Глава 2 Тени и чай .

Pow Луис Аддамс : Запах канализации ударил в нос ещё на входе.Не мерзкий — просто странный: смесь железа, пыли и чего-то... старого. Воздух здесь жил сам по себе, будто хранил память о годах тишины. Я шёл за Донни и Майки, стараясь не отставать, но каждый шаг отдавался эхом. Свет исходил от ламп, скрученных из проводов и старых аккумуляторов. Я не боялся — скорее наоборот. Всё это напоминало мне одно из моих любимых мест — заброшенную станцию метро, где я раньше прятался от дождя. И вот, в глубине коридора, я увидел его. Крысу.Высокую, осанистую, с глазами, в которых — целый мир. Он сидел прямо, будто старый воин, и держал чашку чая. — Сэнсэй, — произнёс Донателло, кланяясь.— Мы вернулись, — добавил Микеланджело, делая вид, что всё в порядке. — Я это вижу, — спокойно ответил Сплинтер. Его голос звучал мягко, но от него почему-то хотелось спрятаться.Он медленно поставил чашку, встал и прошёлся вдоль нас. Его взгляд задержался на мне. — И кто же этот... гость? Я почувствовал, как уши вспыхнули.— Эм... меня зовут Луис. Луис Аддамс. Простите, я не хотел... просто... если бы не ваши сыновья, меня бы уже не было. — Он говорит правду, Сэнсэй, — вмешался Донни. — Мы заметили, как трое крэнгов пытались похитить его.— Крэнги? — Сплинтер нахмурился. — Я надеялся, что они больше не появятся на поверхности. Он обернулся к черепахам.— Но это не отменяет другого. Голос его стал холодным. — Вы показались человеку. Привели его сюда. Нарушили главное правило. Майки опустил голову.— Мы просто хотели помочь... — Путь добрых намерений нередко ведёт к беде, — отрезал Сплинтер.Он повернулся к Донни. — Ты был старшим в этом выходе. Что ты скажешь? Донни тяжело вздохнул.— Виноват, Сэнсэй. Я должен был просчитать последствия. — Верно. И теперь последствия настигли нас всех, — сказал Сплинтер, глядя на меня.— Но... — он вдруг смягчился. — Я вижу, что ты не враг, Луис. И всё же, теперь ты знаешь то, что знать не должен был. Я опустил взгляд.— Не волнуйтесь. Я никому не расскажу. Я умею хранить тайны. Да и... кто вообще мне поверит? Сплинтер тихо усмехнулся.— Верно. В нас трудно поверить. — Да! — подхватил Майки и гордо встал в позу. — Мы — Черепашки-ниндзя! Хранители теней!— Балван, — буркнул Донни и тут же дал ему подзатыльник.— Ау! За что?! — За то, что говоришь громче, чем думаешь. Нам и так повезло, что Луис был один. Если бы кто-то увидел — нас бы уже показывали по всем каналам. — Ой... — Майки поник. Сплинтер вздохнул.— Донателло прав. Однако то, что вы это осознаёте, не отменяет последствий. Вы оба — на тренировку. Без оружия. Только рукопашный бой. До рассвета. Майки застонал.— О-о-о, только не опять… — Начинайте, — строго произнёс Сплинтер, не повышая голоса. Когда братья ушли к тренировочной площадке, Сплинтер повернулся ко мне.— А теперь, Луис, расскажи: кто ты и почему был один в такое время? Я пожал плечами.— Я... не совсем “был один”. Просто... мне некуда возвращаться. У меня нет дома. И семьи. Он кивнул, словно не удивился.— Я чувствовал это. В тебе нет страха — только одиночество. Некоторое время он молчал, а потом заметил в руках Донни колбу с зелёной жидкостью.— Мутаген... — произнёс он тихо, будто вспоминая давнюю боль. Он подошёл, взял колбу, поднёс к свету. — Думаю, ты заслуживаешь знать правду, раз уже оказался здесь. Он сел на пол, жестом пригласив меня рядом.