Дева в беде

      Рыцарь, спасающий Леди из какой-нибудь бурной опасности, — это фигура героическая. Такой Рыцарь останется в истории сильным, величественным и отважным, и лишь раз улыбнувшись, наполнит уверенностью не одно восхищённое сердце.       В свою очередь, Леди, которую спасают, несомненно хрупкая и грациозная и похожа на живой хрустальный цветок; образ этой Леди даже у тех, кто далёк от героических поступков, вызывает горячее желание её спасти.       Так было правильно. И Рорька была бы счастлива вживую увидеть исполнение подобного подвига.       Но день для этого выдался неподходящий.       А ведь он так хорошо начинался! Не считая того, что Грэйнджер опять потрепала ей нервы и вынудила огрызаться в ответ, всё было в порядке. Замок как будто искрился весёлыми праздничными огоньками, не обжигая, а приглашая порадоваться вместе с ними. Это был очень нарядный Хэллоуин.       Всё было в порядке, пока не наступил вечер, и вот тогда неприятности посыпались Рорьке на голову, будто перезревшие яблоки. Вдруг выяснилось, что Грэйнджер после урока пошла не в Зал, а закрылась поплакать где-то в нижних коридорах. Вдруг все решили, что это Рорька её так сильно обидела… Очень несправедливо! Она ведь только остудила её пыл, как обычно, а теперь вдруг оказалась на плохой стороне.       Вдруг праздник оказался и вовсе прерван опасным вторжением.       Именно Гарри заметил, что Грэйнджер так и не вернулась, и бросился ей на выручку. У него был внимательный взгляд и храброе сердце — но ведь сейчас он бы не смог спасти эту девчонку! День выдался ну совершенно неподходящим для самопожертвования!       Рорьке бы стоило укрыться в безопасном месте вместе со всеми, ведь она-то точно никогда не была и не будет Героем; но и порядочной Принцессой она тоже не уродилась, чтобы отсиживаться в башне. Или же это вдруг зазвенело в ушах непрошенное волнение за Грэйнджер, которая как будто бы по её вине оказалась в опасности; или же совсем не величественная фигура Поттера вдруг наполнила её сердце верой в него.       Какая бы ни была причина, Рорька бросилась вслед за Гарри. И вдруг оказалась вместе с ним втянута в спасение.       Какая глупость! Ведь настоящие спасения совсем не такие. Уж Грэйнджер-то точно невозможно было назвать «девой в беде», она бы сама кому хочешь бросила вызов.       Но всё произошло иначе, чем Рорька могла ожидать.       И Гермиона оказалась напуганной и хрупкой, совершенно беспомощной перед троллем — как и полагается такой Леди; и Гарри, который был ниже всех на их курсе, вдруг заслонил их обеих, закрывая от тролля, — как и полагается отважному Рыцарю.       И он действительно смог одолеть чудовище. Может, тут не обошлось без львиной доли удачи, несомненного спутника Настоящего героя.       В конце концов, и Рорька оказалась в нехарактерном для себя образе: вдруг получилось, что она утешает плачущую Гермиону, а её воинственность полностью стёрлась, сменившись нежностью и старанием утешить. Рорька не знала, что способна на такое.              Это был день больших открытий и потрясений.       Но раз после этого у неё появился второй настоящий Друг в лице Гермионы, это были хорошие перемены. В конце концов, оставаться в собственной башне одной — это очень грустно.