Часть 4

      Сердце Иви едва билось, и Эван начал переживать, что возвращение из мертвых идет не по плану. До этого он никогда не имел дел с обращенными волками, а потому не представлял, как те превращаются в оборотней. Вдруг одного укуса не достаточно? Ноа не опытный волк, может не знать чего-то. Может он просто не дорос до того, чтобы обращать людей.       Но у Эвана даже мысли не было, чтобы перестать бороться за жизнь девушки. Если укус ее не спас, то он спасет. Вернувшись в свою хижину, он осторожно положил Иви на стол, который должен был использовать для осмотров. За то недолгое время, что они находились в Кингсбери, он Эвану ни разу не пригодился. Стараясь не обращать внимание на дикое волнение и поднимающийся внутри гнев, парень сразу кинулся к полкам, на которых лежали травы и стояли готовые отвары и мази. Взяв тот самый бутылек, который ему вернула Иви, Эван вернулся к телу. Кровь перестала течь из грубых ран, но теперь грозила быстро засохнуть. Эван успел буквально собрать девушку по частям еще на поляне, когда пытался вернуть раненые внутренности на места. Если обращение пойдет как надо, то недостающие части отрастут сами по себе. Эван успел забыть, как подбирал девушку на поляне, но стоило ему увидеть исполосованные грудь и живот, как воспоминания вернулись.       Зов луны все еще действовал на парня, потому волна злости с новой силой поднялась внутри. Глубоко вдохнув, Эван принялся осторожно оттирать кровь, чтобы нанести мазь. Когда каждая даже мелкая ранка была обильно покрыта лечебной смесью, Эван принялся варить свежее зелье. Ему его научила мать. На всякий случай. Кто бы знал, что такой наступит. Она все сетовала, что знай она этот рецепт раньше, то смогла бы спасти брата и его жену. Благодаря ей Эван сможет спасти невинную душу. Зверобой, ромашка, кора дуба, тысячелистник и крапива. Пока отвар варился, он нашел настойку прополиса на спирте, который Фрэнк успел стащить в городе, у какого-то бездомного. Эван сразу же отобрал бутылку, и хорошо, что сделал снадобье. Иви не глотала, жидкость просто стекала по горлу, а Эван следил, чтобы девушка не захлебнулась.       Раны стали мокнуть. Прошлось промыть их раствором с древесной золой, благо этого искать не пришлось. После настало время пить травяной отвар. И снова никакой реакции.       Эван слышал, как медленно бьется сердце Иви. Но главное ведь, что оно работало. Об остальном он способен был позаботиться.       Спустя какое-то время, Эван не знал точно сколько он бегал вокруг девушки с разными склянками и баночками, раны стали затягиваться. Касаясь ее руки парень отчетливо чувствовал, какую агонию Иви испытывала, когда отрастали новые ребра и пальцы на руках, но внешне ее лицо ни капли не изменилось. Вытирая десятой тряпкой, из вещей, принесенных самой Иви, выступившую кровь и оставшуюся золу, Эван обновил мазь, уже третью, которой пытался заживить мышцы.       Пульс Иви участился. Где-то сорок ударов в минуту. Теперь она глотала отвар, который Эван снова и снова заливал девушке в рот, стараясь оживить. Хороший знак.       Позволив себе выдохнуть, Эван оперся рукой о стол, но так и не смог оторвать взгляда от лица Иви. Он морщился, пока она выглядела так, будто только прилегла поспать. Впервые в жизни Эван хотел навредить другому оборотню. Умом он понимал, что Лео не виновен. Он не мог себя контролировать. Но сердце требовало разорвать волчонка на части. А потом может отомстить и Лейле? Вспомнив о ней, Эван подумал, как бы он отреагировал, если бы не Иви, а Лейла или Клара попала под когти Лео. Он переживал бы, но злиться? Нет. Эван бы не злился на Лео.       