— Давным-давно я был человеком. Меня звали Хамато Ёши. Я жил в Японии, изучал путь ниндзя. Но предательство и война разрушили мою жизнь. Я оказался здесь, в Нью-Йорке... один. Пока не произошёл инцидент с этой субстанцией — мутагеном. Я коснулся крысы и стал тем, кем являюсь сейчас. А потом судьба подбросила мне четырёх маленьких черепашек, также покрытых мутагеном. С тех пор я стал их отцом. Я слушал, не моргая.Он говорил просто, без пафоса, но в его голосе чувствовалась тяжесть. Как будто каждое слово он проживал заново. — Так вы... все мутанты, — сказал я тихо.— Да. И теперь ты знаешь, как мы стали теми, кто мы есть. Но... — он опустил глаза, — не всё нужно знать сразу. Он поставил колбу на стол.— В любом случае, сделанного уже не исправить. Теперь мы в твоей власти, Луис. Я покачал головой.— Не бойтесь. Я никому не скажу. Я хоть и ребёнок, но умею хранить тайны. Сплинтер посмотрел на меня внимательно, потом — неожиданно тепло.— Тогда позволь мне предложить тебе чаю. — С радостью, — ответил я, чувствуя, как после всех событий впервые стало спокойно. — А можно... остаться у вас? Хотя бы на ночь? Он долго смотрел на меня, потом спросил:— Разве твоя семья не ждёт тебя дома? Я отвёл взгляд.— У меня нет семьи. И дома тоже. Наступила долгая пауза. Только капли где-то вдалеке.Потом он произнёс: — В таком случае, оставайся столько, сколько пожелаешь. Я кивнул.А где-то за спиной глухо звучали удары — Донни и Майки отрабатывали наказание. Но в этой странной тишине, среди ламп и теней, я впервые за долгое время почувствовал себя... не одиноким. Конец Pow Луис : Pow Микеланджело : Утро началось тихо.Редкий случай, когда в логове не слышно грохота инструментов Донни или скрипа старых труб. Лишь слабый аромат зелёного чая и звук, с которым Сплинтер разворачивал свитки. Луис всё ещё спал, укрывшись старым одеялом. Он выглядел таким… спокойным.Я смотрел на него и думал: странно, ведь мы почти не знакомы, а уже кажется, что он — часть нашей семьи. Не знаю, что на это сказал бы Донни, но мне нравилось это чувство. Сплинтер медитировал. Донни чинил какой-то дрон, а я разминался.Когда Луис проснулся, то несколько секунд просто смотрел по сторонам, будто не верил, что всё это реально. — Доброе утро, — сказал я, улыбнувшись.— Доброе, — ответил он. — Я думал, это всё сон. — У нас часто бывает такое ощущение, — усмехнулся Донни, не отрываясь от своих инструментов. Сплинтер тихо произнёс:— Сегодня вы оба будете тренироваться без оружия. Луис может наблюдать, если хочет. И мы начали.Тренировка была тяжелее, чем обычно. Сплинтер явно не забыл про вчерашний проступок. Он заставлял нас отрабатывать каждое движение до автоматизма.Когда он наконец отпустил нас, я рухнул на пол. Донни тоже тяжело дышал. Луис, наблюдавший со стороны, выглядел впечатлённым. — Вы такие… сильные, — сказал он.Я рассмеялся. — Да, но Сплинтер всё равно всегда сильнее. Он даже не обернулся, просто ответил:— Пока вы это помните — у вас есть шанс стать настоящими ниндзя. Ночь наступила неожиданно. Мы с Донни решили выдвинуться на патруль — впервые после вчерашнего. Сплинтер долго молчал, потом всё же кивнул:— Идите. Но не повторяйте вчерашних ошибок. Мы выбрались на поверхность.