𝗣𝗮𝗿𝘁 𝗹. 𝟭. «𝗧𝗵𝗲 𝗣𝗮𝘁𝗵 𝘁𝗼 𝗬𝗼𝘂». «𝗔𝗰𝗴𝘂𝗮𝗶𝗻𝘁𝗮𝗻𝗰𝗲».

𝗣𝗢𝗩 Лэйн

2003 год. Четыре года назад.

      — Лэйн, ты проснулась? — мама заглядывает в комнату как раз, когда я только выныриваю из царства Морфея.       — Да, — улыбаюсь ей, переворачиваясь на бок.       — На столе завтрак, поешь и поднимайся наверх. Поможешь мне с оставшимися коробками.       — Ладно.       Дверь закрывается, а я сладко потягиваюсь. По стене скользит солнечный луч, пробиваясь сквозь открытую форточку и обещая жаркий летний день.       Обожаю каникулы.       Особенно летние. Три месяца без надоедливых уроков и раннего подъема.       Так здорово проснуться, позавтракать и идти гулять с друзьями до самого вечера.       Друзья…       Привычная тоска вихрем проносится за рёбрами и стирает улыбку с лица.       Проблема в том, что друзей теперь у меня нет. Точнее они-то есть, но остались в городе, из которого мы уехали.       Здесь папе гораздо удобнее вести бизнес, а нам с мамой пришлось отправиться за ним прицепом.       Родителям, конечно же, не важно, что теперь мне приходится начинать жизнь заново. В новом городе, новой школе, в которую мне только предстоит пойти в сентябре. Искать новых друзей.       А я так скучаю по моим Аве, Грейс, Каролине и Рею с Харвином.       Они мне такие проводы устроили! Всем двором собрались и ребят из школы пригласили. Принесли от себя приятные мелочи на память, которые теперь стоят у меня на самом видном месте на подвесной полке. А потом мы все дружно ревели и обещали писать друг другу письма.       Первое я написала ещё вчера, и уже даже отправила.       Мне до безумия будет не хватать наших с ними походов на речку и песен под гитару на бревне.       Вздохнув, встаю и плетусь в ванную. Справившись с завтраком, иду маме на помощь. Коробок у нас при переезде было столько, что казалось, мы их не разберем вообще никогда. Но нет, три дня и всё разложено по новым местам.       — У тебя на сегодня какие планы? — спрашивает она, когда мы относим пустые коробки на балкон.       — Думаю пойти пройтись, надоело в четырех стенах сидеть.       — А вот это правильно. Хватит тут кукситься. Тебе четырнадцать, Лэйн. В это время очень легко заводить новые знакомства, тем более ты у меня такая общительная. А там глядишь, наконец, перестанешь переживать из-за переезда.       Мама знает, как он сложно мне дался.       — Надеюсь.       Пересидев жару, выбираю своё любимое летнее платье, привезённое мамой из-за Франции, обуваю босоножки и подкрасив глаза тушью, выхожу из подъезда.       Превосходно.       Обеденная жара спала, уже можно дышать свободнее, если находиться в тени.       Именно то, что нужно для прогулки.       Было бы ещё с кем гулять…       Оглядевшись, замечаю на скамейке у соседнего подъезда парня. Он сидит на спинке, широко расставив ноги по сиденью, и чиркает зажигалкой.       На вид — не многим старше меня, может, на год, а то и ровесник. Высокий, атлетичный, подтянутый. Когда он зажимает колесико зажигалки, мышцы на его руке напрягаются, вырисовывая красивый рельеф. Похоже, тренировки на турнике ему точно не чужды.       Это плюс. Так как я сама с детства приучена к активному образу жизни.       Склонив на бок голову, стараюсь рассмотреть лицо, но с этого ракурса и расстояния, это сделать сложно.       Подходить или нет?       Впрочем, почему нет-то?       Я всё равно здесь никого не знаю. Нужно с кого-то начинать. Пусть это будет он. Возможно, на теме спорта мы и найдем общие точки соприкосновения.       Если бы я тогда знала, что именно от НЕГО мне нужно держаться подальше, я бы обошла его десятой дорогой и бежала прочь, не оглядываясь. Хотя нет, кому я вру?.. Никогда бы я этого не сделала. Слишком глубоко он забрался мне под кожу. Пустил такие корни, что не вырубить и не выкорчевать.       Но тогда я ещё не знала, что меня ждёт. Поэтому поколебавшись лишь мгновение, решительно подошла ближе.       — Привет, — улыбаюсь так широко, на сколько могу.       Парень поднимает голову и в этот момент необыкновенно, красивые как у ангела голубые глаза простреливают меня насквозь. Пулей раздирают кожу и дробят кости.       