Часть 16

– Какого черта ты здесь!? – Крикнул я, заметив Йонсен. – Я всё объясню. Ты только не паникуй хорошо? – Она стояла у дерева и думает, что я не замечу кровь на её штанах и руках? Ну что за девушка, сама написала – сама боится. – Ты человека убила? – Что! Нет конечно! – Эмилия замялась и опустила голову. – Да, да я убила полукровку! Но у меня есть оправдание! Я защищалась, он пытался меня изнасиловать! Вот я и защищалась! – Знаешь, чувство что ты не первый раз убиваешь человека. – К твоему сожалению, я просто хорошая актриса. Это мое первое убийство. – Эмилия поковыряла ботинком землю и продолжила. – Ты уже убивал? Знаешь где его можно спрятать? – Его надо либо закапывать, либо топить в реке или в любом другом водоеме. Лопаты нет, так что второй вариант будет легче. – Я почесал затылок, хотелось придумать что-то получше. – У нас поблизости только озеро Эрнана. – Указала в сторону академии Йонсен. – Нет, точно не туда. Там явно видеокамеры и могут заметить и подать в суд. – А им это зачем, скажи мне? Мы патриции академии и им не выгодно нас сажать, тем более из-за какого-то там полукровки. И то я не уверена, что у него есть материя. Скорее всего низший на висе. – Тоже верно. Ладно, чем ты его убила? – Двуствольный дробовик. Меж глаз. – Эмилия широко улыбнулась. Указала себе меж глаз и выстрелила пистолетом из пальцев. – Ужас, я его у тебя конфискую. – Она посмотрела с вопросом. – Что б ещё кого-нибудь не убила. – Ха-ха, очень смешно. Патронов всё равно нет. – А ты везде смотрела? – Я не собираюсь прикасаться к нему и уж тем более рыться в его карманах. – Аккуратный носик Эмилии сморщился. – Поэтому ты написала мне. Так я и понял. – Заходя за Йонсен, я увидел не очень приятную картину. Мужик лет тридцати сидел с простреленной головой. Один глаз лежал на его ноге, второй висел на последней ниточки сосудов. Если вглядываться прямо в место выстрела –– я не знаю зачем это сделал –– то можно было увидеть пару каких-то ниточек, и за ними кору дерева. Если поднять взгляд выше, то можно увидеть и место, куда попали пули, пролетевшие сквозь череп. Там было пара отверстий и куча крови, в принципе дорожка шла от этого места до самого трупа. – Пиздец ты конечно. Как ты вообще здесь оказалась? – Да, придурок один, потащил на свидание и там накрыло его. Употребляет оказывается. Тут недалеко есть бар и вот я ушла оттуда. – Она вздохнула и села на голую землю. – Шла себе спокойно, а тут этот извращенец, – Йонсен указала на труп. – Ещё и шёл за мной всё время, потом прижал к дереву и сказал либо даюсь, либо убьет. А я не помню, как вывернулась из его хватки и просто выстрелила в голову. И теперь мы с тобой здесь. – По её наряду в принципе можно было понять: джинсы, приспущенные на талию, короткая футболка, кофта и, как оказалось, она сидела на собственной ветровке. – Тебе нужно домой. И дробовик я забираю. – С чего это? Я его в полицию сдам и всё. – Он мне ещё пригодится. Патроны есть. – Нет! – Что нет? Нет патронов? – я посмотрел на неё. – Нет, ты никуда не пойдешь, и уедешь ты со мной. – Она встала, взяла куртку и подошла ко мне, вставая в угрожающую позу, уперев руки в бока и расставив ноги. – Я причина твоего приезда, и уедешь ты со мной. – Мы не в отношениях, чтобы ты мной командовала. – Тихо и спокойно проговорил я, поднимая взгляд все еще копаясь в карманах полукровки. Может там будут патроны? – И что!? Ты здесь из-за меня. – Я здесь просто из-за того, что мне тоже нужно в место недалеко отсюда. – Я тоже встал, крепче хватая дробовик. Мы нависали друг над другом и смотрели с огнем в глазах. – Мне плевать. Тебе тоже может угрожать опасность. – Твердый голос Эмилии заставил меня удивиться, но я быстро