2.8. Use My Voice
8 января 2026, 05:21«Используй мой голос»
Новая тактика Фелонии – избегать крыши, сада, общих приемов пищи и любых других локаций, в которых можно встретить Рафаила – дала сбой. Микаэль собирал всех в гостиной – не прийти было невозможно. Первым неприятным сюрпризом стало наличие Малека, по-хозяйски развалившегося в одном из кресел. При виде демоницы сын Баала скривил губы в пародии на вежливую улыбку: – Как самочувствие, Фэл? – Твоими молитвами, Аваддон. Давид хихикнул. Ему такой ответ понравился. Малек же колкость проигнорировал. «Конечно, Одри ведь здесь». Девушка сидела рядом с Давидом, откинувшись на спинку дивана, так, чтобы оставаться немного в тени. Они с демоном не касались друг друга, но связь между ними была видна невооруженным глазом. Малек демонстративно не смотрел в их сторону, сосредоточившись на наблюдении за Микаэлем, чем раздражал сдержанного архангела до чертиков. Фелонии порой казалось, что слеп не Рафаил, а все вокруг. Астрейцы упрямо не замечали явной одержимости Малека их психиатром. Сама Одри отшучивалась, утверждая, что Синнер видит в ней мать. Кассиэль о возможном интересе Проповедника к Пророчице и слышать не хотел – в его картине мира Аваддон был существом бесполым, не способным на проявление чувств и мнение свое он менять не собирался. С Давидом Фэл не говорила на такие темы, справедливо опасаясь вспышки демонического гнева, а с Рафаилом… просто не говорила. Вот и сейчас. Малек бросил короткий взгляд на Одри, и Фелонию замутило от того, сколько пламенного желания в нем было. «Как же он хочет ее себе. Тупой индюк, она слишком нормальная, чтоб на тебя повестись». Рафаил пришел последним, когда все уже заняли места в гостиной. Ангел был в дурном настроении, оттого шел нарочито медленно и неуклюже, каждым жестом и движениям напоминая окружающим о своей слепоте. Он не вписался в дверной проем, споткнулся о Бруно и чуть не уселся на колени Малеку. «Клоун». – Теперь, когда все собрались, перейдем к главному, – начал совещание Микаэль, терпеливо дождавшись, когда Рафаил усядется на диване рядом с Одри и Давидом. Фелония выбрала для себя подоконник – чуть вдалеке, зато все на виду. Касс занял кресло у камина – тоже выбрал хорошую обзорную точку, но в случае атаки доли секунд уйдут на то, чтобы встать. Зато сидеть комфортно. И ближе к остальным. «Снова отрываюсь от коллектива. Это же, как в «Астрее», только вместо начальства – долбаный Малек. Что он тут забыл?». – Перед нами новая задача, участие в решении которой примут все, – невесело сообщил архангел. – Даже Бруно? – картинно изумился Давид, пытаясь разрядить обстановку. «Это чтоб после выходки Рафаила все вспомнили, кто тут на самом деле клоун?». Кассиэль строго на него посмотрел, но демон этого не почувствовал: Давид наматывал локон Одри на палец с таким видом, будто никто и ничто в мире не сможет отвлечь его от этого занятия и был готов игнорировать все и вся. – Может и Бруно, – сухо ответил Микаэль. – В Долине смерти нам понадобятся все силы. – Мы отправляемся в Долину смерти? – деловито переспросил Кассиэль. – Да, – коротко ответил Микаэль. – Подробности нам расскажет Малек. Пока он не посвятил в них даже меня. Синнер лучезарно улыбнулся, показывая больше зубов, чем принято в приличном обществе. Фелония удовлетворенно отметила, что Одри поморщилась – не демонстративно, а так, будто не смогла сдержаться. Ее отвращение к правой руке Шепфамалума со временем не уменьшалось, лишь иногда принимало форму болезненной жалости. – Не посвятил, потому что это совершенно секретная информация, и я не видел смысла разглашать ее раньше времени. Мы с вами отправляемся в путешествие… – Мы? – удивился Кассиэль. – Ты нам не нужен. Мы и без тебя справлялись. – Именно «мы». Вам