Я вздрагиваю от неожиданности, потому что ТАК на меня никогда не смотрели. По-взрослому, нагло и дерзко.       Уголки губ дергаются, но улыбку я удерживаю.       А он медленно обводит взглядом моё лицо, скользит ниже, оглядывает шею, талию и задерживается на пальцах, длинные, аккуратные ногти которые у меня накрашены ярко-жёлтым лаком.       Я еле сдерживаю порыв, чтобы не поджать их в кулак.       — Чего тебе? — бросает вместо приветствия, возвращая взгляд к моему вспыхнувшему лицу.       — Я Лэйн, — стойко выдерживаю его недружелюбный тон и, взобравшись на скамейку, опускаюсь рядом. Скорее для того, чтобы не стоять перед ним, как экспонат, и не дать больше возможности так бесцеремонно разглядывать. — А ты?       — А я не имею ни малейшего желания с тобой общаться.       Отрезает грубо и поворачивается ко мне лицом. Попытка спрятаться от его взгляда с грохотом проваливается. Теперь он рассматривает меня на расстоянии каких-то пятнадцати сантиметров.       Настолько близко, что я задерживаю дыхание. Мой взгляд останавливается на кончиках длинных ресниц, изучающе очерчивает его идеальные, правильные черты лица: высокие скулы, чёткую линию подбородка, выразительные губы, бледная кожа.       Я и не замечаю, как застываю, разглядывая его также, как и он меня.       Вроде парень, как парень красивые правда очень блондин с пепельным цветом волос. Но резкие черты лица и нахмуренный взгляд, в котором читается что-то хищное и дерзкое, выделяют его из толпы знакомых мне сверстников.       Опасный, загорается в моей голове предупреждающей красной лампочкой.       По спине табуном проносится дрожь.       Может, зря я к нему подсела и стоит всё же встать и пройти мимо?       И как тогда бы назвала меня Каролина? Трусишкой, которая не в состоянии познакомиться с парнем?       Нет, трусость — это не про меня. Я обычно первая, кто взбирается по веткам на дерево, катается на тарзанке над речкой и прыгает через костер.       А тут всего лишь какой-то парень.       Сглотнув невесть откуда взявшийся ком, протягиваю руку.       — Давай это исправим. Обычно это делается так: я называю своё имя, а ты — своё. Как я уже сказала — я Лэйн, Лэйн Вивьен.       Взгляд наглых глаз опускается на мои пальцы, которыми я слегка коснулась его запястья, но вместо того, чтобы ответить на рукопожатие, он отдергивает свою руку, словно я обожгла его или заразила чем-то смертельным.       — Я уже сказал, что в общении не нуждаюсь, — отрезает грубо.       Так, ладно. Я поняла. Не хочет, как хочет. Навязываться последнее, что я собираюсь делать.       Выпрямившись, встаю со скамейки. Расправляю юбку и сдув с лица прядь своих светлых волос, снова смотрю на него.       — В общении нуждаюсь я. Но, похоже тебе на это глубоко фиолетово. Подскажи, где у вас здесь собираются наши сверстники, и я оставлю тебя в покое? — спрашиваю перед тем, как уйти.       — Зачем тебе это? — он снова чиркает зажигалкой, продолжая распиливать меня взглядом так пристально, что у меня начинает чесаться кожа.       — Общаться. Я только недавно переехала, никого здесь не знаю. И в отличии от тебя не избегаю других.       Он склоняет голову, как будто раздумывая отвечать на мой вопрос или нет. А потом, словно в один миг потеряв интерес, обращает всё свое внимание на зажигалку.       — Все собираются вечером на «кирпиче». Можешь сходить туда, если так сильно хочется общения.       — «Кирпич» — это где?       — У магазина за углом.       Вот и отлично, значит вечером отправлюсь туда.       — Спасибо.       Уже собираюсь развернуться и пойти на выход со двора, как за спиной раздаётся незнакомый голос:       — Но ты туда лучше не ходи.       Оборачиваюсь, замечая, как рядом останавливается ещё один парень.       — Почему? — вопросительно смотрю на него.       — Потому что там одни отморозки. Каин, нашёл куда девушку отправлять, — парень заламывает в осуждении бровь, глядя на сидящего на скамейке.       