Принцесса, Рыцарь и Дракон

      Летела сова, большая голова, летела, летела — отдохнуть захотела: на ветку села, головой завертела. По сторонам посмотрела, снялась и опять полетела, долго летела, наконец долетела: приземлилась, где людей углядела. Перья свои расставила, головой завращала, глазами захлопала, да заухала, да заохала. Стала сказывать с чувством всю правду о маленьком мальчике, победившем большого и злого волшебника, — сказывать всем, кто её слышал, всем, кто её слушал, всем, кто хотел всё узнать… Но это пока лишь присказка, а сказка пойдёт впереди.       Давным-давно в одном далёком царстве, островном государстве, жила прекрасная принцесса…       Вот, кажется, замечательное начало для старой доброй сказки — но это пока лишь кажется, ведь эта история начинается по-другому: совсем не так далеко, как могло показаться, и не в пыльные времена за много веков отсюда — когда ещё друиды были молодыми и находчивыми. Нет, эта история начинается здесь, на выдровых пустошах, где в изворотливой Норе обустроилось семейство Уизли.       Что касается принцессы… конечно же, она была; в последнее тысячелетие вообще ни одно приличное общество не может обойтись без принцессы. Но конкретно эту величать громким «Прекрасная» можно было только из очень большого одолжения. Королевским у неё было одно только имя.       Зато какое! Вслушаться только в то, как оно переливается: Ав-рора. Это звучит гордо, звенит блеском золотистого пурпура и даже претендует на вполне симпатичный подвиг. Да уж, родители постарались, одарив её этим именем, — очень уж обрадовались, когда после пятерых сыновей появилась девочка. Но на имени-то всё и закончилось, потому что «Аврора Уизли» — звучит уже не так впечатляюще: отцветающим золотом, полинявшим пурпуром и вытертым бархатом.       Да и много ли веса в роскошном имени, если все используют только короткие его формы? «Ава, иди спать», или «Рорька, не торчи посреди коридора», или «Эй, мелочь, гляди, какой жирный паук!..» Имена под стать самой Рорьке: слишком она для своего возраста была высокая, слишком худая, нескладная вся, с бледным лицом — веснушки на нём смотрелись очень не выгодно — и жёсткими волосами, которые приходилось коротко стричь: чем длиннее они становились, тем неряшливее смотрелись. Даже самые паршивые принцессы никогда не позволяли себе уродиться настолько непрезентабельными!       То ли дело её сестрёнка, самая младшая в их большой семье, — вот уж кому достался полный королевский набор. Джинни была вся такая маленькая и румяная, с мягкими волосами, которые задорной огненной волной спадали на плечи, и таким хорошеньким личиком, что хоть картинку пиши. Неудивительно, что, едва Джинни появилась на свет, она тут же сместила Аву с места всеобщей и бессомненной любимицы.       В отличие от настоящего замка с прекрасными дамами, отважными рыцарями или хоть самым захудалым драконом, в Норе с развлечениями было негусто. Первыми шли «хозяйственные дела», к которым у Рорьки не было никакого таланта. В отличие от Джинни: у той всё выходило складно и ладно, на радость Молли. Вторым шёл квиддич. Для него Рорька уродилась слишком долговязой — в отличие от Джинни — и не могла так же получить от игры удовольствие… каким бы это удовольствие ни было: играть в компании с буйными братьями, при неровных командах и на потрёпанных мётлах, которых было меньше, чем игроков, было то ещё развлечение.       Рорька бы с лёгким сердцем оставила квиддич для кого-нибудь с рыцарскими замашками, кто готов обуздывать скакунов ради громких подвигов, — например, для Джинни. Оставила бы, если б здесь можно было найти другое занятие.       Однако Нора стояла посреди обыденного ничего, будто и не скромное жилище вовсе, а горделивая башня с сокровищами. Нужно было долго идти через заболоченные пустоши, чтобы достичь ближайшей деревни — да и та была маггловской.       Подружиться с единственной девочкой её возраста — дом Лавгудов стоял совсем недалеко, его было видно из окна её комнаты — у Рорьки не получилось. Полумна находилась в собственном мире, хрустальном и сверкающем королевстве где-то под облаками. Допрыгнуть туда было очень тяжело.       Хотя у Джинни получилось.       И оставалось принцессе, которая совсем не претендовала на такое громкое имя, в одиночестве коротать свои дни в высокой башне, иногда развлекая себя игрой в шахматы с чердачным упырём.       А ещё — читая сказки об отважных героях и честных рыцарях. На этот счёт в сказках нет ни одного обманного слова.       Про Гарри Поттера им рассказывали с самого детства. Про маленького героя писали в учебниках и газетах. Мальчику-Который-Выжил даже можно было отправить письмо, пускай он ни на одно не ответил.       Разве всё это не делало Гарри Поттера самым настоящим из всех героев? У него в запасе уже имелись один большой подвиг и специальное имя для свершения следующих. Во всех сказках его образ рисовался поистине блистательным. Кажется, о нём было рассказано уже очень многое…       И всё же интересно было ещё разок помечтать: какой же он, этот знаменитый Светлый Герой?

