Часть 2.

Гермиона стояла напротив зеркала в ванной, она успела ненадолго заскочить в душ. Смыть с себя «грязь», переодеться и привести волосы в порядок. Она прихорошилась, надев символическую футболку с Сантой и домашние брюки в клетку. Ей не хватало Рождественских носочков, но благо у неё остались с прошлого года. Вот, теперь можно провожать Сочельник. Девушка заколола волосы с каждой стороны небольшими заколками за ушами и уложив локоны на грудную клетку, схватила небольшую обертку. Она то и дело мяла её в своих руках, затем спрятала в прожилках пледа и приметила Малфоя, сидевшего на диване. За окном наступили сумерки, первые фонари зажглись и стали пробиваться в гостиную для старост. Гермиона сделала несколько бесшумных шагов, но он повернул голову в её сторону, бросив мимолетный взгляд.       –Долго ты, Грейнджер. — Малфой вальяжно расположился на диване. Гермиона замерла на несколько секунд.       –Оу, я не знала, что мне отводилось конкретное время. — она прикусила нижнюю губу и сжала плед в руках сильнее, прижимая его к руди.       –Нет, просто я… — Драко смотрел в сторону камина, он наблюдал за пламенем, что пожирало бруски.       –Просто, что? — продолжила она, преодолевая расстояние и находясь в двух шагах от дивана. Она учуяла знакомый аромат. Он застрял в ноздрях, давая сладкое ощущение горлу. Девушка сглотнула слюну и посмотрела в сторону поленьев. На полу был расстелен ещё один плед, только цветов Гриффиндора. Там же стояла пара умилительных кружек, одна похожая на снеговика, а вторая на Санту. В этот момент она перешла ко внутренней части щеки и во всю искусывала её, не веря собственным глазам.       –Это… какао? — почти прошептала девушка.       –Третий раз подогреваю. — на лбу Драко прорезалась хмурая морщинка, он вертел палочкой в правой руке. Его взгляд был умилителен для Гермионы. Она ничего не ответила, лишь сжала губы, скрывая свою улыбку. Расстелив плед с цветами Слизерина поверху, тем самым накрывая половину своего собственного, она быстро разместилась на полу.       –Ты чего? — Драко опешил.       –Ничего! — резко высказалась девушка. — Здесь уютнее… давай. — она подвинула за спину обертку, скрывая её за диваном. Гермиона протянула руку, приглашая Малфоя сделать то же, что и она. Малфой бросил неодобрительный взгляд, но всё же поднялся и присел рядом, в двух метрах от неё, на стороне пледа, окраса Гриффиндора. Он наблюдал за поленьями, они трещали и создавали определённую атмосферу. Гермиона опустила взгляд на кружки и снова улыбнулась. Он заметил это, но не повел и бровью, пока она не нарушила затянувшуюся тишину в комнате.       –Ты из какой будешь пить? — голос был полон энтузиазма.       –Мне как-то всё равно. — Драко пожал плечами. И тут девушка дала волю своим эмоциям.       –Это замечательно! — резко выдавила она. — Они прекрасны! Кружки — восхитительны! — с восхищением повторяла гриффиндорка. — Тогда, чур моя со снеговиком. — растянувшись в довольной улыбке, Гермиона взяла предмет и в наслаждении прикрыла веки.       –Я рад, что тебе понравилось, — он схватил вторую и сделал глоток. — Чёрт возьми! — выкрикнул Малфой.       –Обжёгся? — Гермиона озадаченно всматривалась в каждую мышцу на лице Драко, — может, заклинание? — двинувшись к нему спросила она.       –Не нужно, пройдет и так. Просто я ещё никогда так долго не ждал… девушку. — Малфой отставил кружку к камину. В этот момент Гермиона хотела подавиться напитком, но он с легкостью прошёлся по гортани. Его слова звучали двулично, ей удалось уловить совершенно непристойный контекст для себя со стороны Драко.       –Ладно, — пропустив сказанное добавила она. — Кстати, очень вкусный какао. Дух Рождества прям стал витать в этой башне, не правда ли? — Гермиона отпила из кружки. Она чувствовала себя мягко говоря неуверенно и странно. Сидеть рядом с Драко Малфоем, наедине и мило беседовать было совершенно нелогично. Словно на них обоих наложили Империус. Малфой убрал волосы набок и направил свой взгляд в сторону камина, он улыбнулся. Гермиона уловила, как у блондина образовываются ямочки на щеках. Его лицо было таким утончённым и в тоже время строгим. Чего стоил один взгляд этого мальчишки. Она могла оцепенеть, когда проходила мимо его своры. Но в последнее время что-то изменилось. Ей даже казалось, что он выглядит подавленно или измученно. Кожа приобрела более сероватый оттенок, а под глазами то и дело были прожилки синяков и вряд ли это от большого завала со стороны школы. Нет. Дело было в другом. Она чувствовала, что правда скрыта намного глубже. Ей хотелось знать, что происходит, чтобы помочь Драко, но она не могла. Из-за совершенно разных статусов и принципов, она никогда не могла представить, что сможет вот так сидеть в гостиной наедине с Малфоем, наслаждаться какао и слушать треск поленьев. Их молчание затянулось. Девушка допила напиток и бросила свой взгляд в сторону окна. Тут из её уст вырвался довольный крик и она подорвалась с места. Пальцы впились в подоконник, фонарь освещал огромные хлопья снега, что кружили в небе и стелились по земле. Гермиона с восхищением всматривалась в снежинки, с каждой секундой улыбка на её лице становилась шире. Она развернулась, Малфой в той же самой позе сидел на пледе, таращась на огонь. Её озадачило такое настроение со стороны блондина. Он был полностью погружен в свои мысли. Грейнджер знала мальчишек, знает какой бывает Гарри, когда уходит в себя, а происходило это с ним, с каждым годом всё чаще. Было такое дурацкое ощущение, что ей надо отвлечь Драко. И она сразу нашла решение, она открыла окно, бросила ещё один взгляд на Малфоя, но он был в том же положении. Ладони покрылись снегом и снежок полетел в противоположную сторону, попадая блондину в плечо.       –Какого хрена? — он подорвался со своего места и вперил взгляд в Гермиону.       –Там снег пошел. — с задором проговорила Гермиона.       –Я заметил…       –Я звала, но ты не слышал меня.       –Слышал. — грубо ответил Драко. — Грейнджер, думаешь твой ор не заставил мои перепонки обливаться кровью? Гермиона сделала пару шагов к нему и сложила руки на груди. Она наклонилась в одну сторону, затем в другую, осматривая парня.       –Вроде нет.       –Что нет? — он закатил глаза.       –Мой ор не заставил твои перепонки обливаться кровью. Малфой усмехнулся. Он приближался и от этого становилось не особо комфортно. В его серых глазах был неизведанный настрой, что настораживал Гермиону. Она медленно двигалась к камину, обходя блондина стороной. Подувший ветер со стороны открытого окна заставил рой мурашек пройтись по всему девичьему телу. Взгляд Драко вынудил внутренности чуть сжаться от напряжения. То ли их затянувшаяся встреча так влияла на неё, то ли это сквозняк с улицы. Гермиона уже была возле дивана и хотела погреться у огня, как Драко продолжил.       –Я успел наложить чары невидимости, вот ты ничего и не видишь. Она никак не отреагировала, лишь перекривляла Малфоя, пока он не заметил её милой физиономии и сделала ещё один шаг в сторону камина.       –Грейнджер?       –Да? — она круто развернулась. Небольшой снежок впечатался ей в правое бедро. Было не больно. Обиды тоже не было. Он явно рассчитывал силу размаха. Гермиона ухмыльнулась, затем рассмеялась и побежала в сторону Драко. Она ни о чем не думала, не о том, как выглядит в его глазах, не о том, как это может показаться со стороны, увидя их кто-нибудь из друзей. Она остановилась рядом с ним и надулась. Затем выпалила на полном серьёзе:       –Так значит, да? — она вздернула подбородок вверх. –Я знала, что все слизеринцы ведут нечестную игру.       –Что? Ты сама кинула в меня снежок, пока я сидел спиной, а между прочим я тебя позвал. — он стал сминать снег в руках, для новой атаки. Драко заслонял собой окно, чтоб Гермиона не смогла подобраться. Но она дёрнулась к нему, протянула руку и успела захватить рыхлый снег, а затем бросила его в лицо блондина. Он разлетелся, как множество перьев. Несколько зацепились за его ресницы и брови, а остальное рассеялось на графитового цвета водолазке.       –Ну всё Грейнджер, тебе конец. Прозвучало достаточно устрашающе и в тоже время весело. Гермиона со всего порыва преодолела большое расстояние и почувствовала, как ещё один снежок разбился рядом, разлетаясь по полу. Она обернулась, Малфой стремительно собирал новую порцию снега, сминая его в ладонях.       –Ха, Малфой, мазила. — вырвалась из её уст. Он засмеялся, своим звонким смехом. Она никогда не слышала его искренний смех. Его лицо растягивалось в улыбке, глаза искрились от удовольствия, а руки то и дело набирали снег с подоконника и накладывали на образовавшийся круглый ком.       –Потом не плачь, Гермиона. Она оцепенела и получила новым снежком прямиком по лицу. Грейнджер сначала не поняла с какой стороны пришелся удар. Ей пришлось резко отстраниться назад, руки автоматом накрыли горячие щёки. Было ощущение, что они пылают от случившегося. В это же мгновение Драко что-то прокричал стоя в стороне. Затем его образ оказался рядом, он почти врезался в неё преодолевая расстояние. Малфой сжал своими пальцами девичьи плечи. Его прикосновение было похоже на пожар.       –Я думал, ты уклонишься, Гермиона, извини! Она вновь ощутила это. Огонь. Её лицо пылало. Малфой схватил женскую руку и убрал в сторону, чтоб посмотреть результат удара. Его серебристые радужки смотрели в её карие. Щеку слегка щипало от увесистого снежка, но ей было всё равно. Он назвал её по имени, он никогда не обращался к ней подобным образом. Сколько она помнила, он обращался к ней лишь: «Грязнокровка», «эй ты» и возможно по фамилии. Но имя. Имя он произнёс в первый раз. Это удивило. Лишь поэтому она не уклонилась и получила снегом по лицу. Грейнджер понемногу стала приходила в себя. Драко держал её руку и что-то говорил. Было так много слов, что она хотела отмотать произошедшее назад и послушать, что говорит староста факультета Слизерин ещё раз. В гостиной стоял полумрак. Лишь небольшой свет из камина и от фонарей за окном. Снежинки срывающиеся с неба, беспрерывно залетал в гостиную. Здесь стало немного холодно от продолжительных игр со снегом. В гостиной была особая атмосфера для людей, что сейчас наедине. Драко продолжал впиваться в девичье запястье, а правой прикоснулся к щеке, оценивая отметину. Гермиона всё ещё не слышала его. Она глядела, как мужские губы двигаются, а у неё в голове словно Хогвартс-экспресс даёт продолжительный гудок. Моргнув несколько раз, слух стал возвращаться.       –Я правда не хотел сделать больно, мы же играли… и я думал ты среагируешь. — его зрачки бегали в разные стороны. Он чувствовал себя виновато. Она знала, что здесь нет вины Драко. Гермиона потянулась к своему лицу и дотронулась кончиками пальцев до его костяшек. Лишь сейчас она поняла, что его ладонь такая холодная, а другая, что сжимает запястье — неимоверно горячая. Как такое может быть? Она не отрывала взгляда, пока серые радужки на остановились на её карих. Он моргнул. Он хотел вновь что-то сказать, но вместо этого в комнате образовалась продолжительная тишина. Лишь треск поленьев, вой ветра за окном и они вдвоём. Драко замер. Казалось его сердце сейчас остановится. Так как он не слышал ни одного удара. Он держал её запястье и не хотел отпускать. Красная отметина на щеке была такой ненавистной для него. Ему хотелось разорваться на части, что позволил такому смачному и плотному снежку разбиться о лицо. В её глазах не было