Вот, значит, как…       Прищуриваюсь, ожидая, что этот Каин хоть как-то отреагирует, но ему, кажется, и на это всё равно. Он равнодушно смотрит на подошедшего друга.       Довольно приятного, темноволосого, полную противоположность этому невоспитанному блондину.       — Ты новенькая, да? — поворачивает он ко мне голову. — Видел, как вы переезжали в соседний подъезд.       — Да. Меня Лэйн зовут.       — А я Дэниел Коулман. Вы в ту двухэтажную квартиру заселились? — кивком указывает на окна нашей квартиры.       — Ага. Ты знал тех, кто здесь жил до нас?       — Да. И отец говорил, что сюда переезжает какой-то бизнесмен с семьёй. Ну, а раз бизнесмен, то и квартира у вас самая крутая.       Ну, на счёт самой крутой, не знаю. У моих друзей в прошлом городе у всех были такие же.       — Ремонт там и правда хороший. — пожимаю плечами, — Да и район у вас вроде неплохой.       — Отличный район! Даже речка есть. Мы как раз туда идём. Если хочешь, давай с нами.       — Эй, — с претензией пинает его по колену Каин. — С чего это?       Я только сейчас замечаю рюкзак за спиной подошедшего парня и потёртую спортивную сумку, стоящую на скамейке рядом с Каином.       — А почему нет? — ведёт плечом Дэни. — Или ты не хочешь?       — Очень хочу! — отвечаю прежде, чем подумать. — Я тут от скуки скоро завою. Никого не знаю, а дома сидеть терпеть не могу.       — Тогда беги за купальником и полотенцем. Только обувь удобную обуй, до речки час пешком.       — Ты чё гонишь? Посмотри на неё, она столько не выдержит, через десять минут по жаре заноет, — недовольно зыркает на меня Каин.       И в глазах у него горит столько презрения, будто он уже повесил на меня ярлык изнеженной принцессы, которая только и умеет, что капризничать.       — А вот и выдержу, — уверенно заявляю, намереваясь доказать ему обратное. Он еще не знает с кем связался. Пешие прогулки — моё любимое занятие. Если кто-то не может придумать куда идти гулять, у меня всегда есть вариант — прямо. — И ни капли ныть не буду. Я быстро!       Чтобы они не успели передумать, почти опрометью влетаю в подъезд и взбегаю на четвертый этаж. На то, чтобы переодеться у меня уходят считанные минуты. Слишком уж мне не хочется, чтобы Каин отговорил Дэниела и они ушли без меня.       Дэни этот выглядит более дружелюбным, чем его друг. Вот с ним и можно завести приятельские отношения, а там он, возможно, и с девочками какими меня познакомит.       Надев сверху на купальник простенький сарафан, обуваю кеды, засовываю в сумку полотенце со шлепками и бутылкой воды, и выскакиваю на улицу.       Фух, не ушли.       Быстрым шагом направляюсь к парням, которые одновременно поворачивают на меня головы.       Во взгляде одного читается радушие и терпеливое ожидание, а взгляд второго транслирует раздражение и неприкрытую неприязнь, словно моё присутствие сильно портит ему существование.       Остаётся надеяться, что он не утопит меня в речке ненароком.

***

      — Кем работает твой отец? — спрашивает Дэни, когда мы ступаем на тропинку, идущую вдоль леса.       — У него своя фирма. Он покупает за границей одежду и технику и продаёт их здесь оптом, — закрутив бутылку, из которой я, кажется, уже выпила добрую половину воды, отправляю её в рюкзак и прикрываю ладонью голову.       И почему я не додумалась взять кепку?       Солнце печёт нещадно, несмотря на то, что время близится к вечеру. Обжигает кожу и плавит мозги.       — Круто. У тебя, наверное, всё есть?       — Ну, не всё. А твои родители кем работают?       — Отец шериф полиции, мама работает в театре.       — Ух ты, она актриса? — с интересом смотрю на вытирающего со лба пот парня.       — Да.       — Здорово. Я просто обожаю участвовать в школьных спектаклях. А уж что говорить о настоящей сцене!       — Хочешь, как-нибудь достану билет на её спектакль?       — Ты сейчас серьёзно?       — Конечно, — лихо загорается его взгляд, на миг опускаясь на мои губы.       — Очень хочу, — восторженно киваю, — Было бы классно. Спасибо. А твои родители кто, Каин? — оборачиваюсь к блондину, что все это время молчаливо идёт рядом.       Пинает камни носками старых кроссовок и жуёт травинку.       