Подойдя ближе, Эван склонился над лицом Иви. Слабое дыхание обдало его кожу. Судьба так посмеялась над ним: обратила девушку, которая ему понравилась? Да еще и таким жестоким способом.       Эван обновил мазь, вновь напоил девушку отваром. Пульс почти пришел в норму, кости отросли, а мышцы постепенно затянули новую грудную клетку. Шрамы все равно останутся. На пальцах и шее тоже. Решив, что теперь уж Иви точно выживет, Эван решил выйти на улицу.       Светало. Прохладный утренний воздух чуть привел сознание в норму, улетучивая последнее влияние луны. Скоро к лагерю стянутся остальные.       Будучи взрослым волком, к тому же находящимся на вершине иерархии, Эван прекрасно справлялся со своими мыслями. Молодые волчата долго учатся скрывать слишком уж яркие вспышки, вроде радости или скорби. Оборотни не слышат все мысли друг друга, только то, что пытаются сказать специально, но некоторые фразы все равно проскальзывают. Так Артур за несколько километров от лагеря зовет тех, кто обратился неподалеку. Эван не стал ничего говорить о случившемся, оставив трагедию до возвращения волчат в лагерь. Артур сильно расстроится, когда узнает, что произошло. Но больше всего Эван боялся за реакцию Лео. После того как влияние луны прошло, гнев Эвана на волчонка немного остыл, но не исчез бесследно.       — Почему она? — спросил Эван у ветра. Ответа ожидаемо не последовало.       Ему было жаль Иви. Может стоило караулить ее у дома, не давая выйти? Артур ведь говорил, что запретил Иви приближаться к лесу, даже если Лейла и Клара пойдут туда. Почему не послушала? Почему он сам не услышал три бешено бьющихся сердца? Потому что слабак?       Долго убивать себя мыслями Эвану не пришлось. Еще из чащи леса был слышен смех Фрэнка и Шона. Эван не знал причину такой радости, но знал, что скоро она закончится.       Первым Эвана заметил Фрэнк. Его лицо вытянулось от удивления.       — Что с тобой? — спросил он, подхватывая с травы свою одежду. Эван оглядел руки, которые были в крови. Белая рубашка превратилась в красную. — Ты обратился и сожрал кого-то что ли?       — Не, — ухмыльнулся Шон. — Он не обращаясь кого-то сожрал.       — Эван бы пальцем никого не тронул, даже обратившись, — сказал Тимоти, вылетевший из леса пулей. Он осмотрел старшего товарища, но больше ничего не сказал, принявшись одеваться.       — Правда, — устало сказал Эван. — Я никого не убил.       Внезапно атмосфера стала холоднее. Шон замер с футболкой в руках, успев надеть только шорты.       — Кто-то из наших угодил куда-то? — спросил Фрэнк. — Тут вроде нет охотников.       Эван покачал головой.       — Почему ты даже не думаешь об этом? — едва не взорвался Шон. — Кто-то в город выбежал что ли? Ранил кого-то? Не молчи.       — Ранил. Но не в городе.       — Черт, — выругался Фрэнк. — Какие-нибудь обычные охотники?       Эван не успел ответить, когда из леса выбежал Лео. Напрягшись, он смотрел как волчонок несется прямо к ним. Весь в крови с головы до ног. Волна гнева вновь пронеслась по телу, и трое стоявших рядом оборотней обернулась, чтобы посмотреть на того, кто вызвал в Эване эти эмоции. Следом, еще в обличие волка, из-за деревьев показался Ноа. Он поджимал уши.       «Живая», — мысленно сказал Эван.       — Живая? — переспросил Тимоти. — Кто?       Лео влетел в хижину Эвана, не встретив сопротивления. Его истошный крик раздался и на улице, и в голове каждого оборотня в радиусе пары километров. Вот и началось…       «Нет, нет, нет», — зазвучало следом. — «Только не она».       — Иви, — прошептал Шон. — Он убил ее.       — Она обращена, — поправил его Эван, а затем зашел в хижину.       Лео стоял на коленях перед столом, на котором прикрытая покрывалом, лежала Иви. По плечам, Эван понял, что парень рыдает. Как бы он не злился в тот момент на Лео, Эвану было его жаль.       — Иви жива, — сказал он, но Лео будто не услышал. — Ноа укусил ее. Я всю ночь пытался не дать ей умереть. Через несколько часов Иви восстановится. И если она увидит тебя в крови и слезах, то сразу поймет, что… — Эван замолчал на полуслове. Этим он сделает только хуже.       — Тебе нужно привести себя в порядок, — сказал вошедший Ноа. — Лео.       Тот не отреагировал, захлебываясь слезами.       — Она будет бояться каждого, — обратился Ноа уже к Эвану. — Любой из нас мог ее убить. Рано или поздно придется сказать ей кто это был.       — Но не сегодня.       — Я унесу его. Он тут не помощник.       Подхватив на руки не сопротивляющегося волчонка, Ноа ушел, оставив Эвана наедине с Иви. Пульс поднялся до семидесяти, прямо как у здорового человека. У оборотней в людском обличие сердце билось чуть быстрее, примерно на десять единиц, из-за ускоренного метаболизма, так что можно было считать, что Иви еще не пришла в норму. Решив, что прошло достаточно времени, Эван залил в рот девушке очередной отвар. Если в ее организм не будут поступать питательные вещества, то ни о каком выздоровлении речи быть не могло.       Приоткрыв ткань, Эван осмотрел раны. Почти затянулись. Вытерев свежую кровь, он нанес новую мазь.       Он вспомнил их первую встречу. Тогда Иви будто совсем не испугалась его, хотя Эван отчетливо чувствовал ее страх, а увиденная картина не оставила бы равнодушным даже самого стойкого человека. Иви восхитила его. Но как бы стойко она не перенесла увиденное обращение волка в человека, пережить собственную смерть так легко у девушки не получится. Когда Иви очнется, как она себя поведет? Закричит? Нападет на них? Разрыдается? Или сразу обратится и убежит. Стоило быть готовым к самому плохому варианту, то есть к последнему. Новообращенный оборотень, в теории, контролирует себя хуже, чем рожденный волчонок, обратившийся в первый раз.       Двери скрипнули, заставив Эвана оторвать взгляд от расслабленного лица Иви.       — Ты молодец, — сказал Ноа. — Уверен, что без тебя, она бы не выжила.       — Как Лео?       — Никак. Шон вызвался посидеть с ним. Каждый… напуган. Они никогда не сталкивались с таким раньше. Все таки отец и остальные неплохо смотрят за волчатами в полнолуние. Мы справились хуже.       Эван просто кивнул. Тяжело с этим не согласиться. Но одно упоминание отца Ноа заставило Эвана скривиться.       Ноа подошел ближе, будто до этого боялся смотреть на девушку. Иви — его творение. Со временем другие оборотни будут замечать, что ее запах похож на Ноа, а это значит то, что он ее создал. Зачастую, по крайней мере в их стае, никто не обращает людей, и для самого Ноа такое в новинку. Понятно, что он боится, но ему придется принять ответственность за обращенную.       — Почему ты обратил ее? — спросил Эван. Ноа не сразу ответил.       — Если бы она умерла, то ее тело рано или поздно нашли бы люди. Я не хочу, чтобы о нас узнал кто-то еще. Перебираться на новое место… не выгодно. Выгодно… Не выгодно. Эван такими единицами не мыслил. Если бы он мог, то обратил бы, наверное, любого человека, которому грозила смерть. Особенно если бы в этом был виновен кто-то из его стаи. Если бы Эван мог, то обратил бы Иви не раздумывая. Но он не мог.       — Мне было ее жаль, — добавил Ноа спустя пару минут. — Она глупая, раз пошла в лес в полнолуние, несмотря на наши предупреждения, но… Это не повод для смерти.       — Она пошла в лес, чтобы спасти своих подруг.       Ноа с недоверием посмотрел на Эвана. Открыв свои воспоминания, последний позволил всем волчатам по близости услышать его разговор с Лейлой. Ноа лишь тяжело вздохнул.       — Не злись сильно на Лео, — перевел Ноа разговор в другую сторону. — Ты же знаешь, что он не виноват в случившемся.       — Так заметно, что я злюсь?       — Нет. Просто я хорошо тебя знаю.       Спустя час в хижине появился еще один гость. Артур несмело постучал в двери, и, не дожидаясь ответа, вошел внутрь. В отличие от Ноа, он не побоялся подойти к столу, на котором лежала Иви. Эван чувствовал, что Артур испытывает те же эмоции, что и он сам: отчаяние от потери, страх за будущее, злость…       — Как она? — спросил Артур.       — Жить будет, — ответил Эван. Он успел еще несколько раз заменить мазь, напоить девушку отваром… Пульс вырос, как если бы Иви обратилась в волка, и был выше ста шестидесяти. Метаболизм ускорился, и раны затягивались стремительно. Обычно волчатам требовалось больше времени на восстановление, но то ли передавшаяся часть сил Ноа, то ли отвары, которые ей давал Эван, заставили Иви восстанавливаться с необычайной скоростью. — По моим подсчетам, в течение пары часов, она может прийти в себя.       — Думаете, она будет бояться нас?       — Однозначно, — сказал Ноа. — Меня, конечно, никто не убивал, но не думаю, что это хорошие воспоминания.       — Нужна помощь?       — Нет, я справляюсь, — попытался улыбнуться Эван. Он понимал, что Артур пришел сюда не ради него, скорее из-за Иви, но предложить другу ничего не мог.       — Пригляди за Лео, — попросил Ноа. — Кажется Шон уже измучился.       Кивнув, Артур удалился, но успел бросить еще один взгляд на Иви.       Словно слыша их разговор, спустя два часа, Иви пришла в себя. В это время Ноа смотрел в окно, а Эван проверял сколько всего ему придется восстановить из трав и настоек, после такого интенсивного лечения. Иви молниеносно соскочила со стола, метнулась и забилась в угол. Она вцепилась мертвой хваткой в покрывало, которым была укрыта, и широко распахнутыми глазами смотрела вокруг. Примерно двести пятьдесят ударов в минуту. Еще немного и девушка обратится.       Первым отреагировал Ноа. Он поднял руки вверх, словно пытаясь показать Иви, что он безоружен. Включив все свои способности в дипломатии, он медленно начал приближаться к ней.       — Иви… Все в порядке, ты жива.       — Нет, нет, нет…       — Эван всю ночь боролся за твою жизнь, и ты совершенно точно жива.       — Он… Он… — говоря это, Иви беспокойно осматривалась, не задерживая ни на чем взгляда. — Убил меня.       — Иви, — позвал ее Эван, надеясь, что его голос сможет привести девушку в чувства. Если Иви видела их обращение, то значит знала, что Эван оставался человеком даже в полнолуние. Это сработало, и Иви посмотрела на него. — Мы не желаем тебе зла.       Осторожно приблизившись, Эван протянул девушке руку. Та вцепилась в нее мертвой хваткой. Стало больно, но он лишь улыбнулся: по сравнению с тем, что она испытала сегодня ночью, это ничто. Пульс снизился.       — Для начала, тебе стоит переодеться.       