раньше ничего серьезного не поручали. Завтра отбываем в Долину смерти, – будучи преподавателем, Малек хорошо усвоил, каким тоном нужно говорить, чтоб тебя слушали. – Где Одри предстоит интересная работа. – А она тут причем? – тут же вспылил Давид. Он уже прикидывал, как объяснить Бруно, что ведьмочка остается без присмотра и волку нужно быть начеку. А тут такое! – Одри занята проповедями, она не боевая единица, что за херь? Психиатр успокаивающе провела по его руке – от плеча до локтя. Давид не глядя накрыл ее ладонь своей, вкладывая в этот жест всю доступную ему в этот момент нежность. И немного успокоился. Фелония невольно залюбовалась этой одновременно безмолвной и кричащей сценой. Демон и его ведьмочка. Или ведьмочка и ее демон? Кто кого приручил – большой вопрос. – Так она и будет работать по профилю. Нужно установить контакт с жительницей этой долины. Единственной жительницей. – С Мортой что ли? – не выдержала Фелония, невольно привлекая к себе внимание всех собравшихся. – Так она же… – Что? Дочка ныне почившего Всадника? Племянница Войны и Голода? Могущественная сила, сохраняющая нейтралитет? – спросил Малек вкрадчиво. – Отбитая на всю голову, – предложила свои варианты Фэл. – Больная маньячка. – Если уж Фэл так о ком-то говорит, то дело серьезное, – впервые нарушил молчание Рафаил. – Именно поэтому общаться с ней будет психиатр. С лицензией. А мы выступаем как прикрытие – три боевые двойки, – с энтузиазмом ответил Малек. – Чур, я с Микаэлем! Аваддон вел себя так, будто им предстояла веселая загородная прогулка. Лицо архангела перекосилось, но Микаэль кивнул в ответ на такое предложение. «Негоже командиру прикрываться бойцами, истинный лидер главный удар берет на себя… Повезло, что у Микаэля есть принципы, не знаю смогла бы я избежать искушения засадить Малеку пару-тройку… десятку ножей в спину». – Тогда мы с Фэл, а Касс с Рафаилом, – что-то прикинув, сказал Давид. – Это оптимально. – Согласен, – отозвался Рафаил. Касс просто кивнул. «Спасибо, Давид». – Я так и не поняла, кто такая Морта – ее семейные связи не раскрывают полной картины. И в чем состоит моя задача? – Одри выглядела собранной, но Фелония почувствовала, что ей тревожно. Давид, так и не отпустил ладонь девушки – и демоница испытала прилив грустной нежности при виде их соединенных рук. «Одри повезло, что это именно он. Никто, кроме Давида, не справился бы. Обреченная любовь в его исполнении смотрится не так уж тоскливо». – Ведьмочка, все просто. Этот, – небрежный кивок в сторону Малека, – хочет, чтобы ты уговорила дочку Смерти работать на Шепфамалума нашего великого. С учетом того, что Мортой в Аду пугают маленьких демонят, когда они слишком хорошо себя ведут, масштаб задачи феноменален. – Она дочь не только Смерти, но и обычной женщины, – добавил Микаэль. – Видимо Темный бог рассчитывает, и на твой профессионализм, и на то, что у вас есть что-то общее. Что вы сможете найти точки соприкосновения. – Не стоит пытаться разгадать замысел Шепфамалума, Микаэль, – голос Малека прозвучал строго. – У нас есть приказ и его необходимо выполнить. Одри должна сделать все возможное, чтобы Морта перешла на сторону Темного бога и поддержала его начинания. Вы, астрейцы обязаны уберечь Пророчицу Шепфамалума. Можно ценой ваших жизней, тут героизм поощряется. – Я ведь правильно понимаю, Аваддон, тебя это тоже касается? Темный бог понизил тебя до охранника Пророчицы? – Фелония ядовито улыбнулась. – Фэл, сосредоточься на задании, а не на жалких попытках уязвить меня, чтобы поднять себе самооценку. В этот раз я не буду тебя спасать. «Вот псина!» – Искусственно создал ситуацию, в которой Фелонии понадобилось спасение, а теперь упрекаешь… – нараспев произнес Рафаил. Ему Малек почему-то не стал возражать. Возмутиться хотела Фелония, но не успела – заговорил архангел. – Отправляемся на рассвете. Путь неблизкий, – Микаэль окинул взглядом своих подчиненных. – Отдохните. «Напутственная речь истинного генерала».***