собрался. – У меня, – я чутка запнулся и продолжил, – есть свои дела. Ты просто удачно оказалась рядом. – Ты всё равно никуда не пойдёшь. Как минимум без меня. – Эмилия начала что-то рассказывать, я попытался её хоть как-то успокоить, но она не слушала или не хотела. – Так всё, ты меня достала. – Я чуть наклонился. – Что ты творишь, Хитклиф? – Она пискнула, когда я ее поднял. Она гораздо легче, чем я предполагал. Она висела на моем плече и что-то говорила. Я оставил вещи чтобы не вызвать подозрений у таксиста. Да, раз она сама не хочет, то я лично прослежу за тем, чтобы она села и доехала до дома. Если попробует развернуться, ничего не сделаю, просто оставлю здесь. Эмилия начала бить меня по спине руками, и ногами по груди. Больно. – Поставь меня на место, тупой гандон! Я что, по-твоему, сама не могу ходить!? Готье Хитклиф! – Мы вышли к дороге, такси уже ехало. – Ну и фиг с тобой! – она сложила руки и обиженно, как я понял, отвернула голову. Я закатил глаза и взял её так, чтобы она смотрела на меня. Я удивлялся, что настолько сильный. Или она легкая? В общем, не суть. – Не обижайся. Бесишь. – Ищ чего захотел, насильно меня куда-то утащил, а я ещё и не обижаться должна? – Я вызвал такси. Поедешь домой. – руки уже затекли, и я поставил её на землю, Эмилия накинула на себя ветровку. Я достал из рюкзака пирожное и отдал его Йонсен, она улыбнулась и взяла его. – Зачем ты вообще остаёшься? Что ты тут будешь делать? – она откусила пирожное и проглотив его сказала, – вкусное. – Во-первых, найду место чтобы спрятать труп. Хотя здесь неподалеку есть обрыв, может скину его, – я посмотрел на телефон. Таксист, молодой полукровка, уже подъезжал. – Во-вторых, есть место, куда мне нужно попасть, желательно без посторонних лиц. – Спасибо что поделился, хоть что-то сказал. – Эмилия прокрутила кудрявый локон на пальце. – Не хочешь встретиться как-нибудь? Я знаю одно интересное место, там алкоголь дают без паспорта. Повеселимся. – Возможно. Напишешь, когда дома будешь. – Ладно. – Такси подъехало. – Пока. Ты только это, тоже отпишись. – Я открыл ей дверь и положил руку на сердце. – Постараюсь. Пока. Такси уехало. Я не спеша вернулся к рюкзаку, дробовику и трупу. Натянув перчатки, я взял труп за ногу и накинул дробовик и рюкзак на плечо. Идти было тяжело, конечно веса стало гораздо больше, чем я ожидал. Чертов труп и сумасшедшая Эмилия. Как она вообще решилась убить? Хотя я тоже не лучше и тоже убил в порыве защиты. Мы всё же похожи хоть чем-то. Ночью ничего не видно, особенно в лесу. Пришлось остановиться, чтобы достать фонарик. Как только я его включил, то оказалось, что я шёл вдоль оврага. Может, туда и скинуть труп? – Как дела обходят? – спросил Парис. – Ох, ты кого убить успел? – Не я его убил. – А что делать с ним будешь? – Парис стал рассматривать труп. – Ну и мерзость. Уверен, что я выглядел так же. – Он усмехнулся. – Хочу его скинуть в овраг, но мне кажется, что там может быть лопата и возможно получится закопать. Если нет, то оставлю там. – Я вздохнул. Дробовик нужно будет промыть и дать в руки, пускай будет выглядеть как самоубийство. Я пошёл дальше, сделаю так, чтобы это выглядело как самоубийство. Парис ушел, сказав, что вернётся. Бродя по ночному лесу, солнце уже начинало вставать, я вспомнил тот сон. Солнце там садилось, значит мне нужно идти на запад, куда я, собственно, и брёл. Я чувствовал, что меня что-то ждёт, но что? Жизнь интересная штука, никогда не знаешь как она закончится или что ты узнаешь. Но знал я одно. То, что я делаю сейчас – незаконно. То, что сейчас я ломаю замок на железных старых воротах чужого, хоть и заброшенного, дома. Я пытался не думать о том, что меня могут засечь, но вроде