Нью-Йорк спал, но дышал — фонари, свет окон, шорох машин вдали. Я обожал этот город, даже не зная его по-настоящему. — Знаешь, — сказал я, шагая по краю крыши, — я всё время думаю… может, где-то наверху тоже есть такие, как мы?— Вряд ли, — ответил Донни. — Мутаген — штука редкая. Мы уникальны. Если бы он только знал, как ошибался. Мы заметили их первыми.Трое в чёрных одеждах, двигающихся так тихо, будто сами были тенями. — Донни, глянь, — шепнул я. — Это… ниндзя? Они двигались быстро и слаженно. Один из них — девушка с холодным лицом и взглядом, острым как клинок.— Карай, — прошептал кто-то из них. — Приказ Шредера: прочесать сектор. Имя “Шредер” резануло слух, словно сталь. Мы не знали, кто это, но чувствовали — опасность. — Может, просто понаблюдаем? — предложил я.— Поздно, — ответил Донни. — Нас заметили. Всё произошло мгновенно.С крыши вспыхнули дымовые бомбы. Из тьмы метнулись силуэты. Я увернулся от удара катаны, но другой противник вцепился в мой панцирь. — Эй! Осторожнее с бронёй! — выкрикнул я, отбивая нунчаками. Донни уже дрался — его бо с глухим звуком отражал удары двоих футовцев.Но потом из тени вышли два других. Они были… как мы.Та же форма, тот же рост, тот же панцирь. Но взгляд… чужой. Холодный. — Что… что за?.. — пробормотал я. Один из них — синие повязки, две катаны.Другой — красная маска, два сай. Их движения были идеальны.Не дерзкие, не дикие — точные. Как будто каждый удар был заранее рассчитан. Мы пытались держаться, но вскоре стало ясно: это не бой — это урок.Меня ударили в бок, Донни сбили с ног. Я успел лишь перекатиться, подхватить брата за руку и крикнуть: — Донни! Отступаем! Мы метнулись с крыши на крышу, прячась в тенях, пока наконец не оторвались.Остановились, переводя дыхание. — Ты… ты видел их? — спросил я.— Видел, — тяжело выдохнул Донни. — Они… были как мы. — Но кто?.. Мы долго молчали. Потом я сказал то, что думал вслух:— Похоже, мы не единственные мутанты-ниндзя в этом городе. Когда мы вернулись в логово, Сплинтер ждал нас.Он уже знал. Мы рассказали всё — про Карай, про ниндзя, про тех двоих, похожих на нас.Когда я произнёс “синие и красные повязки”, Сплинтер замер.Долгое молчание. Потом он тихо сел, сложив лапы. — Пришло время рассказать вам правду, — сказал он. Я почувствовал, как у меня похолодело внутри. Он начал говорить медленно, словно каждое слово было тяжело произносить. Он рассказал о мутагене. О том, как мы все когда-то были обычными черепахами. О том, как он был человеком — Хамато Ёши.И о том, как в ту ночь, когда мутаген изменил нас всех, двое из нас пропали. — Их звали Леонардо и Рафаэль, — произнёс он.— Лео... Раф... — прошептал я, не веря. — Я искал их, — продолжал Сплинтер. — Но не нашёл. Теперь я понимаю, что они живы. Но они выросли в руках моего заклятого врага — Ороку Саки, которого вы знаете как Шредера. В логове повисла тишина.Донни сжал кулаки. Луис выглядел потрясённым. — Значит… — начал я, — те, кто только что чуть не убил нас…— Были вашими братьями, — закончил Сплинтер. Я сел на пол. Мир будто перевернулся.Братья. Те, кто должен был быть нашей семьёй — стали нашими врагами. — Если нас так легко побили ученики Шредера, — сказал Донни, глядя на Сэнсэя, — насколько же силён сам Шредер? Сплинтер посмотрел на него.— Ороку Саки равен по силе мне. Когда-то мы были как братья. Росли, тренировались, мечтали о мире ниндзя. Но его путь увёл его во тьму. Теперь я понял.