Крыша пустовала. Фелония ощутила разочарование. Она не была здесь с той самой ночи, избегая места возможной встречи со слепым ангелом, а сегодня как будто даже хотела его увидеть. Настрой Малека – развязный и веселый – тревожил ее. «Что он нам не сказал? Хотя тут проще проанализировать, что сказал – информации с чайную ложку. Интересно, как интерпретировал его слова Рафаил. Может, он что-то почувствовал?» Демоница с трудом признавалась себе: на самом деле ей нравилось проводить время с ангелом. Разговоры с ним – как с тем же свинцовым небом. Только он отвечал. «Почему он спросил меня тогда про Сальери и Моцарта? Я не дала ему договорить. А теперь и не узнаю». Один сумасбродный поступок испортил все. Разорвал тонкую нить понимания между ними. Не Фэл была инициатором, но она ведь и не отказалась. «А может это и была его цель – переспать со мной. Нет, как-то глупо, слишком много усилий вложено для одноразового перепиха. Больше похоже на импульс – что с моей, что с его стороны». Она призвала огонь – и бросила сгустком пламени прямо в центр смотровой площадки. «Силы вернулись, я в норме», глядя на пятно копоти и испарившийся снег, подумала Фелония. Она прислушивалась к окружающему миру, ожидая услышать шум знакомых крыльев. Его не было. Вместо этого – деликатное покашливание. Крайне ехидное. «Крыша стала слишком популярным местом, нужно искать другое убежище. Ладно Рафаил, но этот…». – Чего тебе, Аваддон? – не оборачиваясь, спросила Фелония. – Рад, что ты восстановилась. – Я бы на твоем месте не радовалась. – Ты не на моем месте, Фэл, а на своем. И как будто начинаешь забывать об этом. Демоница тяжело вздохнула и развернулась к собеседнику лицом. Нож из рукава незаметно перекочевал в ладонь, Фелония сжала рукоять – и ей стало спокойнее. «Хоть морду этому придурку поцарапаю, если повезет – глаз выбью». – Я верно служу Темному богу, – смиренно ответила она на обвинения. – Но ты не веришь в него. – Какая разница? – Даже не отрицаешь. Есть разница, Фэ-э-эл. Тем более с твоей любовью к перемене сторон. Малек не двигался с места, но тень его начала увеличиваться. Он редко демонстрировал силу, предпочитая, чтобы о его истинных способностях мало знали. Сейчас Фелония ощутила опасность, исходящую от бывшего психиатра. – В чем суть претензий? – Фэл сощурилась, незаметно делая шаг в сторону. Подальше от его тени. – Пока никаких претензий. Оцениваю эффективность вашей команды, – снова гаденькая усмешка. Малеку стоит их запатентовать. – И ее отдельно взятых членов. Стоите ли вы затрат? Окупается ли сделка с вами в итоге? Говоря это, он понемногу приближался. Фелония мелкими невесомыми шажками отступала к краю крыши, не позволяя расстоянию между ними сокращаться. Аваддон явно забавлялся, загоняя добычу в угол. – И как наши показатели? На высоте? – дерзко спросила демоница. Малек не успел ответить, ему помешал шум крыльев приближающегося бессмертного. – Малек, – на крышу приземлился Микаэль. Фелония была рада его видеть – но никогда и никому в этом бы не призналась. – До рассвета еще часов пять. – Мне показалось странным уходить, а потом снова возвращаться. Тем более ваша сотрудница, – кивок в сторону Фелонии. – Решила составить мне компанию. Как тут откажешься. – Моя сотрудница, – голос Микаэля напоминал лед. – Должна готовиться к миссии, а не развлекать незваных гостей. Архангел отвернулся, всем своим видом показывая, что ему нет дела до возражений Проповедника. – Фелония, – голос потеплел на пару градусов. – Проверь снаряжение. И Рафаил просил о твоей консультации – не может выбрать оружие. – Пусть берет копье, – хохотнул Малек. – В прошлый раз замечательно же все получилось. Он поймал запущенный Фелонией нож в сантиметре от своего лица. С интересом покрутил его в руках и небрежно засунул в карман. – Оставлю себе на память о нашей беседе. Не буду навязываться. Благословенна ночь, Микаэль, Фелония, – Аваддон исчез. – Ну и зачем? – устало спросил Микаэль. – Бесит, – ответила Фелония. – Ты лезвие ядом не смазывала? – Нет. – Жаль. Демон и архангел понимающе переглянулись. – К Рафаилу можешь не идти, он не о чем не просил. Сказал, что на крыше что-то происходит и ему тревожно – я и отправился посмотреть. Что Малек от тебя хотел, Фелония? – Запугать и запутать, сделать вид, что я ему должна, – демоница пожала плечами. – Вероятно, в долгоиграющей перспективе рассчитывает, что я буду покорно ему докладывать, чем мы тут занимаемся. – Я могу понять, почему он выбрал тебя. – И я понимаю. Мы плодотворно сотрудничали, – она цинично улыбнулась, но архангел не отреагировал. – Я же даже не из «Астреи»… Полноценно… И знаешь, я бы согласилась, но его же не вы интересуете, а она... – Одри… Ты тоже заметила? – Микаэль проигнорировал признание союзницы в готовности предать «Астрею» при первой же возможности, будто ничего другого от нее и не ожидал. Фелонии захотелось захлопать в ладоши, но она лишь сдержанно кивнула. «Да, в неожиданном месте я встретила понимание». – Он смотрит на нее как Бруно на сочный бифштекс. – Это проблема. – Давид убьет Малека, если он попытается сделать хоть что-то. – Сын Баала сильнее, чем сын Азраэля, – возразил архангел. – Давид убьет его, – уверенно продолжила Фэл. – Так как убил тех сектантов в деревне, так как Фурия, как убил бы меня или тебя, если бы мы представляли опасность для Одри. Вы, ангелы… и архангелы, не знаете, на что способен любящий демон. Вас создал аккуратный и дотошный Шепфа, нас – гневливый и страстный Шепфамалум. Ни Аваддон, ни сам Темный бог… – Достаточно, Фелония, я услышал тебя, – архангел расправил крылья, готовясь взлететь, но остановился и добавил. – И, надеюсь, что ты права. Смягчившись, Фелония даже не стала метать нож ему в спину – их осталось не так уж и много.***
– Мне хватит и одного. Кроули моргнул, будто не веря. Благодушное выражение его лица в одно мгновение сменилось гневным. – Ты притащил мне потасканное крылышко своей подружки и думаешь, что это стоит зрения бессмертного? – он прошипел это так, что Рафаил внутренне вздрогнул. – Мы не об этом договаривались. – Мы не о чем не договаривались, – ангел старался сохранить невозмутимость. – Не заключали никаких сделок. Если тебя не устраивает – уходи. – Почему ты вообще решил попытаться? – гнев из голоса Кроули ушел, зато появился интерес. – Что изменилось? Ангел нежно погладил крыло Фелонии – холодное, багряное, со следами застывшей крови. Он подобрал его тогда на крыше, после того… после того как демоница ушла. Чего в этом поступке было больше – фетишизма или расчета – не хотелось даже думать. И так было тошно от себя. – Мне нужно иметь возможность защитить тех, кого я люблю, – просто ответил ангел. – Мою семью. Делец картинно расхохотался. – Смертную девчонку, по уши втрескавшегося в нее демона, потерявшего всякие моральные ориентиры архангела, рыцаря скучного образа и чокнутую садистку? – Еще Бруно. Адского пса, – мягко дополнил Рафаил. Кроули присвистнул. – Ну, если пса – я понимаю. Сам собачник. И на что ты готов ради них? Если я приму это, – он брезгливо поднял двумя пальцами крыло Фэл, – то тогда ангельское должно быть высшего сорта, а не секонд-хэнд после тебя или твоего генерала. – Его зовут Микаэль. – И, вероятно, у тебя будет астигматизм – слишком уж неравноценные варианты получатся... Даже не буду спрашивать, как ты это достал, но со следующим придется постараться. Улыбнувшись, Рафаиль сказал: – А уж это – точно не твое дело. Сделки не будет. Кроули закатил глаза. – Если что – зови. Но цена будет выше. Он исчез, оставив Рафаила одного. Крыло Фелонии – лишенное перьев, гладкое, будто освежеванное, пахло отчаянием. Рафаил провел по нему пальцами. «Видимо я никогда тебя не увижу».***