***

      В одиннадцать лет принцесса должна была переквартироваться в другой замок — величественный и грандиозный, не чета скромной Норе. Но принцесса в очередной раз убедилась, что сама она мало соответствует новому замку: ведь не очень-то по-королевски донашивать вещи за старшими братьями.       Хорошо хоть, что мантия досталась от Билла: тот держал её в порядке и не искал приключений; мантия сохранилась чистой, хотя и немного выцвела.       Хорошо, что палочка осталась от Чарли: тот по рассеянности уехал в заповедник без неё, и уже в Румынии приобрёл новую; старая же палочка, обидевшись на забывчивого хозяина, легко откликнулась Рорьке.       Хорошо, что ей подошли ботинки Перси: брат был невероятно аккуратный, эту обувь, как и всегда, выбирал сам, потратив на это полдня, и нашёл недорогие, но прекрасные ботинки, крепкие, удобные и почти неубиваемые. В конце каждого месяца он покрывал их воском и полировал тряпочкой. Обувь сияла почти как новенькая.       Хорошо, что от Перси ей перешли ботинки, а не Короста: Рорьке не очень нравились эти звери.       Хорошо, что ей ничего не пришлось донашивать за близнецами!..       Но Фред и Джордж всё же сумели выбить её из колеи.       — Тебе повезло, сестрёнка, — сказали они, затащив её сундук в купе. — Здесь остановился сам Гарри Поттер.       — Точно, мы сами с ним разговаривали.       Уйти после этого, озадачив её таким заявлением!.. Так жестоко с их стороны! Не могла же Рорька не войти в купе, когда её вещи уже там.       Она глубоко выдохнула, собираясь встретиться со Знаменитым мальчиком.       Но он оказался далёк от образа из её ожиданий. И это — тот самый Рыцарь и Светлый Герой? Маленький щуплый мальчик, на голову ниже самой Рорьки, в погнутых очках и обносках ещё хуже, чем у неё? Он оказался совсем не похож на Рыцаря.       Этот Поттер даже не знал, ни какой подвиг он совершил для мира волшебников, ни о том, что сам принадлежит этому миру, как выявила Рорька из их неловкого разговора.       И всё-таки шрам в виде молнии был красноречивее слов.       Аврора была в замешательстве.       Как ни одно приличное общество не может обойтись без принцессы, так же не может оно обойтись без дракона. Поезд — общество, может, и не очень высокое, зато очень закрытое, так что и появление дракона Рорьке не пришлось долго ждать.       Она узнала его прежде, чем он полностью произнёс: «Драко Малфой». Имя-то какое — оно не соврёт! Дракон он и есть дракон!       — Не ошибусь, если скажу, что ты Уизли, — сказал он дальше, презрительно её оглядев. — Хотя я не знал, что у них рождаются такие уродливые девки… если ты девка, конечно.       Она вскочила, по обыкновению собираясь дать сдачи. Получилось совсем не грациозно — что поделать, если мамин вспыльчивый характер сделал из Авроры неправильную принцессу! Зато он хоть поможет ей прекратить гогот драконища и его громил.       Но в сказках с Драконом сражается Рыцарь, а не принцесса. Так и сейчас, неожиданно для Рорьки, отстаивать её девичью честь собрался заморыш Поттер — и вступился он без тени сомнения и страха.       Настоящие Герои всегда побеждают даже самых непобедимых противников. Но увидеть, как это получится у Гарри, не удалось: будто почуяв запах неприятностей, появился Перси и выпроводил драконов, как будто не боялся быть обожжённым их злобным дыханием. Перси даже успел утомить Рорьку тем, с какой суровостью отчитывал будущих слизней за хулиганство. Но хоть она и не смогла увидеть новый подвиг героя…       — Это было смело, — сказала она ему. — Спасибо.       Пожалуй, сказки в самом деле не врут: и, если присмотреться, Гарри действительно может быть Настоящим героем, несмотря на первое впечатление.       Что-то в нём всё-таки есть героическое.