злобы или обиды, она смотрела на него так, как не смотрела не одна девушка. Гермиона позволила коснуться щеки, провести по ней собственной ладонью. Она так пылала, что его ледяное прикосновение могло чуть унять боль. Ему вздумалось снова извиниться, но вместо этого в горле словно что-то застряло. Не получалось и слова выдавить. Он лишь смотрел в широко распахнутые глаза. Затем взор спустился ниже и приметил губы. Пухловатые, чуть потрескавшиеся, захотелось почувствовать их на вкус. Драко двинулся вперёд, продолжая держать запястье, вторая рука оказалась на женском плече. Она вздрогнула, но не от испуга. Она вздрогнула от неожиданности. Её взгляд мельком проследил за движениями и снова прирос к глазам Малфоя. Он не знал, что будет дальше. Но у него было дикое желание попробовать то, что сейчас пришло на ум. Она подалась вперёд, её веки были чуть прикрыты и Драко сделал шаг. Он замер в сантиметре от её лица, закрыл глаза и коснулся своими губами её. Она вдохнула, и он тоже. Лица обоих одновременно отстранились друг от друга на секунду. Малфой задержал это чувство где-то внутри и снова аккуратно прикоснулся к ней. Пухловатые губы чуть раскрылись, позволяя проникнуть. Горячий язык нежно коснулся собственного. Он ощутил, как дрожь прошлась по телу и застряла в районе живота. Драко двинул головой чуть назад, он улыбнулся и снова прильнул к её нежным губам. Он вновь закрыл глаза. Они были такие сладкие. С привкусом какао и корицы. Он никогда бы не подумал, что поцелуй с гриффиндоркой может быть таким приторным. Но именно этого ему не хватало в сложившихся обстоятельствах. Малфой хотел эдакой неестественной сладости, словно патока растекается по гортани и не даёт вздохнуть. Ему нравится. Он без ума от её губ, он без ума от её языка, что стал аккуратно выводить узоры, играя с собственным. Драко сжал женское плечо сильнее, впиваясь в оголённую кожу. Ему даже показалось, что её запястье перестало пульсировать. Как же ему нужно было это. Ему нужна была Гермиона. Она за несколько часов заставила его пережить такой спектр эмоций, который Драко не мог получить от своих друзей с факультета за последний месяц. Мерлин его покарай, он ничего не понимал. Он и не хотел. Он просто хотел остаться с ней в этой башне до конца каникул и не возвращаться домой. Гермиона распахнула глаза, она смотрела прямиком на него и стала заканчивать поцелуй. Она нежно коснулась его верхней губы, затем нижней и улыбнулась. Это было смущение, её вторая щека покрылась почти таким же румянцем, что и первая от удара. Драко снова отругал себя, только ничего не говоря вслух. Затем она опустила взгляд вниз, словно стыдилась своего поступка. Ему тоже должно быть стыдно, но он промолчал, он просто схватил её за кончики пальцев и потянул к камину. Они удобно устроились, как и первый раз, каждый на своем месте. Гермиона потянулась назад и затем резко выпрямилась. Драко немного напрягся, но он не хотел говорить первый, он вообще больше не хотел открывать рот, чтоб не испортить момент. Ей явно было не по себе, Малфой достал палочку и хотел убрать недоразумение на её веснушчатом лице. Но она простым движением руки, отодвинула древко в сторону.       –Не нужно… этого. — её голос был приглушённым, она потёрла себя за плечи. Малфой обернулся, окно было всё ещё раскрыто на распашку, он закрыл его с помощью заклинания и добавил парочку поленьев в огонь. Его взгляд впечатался в красную обертку возле ног, он озадаченно присмотрелся. Затем метнулся к Гермионе, она улыбалась.       –Это тебе. — проговорила с нежностью. Что? Мне? Но как такое может быть? Она не могла наколдовать подарок за несколько минут и упаковать его. Может ей вздумалось передарить то, что принадлежало Поттеру или Уизли? Малфой напрягся, ему не хотелось знать, что внутри. Его вообще разозлило это.       –Не нужно. — коснувшись пальцами, Драко чуть отстранил от себя мягкую упаковку. Что она вздумала? Он вообще был не готов к подобному и не собирался принимать от гриффиндорки никаких подарков. Гермиона нахмурила брови и двинула обёртку в сторону Драко. Он повторил свой манёвр, а она в свою очередь свой. Затем блондин схватил её руку и протянул предмет обратно. Вкладывая подарок прямиком в женскую ладонь. Грейнджер вырвалась из хватки и сложила руки на груди, пряча пальцы в район рёбер.       –Да, что с тобой такое? — её голос стал звонкий.       –Не хочу получать то, что не было предназначено мне. Гермиона закусила нижнюю губу и вперила в него свой взгляд. Она выглядела, как учительница, что собирается отчитать своего студента за неисполненное домашнее задание.       –Малфой, это не предназначалось никому, — она вытянула руку, в ожидании. — Ладно, не хочешь, можешь оставаться без подарка в канун Рождества, — пожав плечами, девушка отложила обертку в сторону. — Можно вообще спалить его. — привстав с пледа, она схватила подарок и протянулась к камину. На секунду ему захотелось бросить в неё Петрификус. Но она замешкалась, замерев у огня и сминая содержимое в руках. Бровь Драко нервно подпрыгнула, но он продолжал стойко держаться.       –Как хочешь. — лишь смог добавить Малфой и безразлично пожать плечами. Она смотрела непонимающе и немного оскорбленно. Ему снова стало не по себе, будто ещё один снежок из его рук, ударил по женскому лицу. В карих глазах появилась необъяснимая пелена. Драко был готов поклясться, что если Грейнджер моргнет по щекам покатятся слёзы. Выдержке был конец. Он сдался.       –Ла-адно, — он закатил глаза и снова прожег её своим взглядом — Давай его сюда. Гермиона обернулась, смотря на него несколько секунд. Затем вернулась на плед и подогнула ноги под себя. Она светилась от счастья. Мерлин, он видел, как уголки женских губ дергаются, пытаясь сдержать улыбку.       –А пожалуйста? — вдруг вымолвила девушка. Малфой опешил. Не ожидая подобного вопроса и подкола одновременно. Она сдалась, показывая, как губы растягиваются в довольной ухмылке. Образовавшиеся ямочки на щеках окончательно заставила Драко убедиться в том, что Грейнджер была довольно милой и привлекательной девушкой. Малфой выдохнул, пытаясь выровнять собственное дыхание. Затем снова медленно втянул кислород через ноздри. Очень размеренно, так как его легким не хватало в себя приходящего воздуха. Драко убрал волосы со влажного лба и рассержено посмотрел на неё.       –Грейнджер, это мой подарок, я должен ещё и выпрашивать? — в голосе была досада. Сейчас он выглядел, как маленький ребенок, не получивший подарок на Рождество. С надутыми губами и опущенными бровями. Гермиона сдержала усмешку.       –Не должен. Она протянула обёртку. Малфой резко выхватил. Она была мягкой и упакованной в красную, переливающуюся блестками бумагу, с наклеенным белым бантиком. Он отклеил и швырнул его в сторону, затем стал разворачивать. Там была ещё одна обертка, в несколько раз скрученная бумага молочного цвета. Пальцы то и дело скользили по бумаге из-за небольшого нервоза. Драко немного повел бровью, от чего его лоб прорезала горизонтальная морщинка. Он распаковал содержимое. Внутри лежала веточка омелы, карамелька-трость и открытка. Ничего необычного. На картоне был нарисован Рождественский олень, а внутри небольшое пожелание от руки Грейнджер. Буквы идеально выведены, словно она писала зачаровав перо. Пусть этот год подарит тебе незабываемые впечатления, а все твои истинные желания осуществлятся. Малфой поджал губы. Этот год и правда принесёт ему незабываемые впечатления. Он хотел не знать того, что сейчас происходит в его жизни. Он хотел быть просто сыном своих родителей, обыкновенным мальчиком. Волшебником, у которого нет чувства долга