бы я в огромном лесу с одиноко стоящим особняком. Кому он принадлежит я пока не знаю. Я просто старался не думать о том, что сейчас рядом лежит не только рюкзак, но и труп полукровки. Я обязательно что-то да выпрошу у Йонсен за такое, сейчас нужно найти... А что я ищу? Мне никто ничего не сказал. Ищи подозрительные вещи, сказал внутренний голос, и я окончательно сломал замок. Заходя на территорию, я оставил труп около большой лестницы на входе. Двери, как и сам особняк, были огромные, даже пугающими. Я спокойно открыл дверь, они не были закрыты на замок, что, конечно, меня сильно удивило. Внутри был запах затхлости и, что пугало, словно, свежей крови. Прям на пороге лежал уже явно разлагающийся труп чистокровного. Какая мерзость, захотелось блевать. Перешагнув его, я направился в гостиную, там не было не чего странного: диван, камин, пару кресел, шкаф, кофейный столик и семейный портрет – это всё создавало ощущение чего-то хорошего. Но тут явно происходили страшные вещи, если судить по трупу около входа. Портрет изображал семью из шести человек. Она состояла из четырёх детей, два сына и две дочери, и конечно самих родителей семейства. Старший сын был без правой руки, интересно как он ее лишился? Две дочери, достаточно высокие девушки с ярким глазами и аккуратными плечами, стояли около старшего брата. По всей видимости девушки являлись близняшками. Рядом в кресле сидела мать семейства, а на её коленях маленький мальчик держался за воротник её платья. Эта картина была явно устаревший, да и в принципе покрыта пылью. Тут послышался скрежет половиц, я схватился за дробовик и, посмотрев в сторону звука, облегченно вздохнул. Это просто кот, я спокойно опустил дробовик. Я направился к нему, чтобы погладить, ну как, милашка же, пока он не сделал следующее действие, что повергло меня в шок. Кот подошёл к трупу, оторвал у него ухо и куда-то рванул. Святой Октавий. Я отшатнулся. Такого от животных не ожидаешь. Я собрался и направился к лестнице, ведущей на второй этаж. Там были только спальни и ничего толком. Я искал кабинет главы семьи, и нашёл его спустя минут тридцать. На часах в кабинете, которые на удивление ещё работали, показывали, что сейчас пять утра. Нужно по скорее заканчивать здесь и валить домой. Скажу, что не мог уснуть и пошёл гулять, дошёл до леса Академии, ничего необычного. Я был слишком активным, энергия так и лилась. Все это вылилось в то, что кабинет был полностью перевернут с ног на голову. Документы двадцатилетний давности лежали на полу, папки тоже, книги раскрытые, какие-то оказались погрызены книжными червями, даже ящик из-за напора вылетали и рассыпали все возможные документы и бумаги – все казалось устаревшим, семья явно тут давно не жила. Да и по крови на стенах и полу можно было понять, что они и были убиты здесь. На альбоме, который вывалился с одной из полок, была написана фамилия семьи – Клэнт. Фамилия была выбита на кроке альбома и позолочена, хоть и была очень сильно потрёпана. Открыв первую страницу на ней, была одна фотография – муж и жена – это явно свадьба и причём очень пышная. Следующий разворот – поездки, здесь было больше фотографий, они были с разных стран. Похоже это медовый месяц. Следующий разворот был посвящен старшему сыну, в правом верхнем углу очень красивым почерком было написано имя, Роберт Клэнт – в детстве, если судить по фотографиям, был активным ребенком, последующие два разворота тоже были посвящены ему. После был разворот посвящен близняшкам – Диана и Джуана Клэнт – близняшки были более спокойными или можно сказать элегантными. Последний ребенок, мальчик, у него было всего четыре фотографии, его звали – Рид Клэнт – милый мальчик, жаль, что погиб он