы поваляться. Такая интимная тишина… Мы лежим в обнимку, мои пальцы переплетены с его татуированными пальцами. Я слышу его дыхание. — Я наркоман твоего голоса и помешанный коллекционер твоих прикосновений… — сексуальный шёпот над моим ухом. — Мои атомы полностью влюблены в твои атомы и это чистая химия. Я крепче прижимаюсь к парню. — Знаешь, а я бы вечно тебя обнимала: Мне с тобой так уютно и хорошо. Ты согреваешь, как теплое одеяло. Нет, не руками — ты согреваешь душой. Знаешь, а мне бы чувствовать этот запах Твоего парфюма и знать, что уже не одна. Мне бы на время забыть обо всех своих страхах, Поднимаясь из темноты беспросветного дна. Знаешь, а мне бы только слышать твое дыхание, Стук сердца, что бьется практически в такт с моим. Наверное, у меня ломка, тебя нехватание. Мне бы тебя и рядом. Назло другим. — Люби меня вечно, — попросил Влад и тут нашу идиллию нарушил телефонный звонок. — Алло? Ага, — парень встал и вышел из комнаты. Его лицо погрубело, а голос превратился в стальной. Кто это? Через пару минут в комнату вернулся парень, он надевал на себя футболку. — У меня встреча переносится. Я сейчас еду, за минуту, которую он находился в комнате, он не удосужил меня не одним взглядом. — Влад, что происходит? — я поднялась с постели и подошла к нему. — Ничего, всё нормально, Лиз, — он до сих пор не смотрел на меня и всячески избегал моего взгляда. — Посмотри на меня! — я крикнула и он наконец посмотрел на меня. Его взгляд стал…жёстким и грубым. Скулы напряглись. — Блять, как же ты меня заебала, ты сама себе мозг ебёшь! Сказал же всё нормально! — он первый раз был так груб со мной. Нет, конечно были моменты, когда мы ссорились, но такого он мне никогда не говорил. Слёзы начали заполнять мои глазницы и медленно стекать по щекам. Я даю ему пощёчину. — Ты думаешь, я не знаю куда ты едешь?! — голос срывается на крик, — Ты клялся мне! Клялся, блять, что завяжешь, но ты, чёрт тебя подери, грёбанный наркоман! Да иди ты нахуй. Я ухожу. Прощай, — истерика. Я хватаю чемодан и собираю все свои вещи. Злой Кожихов выходит из комнаты, а после и из квартиры, захлопывая дверь. Вспешке я собрала вещи, переоделась и, пока я ещё была на эмоциях, написала ему записку: «Сказав тебе прощай, я до конца не осознала значимость этого слова. Всё моё время было посвящено тебе. Все мои слёзы, все улыбки, они были только из-за тебя. Я до конца не хотела верить в то, что мы отныне, чужие друг другу люди. Я не скажу тебе, что я буду рыдать или сходить с ума оттого, как буду скучать по тебе. Нет, я не скажу этого. Я хочу сказать, что мне жаль. Мне правда жаль, что наш конец оказался таким. Я его не таким представляла. Да, я вообще не видела с тобой конца. Я видела рядом с тобой счастливую бесконечность. Я не стану просить тебя вернуться и подпустить тебя к себе я тоже не смогу. я отпускаю нашу любовь. я прощаюсь с ней. прощай.» Записка на столе, все вещи собраны. Я последний раз осматриваю квартиру, перед глазами мелькают как и счастливые моменты, так и не очень. Слёзы опять наворачиваются и я выхожу из квартиры. «Всё, что ты любишь, однажды убьёт тебя, будь-то сигареты, наркотики, или мальчик с карими глазами», — я вспоминаю слова моей бабушки. Чёрт, как же ты была права, бабуля. Я набираю подруге, живущей неподалёку и спрашиваю можно ли пожить у неё какое-то время, пока я не найду квартиру, она разрешает и я мчусь к ней. Перед её домом, захожу в супермаркет, покупаю