Для передвижений Одри Шепфамалум выделил настоящего морского дракона. Юркий и переливающийся на свету он очаровал девушку так сильно, что Давид уже начал переживать. Ему рассказывали сказку об одном таком, обращенном в человека – спасти его от проклятия смог только поцелуй прекрасной девы. Теперь демон, прищурившись, наблюдал: не подсунул ли Темный бог такого Одри? – Это всего лишь дракон, – попытался урезонить он ведьмочку. – Давид, – она строго посмотрела на своего демона. – Перестань. Он – живое существо. Даже не представляю, как на нем лететь! – На нем и не нужно, Пророчица. Бессмертные запрягают драконов в колесницу или карету, – услужливо объяснил Малек. – Признаться, мне не доводилось путешествовать таким образом. Сегодня впервые. – Ты собрался лететь вместе с ведьмочкой? – глаза Давида опасно блеснули красным. – Не получится. В ее колеснице нет места для тебя, Аваддон. Малек фыркнул. – Большое спасибо за предложение, но у меня есть своя колесница. Стеснять «ведьмочку» я не планировал. – Малек, это небезопасно, – покачал головой Микаэль. – Кассиэль предложил иную тактику. – С удовольствием послушаю, – сын Баала скрестил руки на груди. – Одри в центре. Кассиэль и Рафаил впереди, разведывают, Давид и Фелония – по бокам, охраняют. Мы с тобой – замыкающие. – И много ваш великий слепой разведает? А демоница навоюет? Уокер ее не полностью выжала? В следующий момент ему пришлось уворачиваться от огненного шара, запушенного Фелонией. – Прожгла дыру в рукаве, – тоскливо сказал Малек, осмотрев пиджак. – Ты разговаривать умеешь, бешенная баба? – Надо было в руке, но ты нам еще нужен. Общее дело ведь делаем, – Фелония кипела от злости и не сдержавшись, выплюнула, – Слизняк. Малик недобро улыбнулся. Как-то незаметно Кассиэль встал справа от демоницы, слева тихо возник Рафаил. Она испытала неожиданную волну благодарности к парням за эту молчаливую поддержку. Перепалку вовремя прервал Микаэль. Он понял, что и устраивать бой никто желанием не горит, но и отступать не собирается, поэтому вернул всех в рабочее русло: – Следуем плану Кассиэля. Все готовы? – Да, генерал, – Малек шутливо отсалютовал и отошел в сторону от астрейцев. Фелония распахнула новые крылья – твердые перья в них плотно прилегали друг к другу, а форма напоминала о хищной птице с Земли. Микаэль постарался вспомнить, как она называется. Кажется, скопа? Да. У нее такие же янтарно-оранжевые глаза как у Фэл. И такой же надменный профиль. Рафаил с любопытством коснулся ее крыла. – Надо же, с перьями, – удовлетворенно протянул ангел. На возмущенный вскрик Фелонии он отреагировал просто, – Все смотрят, а мне нельзя? Малек усмехнулся, оценивая обновление, но комментировать не стал. У него крыльев не было – их форму принимала вездесущая тьма. Опираясь на галантно подставленную руку Давида, Одри залезла в колесницу. – Будет укачивать – говори, – заботливо прошептал ей демон. – Давид, я же не ребенок, – она попыталась придать голосу легкую укоризну, но не смогла. Легонько провела рукой по непокорным кудрявым волосам своего демона и еле слышно сказала: – Я люблю тебя. – И я люблю тебя, Одри. Ты справишься. – Мы вместе справимся. Стоящий неподалеку Рафаил закатил невидящие глаза. – Давай уже лететь, пожалуйста, – обратился он к Микаэлю. – А то меня сейчас укачает.Пока нет комментариев. Авторизуйтесь, чтобы оставить свой отзыв первым!