Он не проронил ни слова за последние сорок минут.       — Не твоего ума дело, — отрезает холодно вместо ответа и проходит вперёд, опережая нас на несколько шагов.       Запнувшись, утыкаюсь взглядом ему в спину.       — Я же просто из вежливости спросила.       Не то, чтобы мне прямо сильно обидно, но мог бы быть пообходительнее.       Я ничего плохого ему не сделала, в конце концов.       — Не обращай внимания, — мягко толкает меня локтем Дэни и плескает себе в лицо водой из своей бутылки. — Слушай, Сноу, а давай через лес срежем? Пока дойдём, сваримся здесь.       — Нет, — не оборачиваясь, бросает Каин. — Там охотники шастали, забыл?       — Да когда это было? Неделю назад. Они уже точно свалили. Погнали, Лэйн вон тоже жарко. Не хватало солнечный удар словить.       — Не сахарные, не расплавитесь. Осталось полчаса идти.       — Да ты издеваешься? Мы через лес за десять минут дойдём. Каин, — Дэни толкает его в плечо. — Ну тормози ты уже.       — Я сказал — нет, — резко оборачивается парень. — Это опасно. Забыл, чем для Джона всё закончилось в прошлом году?       Дэниел закатывает глаза.       — Он сам виноват. Попёрся вглубь. А мы пойдём по тропинкам. Погнали? У меня уже мушки перед глазами от этого солнца. Лэйн, а у тебя?       — Тоже, — заторможено киваю, не совсем понимая, о какой опасности говорит Каин. Лес вроде городской. Неужели тут водятся дикие звери?       — Я же говорил, что она не выдержит, — с насмешкой говорит он, снова бросая на меня колкий голубой взгляд, от которого на коже выступают болезненные мурашки. — И ты туда же, слабак. Идите, если хотите. Я в обход.       Разворачивается и шагает прочь.       — Упертый идиот, — бурчит Дэни. — Ладно, пошли, Лэйн. Мы уже успеем накупаться вдоволь и позагорать, пока он дойдёт.       Кивнув в сторону леса, он мягко берет меня за локоть.       Растерявшись, неуверенно смотрю вслед удаляющемуся Каину, но все же иду за Дэниелом.       Он здесь местный, лучше знает, как быстрее добраться. Да и его компания мне в разы приятнее, чем того невоспитанного.       — Только за мной иди, с тропинок не сходи, — предупреждает он, ступая вперёд.       — Ладно. Слушай… почему Каин такой? — послушно иду за ним, наконец прячась в блаженной тени деревьев.       Делаю глубокий вдох, позволяя прохладному воздуху поселиться в лёгких. Как же хорошо, когда солнце не жжёт.       — Он нормальный. Просто не со всеми.       — Наверное, зря я пошла с вами. Ещё поссоритесь из-за меня.       — Да забей. Он не обидится. Мы с шести лет дружим. Всякое бывало, но чтобы ссориться прямо всерьёз — ни разу. Тем более из-за девчонки.       — Ого, вы такие разные, — искренне удивляюсь, слабо представляя, можно так долго дружить с таким угрюмым человеком, как Каин Сноу.       — Это только кажется.       Ну ладно. Возможно, он действительно другой с теми, кого знает долго.       Мы неторопливо идём вперёд. Под ногами похрустывают ветки, весело шуршит листва. Мне даже зажмуриться захотелось от удовольствия.       Вскидываю вверх голову, чтобы полюбоваться тем, как сквозь кроны пробиваются солнечные лучи, и замечаю на одной из веток белку.       Машинально останавливаюсь. Пушистая, ярко-рыжая, она вдруг срывается с места и бежит вниз. Такая красивая, просто прелесть. Я тихо смеюсь. Просто обожаю зверушек и завела бы дома хоть кроликов, хоть собак с кошками. Вот только родители категорически против, поэтому я могу любоваться ими только издалека.       Белка перескакивает с одной ветки на другую, спрыгивает на землю, подхватывает что-то лапами, засовывает себе в рот и мчится обратно.       — Лэйн, ты идёшь? — вздрагиваю от оклика Дэни.       Отыскиваю его взглядом и понимаю, что за то время пока я любовалась белкой, он успел свернуть и отойти метров на двадцать.       — Ой, бегу.       Напрочь забыв о его наставлении, срываюсь с места и быстрым шагом сокращаю между нами расстояние. Но не по тропинке, а прямо по притрушенной листвой и сухими ветками земле.       — Стой! — выкрикивает Дэни, напугав меня, но не успеваю я остановиться, как вдруг громкий щелчок металла вспарывает тишину.       Прежде чем я понимаю, что произошло, что-то с силой сжимает мою ногу — холодные дуги врезаются в плоть, и вспышка острой боли пронзает всё тело. Вскрикнув, дергаюсь, опускаю оторопевший взгляд вниз и поверить не могу в то, что вижу. Моя нога оказалась в самом настоящем капкане, который я раньше видела только в фильмах ужасов. Большом, металлическом, ржавом. Его зубцы расцарапали кожу, и оставили алые полоски, а холодный металл больно сдавил лодыжку.       В глазах мгновенно собираются слёзы. Паника накрывает с головой, дыхание перехватывает. Я тихонько скулю, чувствуя, как боль скапливается в одном месте.       — Чёрт! — Дэни срывается, подбегает и плюхается передо мной на колени. — Я же сказал за мной идти! Чего ты попёрлась сюда? — рявкает грубо.       На ответ у меня сил нет. Шок и боль парализовали мысли. Всматриваюсь внимательнее в ногу, пытаясь понять масштабы трагедии. Болит так сильно, словно пробило кость, но на самом деле — нет. Редкие зубцы прошли как раз с двух сторон от лодыжки, только царапнув кожу, но не пробив её.       Рвано выдыхаю, чувствуя, как внутри начинает биться истерика. Нога пульсирует всё сильнее и сильнее.       — Сильно больно? — смотрит на меня с испугом Дэни.       Слабо киваю, прикусывая губу.       — Я попробую открыть. Как только ослабнет, сразу выдергивай ногу, поняла?       — Да…       Дэни напрягается, пытаясь развести дуги капкана. Давит на них изо всех сил.       — Он старый такой. Заржавел полностью, — хрипит, прилагая усилия.       А я молюсь, чтобы у него получилось.       Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста.       Но мои молитвы остаются не услышанными, и пружина не поддаётся.       Закусив губу, сдерживаю рвущийся наружу всхлип.       Как же больно, Господи.       — Твою мать! — вскакивает Дэни на ноги и нервно ерошит свои короткие волосы. — Что делать?!       Как-будто я знаю…       Смахнув слёзы, наклоняюсь, чтобы самостоятельно попробовать раскрыть сдавливающий механизм. Глупо, конечно. Если у Дэни не получилось, то сомнительно, что выйдет у меня, но не стоять же истуканом и ждать, пока у меня нога посинеет.       А она уже нездорового цвета.       Приложив максимальные усилия, надавливаю на металл и тут же безнадёжно роняю руки. Здесь моей силы точно не хватит. Половины сложились намертво.       Пробую поднять ногу, но тут же с шипением возвращаю её на землю. Во-первых, капкан слишком тяжёлый, а во-вторых, едва я пошевелила ногой, как острая боль прошила во второй раз.       — Ай…— с мольбой смотрю на метушащегося парня. — Я не хотела…       — Пиздец, — он сжимает кулаки от бессилия, смотря на меня полным обвинения взглядом. — Просто пиздец! Чёрт бы побрал всё!       — А я говорил, — внезапно раздаётся за моей спиной.       Мы одновременно с Дэни оборачиваемся. Каин расталкивая палкой листья на земле, подходит ближе.       — Каин, ты не ушёл! — с облегчением выдыхает Дэни. Я тоже испытываю облегчение, хоть и понятия не имею, как он может помочь. — Я не знаю, как его открыть.       — Переться сюда не надо было.       — Да мы нормально шли. Это вот… она…       Тяжёлый взгляд сканирует моё лицо, а я стараюсь не показать своих эмоций. Обещала не ныть, значит буду терпеть и боль, и обвинение, которым Каин меня полосует.       Сбросив на землю рюкзак, он приседает передо мной на корточки и проделывает тоже самое, что и мы всего минуту назад. Пробует раскрыть капкан самостоятельно. И у него даже в отличии от нас, получается. Я на радостях готовлюсь вытащить ногу, но уже через мгновение его пальцы соскальзывают и капкан со всей силы ударяет меня по ноге. Из моего рта вырывается тихий всхлип, и я закрываю его руками. Стоически терплю, пока Каин продолжает пытку. Пробует снова и снова, заставляя меня уже скулить от боли при каждом неудачном рывке.       Не в силах выдерживать, закрываю лицо руками, чтобы позорно не плакать, хотя слёзы уже в открытую текут по щекам.       — Так не получится, — Каин стирает пот со лба. — Нужен рычаг.