19 глава.

***

      — Поверить не могу, Гарри, у тебя есть крестный! Чистокровный волшебник! Это очень здорово, — улыбнулся Драко, поправляя волосы. — Мама очень рада, что её кузен оказался невиновен, она даже оплатила твоему крёстному лечение в больнице Святого Мунго. А там лучшие целители, уверен, он скоро поправится после тюрьмы.       — Это так несправедливо! Бедный мистер Блэк, десять лет пробыть в тюрьме, будучи полностью невиновным! Ужасно! — возмущалась Гермиона, которая очень не любила, когда с кем-то поступали нечестно.       Гарри и все его друзья с разных факультетов собрались недалеко от Большого зала после обеда, чтобы поговорить перед тем, как отправляться на оставшиеся занятия. Всё-таки у всех факультетов разные расписания, несмотря на то, что чаще всего они занимаются по две группы — слизерин и гриффиндор или хаффлпафф и рейвенкло. Хотя иногда, конечно, бывало и по другому.       — Я от папы слышал, что его осудили за то, что он служил Тому-кого-нельзя-называть… — понизив голос, произнес Рон. Он, как и любой волшебник, очень боялся вспоминать имя Тёмного Лорда.       — Да, но обвинения оказались ложными. Мне папа рассказал, он в Министерстве работает, — сказал Захария, обращаясь ни к кому-то одному конкретно, а сразу ко всем. — Оказалось, что Сириуса Блэка даже не допрашивали. Его схватили и сразу отправили в Азкабан, а Визенгамот уже решил, что раз старшие Поттеры погибли, то это Блэк провёл убийцу. Правда, допрос с веритасерумом, ну, зельем правды, доказал, что Блэк был невиновен.       — Я тоже это слышал, от отца, — кивнул Драко, соглашаясь. — Тогда только война закончилась и сажали очень многих. Некоторых даже к смертной казни приговаривали…       — Да уж, не хотел бы я столкнуться со всем этим лично, — вздохнул Гарри, который очень переживал за крёстного. Конечно, он знал, что тот находится в тюрьме и не предавал его родителей, но… невиновен? Мальчик думал, что крёстный, после смерти его родителей, всё же совершил нечто, за что был отправлен в тюрьму, ну, а сам Сириус просто не хотел говорить на эту тему, обсуждая больше жизнь самого Гарри. Что ж, главное, что теперь он снова на свободе… Спасибо дяде Северусу и мистеру Малфою, которые были в этом как-то замешаны, если судить по намекам того же Сириуса. — Ладно, ребята, давайте расходиться. У нас сейчас зельеварение, а опаздывать на него нельзя, вы же знаете.       — Это точно, — одновременно сказали все присутствующие и ребята, ещё раз сказав слова поддержки другу, разошлись на свои занятия. Гарри весь день был немного рассеянным и подавленным, но практически все понимали, с чем это связано, а потому старались его поддерживать, но не навязываться. Даже преподаватели практически не трогали его на занятиях, лишь декан Спраут поговорила с барсучком по душам, чтобы убедиться, что с ним всё хорошо.       Поттер собрал вещи и уже собирался покинуть класс зельеварения вместе с друзьями, когда его остановили:       — Мистер Поттер, задержитесь ненадолго.       — Да, профессор Снейп? — вежливо спросил рыжеволосый ребёнок, подходя к столу преподавателя, но, когда двери за последним учеником закрылись, он немного расслабился. — Что случилось, дядя Северус? Что-то с Сириусом?       — С твоим крёстным всё в порядке, Гарри, на нём же как на собаке всё заживает. Он лечится и к лету будет абсолютно здоров, — ответил Северус, кивнув мальчику, чтобы тот не волновался. — Я оставил тебя здесь по другой причине… Помнишь наш разговор о Тёмном Лорде? У меня есть для тебя новости…       Тем же вечером Гарри не явился на ужин в Большой зал и по Хогвартсу быстро разлетелась новость, что юный Поттер в Больничном крыле.