немного фруктов, две бутылки вина и мальборо голд. Любимые сигареты Влада, хм, какая ирония… — Привет, солнце, — с порога меня встречает Катя и обнимает. — Привет, — я улыбаюсь ей и мы проходим на кухню. — Рассказывай, что там у вас с Кожиховым? — Катя нарезает фрукты, а я пытаюсь откупорить бутылку красного полусладкого. С Катей мы познакомились полгода назад в супермаркете. К слову, это моя единственная подруга. Ей я могу доверить всё, с уверенностью, что она никогда не предаст. Во всех наших проблемах с Кожиховым она мне помогала… Я рассказала Кате об нашей ссоре, не упуская разговор с Сашей. Сказать, что она была в шоке, значит ничего не сказать… Мы включили музыку, разлили по бокалам вино, поставили тарелку фруктов и сели за стол. Кайфовали, разговаривали, я была уже пьяненькая и тут в плейлисте Кати заиграла песня Джизуса. У меня началась истерика. — Эй, ну ты чего? Это просто песня. Вы ещё помиритесь, я уверенна. Как бы я этого не хотела, но ты любишь его, а он тебя. Всё образуется, — девушка всегда была против наших отношений с Владом. «Он же фрик, не достоин тебя, он уже научил тебя курить, а что дальше? Наркотики? Он не для тебя, а ты не для него». — Я курить, — Катя кивает и я выхожу на балкон. На часах уже без двадцати одиннадцать. Холодный воздух обдувает моё лицо, плечи. Достаю пачку сигарет и закуриваю. Смотрю сначала на дома и луну. Потом перевожу взгляд вниз… Чёрт… Машина Влада и рядом курит он сам. Поднимает голову и наши взгляды встречаются. Он бросает сигарету и забегает в подъезд. Я тушу сигарету и иду в квартиру. — Катя, там сейчас Влад придёт, не пускай его, — кричу я и на кухню заходит парень, а за ним Катя с виноватым видом. — Он сам открыл дверь, я не хотела его пускать. — Кать, оставь нас, пожалуйста, — ледяной, но такой родной голос, от которого у меня бегут мурашки. Каждый рад. Так предательски. Подруга смотрит на меня. — Всё в порядке, — я сама не узнаю свой голос, он стал грубым… Катя кивает, берёт деньги, куртку и выходит из квартиры. Вот мы снова остались вдвоём. — Зачем ты приехал? — мы стоим в двух метрах друг от друга, но ощущение как-будто между нами пропасть километров в двадцать. — За тобой. — Хах, — я истерически усмехаюсь, кажется, уже едет крыша. — Серьёзно? После твоих слов, после того, что ты сделал с моими надеждами, с моим доверием? За мной? А немного ли ты хочешь, Кожихов? — я беру бокал и делаю глоток вина. — Слушай, прости меня. Я не стану себя оправдывать. Я виноват. Я пиздец как виноват перед тобой. Я не знаю, что делать. Я провёл без тебя пару часов, а как-будто несколько месяцев, — с каждым его словом, меня рвало на куски, слёзы текли всё сильнее и сильнее. — Принцесса моя, луна моя, не плачь, — парень взял моё лицо в свои тёплые руки и нежно поцеловал. Солёный поцелуй. Я не позволяю себе снова окунуться в омут с головой и разрываю поцелуй. Громкий шлепок от пощёчины. Парень закусывает губу и потирает щёку. — Заслужил. — Знаешь, что? Я тебя ненавижу. Катись к чёрту. Может быть я и не хочу, чтобы ты уходил. Хочу быть с тобой, потому-что люблю тебя, но головой я понимаю, что правильно отпустить тебя. Уходи. И не появляйся больше в моей жизни. Я не хочу тебя видеть, — в глазах Влада играло сожаление, он пошёл к выходу. — Если станет совсем плохо — звони, будем курить вместе, даже если бросили, даже если друг друга, — я запоминаю последние слова кареглазого, его самого, перед тем, как потерять его…