Тень

      Йоруичи была довольна. Парень, впоследствии, оказался донельзя полезным приобретением. Тихий, спокойный, исполнительный и верный до мозга костей. Но и это не самое главное. Он следовал своему собственному негласному кодексу чести. Сначала Шихоин думала, что он отлично бы сошёлся с Тоусеном. Тот был просто повернут на своем «учении о жизни». Но после поняла, что тут скорее наоборот: станут врагами. Потому что если ее новый подопечный способен принять чужое мировоззрение, то друг Сайджина… Точно попытался бы переиначить мировоззрение самого рыжика. А тот явно не будет терпеть это вечность.       И все же он оставался верен клятве тени, неотступно сопровождая свою госпожу. Молчаливо, бесшумно, уверенно. И это странным образом успокаивало. Рядом с ним химе и правда чувствовала себя словно в кольце охраны, но при этом абсолютно свободной. Это чувство пьянило. Хотя тому же Киске, как и остальным, придется смириться с тем, что на их лейтенантских посиделках теперь будет присутствовать ещё один человек. В целом, это и было сегодняшней целью Шихоин: похвастаться своим приобретением. А делать это определенно стоило с размахом. И не важно, что пришлось выстоять целую битву, выбивая у отца разрешение.        Нет, разумеется, присутствовал бы он в любом случае. Вопрос в афишировании этого самого присутствия. Если бы не недавно пошатнувшееся положение клана, подобная демонстрация силы вышла бы принцессе боком, а так… Истинная наследница клана всего навсего отстаивает его интересы в битве влияния. Йоруичи усмехается, поправляя прическу и смахивая с рукава несуществующие пылинки. Лёгкое дуновение ветра раскачивает украшение у входа, вызывая мелодичный перезвон. Вот только природа этого ветра искусственная. Всего навсего остаточное явление от сюнпо. За это у парня в клане появилось собственное имя-прозвище — Ямикадзэ. Вторая часть имени означала ветер, а вот первая… Она появилась когда он выпустил свою реацу. Точнее, когда себя проявил его черный меч и удушающая волна черной энергии впечатала покусившегося на благополучие ее владельца в стенку.       Вообще, такие отношения с клинками химе видела впервые. Полная взаимность, безоговорочное принятие. Их было два даже в форме асаучи. И их имена были единственным, что парень помнил до недавнего времени. Хичиго и Зангетсу. Вступился за хозяина, как выяснилось, именно второй, черный клинок. Меч — отражение души шинигами. Поэтому после происшествия было решено, что второй клинок имеет более спокойный и покладистый характер. Ошибку они осознали быстро. Потому что Хичиго не стал размениваться на мелочи и ударил, рассекая плоть нападающего до кости. На этот раз сжатая волна реацу была ярко красного цвета. Впервые клан оружейников столкнулся с тем, что мечи и их владелец были абсолютно разными, но защищали друг друга. Собственно, когда попытки помочь личному охраннику госпожи клана вновь освоить Шикай достигли предела терпения мечей, им и стало известно имя необычного шинигами. Клинки его позвали.        — Ичиго, готов? — Ответа не последовало, но это и не требовалось, так как повернувшейся принцессе спокойно кивнули, немного хмурясь. Это выходило у рыжего абсолютно бессознательно и забавляло химе. Разумеется, когда она точно знала, что тот переживает о чем-то несущественном. Как, например, сейчас. Напряжённая поза, руки сложены на груди, два клинка в ножнах на поясе. Небольшие вольности, позволенные ему как доказавшему свою силу и пользу клану. В остальном он сейчас ничем не отличался от сотен других воинов поместья Шихоин. Яркие волосы надёжно скрывал головной убор, на нижней части лица была тканевая маска, а вся его фигура была затянута черной тканью костюма тени. Все, что сейчас можно было увидеть, так это живые глаза и по прежнему сведённые брови.        — Йоруичи-сан, вам стоит поторопиться. — Теперь пришел черед преемнице титула Бога Скорости забавно надуться, вызывая на лице подчинённого тень улыбки. Этот обмен подколами стал уже почти привычным ритуалом. Самая быстрая девушка Сейрэйтея и самый решительный парень подкалывали друг друга опозданиями и неготовностью действовать.       Больше всего удовольствия от их шутливых перепалок получал, разумеется, Юичиро. Брат наследницы был ещё слишком молод, чтобы его полноценно чему-то обучали и, более того, выпускали с территории клана, а потому появление новенького и сопутствовавшие этому события стали просто таки магнитом для мальчика с задатками шинигами. Собственно, когда напали на мелкого, Ичиго всплеском реацу, а после и хорошо поставленным ударом кулака, отправил незадачливых противников на заслуженный отдых, звание Хранителя прицепились к нему намертво. Как и юный наследник, который сейчас всячески пытался укрыться за рослой фигурой рыжего и не выдать себя рвущимся наружу смехом. Шихоин подходит ближе, треплет его по голове и исчезает в сюнпо. Ичиго не отстаёт.        Они покидают территорию поместья, проносятся по улицам вечернего Руконгая и ненадолго притормаживают около Дзидамбо, чтобы после проверки вновь набрать темп. Бараки отрядов мелькают одни за другими, пока впереди не появляется символ пятого. Здесь они переходят с мерцающей поступи на обычный неспешный шаг. И именно так: абсолютно спокойно и даже вальяжно, подходят к нужному бараку. Шорох и лёгкий стук открытия сёдзи привлекает всеобщее внимание. Шихоин усмехается и идет к своему месту, прекрасно понимая, что Ичиго сейчас проскользнул в помещение с поступью, но этого никто не заметил, списав на приход лейтенанта второго отряда. Мелодия ветра у окна отзывается лёгким перезвоном. Химе намеренно не поднимает взгляд выше. Знает, что ее тень сейчас замер на потолочной балке.       Вот только Урахару не проведешь. Лейтенант двенадцатого отряда слишком долго знает ее, чтобы не заподозрить. А потому осматривается, чуть выпускает реацу, но… Ничего не находит. И от этого улыбка химе бессознательно становится ещё шире и радостней. Лейтенанты переглядываются, прощупывают пространство. Но вновь пустота. Выражение недоумения на лицах поднимает настроение Шихоин на новые высоты. Ее Тень не ощутим на их уровне силы. Даже в клане его чувствуют не более десятка человек. Отец, она сама, старейшины… А в Готее ещё и капитаны. Благо отец предупредил сотайчо о пополнении.        — Йоруичи, что на этот раз? — Интересуется старый друг, чуть нервно сжимая новенький веер. Кажется в последнее время в корпусах его отряда стало жарковато. — Ни за что не поверю, что твоему довольству нет веской причины.        — Всему свое время~ — Смеётся девушка, придвигая к себе стопку отчётов. Точно такая же лежала перед каждым из присутствующих. По большому счету это была общая сводка всех вопросов, что требовали обсуждения. Недоверчивые взгляды сослуживцев были проигнорированы. — Начнем?       Обсуждение стартует довольно вяло, но вскоре набирает обороты. Тематика скачет, но это происходит довольно естественно и только способствует принятию решений. И вот, наконец, удачный момент: необходимость отправить донесение о результатах в первый отряд, лично в руки его лейтенанту, который на подобных собраниях никогда не присутствовал ввиду общей занятости отрядом и лишь контролировал итоги. Третий офицер, по необходимости, его заменял, но сегодня таковая отсутствовала. И Йоруичи просто подбрасывает готовый свиток, словно взвешивая. Вот только в руку к ней он не возвращается. За спиной девушки бесшумно появляется затянутая в чёрное кареглазая фигура в руке которой доклад и замирает, надёжно удерживаемый пальцами. Химе довольно щурится глядя на переполох: как по нотам.        — Ямикадзе, доставь его в первый отряд. — Вместо ответа подчинённый свободной рукой потянул из ножен меч. Это уже было не по плану, но Йоруичи лишь отметила что это был черный клинок и немного расслабилась. Встречаться лишний раз с Хичиго не хотелось. Клинок выскальзывает из рук, но на пол ступают уже ноги.       Если белоснежный меч всегда был словно обесцвеченной копией владельца, то вот Зангетсу представлял собой некую константу. Закутанный в рваный черный плащ, с накинутым на голову капюшоном, он лишь хмыкнул при виде похватавшихся за собственные клинки офицеров. Рука в черной перчатке касается плеча материализации и почти сразу пропадает. Как, собственно, и сам подчинённый Шихоин. Но не занпакто. Тот лишь обводит присутствующих нечитаемым взглядом и так и замирает за спиной принцессы оружейников на расстоянии шага. Словно статуя. И это по меньшей мере вызывает вопросы.        — Йору… — Начинает было Киске, но обрывает себя на полуслове.        — Да? — Невинно интересуется девушка, но весь ее вид буквально кричит о том, как она довольна своей выходкой.        — Какого меноса это сейчас было? — Куда более смело и экспрессивно интересуется Хиери.        — А что не так? — Искренее недоумение в голосе, а в глазах сплошное веселье. — Ямикадзе моя Тень. В конце концов я химе клана, мы и так довольно долго пренебрегали этой традицией.        — Но… Материализация?! — Отмер Хисаги. — Да ещё и разделение с занпакто. Ты ведь не хочешь сказать…        — У Ямикадзе много талантов. И да, он способен поддерживать стабильную материализацию своих занпакто длительное время и на внушающей уважение дистанции без потери собственных боевых качеств. К тому же, как вы могли заметить, у него два разных духа клинка и для моей тени не проблема призвать одного конкретного. Здравствуй, Зангетсу. — В ответ химе удостаивается пристального взгляда и едва заметного кивка. Но и это уже хорошо. Стоит подумать о том, чтобы предоставить Ичиго возможность потренироваться с клинками в ближайшее время. В благодарность чёрному клинку за помощь в этом небольшом спектакле. А ведь за разглашение своего имени неизвестно кому мог и проявить характер. И уж что что, а эта часть клинков рыжего шинигами была далеко не сахарной.        — Второй меч был белым. Ещё один ледяной занпакто? Если так то это редкость… — Тянет Хиори, поглядывая на духа, но не добиваясь своей провокацией, ровным счётом, ничего. — И если цвет отличается то и стихии разные?        — Не думаю, что подобное возможно. — Подает голос Нанао. — Я бы скорее предположила различные функции. Атака и защита, к примеру.        — Или же это всего-навсего цветовая гамма. Но познакомиться было бы интересно. — Тянет Киске, прикрываясь веером. Хмык занпакто слышен всем но тот никак не меняется в лице, а сама Йоруичи вовсе не спешит поведать окружающим, что подобной встречи вполне можно желать врагам. Из числа тех, что попили особенно много крови. Недолгую паузу прерывает звон мелодии ветра с которым Тень вновь возникает за спиной Шихоин. Прикосновение к руке занпакто, черный всполох и клинок возвращается в ножны отработанным движением руки. Нечто, напоминающее миниатюрную маску пустого, закреплено на рукоятке белого клинка и вот оно, основное отличие, помимо цвета. Потому что рукоять черной катаны пуста. Однотонная оплётка и только.        — Полагаю, на сегодня это все. В таком случае мы пойдем первыми. — Улыбка Йоруичи настолько лисья, что никоим образом не вписывается в рамки вежливости и, тем не менее, Нанао, поправив очки, спокойно объявляет об окончании собрания, отчётливо понимая что никто кроме лейтенанта второго отряда и ее Тени не сдвинется с места, пока собрание во всех подробностях не обсудит это событие. Вечер обещал быть долгим.