Мы — не просто мутанты, не просто тени в подземелье. Мы наследники старой войны. И где-то там, в темноте Нью-Йорка, два наших брата служат человеку, который когда-то был другом нашего отца. Я лёг на спину и долго не мог уснуть.Слушал, как капает вода, как где-то храпит Луис, и думал: Может, когда-нибудь мы встретим их снова. Но уже не как врагов. Хотя… кто знает, что готовят тени? Конец Pow Микеланджело : Pow Луис Аддамс : Проснулся я от тихих звуков воды.В логове всегда пахло сыростью и чем-то железным, но сегодня почему-то этот запах казался мне уютным. Впервые за много лет я чувствовал себя… дома. Донни уже возился с какими-то проводами, а Майки растягивался прямо на полу, зевая. Сплинтер сидел в медитации, неподвижный, словно статуя.Я сел, потянулся и понял — жизнь здесь не такая, как на улице. Здесь у каждого есть место. Тренировка началась как всегда — тихо, но с железной дисциплиной. Сплинтер двигался плавно, словно сквозь воду, а Донни и Майки повторяли за ним. Я пытался что-то запомнить, наблюдая, как они синхронно перемещаются, словно одно целое.Иногда мне хотелось спросить Сплинтера, не примет ли он и меня учеником, но я пока не решался. К полудню я вышел на поверхность.Теперь я ходил в школу — Сплинтер настоял. Сказал, что «знание — тоже оружие».Я не спорил. Школа… была другой. Слишком яркой, шумной, фальшивой.Я сидел у окна, слушая, как кто-то спорит из-за глупостей, и думал о том, что Донни сейчас, наверное, в лаборатории. Когда уроки кончились, я пошёл домой — ну то есть, в логово. Донни действительно был в лаборатории.Он что-то паял, а рядом стояла куча деталей. — Привет, Луис, — сказал он, даже не глядя. — Хочешь помочь?— Конечно. Что собираешь? — Усовершенствованного разведчика-дрона. Но мне не хватает пары расчётов по стабильности сигнала. Я сел рядом. На бумаге у него были сплошные формулы, буквы и цифры, но они почему-то складывались в смысл.— Попробуй вот так, — сказал я и написал в его блокноте одну строку. Донни поднял на меня глаза, и я впервые увидел в них настоящий восторг.— Луис… это работает. — Я просто… подумал, что если волновой импульс отразить…— Нет, нет, это гениально! — перебил он. — Ты бы стал отличным инженером. Не знаю почему, но эти слова заставили меня улыбнуться. Вечером Майки объявил:— Народ! Я готовлю ужин! Настоящую пиццу! Для всех! — Только учти, — сказал Донни, — Луис человек, и пицца — человеческая еда. Без твоих «фирменных» добавок.— Окей, окей, шеф, — отмахнулся Майки. Через полчаса на кухне пахло… странно.Донни подозрительно приподнял крышку коробки. — Майки, ты положил туда… рыбу? — Да! И немного мороженого! Для сладости! — И конфеты? — Эй, это мой творческий подход! Донни закрыл глаза, выдохнул, потом просто взял противень и… выкинул его в ведро.— Доверь дело дураку, — пробормотал он. — Отойди. Я сам. Он готовил спокойно, без хаоса. Чётко и уверенно. Через полчаса в логове стоял запах, от которого у меня свело желудок.Когда пицца была готова, он подал её с улыбкой. — Пробуй, — сказал он. Я взял кусок. Горячий сыр растянулся, тесто хрустело.— Это… — я не смог сдержать улыбку, — это идеально. Даже Сплинтер подошёл и взял кусочек.— Вкус человеческого мира… и труд ученика. Хорошее сочетание, — сказал он. Мы ели все вместе, и впервые за долгое время я чувствовал, что смеюсь по-настоящему.