обман века

— — — 2 — 3 - время летело незаметно, и уже больше полугода ученица Лема тесно общалась с ним. за это время она сильно продвинулась в изучении собственной магии и способов взаимодействия с миром при помощи нее. пророк был очень хорошим и внимательным наставником, и умело подбирал способы донести важную для Вейн информацию о ее способностях. в своем статусе девушка тоже не стояла на месте: заслуженно получила статус солиста, правой руки пророка, и помогала ему почти во всех делах. но их двоих успела связать не только совместная деятельность в обучении и управлении сектой: их эмоциональная связь стала теснее, и общались эти двое как самые близкие на свете люди, и часто проводили время вместе не только для того, чтобы обсудить важные сектантские дела. они часто выбирались в излюбленное место Стаса в лесу, просто чтобы поговорить и о самых бытовых вещах, и о важных вопросах мироздания.  время близилось к годовщине разрыва, что являлось для культистов важным торжеством, во время которого было принято совершать особые обряды по укреплению собственных границ при помощи магии, а также по питанию бездны силой. это время было особенно загруженным у пророка, а теперь и у Веспер, ведь надо было тщательно ко всему подготовиться. уже четвертый день Вейн почти не вылезала из коморки Лема, который и сам выходил из нее только по важным поводам. они готовили речи для выступления пророка, координировали процессы добычи важных материалов для будущих обрядов, описывали для памятки себе точных порядок их проведения, чтобы точно ничего не забыть. и уже пятый день подряд Вейн оставалась на ночь, чтобы не бегать туда-сюда только ради сна. она располагалась на диване, тогда как Стас оставался в своей кровати. но сегодня девушке было тяжело уснуть, и посреди ночи та села на край кровати Лема, случайно его разбудив, и тот пригласил ее спать вместе с ним. она приобняла мужчину за плечи, он ее - за талию. в этот вечер они двое стали ближе не только эмоционально, но и физически. утром Стас проснулся пораньше, чтобы собраться проводить утренний ритуал, а Вейн получила полное право остаться у него одной, потому что нужно было подготовить все в сжатый срок. она проснулась с мыслью о том, что в открывающей речи все может быть не все так хорошо, и надо что-то исправить. позавтракав и побродив из стороны в сторону, Веспер решилась найти эту бумагу и убедиться, что все впорядке и внести изменения при неоюходимости. девушка попыталась что-то найти на столе в последнем из напсанного, но, похоже, Стас куда-то убрал речь. он ведь не обидется, если она посмотрит в шкафу с важными записями, верно? это ведь для общего блага? вскоре Вейн уже перебирала бумаги, тетради, и.. наткнулась на дневник, куда более толстый, чем все остальное. она отложила его, в желании мельком в него заглянуть, но речь была в приоритете. так и не найдя нужные бумаги, Веспер решила почитать дневник открывками. возможно, этого не стоит делать, но.. она ведь сможет узнать чуть больше о бытовой жизни Стаса до разрыва. может, также более подробно узнает, над какой концепцией тот работал, пока еще был ученым.. так и чешутся ручки при виде этой штучки. Вейн все же не сдержалась, и открыла на первой попавшейся странице. "..это интересная концепция, и я не до конца уверен, как именно пройдет эксперимент. может не случится ничего, а может - именно то, на что я рассчитываю. и если рассчеты верны, то последний вариант более вероятен. прилижение к нам темной материи должно помочь изменить нашу жизнь. устал от устоявшегося порядке, что капитализм решает все. если бы только мы могли выйти на новый уровень, где главным принципом будет всеобщее благоденствие! это может случится только при полном разрушении текущих порядков, чего я обязательно добьюсь" Вейн впала в ступор после прочитанного.  не уверена, что правильно поняла, но.. если Стас правда виноват в столт сильном искажении мира, то.. это совершенно меняет его образ. в сердце Вепер появилась ноющая тревога. карты перетосовываются, и все становится далеко не таким радужным. ком слов, которых сложно подобрать, подкатывает к горлу и застревает в нём. она пропускает какое-то количество страниц и начинает читать в другом месте. "да, столкновение большого количества сверхтяжелых элементов правда смогло помочь вызвать небольшое приближение материи. появилась небольшая трещина в небе, что стало сенсацией. я не планирую публиковать хоть что-то об этом эксперименте - не должны они знать, что причины происходящего не стихийные. я продолжал делать то же, что делал до этого, и трещина вче расширялась, затмевая даже солнце, большую часть света которого материя поглощает. завтра будет проведен финальный этап эксперимента, с чем должен помочь Сильвестор.  .. с материей всё, бесспорно, прошло успешно, но Сильвестор.. его больше нет. на моих глазах напарник растворился, и эта субстанция почти меня поглотила. я сумел выбраться до закрытия порта, но что-то в теле очень изменилось. я чувствую очень сильную слабость, намного сильнее, чем обычно, а волосы.. бирюзовые нахуй!  