Глава 1, где Эван Уокер попадает в безнадежную ситуацию

      Эван Уокер ненавидел запах больниц.       Это был не просто запах антисептика и стерильности; это был запах безнадежности, разбавленный ароматом дешевого кофе из автомата в холле. Этот запах въелся в его одежду, в его волосы, в его жизнь. Он преследовал его, когда он брел домой, в свою крошечную съемную студию, где одинокая лампочка бросала тусклый свет на стопку неоплаченных счетов.       Он был студентом. Хорошим студентом, который когда-то мечтал о чем-то большем, чем просто выживание. Но это было "до". До того, как его мать заболела. До того, как страховая компания вежливо объяснила ему, что "экспериментальное лечение" — это не то, что они покрывают.       И Эван начал тонуть.       Сначала он взял студенческие кредиты. Потом — кредиты в банке. Потом продал все, что у него было, включая старенькую машину отца. Когда закончились и эти деньги, а врачи сказали, что лечение начинает помогать, но его нельзя прерывать, Эван сделал то, чего никогда не должен был делать.       Он пошел к людям, которые не спрашивают о кредитной истории. Их "офис" был в задней комнате полулегального бара, где пахло пивом и страхом. Они дали ему деньги. Сумму с таким количеством нулей, от которой у него потемнело в глазах. Он подписал бумаги, не читая, и отнес деньги в клинику.       Это дало его матери еще три месяца. Но проценты капали. Не по дням, а по часам.       Звонок раздался в четверг, ровно в тот момент, когда его старый ноутбук в очередной раз завис на середине курсовой.       — Уокер? — голос в трубке был ровным, скучающим, и от этого еще более страшным. Эван знал его. Это был Майло, человек, который никогда не улыбался. — Время вышло.       — Мне нужно еще немного, — пролепетал Эван, чувствуя, как ледяной пот стекает по спине. — Я найду...       — Ты не найдешь. — Голос прервал его. — У тебя нет столько денег, малыш. И столько почек у тебя тоже нет.       Эван замолчал. Он посмотрел на фотографию матери на тумбочке — она улыбалась ему с пикника, который был целую вечность назад.       — Что... что мне делать?       — А вот это уже правильный вопрос, — в голосе Майло послышалось что-то вроде одобрения. — Босс ценит людей, которые умеют быть... полезными. У нас есть для тебя работа. Легкая. Ты не будешь пачкать руки. Почти.       Встречу назначили в том же баре. Майло бросил на липкий стол тонкую папку.       — Вот этот парень. — На фотографии был мужчина в безупречном костюме, выходящий из дорогого ресторана. Он выглядел самодовольным, богатым и совершенно не замечающим мир вокруг.       — Кто он?       — Бухгалтер. Умник, который думает, что может обмануть наших людей. Он должен нам очень много. Но мы не хотим шума. Мы просто хотим, чтобы он... посидел и подумал.       План был до одури прост. Настолько прост, что Эван понял — его подставляют, но выбора у него не было.       Бухгалтер (как назвал его Майло) имел четкий график. Каждое утро он парковался в одном и том же подземном гараже. Охраны у него почти не было — "он же просто офисная крыса", как сказал Майло. Эвану нужно было просто ждать в фургоне. Другие люди должны были "нейтрализовать" цель — Майло поклялся, что речь идет о простом уколе снотворного, "как в кино". Эвану нужно было только сидеть в уединенном домике за городом (который уже "подготовили" ) и следить, чтобы бухгалтер не сбежал. Три дня. Максимум четыре.       — Ты выглядишь безобидно, Уокер, — сказал Майло, глядя на Эвана так, будто тот был куском плесени. — Ты не похож на психа. Он не будет тебя бояться, будет сговорчивее. Просто подержи его там, пока он не согласится отдать то, что должен.       — А если он не согласится?       — Тогда приедут другие люди. Но тебе об этом лучше не знать.       Майло положил руку Эвану на плечо, и от тяжести этого жеста у Эвана подогнулись колени.       — Сделаешь это, и мы квиты. Долг прощен. Твоя мама лечится дальше. Облажаешься... — Майло не закончил фразу, но посмотрел в сторону больницы. — Было бы жаль, если бы ее лечение так внезапно прервалось из-за... бюрократической ошибки. Понимаешь?       Эван кивнул, чувствуя, как во рту пересохло.       Он взял папку. Он взял ключ от фургона. Он взял ключ от домика в лесу, где не ловила связь.       В ту ночь Эван Уокер не спал. Он смотрел в потолок своей убогой студии и понимал, что завтра он, ни разу в жизни даже мухи не обидивший, станет похитителем. Он похитит какого-то самодовольного бухгалтера, чтобы спасти свою мать.       Он понимал, что это плохо кончится. Он понятия не имел, насколько.