Даже Майки не обиделся, он просто шепнул себе под нос: — Я всё равно научусь делать лучшую пиццу для людей… вот увидите. Конец Pow Луис Аддамс : Башня Шреддера Pow Карай : Воздух в тренировочном зале был густым от пота и стали.Клинки сталкивались с резким звоном. Рафаэль атаковал первым, Леонардо отбил его катаной, сделал шаг в сторону, и Рафа упал. — Слишком горяч, — холодно сказала я. — Слишком много болтаешь, — огрызнулся он, поднимаясь. Шреддер наблюдал с высоты. Его голос раздался, как удар молота:— Дисциплина — основа силы. Без неё вы ничто. Мы замерли.Он спустился, двигаясь с хищной грацией. — Вы видели их? — спросил он. Мы переглянулись. — Да, мастер, — ответил Леонардо. — Двое мутантов. Черепахи.— Они двигались как ниндзя, — добавила я. — Но не из клана Фут. Шреддер медленно сжал кулак.— Черепахи… значит, их было больше. — Вы их знаете? — спросил Рафаэль. — Когда-то… я знал тех, кто мог их создать, — тихо ответил Шреддер.Его глаза сверкнули под шлемом. — Если эти существа осмелятся войти в мой город, они станут моими врагами. Он развернулся, и тень от его брони легла на нас всех.— Карай. Леонардо. Рафаэль. Вы — моя семья. Мы склонили головы. — Мы не подведём вас, отец, — произнесли мы почти хором. И в тот момент я не сомневалась — для нас троих он был всем.Тем, кто дал дом. Имя. Цель. Но где-то глубоко внутри я чувствовала: встреча с теми черепахами была не случайной.Будто судьба, которую Шреддер пытался держать в узде, снова шептала нам в темноте. Конец Pow Карай : Логово Сплинтера. Поздний вечер Pow Луис Аддамс : Донни чинил дрон, Майки играл с пиццей, Сплинтер пил чай.Я смотрел на них и думал: Вот она — моя семья. Пусть странная, но настоящая. А где-то там, в другой части города, жила другая семья.Та, о которой Сплинтер говорил с болью в голосе.И я не мог избавиться от мысли, что однажды эти семьи встретятся. И тогда — уже никто не останется прежним. Конец Pow Луис Аддамс : Pow Донателло : Город ночью был тихим. Слишком тихим.Когда ты патрулируешь улицы достаточно долго, начинаешь чувствовать, когда тишина — просто ночь, а когда — предвестник чего-то большого. Я шёл по крыше, скользя вдоль вентиляционных коробов. Позади слышался лёгкий топот Майки.Он, как всегда, шёл беззаботно, но я-то видел — он держит руку на нунчаках. — Что-то не нравится мне всё это, бро, — пробормотал он.— Согласен, — ответил я, глядя вниз. — Сканеры засекли всплеск мутагенной активности. Тот же тип сигнала, что и у Кренгов. Мы переглянулись.Если Кренги снова активны — значит, беда близко. Я коснулся коммуникатора на запястье.— Луис, ты на связи? — Да, Донни, я тут, — послышался голос из динамика. — Я вижу ваши сигналы. Что-то нашёл? — Пока нет, но будь готов. Нам нужна будет карта каналов под зданием на пересечении Парк и 6-й. — Уже открываю доступ. Щёлк. Несколько секунд тишины.— Есть. Две вентиляционные шахты и один служебный тоннель. Рекомендую использовать левый — он выведет вас прямо к энергетическому ядру комплекса. Я усмехнулся.— Хорошо работаешь, Луис. — Просто стараюсь не подвести вас, — ответил он тихо. Проникновение прошло гладко.Мы с Майки спустились через шахту, миновали пару охранных дронов. Всё было слишком просто. И тут я услышал шаги.Тихие, точные. Не кренговские. Я поднял руку — сигнал Майки затаиться.Из тьмы вышли трое. Первая — девушка, лет шестнадцати, с клинком, сияющим в полумраке.