слишком рано. В принципе альбом был больше про детей, может в этом и суть, фотографий было много и разные. Пока я рассматривал альбом, услышал, что что-то хрустнуло, но не предал этому большое значение. Шкаф, который стоял не далеко от меня, рухнул и разбился в щепки, из-за прогнивших полов, которые издали характерный звук, и просто сломались пополам. Шкаф не выдержал и тоже рухнул. Я настолько испугался что подумал, что я тоже сейчас упаду на первый этаж. Но нет, пронесло. Хотел было уже уходить, но что-то случайно пнул. Эта книга тоже с фамилией семьи, она выглядела ещё хуже. Похоже она передавалась не первое поколение. Книга на первый взгляд проста, какие-то записи сумасшедшего, но когда пошли детальные описания и появились фотографии с огнём, там можно было заметить руку человека. Что это за семейка такая? Описание было достаточно подробным, что и как делать. Цитата «Сначала облейте труп бензином и добавьте кровь будущего владельца куклы, подожгите и ждите пока труп полностью не прогорит.» Будущего владелеца куклы. Это как вообще? Помню байку про клятву на крови. Случайно попалась, когда искал про благородный легион. Её обычно заключали возлюбленные, и мол если один предаст, то со временем человек, не сдержавший обещания, начинал сходить с ума. Но это опровергли ещё лет так тридцать назад. Я подумал, что написанное здесь такая же ложь какой-нибудь секты, в которой состояли родители семейства. Для ритуала нужен труп, да и не важно кого. Пока есть возможность лучше попробовать и опровергнуть или впасть в ступор если этот бред окажется правдой. Поскольку труп лежал на улице, то его придется поднимать наверх. Дом, конечно, не хотелось поджигать, но… Нет, нужно найти место на улице, они же по любому это делали на улице. И, конечно, я оказался прав, за домом можно было найти частицы пепла, значит это делали прямо здесь. Вернувшись к трупу, я увидел кошку, которая откусила от правой ноги кусок. – Ах ты, блохастая! Кыш отсюда! – я стал её отгонять от мертвеца. Она начала шипеть, но убежала обратно в дом. Ну конечно, свежее мясо всегда лучше, чем затхлое. Я взял его под ноги и потащил к нужному месту. Это было страшно и странно. Я иду сжигать человека просто, чтобы проверить какую-то недавно полученную информацию. Но нужно и находить плюсы, не придется в земле копаться, чтобы его закопать. Притащив, я стал искать бензин и чем можно будет поджечь, такие вещи должны быть здесь в избытке. И они нашлись в сарае, бензина там было навалом, спички лежали на полке вместе с ножом, там же ещё и кровь нужна. С собой я, конечно, взял кинжал, но не хотелось его снова марать, даже от собственной крови на нём станет противно. Как я вообще тогда решился, я даже толком не помню. Я забрал одну канистру, спички и нож. И какой фигнёй я страдаю сейчас, мне бы домой поехать. Кстати, Эмилия так и не написала, вот сука. Но не суть. Обливая труп, мне стало противно от запаха и от своих действий. Когда канистра кончилась я, предварительно протерев нож, снял перчатку зубами и держал её так меж зубов. Резать руку было страшно, особенно ножом, который хрен сколько там лежал. Вздохнув, лезвие прошло по ладони, ударила резкая боль. Я повернул руку к себе, рана кровоточила очень сильно. Ну что ещё можно было ожидать? Кровь расходилась и потекла к тыльной стороне, пару капель уже упало на труп мужчины. Я смотрел и не понимал, что происходит. Уже светало и солнце осуждающе становилось свидетелем моего безумного действия. Спичка загорелась и упала на тело. Огонь охватил всё тело, от него шло тепло. И что чёрт возьми я делаю, чего добиваюсь? Огонь вспыхнул черным цветом. Кровь чистокровного окрасила его в цвет материи? Или эта не моя?