Эван дал Иви одежду, ту, что она принесла из дома. Может знакомый запах поможет успокоиться, хотя и была вероятность обратного эффекта. Сам Эван надел новый пиджак, из той же партии, рубашку он сменил чуть раньше, чтобы не пугать девушку ее же кровью. Иви еще не успела до конца застегнуть все пуговицы на кофте, когда двери хижины без предупреждения распахнулись. Стоило закрыть их на замок. На пороге стоял Лео. По его виду было тяжело сказать, испытал ли он облегчение из-за того, что девушка, которая ему нравилась, оказалась жива, или из-за того, что его жертва выжила. Эван точно знал, что Иви не узнает Лео по запаху, не сможет понять, что это он убил ее, но присутствие посторонних заставило парня забеспокоиться. То, что Иви доверяла Эвану и Ноа, еще не значило, что она так же быстро подпустит и остальных. С другой стороны, Лео ведь был не чужим ей человеком…       — Иви… — выдохнул Лео.       Иви напряглась. Выплеск адреналина не значил ничего хорошего. Едва заметив волчонка, Иви закричала. Она забилась в тот же угол, закрыла голову руками, будто так могла защититься. Ноа кинулся к ней, прижал девушку к себе и принялся качать, как маленького ребенка, будто так мог легко успокоить ее.       — Что? — Лео был потерян. — Почему она боится?..       — Она узнала тебя, — сказал Эван. — Она еще тогда поняла, кто на нее напал.       Не дожидаясь реакции Лео, Эван взял его за плечи и вытолкал на улицу. Вокруг хижины собрались едва не все волчата. Остальные не сидели в своих домиках, наблюдали за всем издалека. Эван осмотрелся вокруг, будто что-то или кто-то мог помочь ему в сложившейся ситуации. Как Лео должен был реагировать на такое? Как переживет это? Иви будет бояться именно его больше остальных. Такое сильно ранит волчонка.       — Что мне делать?.. — тихо спросил Лео.       — Со временем она перестанет тебя бояться, — заверил его Эван. — Просто дай ей время. Уверен, что она простит тебя. Ты ведь сделал это не специально.       Лео, кажется, этого даже не услышал.       Из окна хижины выскочил волк, и, запинаясь, пронесся в лес. Ни у кого не было сомнений, что это была Иви. Возникший рядом Ноа, постепенно меняя обличие на волчье, отдавал приказы:       «Лео, ты останешься в лагере».       Собравшийся было кинуться в лес Лео, замер и поник.       «Артур, Тимоти, вы со мной. Разделимся. Нужно найти ее до того, как она дойдет до города. Эван, пригляди за Лео».       И Эван, и Лео еще пару минут смотрели вслед волкам. Затем, не сказав ни слова, Лео развернулся и ушел к себе в хижину. Как только дверь за ним закрылась, Эван принялся мерить лагерь шагами. Лео слишком расстроен, чтобы отправиться на поиски Иви, и наверняка понимает, что сделает только хуже, если встретит девушку в волчьей форме. Возможно Ноа просил присмотреть за Лео, чтобы тот ничего с собой не сделал, но разве он мог?       Эван слышал мысли Ноа и Артура, которые пытались дозваться Иви, спрашивали друг у друга, не нашел ли ее кто. Тимоти молчал, как и обычно, но Эван был уверен, что парень сделает все возможное, чтобы найти Иви. Но прошло уже примерно полчаса, а изменений не последовало. Эван метался по лагерю, пугая оставшихся волчат еще больше, отчего те стали разбредаться по своим хижинам. Лео не появлялся на улице, и в конце концов Эвана одолели мысли о том, что он тоже должен искать Иви. Втроем весь лес не прошерстить.       Он шел и звал ее про себя. Надеялся, что за то короткое время, пока Эван ухаживал за Иви, между ними могла установиться мысленная связь, но каждый его зов оставался без ответа. Ноа отреагировал спокойно на то, что Эван ушел из лагеря, и обозначил территорию, на которой они уже были.       