Рядом с ней — двое. Один — с алыми повязками и взглядом, будто он готов разнести всё вокруг. Второй — холодный, собранный, с катанами за спиной. Мы замерли. — Кто вы? — спросил я.— Вопрос тот же, — ответил синий. — Погодите, — вмешалась девушка. — Они мутанты. Черепахи. — Мы это видим, Карай, — буркнул красный. — И что, теперь у нас тут цирк рептилий? Майки шагнул вперёд:— Эй, полегче, брутальный парень! Мы просто… расследуем одну вещь. — Совпадение, — холодно произнёс Леонардо. — Мы тоже здесь по делу. Напряжение можно было резать катаной.Я видел — Раф уже готов рвануться. Майки чуть сжал нунчаки. Но прежде чем кто-то успел сделать шаг, Карай подняла руку. — Мы все здесь из-за одного — Кренги. Если они снова активны, лучше действовать вместе. Я выдохнул.Она права. Пусть мне не нравились эти типы, но Кренги — хуже. — Перемирие? — спросил я.— Временное, — ответил Лео. — До тех пор, пока не выясним, что происходит. Мы двинулись вперёд впятером.Смешная картина: двое мутантов-ниндзя и трое бойцов клана Фут, работающие бок о бок. Луис в наушнике не замолкал: — Донни, осторожнее, впереди сканеры движения. Слева — обходной коридор.— Принял. Ребята, за мной. Карай бросила на меня взгляд.— У тебя хороший координатор. — Он человек, — сказал я. — Наш друг. — Человек? — удивился Лео. — Вы доверяете людям? — Мы доверяем тем, кто заслужил. Он промолчал, но я заметил, как в его взгляде мелькнула тень сомнения. Через несколько минут мы добрались до ядра лаборатории.Огромная камера, мерцающий цилиндр, и десятки кренгов, работающих у панелей.Я подключился к системе наблюдения. — Луис, видишь это?— Да… черт, Донни, они что-то строят. Это похоже на генератор портала. — Они снова хотят открыть проход в Измерение X, — прошептал я. В тот же момент тревога вспыхнула красным светом.— Обнаружены посторонние! — завизжали дроны. — Проклятье! — рявкнул Раф. — Я же говорил, всё это ловушка!— Сражаться! — приказал Леонардо. Мы ринулись в бой.Клинки, нунчаки, мои боевые посохи — всё слилось в хаос. Карай сражалась рядом со мной, и я не мог не отметить — она двигалась как молния. В одном из отражений я заметил, как наши взгляды встретились на мгновение. В ней было что-то… знакомое. — Донни! — раздался голос Луиса. — Сзади! Я обернулся, отбил выстрел дрона и с трудом выдохнул.— Спасибо, Луис! — Пожалуйста, только живи! — отозвался он. Когда последний дрон рухнул, мы стояли среди обломков.Генератор искрил, но не активировался. — Мы сделали это, — сказал Майки, вытирая пот.— Времени мало, — сказал Лео. — Они могут восстановить систему. Надо уходить. Я кивнул.И всё же, когда мы уже собирались, Карай тихо произнесла: — Странно… мне кажется, мы уже встречались. Я замер.— Вряд ли. — Может быть, — улыбнулась она. — Но кто знает… судьба любит шутить. Когда мы вернулись в логово, Сплинтер уже ждал нас.Я отчитался о миссии, но не стал упоминать, кто нам помог. Пока нет. Луис сидел за компьютером, глаза усталые, но счастливые.— Вы все живы? — Да. Отличная работа, Луис. Без тебя мы бы не выбрались. Он улыбнулся.А внутри меня всё ещё звенело от странного чувства. Эти трое — Леонардо, Рафаэль и Карай — были не просто врагами. Словно… что-то связало нас. Что-то большее, чем случайность. И где-то глубоко в сердце я знал — это столкновение было лишь началом.