но это не самая главная странность. у людей начался полных хаос, и пока все близиться к разделению на два лагеря. первый - ученые, пытающиеся найти хоть какие-то закономерности и законы у новой физики, что полностью бесполезно: законы теперь не имеют никакой силы. и люди, желащие себя оградить, пропогандирующие опасность магических воздействий и убеждающие носить медные очки, сквозь которые не видно ни зги. ни один, ни другой лагерь мне не нравится, поэтому я собираюсь создать третий лагерь из своих последователей. мы преобразуем это во что-то, основанное на вере в то, что бездна нас спасет, а не погубит, что не имеет особого смысла. хоть она и просто есть, человеческое сознание в стрессовой ситуации легко управляемо. пусть все новоприбывшие станут певчими, то есть будут в молитвенном хоре, мои давние закомые будут приближенными солистами, будут исполнять что-то с нашими религиозными мотивами сольно, помогать мне управлять устоями. нужно взять под контроль собранное вокруг меня общество, чтобы все смогли быть спокойны. я сделаю все для их спокойствия в новом мире, что будет непросто, но всяко лучше, чем примкнуть к ученым или отрицающим" Вейн закрыла дневник и отложила недалеко от себя. положила голову на согнутые колени. получается, это все была ложь? что-то внутри очень громко и безвозвратно хрустнуло. ччерт.. пророк, на которого были возложены все надежды, который дал смысл жизни, так же быстро его и отнял. он сам не верит в то, что говорит. несет людям заведомо ложь. как же она была зла.. ведь если этот человек виновен в разрыве, то он виноват и в смерти ее родителей, и в тысяче других смертей и миллионе чужих страданий. а все это - лишь жалкая попытка все исправить, пусть и выглядящая довольно успешно, но если знать правду.. это не могло быть правдой, хоть и определенно ей являлось. даже слезы не могли выйти, настолько она была шокирована новой информацией. доверие к Лему в один миг безвозвратно порушилось, как и вера в него, как и вера во все остальное.. в этот момент слышится хлопок двери. он вернулся, застав на полу разбитую Вейн рядом со злополучным дневником. она посмотрела на Стаса так презрительно и тяжело, что тот и не нуждался ни в каких пояснениях произошедшему. снял маску, обнажив лицо, выражение которого было полно горечи. тайное наконец стало явным. и тут уже не сослаться на то, что оступился. это уже не маленьких шажок мимо - это падение в пропасть. пропасть лжи и отчаяния.  он подошел к ней и сел рядом. — ты прочитала, верно? — не полностью но.. суть ясна, — отзвучал ее голос как разбитое стекло.  — тогда мне больше нечего скрывать, — устало и пусто проговорил Стас. он впервые был до конца искреннен. надежда, что больше не надо лгать. — и больше ничего не скажешь? — а что мне нужно сказать? вот он я. увы. — так же разбито ответил Лем. ранее почти всегда он притворялся. веселым, душевным, подделывал искренность. — смерть моих родителей на твоих плечах, — с укором произнесла Вейн. — на моих плечах много смертей. зато не случилось перенаселения, ядерной войны, торжества капитализма. мы живем неплохо. вот если бы не узнала то, чего не нужно было, ты бы жила счастлива? — да, но память не сотрешь. и я бы жила во лжи. зачем ты всех так мучаешь? — чтобы хоть кто-то оставался счастлив и полон надежды. да, я не особо верю в то, что говорю, но разве это не делает людец счастливыми? я отлично справляюсь с этой задачей. — нет, ты лишь сильнее их мучаешь. я разочарована до самой глубины души. ты будто бы.. отнял у меня всё. причем во второй раз. повисла недолгая пауза. — а что мне сделать? сказать "да, я натворил хуйни, вздерните меня скорее". так я не смогу ничего изменить, а сейчас.. я хоть немного близок к этому. главное, что я смог организовать порядок в этом беззаконном даже на уровне физики мире. и никто от этого не старадает. — но ты сам и заварил эту кашу, — с злостью буркнула девшука. — а если бы я этого не сделал, было бы лучше?  — не знаю. но было бы по-другому — было бы плохо, но по-другому. верно подметила. — от подсел к ней ближе и коснулся ее руки, как часто делал. он рассказывал девушке ранее, что это для того, чтобы не слышать шепот. в этом она все еще была уверена: иначе зачем бы он держал ее рядом с собой, рискуя всем. как таблетку. чтобы воспользоваться в нужный момент. та была даже не в силах ее отдернуть, как бы не было противно с него.  — извини, что вновь тебя сломал. но в этот раз это было не специально. исходило из лучших намерений. просто хотелось, чтобы было хорошо всем. и даже ты не видела, чего мне это стоит. — я и не хочу тебя видеть. Стас ненадолго оцепенел. его ранили слова девушки, к которой он уже успел привязаться. она была его спасением от самого себя. но это лишь повлекло еще большее разрушение. ну почему он домает все, чего касается? — тогда я тебя и не держу, — ответил тот, смотря на нее своими стеклянно-пустыми глазами. было до ужаса больно говорить эти слова. хотелось ведь держать. очень. да вредить еще сильнее не было целью. — спасибо, — сухо выдавила сдерживающая слезы девушка и поспешно удалилась.  она быстро уходила куда подальше, натянув капюшон на голову так, чтобы никто из случайных прохожих не увидел ручья жгучих слез. вторая потеря смысла оказалась куда больнее, потому что она точно казалась безвозвратной. добравшись до дома, она просто легла на кровать, уставившись в стену.  эта утрата земли под ногами была хуже всего. и на что она положила свои последние четыре с половиной года жизни? на ложь. на жалкую и пустую ложь. никакого смысла не было это продолжать. и что теперь делать? рассказать всем? но ведь тогда в этом состоянии будет не одна она, а такого и врагу не пожелаешь. ловит себя на мысли, что понимает этого уебка, но тут же ее отсеивает. теперь не во что и некому верить. с этого момента можно полагаться только на себя. уйти отсюда. каждая крупица происходящего будет больным грузом тянуть на дно. этого уж точно не хотелось. мысли тянулись вереницей, утаскивая все глубже и глубже. часы неуловимо улетали как секунды, а тяжесть в груди проедала дыры в гравитационном поле. это конец?..