***

      — Поппи, с мальчиком точно всё в порядке? Не мог же он попасть в Больничное крыло просто так, — нахмурился Альбус, находясь в Больничном крыле вместе с медиведьмой Помфри, деканом юного Поттера Помоной Спраут и Северусом Снейпом, который и варил все нужные зелья для школы.       Новость о том, что юный мистер Поттер попал в Больничное крыло, как оказалось, из-за нервного перенапряжения, совсем не нравилась директору школы, впрочем, не только ему одному… Но не это сейчас важно. Он пытался выяснить, насколько всё серьезно и сможет ли мальчик вернуться к занятиям в ближайшее время.       — Теперь с ним всё будет в порядке, директор, Северус сварит нужные зелья, которых не хватает и уже через два дня мальчик будет здоров, — заверила Дамблдора Помфри. — Сейчас он спит. Скорее всего, его состояние связано с Сириусом Блэком… Ох, бедный мальчик, узнать в один день и о том, что у тебя есть крёстный, и о том, что он всё это время сидел в тюрьме, будучи невиновным…       — Жаль Сириуса, у него было такое большое будущее, — вздохнула Помона, которая была также расстроена. Северус, на благо директора, просто молчал, не вмешиваясь.       — Да-да, верно… Хорошо, Поппи, раз уж ты уверена, что с юным мистером Поттером всё будет хорошо, то я доверяю его тебе. Но сообщи мне, если случится что-нибудь непредвиденное.       — Конечно, директор.       После ухода Альбуса Дамблдора, оставшиеся взрослые переместились в кабинет медиведьмы, чтобы поговорить без лишних глаз и ушей.       — Поверить не могу, что я всё-таки на это согласилась, — вздохнула Поппи, опускаясь за свой стол. — Обмануть директора! О чём вы вообще думаете?       — Поппи, дорогая, ты же понимаешь, что мы делаем это ради Гарри, — ответила мадам Спраут, опускаясь на кресло. Северус же остался стоять. — Альбус не отпустит ребёнка из школы, а тот так хочет увидеться с родственником-магом. Вот Северус и придумал эту историю с болезнью, чтобы мальчик мог незаметно покинуть Хогвартс, буквально на один день.       — Я всё понимаю, Помона, ребёнок не заслужил всего того, что на него свалилось, но… Северус? От тебя я подобного не ожидала. Ты ведь ненавидел Сириуса наравне с Джеймсом, когда вы учились.       — Не стоит озвучивать очевидное, Поппи, я ведь рос практически у вас на глазах, — Северус едва заметно поморщился. Очень уж он не любил говорить о своём детстве и юности. — Скажу честно, я до сих пор недолюбливаю Блэка, хотя то, как с ним поступили, всё же перебор. К тому же… Я успел привязаться к мальчику… И не могу видеть его таким расстроенным.       — Ох, конечно, Северус, мы всё понимаем, — кивнула Поппи, переглянувшись с Помоной. Естественно, во время учёбы Северуса они уже работали здесь и прекрасно знали, как тот дорожил дружбой с Лили Эванс, позже ставшей Поттер. А мальчик — её полная копия. Не удивительно, что Ужас Подземелий всё-таки привязался к милому и доброму хаффлпаффцу.       — Хорошо, я помогу вам, так уж и быть. Но завтра к вечеру мистер Поттер должен вернуться в Больничное крыло, чтобы никто ничего не заподозрил, — предупредила Помфри.       — Конечно, Поппи, я все сделаю. Не стоит беспокоиться, с ребёнком всё будет хорошо.       Ближе к ночи Северус забрал Гарри из Больничного крыла, где он просто проспал весь вечер, и незаметно они покинули Хогвартс, аппарируя в Малфой-мэнор. Естественно, видеться с Сириусом Блэком этой ночью никто не планировал, но им ведь нужна была красивая легенда, способная растопить сердца милых дам. Так что ничего получше придумать не получилось.       Всё дело было в том, что, изучая дом на Гриммаулд плейс мужчины нашли не только крестраж Тёмного Лорда, но и очень интересный фолиант, посвященный этой теме, в котором они наконец нашли ритуал, позволяющий вытащить осколок души из живого носителя, не повредив так называемый «сосуд». Решив не откладывать это дело, всё-таки бедный ребенок десять лет прожил с этой гадостью в голове, мужчины придумали весь этот план и забрали Гарри из Хогвартса, чтобы провести ритуал сначала с ним, а после, уложив Поттера спать, они займутся медальоном Слизерина.       — Дядя Северус… А это… Это будет больно? — робко спросил Гарри, когда мужчина помогал ему переодеваться к ритуалу и рисовал на его теле руны специальным зельем.       — Что?.. Ох, Гарри… Всё будет хорошо, не бойся. Конечно, у тебя немного будет болеть шрам, — ответил Северус максимально спокойным голосом, чтобы успокоить мальчика. — Но зато потом он больше никогда не будет болеть и, быть может, даже исчезнет. И ты станешь полностью здоров. Ты ведь этого хочешь?       — Очень хочу. Мне совсем не нравится мой шрам и то, что в нём находится какая-то гадость, — кивнул Гарри, стараясь успокоиться. — Спасибо, дядя Сев. И… Я вас люблю. Я рад, что вы у меня есть. И вы, и Сириус, и мистер Малфой, и декан, и мои друзья… Даже тётя Петуния и дядя Вернон с Дадли.       — Все будет хорошо, — повторил мужчина, крепко обнимая ребенка, а после поднял его на руки и отправился в ритуальный зал. Следовало поторопиться, этот ритуал нужно было проводить в определенный час и если они опоздают, то неизвестно, когда появится возможность незаметно забрать Гарри из Хогвартса.       Сам процесс мальчик помнил очень смутно. Он боялся и переживал, но когда мужчины начали читать какие-то непонятные заклинания, стало так легко, спокойно… Он расслабился и практически задремал, пока вдруг шрам не взорвался болью и по лбу не стала течь кровь. Гарри вскрикнул, но это не продлилось долго и вскоре он почувствовал, что стало легче… Словно с плеч сняли лишний груз, который ему не принадлежал. И вновь наступило эту приятное ощущение лёгкости и спокойствия.       Люциус и Северус всё также читали заклинания, отдавали свою кровь и магию, просили уничтожить то, что чуть не погубило своим воздействием невинного ребёнка… Гарри всего этого уже не видел и не слышал. Прикрыв глаза, из которых катились слезы радости, он потерял сознание, а после просто крепко уснул.