Часть 5

Её голова покоилась на его плече, и ей нравилось, как его пальцы нежно, но уверенно переплетаются с её тонкими. По коже пробегала приятная дрожь, и ей хотелось, чтобы этот миг тихого единения длился вечно. Это был простой, но бесконечно красивый момент, которого ей так не хватало. Внезапно Лилит легко поднялась на ноги, её босые ступни коснулись прохладной воды. Она обернулась к Адаму, и на её губах расцвела та самая хитрая, озорная ухмылка, что сводила его с ума ещё в Эдеме. Прежде чем он успел что-либо сообразить, она брызнула на него веером брызг. Адам с громким возгласом вскочил, но в его глазах не было ни капли злости — только ответный азарт. –А, так ты вот как?! – фальшиво грозно воскликнул он, наступая и заливая её ответной волной. Смех Лилит звенел над водой, пока в самой весёлой и нелепой схватке ей не удалось подставить ему ногу и с лёгкостью повалить его на мелководье. Не теряя инициативы, она опустилась сверху, оседлав его талию, и, откинув мокрые пряди волос, склонилась над ним. Её взгляд сиял победой и нежностью. – Ладно, ладно, – сдавленно рассмеялся он, лёжа в воде и не пытаясь вырваться. – Как мне ни было грустно это признать... но ты выиграла. Ответом ей стал её мягкий, влажный поцелуй, смешанный со вкусом морской соли и безграничного счастья. Его руки, тёплые даже сквозь прохладную воду, мягко легли на её талию, притягивая её ещё ближе. Их губы снова встретились в поцелуе — уже не нежном и исследующем, а полном глубокого, долго скрываемого чувства. — Непокорная, — прошептал он, разрывая поцелуй лишь на сантиметр, и в его голосе звучало не упрёк, а восхищение и самая нежная укоризна. Её сердце забилось в груди с такой силой, что, казалось, его стук заглушит шум прибоя. В этом слове, в его прикосновениях, в этом смешении солёной воды и их поцелуев не было ни прошлого, ни будущего. Было только настоящее, в котором она была просто Лилит, а он — просто Адам, и всё было так, как должно было быть с самого начала. Она понимала — с каждой секундой, с каждым ударом его сердца, что отзывалось в её собственном, в её душе прорастали те самые, давно забытые чувства. Лилит смотрела на него, и в её взгляде была немая мольба ко всем силам этого мира, чтобы этот миг никогда не заканчивался. Через время она лежала на нём, прильнув щекой к его груди, и слушала. Ровный, сильный стук его сердца был самой совершенной музыкой, убаюкивающей все её тревоги и сомнения. Это было так умиротворённо, так блаженно, что ей не хотелось больше абсолютно ничего. Он был тёплым, живым якорем в бушующем океане её жизни. Его рука мягко, почти невесомо гладила её по мокрым волосам, касаясь макушки. В этом жесте не было страсти, лишь бесконечная, бережная нежность. Это был момент предельной близкости, с одной стороны — новый и интимный, а с другой — до боли родной, будто они наконец-то вспомнили, как быть двумя половинками одного целого Она блаженно прикрыла глаза, полностью отдавшись этому ощущению покоя. Её сознание начинало уплывать, границы между реальностью и сном стирались. Ей так сильно этого хотелось — забыться, заснуть прямо здесь, под мерный стук его сердца и тёплые прикосновения его руки. В этом не было слабости, лишь глубокая, всепоглощающая уверенность, что здесь, в его объятиях, она в полной безопасности. И ради этого чувства она готова была отказаться ото всего на свете.