перед Тёмным Лордом. Его желание было так мало, но в тоже время неисполнимо. Он немного растерялся, читая данное пожелание. В горле образовался комочек, что мешал сказать «спасибо». А вот веточка от омелы была очень символичной. Словно напоминала о случившемся здесь, о поцелуе, что произошёл между ними. Но Гермиона не могла знать этого, так почему именно это растение было запаковано в сто обёрток? Просто она решила вложить дух Рождества и порадовать его такой мелочью. Но этот символический подарок не был для него мелок, он почему-то заставил сердце сделать несколько выразительных ударов в груди. Малфой снял обёртку с карамели и засунул себе в рот. Это дурацкое чувство возникло у него в груди. Совесть? Ему нужно поблагодарить гриффиндорку, но вместо этого блондин сидел, смотря как пламя играется с брусками превращая их в уголь. Затишье в гостиной давило на виски и заставляло сердце ускорять ритм. Она молчала. Гермиона согнула ноги в коленях и облокотившись руками, склонила голову. Тень от огня касалась её профиля и подсвечивала кожу. Малфой наблюдал, как её губы чуть раскрылись, словно она обдумывала что-то в своей голове, но не могла произнести в слух. Это жутко бесило. Если она хочет говорить, то пусть высказывается. Он никого насильно не держит. Драко снова вперил свой взор в сторону камина, развешенные Рождественские носки украшали его, вместе с разноцветными огоньками. Малфой закрыл глаза. Он посчитал про себя до десяти и стало лучше. Не считая того, что во рту пересохло, как никогда. Драко чуть развернул корпус в сторону Гермионы. Она никак не отреагировала, из-за чего руки сжались в кулаки. Она делает это специально или правда не замечает его обращения?       –Грейнджер. — с хрипотой произнес Малфой. Она снова сделала это. Лишь приподняла одну бровь, бросила мимолетный взгляд и продолжила смотреть на огонь. Такое поведение взбесило. Заставило пульс ускориться и вновь произнести её фамилию.       –Грейнджер, — он замялся, сделал паузу в несколько секунд. — спасибо. Было сказано резко и очень быстро. Так, словно снитч пролетел мимо него, А Драко не успел понять куда тот устремился. Именное такое было у него «спасибо». Но видимо это помогло, она приподняла голову, держа свои коленки руками и мягко улыбнулась. Драко не помнил, когда последний раз видел такое от Пенси или от Блейза. Он вообще не помнил, чтоб ему так чисто улыбались. Да именно так можно описать эмоции Гермионы. Они были чистые и искреннее, без намека на сарказм.       –Пожалуйста, Драко. — вдруг тихо произнесла Грейнджер. Её голос был настолько трепетным, что ладони стали холодеть и становиться влажными. Он не мог больше терпеть. Малфой подскочил со своего места и сорвал один из Рождественских носков. Затем склонился к девушке и протянул. Гермиона вытянула руки на автомате. Драко передал мягкий носок ей в ладони и она успела коснуться своими тёплыми пальцами собственных. Малфой стоял на согнутых в коленях ногах и чуть нависал над Грейнджер в ожидании. Она словно оцепенела, секунд на двадцать выпала из реальности и не отрывала взгляда. Драко отклонился обратно на ноги и сложил руки на груди. У него не было сил столько ждать. Но по всей видимости Гермиона не понимала, что происходит и как ей действовать дальше.       –Грейнджер, ты заглянешь уже в этот идиотский носок? Гермиона вминалась пальцами в красный носок с изображением Санты. Он был такой большой и мягкий одновременно. На мгновение ей показалось, что это дурацкая подколка со стороны Малфой и когда она раскроет, то какая нибудь хлопушка или волшебные чернила окажутся у неё на лице. Но выражение лица Драко было такое, словно он сердится. Грейнджер нырнула во внутрь по локоть правой рукой, а левой поддерживала. Она ощутила мягкость, предмет был среднего размера. Рука потянулась назад. Запястье попало в поле её зрения, затем и предмет что она держала. Её пальцы сомкнулись с огромной силой, держа собственную шапку. Она не сдержалась. Слёзы предательски скатились по щекам. Она рассмеялась и затем вперила свой взгляд на Малфоя. Его губы были растянуты в улыбке. Гермиона попыталась закрыть лицо руками, чтоб Драко не видел её ранимости, но мужская рука оказалась на женской коленке. Грейнджер вытерла одну сторону щеки от слёз собственной шапкой, что потеряла сегодня утром и замерла на прикосновение Драко. Затем он подтянулся ближе, его ладони выхватили мягкую ткань и он надел предмет из крупной вязки Гермионе на голову. Сердце сделало такой отчётливый удар, что могло оглушить её перепонки. Поток слёз из глаз не прекращался. Всё, что делал Малфой было совершенно нерационально. Он молчал и наблюдал за ней. Затем мужские губы стали приближаться и коснулись её собственных. Драко снова сделал это. Возможно это было неправильно, но сейчас, сегодня, Гермиона была уверенна, всё, что предпринял Малфой было одним из лучших поступков в его жизни.       –Как? — только смогла вымолвить она. Его серебристые радужки вглядывались в каждый миллиметр девичьего лица. Её дурацкие веснушки, уже не были такими неправильными. А карие глаза, отливали янтарем придавая Гермионе особенности. Длинные ресницы склеились от количества слёз, а губы снова чуть подпухли. Она плакала и смеялась. Мерлин! Он был рад. Его сердце разрывалась на множество частиц и соединялось обратно. Да он никогда не испытывал подобного. Почему? Почему это происходит с ним ? Может это подарок от Санты и ему дан второй шанс? Может завтра всё будет иначе? Он вернётся домой и застанет родителей одних, без Пожирателей Смерти. Как ему хочется, чтоб сегодняшний вечер не заканчивался. Как продлить эту ночь? Как остановить время и вернуться в сегодняшнее утро? Как сделать так, чтоб оказаться после завтрака на улице, встретить Грейнджер и идиотов Монтегю и Нотта. Врезать им по самые гланды, чтоб они бежали, поджав свои палочки, а Гермиона недоумевала, от реакции Драко Малфоя. Мерлин, он безумно хотел разделить остаток времени на дни, недели, месяцы… Лишь бы не возвращаться в его привычный кошмар и не знать иного. Он хотел быть просто мальчишкой. Обычным колдуном своих родителей. Он хотел встречаться с девчонками и получать плохие отметки у преподавателей. Почему именно его руку прожигает эта ненавистная отметина? Почему ему дано задание, с которым Драко не готов справиться? Он не хотел этого. Он не желал никому зла. Ему лишь просто хотелось коротать вечер в башне старост вместе с Грейнджер. Так оно и было. Он провожал Сочельник и встречал Рождество наедине с Гермионой. Он никогда б не поверил, если ему о таком рассказал кто-то из друзей. Он бы нервно рассмеялся, узнай что кто-то представляет подобное и скорее всего состроил гримасу. Но сегодня он сидел на пледах двух старост, опираясь спиной о мягкий диван, а Гермиона лежала и переставляла фигуру на шахматной доске. Она закусывала нижнюю губу, когда не знала какой ход предпринять в игре. Когда вечер совсем затянулся, то он перебрался на диван, таща с собой Гермиону. Её отпирания длились минут пять, не больше, он умел уговаривать. Драко облокотился о мягкую ручку, а Грейнджер устроилась напротив, подпирая спину упругой подушкой. Они не особо разговаривали. Просто находились рядом друг с другом. Малфой ощущал, как внутри разливается тепло. Случившийся Сочельник в этом году, будет одним из лучших в воспоминаниях Драко. Они были накрыты пледами собственных факультетов. В этот момент можно было коснуться ног Гермионы собственными и растянуться в ухмылке. Она всё ещё стеснялась и отводила свой взгляд в сторону камина. За окном шёл снег, выл ветер, горели гирлянды и Гермиона, что перебралась в его объятия.