Эван пытался мыслить как она. Куда бы Иви бежала в первую очередь? В город, хоть тот и находился в противоположной стороне от той, куда она рванула? Может даже к своему дому. Маленький город тоже издает шум, что способен напугать волчицу, которая и так находится в ужасе. Эван успокаивал себя так: Иви не убьет никого, не поднимет на уши целый город. Зато была возможность, что она будет на знакомом ей месте, но в лесу. Туда Эван и решил отправиться, переходя на бег. Жесткие ветки хлестали по телу, порвали рукав пиджака, но парень не сбавлял скорости. Любая рана казалась ему царапиной, после сегодняшней ночи. Ее раны были страшнее.       Оказавшись на той поляне, где они впервые встретились, Эван замер. Он прислушался к звукам, прикрыв глаза. Кроме шума реки, услышал скулеж. Гарантий не было. Это мог быть и обычный волк. Подгоняемый надеждой, что нашел Иви, Эван поспешил на звук.       Возле реки лежала она. Волчица, сбежавшая из его дома. Меньше, чем типичный оборотень, но больше, чем обычный волк. Ее окрас был иссиня-черным, словно ночное небо. К ней тянулась дорожка крови. Причина нашлась сразу же. Из задней лапы торчала заостренная палка. Потому волчица так скулила. Ей было не только страшно, но и больно. Снова.       Эван сбежал по каменистому склону, побежал к волчице, но замер, когда она зарычала. Правда смотрела при этом она совсем без агрессии. Наверное, чувствовала себя загнанной. Эван присел и примирительно поднял руки. Она могла и укусить его, но убить — нет. Пока он жил в их родной общине, многие волчата впервые обратившись кусали и царапали его. Руки Эвана были в шрамах, поэтому еще один вряд ли мог его хоть как-то обидеть.       — Иви, — позвал он ласково. — Это я — Эван.       Она внимательно слушала его, оскал исчез. Эван сделал пару осторожных шагов ближе, и когда понял, что Иви не против него, быстро оказался рядом.       — Я помогу тебе, ладно? Вытащу эту палку. Если укусишь, то ничего страшно, — улыбнулся Эван. Она и не вспомнит этот разговор, когда вернется в человеческий вид.       Эван знал, что лучший вариант, это резко выдернуть палку. Боль будет недолгой и не такой сильной, как если медленно вытаскивать ее. Где Иви вообще умудрилась найти такую острую? Без предупреждения взявшись за палку, Эван резко вырвал ее. Волчица вскрикнула от боли, попыталась укусить, но клацнула зубами рядом с рукой.       А затем конечности волка стали приобретать человеческий вид. Постепенно шерсть исчезла, а мышцы и кости уменьшались. И вот перед Эваном на камнях лежала не волчица, а Иви. Она затравлено огляделась по сторонам, попыталась вскочить на ноги, но не смогла. Увидев кровь и сквозную рану, она шумно выдохнула:       — Опять кровь…       — Оно быстро заживет.       Только сейчас Иви поняла, что была не одна. Она вздрогнула, отползла к огромному валуну, у которого устроилась будучи волчицей. Заметив, что была без одежды, Иви поспешила прикрыть руками грудь, изуродованную шрамами. Эван снял с себя пиджак. Отдавать его живой Иви было куда приятнее, чем накрывать им ее мертвое тело…       — Ты привыкнешь к тому, что всякий раз обращаясь в волчицу будешь оставаться без одежды. Каждый оборотень проходит через такое, — но сказав это, он отвел взгляд в сторону. — Мы привыкли видеть друг друга нагими.       — Не уверена.       Кровь залила все ближайшие камни, но рана затягиваться не спешила. Видимо Иви еще не до конца перестроилась в оборотня и не обладала быстрой регенерацией. То, что она так быстро вернулась в обличие человека, уже было чудом, а чудес на сегодня было явно достаточно.       Эван оторвал край своего рукава и, намочив его в реке, промокнул кровь. Иви дернулась.       — Прости.       — Ты на меня все рубашки переведешь, — сказала Иви, наблюдая, как Эван оторвал и второй рукав, чтобы перевязать первый кусок ткани.       — Ничего. Найду новые.       Иви вся сжалась, прикрываясь пиджаком.       — Так больно…       — Обращаться?       — Да. Будто все кости сломали.       — По сути, так и есть. Сначала ты разрываешь свою человеческую оболочку, чтобы выпустить звериную, а затем наоборот. Одно умирает, чтобы появилось другое, и так может быть несколько раз за день.       — Ты выглядишь как человек, — сказала Иви. Эван кивнул.       — Сейчас я и есть человек.       — Но я ни разу не видела тебя волком. Почему ты не обратился в полнолуние? — спросила она. Эван ждал этот вопрос, но позже и в других обстоятельствах. Неловко улыбнувшись, он не сразу нашел, что сказать. — Ты так хорошо контролируешь это?       — Нет, — сдался он. — Кажется у обычных людей это называют инвалидностью? Когда у кого-то серьезные проблемы со здоровьем, из-за чего он сильно отличается от остальных людей.       — Ты не можешь обращаться?       — Да. Я родился слабым и больным. Мама выходила меня, но... Я не такой сильный и быстрый, как другие оборотни. И обращаться я тоже не могу. Может быть дело в том, что я родился сразу человеком…       Иви будто пропустила это мимо ушей, а может просто не придала особого значения.       — Ты слышишь ее зов в полнолуние?       Ей не нужно было уточнять чей именно, чтобы Эван понял. Луны.       — Да. Но даже это не помогает мне обратиться. Нам нужно вернуться в лагерь, — сменил он тему, давая понять, что пока задавать вопросы по этой теме больше не стоит. — Я могу предложить тебе два варианта. Первый: я могу понести тебя на руках. Второй: я отдам тебе свою обувь, — он глянул на кроссовки. — Сам я смогу дойти и босиком. Тебе пока не хватает инстинктов и привычки. Но твоя нога вряд ли позволит идти.       Иви молчала, смотря куда-то в сторону. Она плотно укуталась в пиджак, надев его, но у Эвана даже мысли не возникло, чтобы смотреть куда-то кроме ее огромных напуганных глаз… Потому что красивее их он еще никогда не видел. Он пытался одернуть себя, заставить думать о чем-то еще, но вместо этого продолжал вглядываться в ее лицо, изучая и запоминая. Эван не мог отбросить и противную ему мысль о том, что он даже немного рад тому, что Иви стала оборотнем. Ведь теперь у него не будет причины прогонять девушку из лагеря… Лучше бы она жила и дальше своей обычной жизнью, чем приняла такую судьбу.       — Первый, — наконец сказала Иви. — Я и правда не смогу идти сама.       Эван с легкостью поднял ее на руки. Он тяжело вздохнул, так не вовремя вспомнив, как нес ее в лагерь этой ночью. Иви закинула руку ему на шею, некрепко сжав пальцы на плече, и это отрезвило Эвана. Теперь она была живой и почти здоровой.       До лагеря дошли без происшествий. А получившие мысленное сообщение Ноа, Тимоти и Артур уже ждали их. Убедившись, что Иви вернулась, все кроме Ноа ушли.       — Твое обращение произошло так быстро, — задумчиво произнес Ноа, пока Эван осматривал начинающую заживать рану. Все в порядке, просто медленнее, чем у других волков. Он заставил Иви выпить еще немного той настойки, которой он пичкал ее ночью. — Но мы почти никогда не видели обращенных волков.       — Я хочу домой, — тихо сказала Иви, а затем шмыгнула носом. Они впервые видели, как девушка плачет. — Я хочу домой…       — Прости, Иви, — сказал Ноа. — Но ты обратилась, увидев Лео…       — Потому что он убил меня.       Несмотря на слезы голос ее стал жестким.       Конечно Иви поняла. Она единственная из трех девушек различала их в волчьем обличии. Лейла так и не поняла, кто именно убил ее подругу. Ноа она узнала лишь потому, что тот мог себя контролировать.       — Но ты обратилась, — парировал Ноа. — Испугалась и обратилась. Разве ты помнишь хоть что-то?       Иви качнула головой, поджав губы.       — Твои родители не оборотни, они не смогут защититься от тебя, когда ты внезапно обратишься. Разве тебе хочется подвергать их опасности? Мы научим тебя контролировать себя. Свои инстинкты и реакции. Каждый из нас когда-то спонтанно обращался. Скажу по секрету, но некоторые до сих пор делают так, — Ноа улыбнулся. — Но мы научились. И ты сможешь. Я не смогу держать тебя в заложниках, но думаю, ты и сама понимаешь, что опасна для людей. Останься на время, пока не научишься контролировать себя. Затем сможешь вернуться домой.       — Ладно, — глухо ответила Иви. Выбора у нее все равно не было. Эван был уверен, что она согласится.       Солнце уже садилось, и пускай было не поздно, за окном хижины царила тишина. Все волчата сидели у себя, боясь высунуть нос. Мрачная и скорбная атмосфера накрыла лагерь.       Эван выдал Иви новую одежду.       — Оставайся здесь, — сказал он. — Я поживу с Ноа.       — Но это же твой дом…       — Он им и останется. Тут много моих вещей, но я не стану мешать тебе ночью.       — Сегодня мы закроем тебя, — вмешался Ноа. — На случай если ты внезапно обратишься.       — Я понимаю.       Эван был уверен, что Ноа корит себя за случившееся. Он оказался недостаточно сильным и надежным, чтобы не дать волчатам натворить бед. Теперь, как главный, Ноа расхлебывал то, что получилось.       Пожелав спокойной ночи, Ноа вышел из хижины. Эван последовал за ним, но на пороге задержался. Иви испугано смотрела на него, сидя на краю стола. Чего именно она боялась? Его ли? Будущего? Или все еще не могла отойти от уже произошедшего?       Может ему не стоило оставлять ее одну?       — Болит? — спросил он.       — Да.       — Если дам тебе еще больше отвара, то может начать тошнит. Кстати, ты ведь не ела весь день…       — Я не хочу.       Еще бы. После пережитого она еще несколько дней могла бы отказываться от еды только из-за переживаний.       — Раз ты теперь одна из нас, то тебе можно узнать об оборотнях больше.       Эван думал, что Иви может отреагировать на это плохо: скажет, что не такой ценой ей хотелось бы удовлетворить свое любопытство, но девушка просто смотрела на него в ожидании.       — Мы обладаем силами, которые в книгах называют магией.       — Говорите заклинания?       — Нет, — усмехнулся Эван. — Оставим это ведьмам. У каждого что-то свое. У тебя тоже появится.       — А твоя какая?       — Я покажу.       Эван протянул Иви руку. Она не колебалась, тут же вложив в нее свою. Значит боялась Иви вовсе не его. Эван улыбнулся.       — Так и? — спросила она. — Что я должна увидеть.       — Ты ничего не увидишь. Только почувствуешь.       Иви нахмурилась. Эван давно привык к боли, и едва ли ощущал ее в своей ноге. Не больше, чем комариный укус. Но Иви ощущала все совсем иначе. Ее вдруг осенило.       — Не болит… Но почему?..       Эван прервал ее ответом:       — Ты просто не поняла, что я забрал твою боль, когда мы шли по лесу. Может мыслей было много.       — Спасибо…       Впервые за этот день, на лице Иви появилась слабая улыбка. Эван не хотел отпускать ее руку, лишь бы она снова не почувствовала боль, но пришлось.       — Спокойной ночи, — сказал он, остановившись в дверях.       — Спокойной ночи…       Закрыв двери на замок, Эван поспешил зайти в дом Ноа. Останься он, то провел бы всю ночь на пороге дома, карауля сон Иви. И когда он успел к ней так привязаться?